***
Соня вновь достаёт телефон и заходит в инстаграм Олешевой, удивительно, что та не заблокировала её после всего, что было. Розовая вновь в каком-то клубе, вновь с кем-то, но не с ней. Сомусева лишь усмехается. Прошло уже полгода, а она всё так же не может забыть. Рыжая подолгу перечитывала их старые диалоги, погружаясь в воспоминания о былых днях, начиная глупо улыбаться. Соня несколько раз пыталась написать розоволосой, но каждый раз одно и тоже — игнор.***
Сомусева заходит в квартиру, после чего сразу садится за небольшой стол и взяв в руки ручку, начинает что-то быстро и не разборчиво писать. Через несколько секунд, небрежно сложенная бумажка лежит в конверте. Девушка берёт свой старый рюкзак, а после открывает шкаф, в котором хранила все чувства. Из него тут же высыпаются письма. Это и есть её чувства, которые она уже не в силах держать в себе. Рыжая бережно складывает их в рюкзак, а после, взяв свои чувства с собой, уходит из дома. Девушка заказывает такси и после уверенно сказанного девушкой адреса, машина трогается. Они едут недолго, но за это время Соня успевает понять насколько абсурдна её идея. Собрать можно сказать группу, чтобы устроить «концерт» в час ночи для своей ненаглядной. Но она уже на месте, как и Кокос с Хмурым, с которыми она договорилась. Всё оборудование настроено. Всё готово, кроме девушки с пламенно-рыжими волосами. — Я щас, секу, — говорит она и поднимаясь на нужный этаж, оставляет рюкзак у квартиры Алины. А после, вернувшись обратно, достаёт телефон и дрожащими руками набирает смс.***
Алина не спит, ведь только недавно вернулась с очередной пьянки. Мёртвая тишина, нарушаемая лишь мурлыканьем Сани и тут по всей квартире раздаётся звук уведомления в вк. «Очередной извращуга», — думает розовая, но всё равно открывает приложение. А после видит сообщение от.. Сони? Сердце неприятно кольнуло. «Открой дверь». И она открывает, не видя никого, лишь одиноко лежащий рюкзак. После приходит ещё одно сообщение всё от той же Сони. «Выйди на балкон», — гласила ещё одна сонина просьба. Олешева не хочет этого делать, но любопытство берёт верх. И вот она уже стоит на балконе.***
Сомусева видит знакомый силуэт и понимает, что бежать уже некуда. Давая сигнал парням, мол «пора», она начинает петь. Соня поёт в своей манере. На глазах слёзы. Голос срывает, выплёскивая всю боль.Мне некому петь любимые песни.
Обрушился весь мир на голову мне.
Сижу на краю разбитого сердца,
Внутри меня все замолкли голоса.
Привет, лови мою боль по любви;
Мою боль по любви, — прочитай и порви.
Привет, ты как? А я снова в бегах;
В нелюбимых руках, просто прячу свой страх.
Спасибо тебе за лучшие годы,
3а все твои ноты в моей голове.
Каким же я был бездушным уродом;
Позволил, чтоб плакал лучший человек!
Привет, лови мою боль по любви;
Мою боль по любви, — прочитай и порви.
Привет, ты как? А я снова в бегах;
В нелюбимых руках, просто прячу свой страх.
Прожить всю жизнь без тебя —
Зная, что самая лучшая и родная
Не меня, понимает не меня.
А-а-а!
Привет, лови мою боль по любви;
Мою боль по любви, — прочитай и порви.
Привет, ты как? А я снова в бегах;
В нелюбимых руках, просто прячу свой страх.
Свой страх!
Привет, лови мою боль по любви;
Мою боль по любви, — прочитай и порви.
Привет, ты как? А я снова в бегах;
В нелюбимых руках, просто прячу свой страх.
Свой страх!
Прожить всю жизнь без тебя…
Соня заканчивает, голос сел, хотя говорить ни с кем и не хочется. Рыжая поворачивается к ребятам, быстро благодарит их и уходит. В это время Олешева всё ещё стоит на балконе, в руках — письма, на глазах — слёзы, ведь одно из них прощальное. Она видит, как любимая ею девушка уходит, явно не в сторону своего дома. Розовая срывается с места, «летит» по лестнице, лишь бы успеть. Через 15 минут она стоит и просто смотрит на такой до боли любимый силуэт. Соня в свою очередь даже не поворачивается, делая очередную затяжку. Розовая тихо подходит сзади и обнимает, утыкаясь в шею старшей. Через несколько секунд до ушей рыжули из трум трум доходят тихие всхлипы. — Че ревёшь, Олешева? — Ты дура. — Знаю, — улыбается она, резко поворачиваясь к розовой, — Позволишь? — спрашивает она находясь в сантиметрах от таких манящих губ. В ответ девушку лишь затыкают поцелуем, — Не пригласишь на чай? — спрашивает Соня, отрываясь от чужих уст. — Нет, — Сомусева раскрывает глаза в шоке от услышанного, — ты больше любишь гараж, чем чай. — Я больше люблю тебя, — говорит и вновь накрывает губы розовой своими.