Outsider

      Старый волк только вернулся с прогулки по лесу. Его радостно приветствует молодняк. Своего потомства волк так и не завёл, поэтому всё свободное время, которого сейчас у него предостаточно, он проводит с волчатами. В конце своей жизни он старался дать будущему поколению весь его накопленный за долгие годы опыт.

° ° °

      Сегодня на гулянии волку несказанно повезло. Он наткнулся на волчонка, свернувшегося в клубочек, дрожащего, как осенний лист. Он ещё не успел раскрыть глаза, как жизнь уже преподнесла ему испытания. Конечно, старый волк обрадовался такой находке и поспешил укрыть малыша от очередного порыва холодного ветра. Малыш выбрал неудачное место для укрытия, хоть это зависело совсем не от него, совсем рядом с бушующей, быстроходной рекой. Волк взял своего, это он решил твердо, щенка за холку и побежал к стае.

° ° °

      Старик опустил волчонка на землю и его сразу же принялся нюхать молодняк. Волк прилег на землю от усталости и наблюдал за этой картиной. Он старался не думать о приближающемся разговоре с вожаком. Примет ли он в стаю его волчонка?       Вожак не мог выгнать старика и совсем маленького щенка. Он разрешил им остаться. Для приличия он всё же отчитал старика, но всё же глубоко в душе радовался за него. Немалой причиной благосклонности вожака являлось ожидание пополнения в стае, он был взволнован этим событием, хотя его самка была беременна не в первый раз.

° ° °

      Теперь старый волк ещё больше времени проводил в «яслях». Уже к концу лета стал понятен вторичный пол волчат. По Чимину, а именно так назвал своего малыша старик, было видно, что он омега. Маленький, щуплый и ест совсем немного. Почти всю свою порцию он любезно отдавал младшему сыну вожака, Чонгуку. Рядом с ним Чимини смотрелся ещё меньше, всё-таки он сын альфа-самки и альфа-самца и должен быть здоровее и крупнее остальных, но всё же среди своих братьев и сестер, маленький альфа не был самым большим, скорее средним.       Чонгук был очень игривым и постоянно задирал своих старших братьев, за что получал нагоняи. После взбучки он приходил к добросердечному Чимми. Тот облизывал его слезки, и они продолжали играть уже вдвоем уже в более мирные игры. За всем этим умиляясь наблюдал старый волк, он едва сдерживал слезы, его совсем скоро не станет, но он знает, что о его малыше позаботятся.

° ° °

      У альфа-самца и альфа-самки много детей, но не все они доживают до первой полноценной охоты со стаей. У Чонгука это знаменательное событие наступило сегодня. Отец решил, что ему пора выбираться из-под крыла маминой опеки, и отправился с сыном и ещё шестью волками на охоту за пропитанием для стаи. Добытчики пошли далеко за территории стаи, так как животные перестали в нужных им количествах прибегать на их территорию, и они решили разведать новые пути. Хорошее испытание для сына вожака.       Через пять дней охотники вернулись с добычей. Чонгук заметил странные изменения в запахе. Что-то произошло пока его не было на территории стаи. Его это заинтересовало. А ещё очень заинтересовало то, почему стайка молодых самцов трется у пещеры старого волка. Он умер две недели назад, и, как ему казалось, ничего интересного там теперь не осталось. Чонгук был уставший после вылазки, но всё же любопытство взяло верх и он пошел к этой загадочной пещере.       С каждым шагом альфу всё больше окутывал приятный манящий аромат. Чем ближе он подходил, тем больше понимал, почему волки столпились около пещеры. Альф тоже манил этот аромат и они пришли посмотреть на его владельца. Шесть молодых самцов по очереди пытались выманить омегу из пещеры.       — Чимини! Не противься естественным ритмам, выходи ко мне. Обещаю, тебе понравится, — крикнул Джонхён. При этом он особенно сладко протянул последний слог.       От этих слов Чон наконец понял что его влечет. Течная омега. И не просто течная омега, а Чимин, его друг детства. Они бегали, резвились, вылизывали друг друга, в общем хорошо проводили время, пока Чонгука не забрали на воспитание альфы. «Сыну вожака нужна особая подготовка». А через несколько месяцев приемный отец Чимми заболел, омега заботился о нем, замкнулся в себе, и теперь очень редко выходил из пещеры. Чон даже не видел его на похоронной церемонии старого волка, а ведь он был для него очень важен.       — Малыш, ты не сможешь долго прятаться, всё равно выйдешь. Омеги — шлюхи. Им лишь бы мокрые задницы подставлять. — сказал уже другой альфа, Чонин.       Альфу задели эти слова. Послышались всхлипы, доносящиеся из пещеры. Он вскипел от гнева. Быстро преодолев расстояние, он накинулся на неожидавшего такого поворота событий Чонина. Остальные альфы сразу отскочили, а Чонин попытался успокоить свирепого волка:       — Чувак! Чувак! Я пошутил, успокойся.       — Это мой омега! Либо вы расходитесь, либо имеете дело со мной, — Чонгук подскочил ко входу пещеры, ощетинился и встал в боевую позу.       Альфы немного постояли, подумали и потихоньку начали расходиться.       — Больше не смейте так называть омег, — кричал им вслед альфа.       Теперь он остался один на один со своим, как оказалось, омегой. Он боялся заходить внутрь жилища. Там его ждёт течный Чимин. А может и не ждёт. Вдруг его отвергнут, или омега даже не захочет с ним поговорить. Мысли вскружили волку голову, сомнений становилось всё больше. Он совсем не знает, как нужно обходиться с омегой, что нужно делать. Чонгук выглядит очень глупо, наматывая круги около пещеры, вместо того, чтобы зайти внутрь.       Спустя кажется вечность он всё же решается войти. Внутри темно, первое что отмечает для себя Чон. Но тут же мысли выбивает из головы умопомрачительный запах. Он обволакивает, чарует, проникает в самые глубинные места. Из глубины пещеры послышалось шуршание и скулёж. Чонгук встрепенулся и направился к источнику звука.       — Не подходи, п-п-пожалуйста. — заикаясь, произнёс с испугом Чимин.       В голосе омеги была слышна паника, он плакал. Чонгуку захотелось укутать его в свои объятья, вылизать слезы и не выпускать больше. Захотелось прижаться сбоку и говорить какой он прекрасный и хороший, чтобы до конца жизни он слышал только эти слова, и никто больше не посмел оскорбить это маленькое чудо. Хотя он не видел Чима давно, он был уверен, что он не сильно изменился. Но заполнивший всё вокруг запах омеги давал понять, что это вполне сформировавшаяся особь.       — И-извини, — мягко произнёс альфа, проходя вглубь, — это Чонгук, мы в детстве д-дружили. — Молодой волк старался говорить тише, но голос всё же срывался на крик от нервозности.       — Чонгук? — Чимин удивился, и повернул голову в сторону собеседника.       — Да, это я. Ты помнишь меня?       — К-конечно — застенчиво произнёс омежка.       — Могу я войти? — решил всё же поинтересоваться альфа.       — Ты уже зашёл, — усмехнулся Чимин. Он значительно расслабился, — ты можешь подойти ближе.       — Ты уверен?       В ответ послышалось короткое «да». Чон прошёл на место, откуда доносились звуки. Он сел рядом с омегой. Чонгук ощущал его тепло рядом. Хвост волка отбивал дробь на земле. Видимо, это насмешило Чимина, потому что он уже почти катался калачиком по земле от смеха.       — Чего ты смеешься? — спросил обиженно Чон, — и почему ты впустил меня?       Омега резко стал серьёзен.       — Мой папа всегда хорошо о тебе отзывался. Он помог мне познакомиться с тобой. Я на самом деле почти не общаюсь ни с кем в стае, всё-таки я чужак, — уши опускались всё ниже, а за ними и голова. — Отец сказал мне, что если его не станет, я должен довериться тебе, если ты придёшь. Он говорил, что был бы рад, если бы мы стали парой и… — Чимин замолчал.       — И? — протянул альфа.       — Ты так вкусно пахнешь, — торопливо сказал Чимми, — ой.       — Так и сказал? — усмехнулся Чон. — На самом деле, я уже не могу сдерживаться. Ты так близко, и так доступен… — Чимин нахмурился, — для меня, — поправился альфа. — Я схожу с ума.       — Я кажется уже. — Чимин, поскуливая, поднялся и потёрся о Чонгука.       — О Боже, — альфа не ожидал этого и, тяжело выдохнув, стал отвечать на ласки.       В темноте было сложно понимать границы пещеры, но это было не так важно. Два жарких тела терлись друг о друга, вдыхая ароматы феромонов. Они сели напротив друг друга, Чон повёл мокрым носом по шее омеги вверх и прикусил его ушко. Омега уже совсем не сдерживался и громко скулил, течка даёт о себе знать, без нее волк вряд ли бы так просто возбудился. Чонгук тоже уже готов взвыть, особенно когда мягкий язычок, такой родной, касается его носа, и переходит всё дальше. Два волка стали вылизывать друг друга.       — Подожди, — простонал в чужое ухо омега, — мы должны уйти в другое место.       — Зачем? — спросил альфа, увлеченный процессом.       — Так положено, спариваться нужно вне жилой территории, нужно уйти в лес. — Всё так же смущенно произнёс Чимин.       — Мы собираемся спариваться? — всё же оторвался от вылизывания ушной раковины волк.       — Нельзя проводить течку с альфой на жи-       — На жилой территории, я понял, — грубо прервали омегу. — Вам так сильно этим заёбывают голову?       — Поставь мне временную метку и пойдём, — расстроено сказал Чимин.       — Нет уж. Я не оставлю тебя неудовлетворенным.       Молодой альфа начал обходить омегу. Парень уж было хотел испугаться и убежать, но всё же решил довериться альфе. Чонгук приподнял попку омеги, толкая носом ему под хвост. Чимин простонал, но всё же встал в позу подчинения, подставил альфе свою течную дырочку. В пещере всё так же темно, поэтому Чон решил осваивать пространство своим мокрым носом. Он водил им по кругу, при этом двигаясь вперёд. Пока не упёрся в ещё более мокрое, чем сам нос место. Высунув язык, альфа решил проверить на вкус ещё не исследованное им место.       — Ммммм, вкусно.       — Аааааа, продолжай, прошу, Чонгук, — застонал со всех сил омега, течка сделала его слишком чувствительным.       Конечно, Чон не мог ослушаться теперь точно своего омегу. Он ещё раз попробовал его, а потом ещё, и ещё. Альфа тщательно слизывал выступавшую в больших количествах от оральных ласк смазку. Омега старался насадиться на язык Чона, но он только размазывал слюни вперемешку с естественной смазкой по морде альфы. От упорства омега скулил и альфа решил всё же пожалеть его, сам проник в тесную дырочку. Но не надолго, так как тут же начал вылизывать напряженный член. Он перекатывал яички Чимина, сосал его член и вылизывал анус, не входя внутрь. От этих манипуляций омега вскоре, завыв, кончил. Он упал задницей на землю и перекатился на спину, но альфа не отставал от омеги, слизывая его сперму с живота, доставая до сосков.       Чонгук дал Чимину время отойти от оргазма. В это время он старался привести их в более менее приличный вид, не по кустам же им убегать из поселения. Когда омега перевернулся на живот, альфа всё же поставил ему временную метку, чтобы лишний раз не нервничать, и показать, что эта омега только его.

° ° °

      Чимин любезно провёл альфу к месту спаривания. Очень красивому месту спаривания. Небольшая лужайка с мягкой травой и мелкими цветами, вокруг лес и вся она загорожена тенями деревьев, а почти в центре стоит камень — возвышение. Поют птицы, в пруду рядом плавают водомерки, жужжат пчёлы.       И конечно двоим волкам совершенно наплевать на всю эту романтичную обстановку, они увлечены друг другом. Из поселения они старались выйти как можно спокойнее, но, как только они зашли в лес, омега пустился наутёк. Он побежал от альфы, плутая между высоких деревьев, стараясь сбить его с пути. Это были всего лишь игры, они смогут найти друг друга по запаху даже за километры друг от друга.       Запыхавшись от бега, молодые волки повалились на траву и спустя минуту отдышки уже вылизывали друг друга. Плавно вылизывания перетекли в оральные ласки, а позже и в петтинг. Чимин скулил, прося Чонгука поскорее войти, но Чон продолжал намеренно соскальзывать мимо давно текущей дырочки.       Альфа взял свою омегу зубами за холку и всё же вошел. Не полностью конечно, он же не хочет порвать свою драгоценность, как бы она не выпрашивала большего. Чон начал аккуратно двигать головкой внутри Чимина, а тот стремился насадиться глубже, толкаясь бедрами назад. Чонгук не мог позволить омеге своевольничать и посильнее сжал зубы. Омега отреагировал на это рычанием, но больше не пытался своевольничать.       Делая более сильные толчки, Чон погружал свой член всё глубже в омегу, что безумно нравилось Чимину, он отзывался на каждое движение сладкими стонами, которые в свою очередь заводили Чонгука ещё больше. Когда Чон полностью был в молодом волке, он наконец-то смог задать комфортный для себя темп. Альфа то почти полностью выходит из омеги и тут же входил в неё по яйца, то быстро долбился в дырочку.       Смазка текла между лап Чимина, животная страсть совсем захватила его и он не мог понять даже где находится, ему нужно лишь чувствовать горячего самца за спиной и его член внутри. Чимин кончил уже несколько раз, протяжно взвывая, он хотел, чтобы и альфе было настолько хорошо, насколько ему. Он хотел метку от альфы, хотел детей от него.       Наконец омега почувствовал, как в него мощной струёй вливается сперма. Он кончил вслед за альфой и уже хотел было почувствовать такой желанный узел, но почувствовал лишь опустошение. Чонгук не допустил сцепки. Уши омеги плавно опускались, как и всё его тело, он начал всхлипывать и дрожать.       — Малыш, ты чего? — спросил альфа, отошедший от оргазма, уже вылизывая пострадавшую холку.       — Ты меня не люб-бишь? — навзрыд дрожал Чимин.       — Люблю, конечно. Что за вопросы, — искренне удивился Чонгук.       — Почему ты не сцепился со мной? Я хочу твой узел, — захныкал омега.       — Милый, дорогой, я тоже ужасно хочу сцепки с тобой, детей от тебя и всего тебя, но это твой первый раз и я боюсь, что это будет болезненно, так что нужно немного подождать. Иди ко мне, — альфа прилёг около скалы, и чуть позже к нему спиной улеглась его омега.

° ° °

      Течка прошла, наконец-то омега не ощущал этой пелены перед глазами. Сзади кто-то лежит и обнимает Чимина за талию. Так спокойно и тепло.       Тело сзади начинает шевелиться.       — Доброе утро, — говорит хриплый голос, переворачиваясь на спину и потягиваясь.       — Доброе, — Чимин поворачивается к своему альфе и чмокает его в губы.       У Чонгука игривое настроение и он начинает щекотать Чимми. Тот нападает в ответ. Парни смеются несколько минут, а после идут к озеру умываться, точнее барахтаться в воде, пока кто-то из них не примет поражение.