Взаперти

Правило номер один: «Не идите на вечеринку в четверг, если в пятницу планируете появиться на учебе». Правило номер два: «Проверяйте, взяли ли вы телефон перед выходом». Луи отметил у себя в мыслях, что стоит записать гениальные, посетившие внезапно его голову идеи, после того, как он закончит свидание со своим фаянсовым другом. Томлинсон стоит склонившись над унитазом уже десять минут, и совсем не чувствует никаких улучшений, а у него даже нет телефона при себе, чтобы попросить Найла принести ему какие-нибудь таблетки. Ему уже начинает казаться, что это не привычное похмелье, а какое-то отравление, потому что Луи нездоровится целый день, так что приходится на каждой паре выбегать в туалет. Хоран, конечно, не упустил возможности пошутить о беременности, и Луи был уже так утомлён своим состоянием, что почти воспринял его шутку всерьёз. Расписание педагогической специальности было безнадёжным. Это Луи понял с самого первого взгляда на таблицу объявлений. Не то чтобы он не был рад поспать подольше утром, но занятия до девяти вечера уж совсем его не привлекали. Обычно он просто засыпал, лёжа на горе тетрадей и слушая о психологии работы с дошкольниками. Это, правда, было куда лучшей перспективой, чём надеяться, что тошнота прекратится, а живот очередной раз не скрутит при попытке выйти в коридор. Особо громких голосов он не слышал. Университет, всё же, мало чего похожего имел с начальной школой. Так что об окончании пары никакие звуки его не уведомили. Луи, по правде говоря, даже не вёл счёт времени, ему казалось, что он выбежал в уборную лишь пару минут назад. Каково же было его удивление, когда, наконец освободившись от плена отравления, он вышел в коридор, и обнаружил, что всё было пусто, а вокруг — буквально лишь темнота. У Томлинсона не осталось сил пугаться сложившейся ситуации, кажется, он оставил их всех при своих безуспешных попытках вывернуть желудок наизнанку. Он прошёлся по главному холлу взад-вперёд, прежде чем убедился, что в помещении никого, кроме него самого, не было, и здание было закрыто. Луи оглянулся вокруг — кабинеты казались закрытыми, но когда он завернул в один из коридоров, двери нескольких из дальних комнат были чуть приоткрыты. Он проверил, есть ли там кто-то, может, из преподавателей или охранников, но и в том углу было также тихо как и в главном холле. Луи обвёл взглядом лестничные пролёты, чтобы выяснить, горит ли свет на каком-либо из этажей, но, оказалось, что везде было также темно и тихо. — Здесь есть кто-нибудь? — крикнул Томлинсон, и выжидающе посмотрел в темноту. Никто не ответил, но ему показалось, что этажом выше он услышал шорохи. Так что он решил довериться своим ушам и просто последовал за звуком, надеясь, что это не слуховые галлюцинации, если они вообще являются одним из симптомов похмелья. Мало ли что, подумал Луи, он то не молодеет. Еще многое предстоить узнать о своем организме. Поднявшись по лестнице и ступив в новый коридор, он наощупь нашёл выключатель, и ему удалось зажечь свет, что делало ситуацию уже не такой печальной. Луи обрадовался, что доверился своей интуиции и ощущениям, потому что в углу забился какой-то кудрявый мальчик, выглядевший растерянным. Когда он заметил Луи, то вскочил с пола и подбежал к нему. Признаться честно, он сперва показался Луи слишком юным для университета. Его глаза бегали со стороны в сторону, будто он оказался в этом здании впервые. Да и по внешности не скажешь, что ему больше двадцати. — Наконец-то, — вздохнул незнакомец. — Я думал, я остался здесь совсем один. Пытался перезагружать телефон, но сообщение так и не отправляется, так что я не знаю, вытащат ли нас. — По крайней мере, у тебя есть телефон, — улыбнулся Томлинсон. — Я не могу даже ни с кем связаться. Кудрявый взволновано осмотрелся, после чего кивнул в одном из направлений, говоря о том, что там может быть ещё один выход. Луи лишь пожал плечами и поплёлся за ним. Делать ему все равно было нечего. — Я Гарри, кстати, — улыбнулся мальчик, прекращая свои безнадёжные попытки отправить сообщение, и пряча телефон в задний карман джинсов. — Я Луи, — ответил тот. — И как же ты оказался тут взаперти? — Так же, как и ты, полагаю, — усмехнулся он. Вопрос вовсе не был глупым, а ответ — очевидным, но Луи все равно посмеялся. — На самом деле, я пробыл на чердаке некоторое время. А когда спустился вниз, свет везде был выключен, а входная дверь заперта. — Что ты делал на чердаке, позволь спросить? — в мыслях Луи все еще оценивал сложившуюся ситуацию и поведение парня пока напоминало поведение его младших сестер — расстерянность, когда взрослых нет поблизости, прятки на чердаке… — Я… — взгляд кудрявого забегал, будто тот был в сомнениях, стоит ли сказать правду. Он слегка прокашлялся, прежде чем продолжить: — прятался, думаю. — Думаешь? — улыбнулся Луи. — Прятался, — заключительно произнёс он. — Я был вчера на одном из тех ужасных свиданий, что кажутся тебе ночным кошмаром, знаешь. Когда вы молчите всё время, между вами повисла неловкая пауза длиною в несколько часов, а парень, с которым ты встретился, уж точно не тот же, что был на фотографиях. Так что я просто отошёл в туалет, пока мы разделяли тот странный ужин, а из туалета отправился прямиком домой. Кто же думал, что он учится в моём университете. Я бы наверняка знал это, если бы он решил проронить хоть слово вчера. Мне не хотелось объясняться перед ним, так что я решил переждать на чердаке. И задержался там слишком надолго, по видимому. — Не думаю, что он стал бы предъявлять свои претензии, если он даже не спросил у тебя ничего за ужином, — засмеялся Луи, и собеседник заметно расслабился. — Что насчёт тебя? — поспешил перевести тему он. — Как ты оказался в стенах этого кошмара на ночь? — Я провёл почти всю последнюю пару в туалете, потому что меня тошнило без остановки, — пожал плечами Луи, прокручивался у себя в голове «правило номер один». — Мне уже лучше, так что не волнуйся, я не испорчу ситуацию, оставив тебя одного и спрятавшись в туалете. — Что ж, хорошо, что тебе лучше, — произнёс Гарри, когда они дошли до пункта назначения. Это была огромная железная дверь, которой Луи не видел раньше. Он вообще сомневался, что был в этом крыле когда-то. Кажется, он начал переживать из-за сложившейся ситуации только тогда, когда его осенило, что же произошло. Будто вернуло к реальности, которой до этого он не видел за зелёными глазами и длинными кудрями. Мальчик попытался толкнуть дверь, но та, очевидно, не поддалась. Попытки покрутить ручки, потолкать саму дверь, и поискать ключи где-то поблизости, тоже не увенчались успехом. Наверное, будь он один, он бы уже давно растерялся, но, заметив взволнованный взгляд Гарри, ему казалось, что стоит сделать вид, что сам он не так сильно переживает. — Что ж, давай попробуем снова отправить сообщение кому-то, или позвонить, да? — спросил он, обернувшись и переводя взгляд на растерянного Гарри. Он кивнул, и сел на пол, скрестив ноги и опершись на стенку. Луи незамедлительно присоединился к нему. Бросив взгляд на экран телефона, Томлинсон заметил, что свет от экрана был слабый, а заряд вскоре сядет. — У тебя есть провод для зарядки? — Луи кивнул на устройство в руках. — Нет, не думаю. Я оставил все свои вещи в аудитории, но она заперта. Я проверял, — объяснил мальчик, и Луи просто понимающе кивнул, надеясь не показать всем своим видом, как переживает, что им придётся остаться на все выходные взаперти. Ещё спустя несколько попыток, Гарри понял, что у него нет денег на счету, из-за чего интернет и не работает. Возможности позвонить совершенно нет. Луи запаниковал. Он правда запаниковал. Но, видя состояние Гарри, он решил все же взять себя в руки. — Ты голоден? — спросил он, вставая с пола, а после, протянул руку мальчику, помогая встать и ему. — Я — да. Можем проверить, открыт ли кафетерий и остались ли там какие-то продукты. — О боже, Луи. Не говори, что мы собираемся воровать продукты из кафетерия, — улыбнулся кудрявый. По крайней мере, разговоры могли успокоить их обоих. — Да-да, — вздохнул Луи. — Глядя на тебя, мне стоило подумать, что ты из порядочных парней. — Я выгляжу, как один из тех порядочных? — поднял бровь Гарри, после чего зашагал в сторону кафетерия. (Всё-таки, проверить стоило). — Да, — произнёс он, догнав Гарри, который вырвался слегка вперёд. — Знаешь, я почти уверен, что твоя домашняя одежда — это цветочные венки и просторные рубашки, как у хиппи. — Ну, ты прав вообще-то, — пожал плечами собеседник. — Не то чтобы я надеваю венки каждый раз, когда прихожу домой. Но я люблю их. Они милые. Знаешь, в моем родном городе есть огромное поле. Мы с моей сестрой раньше часто ходили туда и плели венки с полевых цветов. Ты бы мог съездить туда со мной однажды, — вырвалось у него. — Если хочешь, — тихо добавил мальчик. — О боже, не могу поверить, что я угадал, — воскликнул Луи, проигнорировав предложение кудрявого. — Это не было так сложно на самом деле. Ты — открытая книга. — Не сказал бы, что это из-за меня. Это просто примитивная психология. — Разве? Не думаю, что ты сможешь прочитать меня так просто, — самодовольно усмехнулся Томлинсон, наблюдая за серьёзным лицом кудрявого. — Тебе это далось просто, потому что мой шампунь пахнет ромашками, я ношу просторные хипстерские футболки, а моё лицо и волосы, очевидно, очаровательные. Так что ты понял всё буквально подсознательно. — Говоришь, очаровательные? — улыбнулся Томлинсон, поворачивая за угол. — Не слишком ли самоуверенно? — Не думаю. Ещё ни один парень не устоял перед моим очарованием. Если он не предпочитает девушек, конечно, — объяснил Гарри. — А ты не исключение. — А вдруг я натурал? — интонация показалась какой-то взволнованной больше, чем саркастичной. Разговор ведь должен был быть забавным и расслабленным, разве нет? — Что ж, Луи, — Гарри обвёл его взглядом, улыбаясь при этом, чем ввёл его в заблуждение. — Мне кажется, ты любишь спортивные костюмы и комфортную одежду. А то, что она заставляет тебя выглядеть натуралом, является только плюсом для тебя. Не потому, что ты не принимаешь себя или осуждаешь другие ориентации. Просто тебе не хочется сталкиваться с проблемами, которые, к сожалению, в обществе все ещё есть. Тебе не обязательно доминировать в отношениях, но тебе спокойнее, если ты держишь контроль. И ты один из тех парней, которые смотрят диснеевские фильмы в своих модных вещах от Адидас, и сохраняют пачки из-под сигарет, потому что цветы в них смотрятся эстетично. — Мне стало страшно, потому что теперь мне кажется, что у тебя расставлены камеры по всему моему дому, — это должно было звучать как шутка, но голос старшего все равно был слишком серьёзным. — Ага, — засмеялся Гарри. — И я подстроил всю эту ситуацию, чтобы остаться с тобой наедине в закрытом помещении. — Он вдруг заметил, что старший действительно напряжен. — Расслабься, Лу. Я на втором курсе психологии, догадаться действительно не было так тяжело. И я уж точно не хотел остаться запертым здесь. Хотя то, что я тут с таким красавчиком, делает эту ситуацию не такой ужасной. — Ты это серьезно сейчас? — Луи нахмурился, оглядываясь на улыбающегося кудрявого. — Я же говорил, что все дело в моем очаровании. Да ладно тебе, не относись к моим словам серьезно. Я просто люблю флиртовать. — И делаешь это довольно часто, полагаю, — пробормотал Луи. — Да, — он все же услышал, хоть фраза Томлинсона и была довольно тихой. — Это ведь весело. Поэтому я так часто и хожу на свидания. Они могут быть идеальными, романтичными, провальными, иногда и вовсе страшными. Но это всегда весело. — И сколько сердец ты разбил, флиртуя ради развлечения? — Скажи мне, если разобью твоё.

***

Кафетерий оказался закрыт. Как, собственно, и классы информатики, где мог быть доступ к сети, или, по крайней мере, зарядка для телефона. Порывшись немного в карманах, парни сложили общий капитал — 10 долларов от Луи и 23 от Гарри, которые они могли потратить в автоматах с едой. Проблемой было то, что они не знали, когда отсюда выберутся. В любом случае, в понедельник они будут свободны, но оставаться взаперти на все выходные было не лучшей перспективой. — Мы можем купить воду на двоих и по какому-то батончику, — предложил Гарри, услышав бурчание в животе у старшего. Да и сам он подумывал о еде. — Ладно, — пожал плечами Луи. — Я расчитывал поесть лазанью сегодня после занятий, но судьба сложилась иначе. Они подошли к ближайшему автомату, в котором, как им казалось, был больший выбор еды. Оба сошлись на мнении очень быстро, и уже нажимали кнопки, ожидая, как выпадет кит кат. К их удивлению, выпало сразу два батончика в цене одного, так что у них оставалось лишних два доллара на случай, если они будут умирать от голода в вечер воскресенья. Спустя несколько минут скитаний по пустым коридорам, настало время присесть и отдохнуть, и взгляд Луи сразу пал на мягкие диванчики около лестницы. — Так что насчёт твоей психологии? — спросил Луи, умещаясь поудобнее на диванчике напротив Гарри. — Что ты хочешь знать? — улыбнулся Гарри, кладя ноги на столик между ними. — Не знаю, что-нибудь интересное. Я изучаю литературу, так что вряд ли ты будешь заинтересован в дефамилиаризации или пентаметре. А вот тебя я бы послушал с удовольствием. — Эм, хорошо, — пробормотал Стайлс, прокручивая в голове последние лекции. — Сейчас я делаю один проект. О психологии влюблённости. — Тебе, кажется, нравится эта тема. — Да, — признал он. — И часто ты пользуешься психологическими приемами на своих ежедневных свиданиях. Затаскиваешь парней в постель? — Да брось, — засмеялся Гарри. — Я не манипулирую парнями, используя свои знания. Я вроде как, даю настоящим чувствам шанс. И нет, я не сплю с каждым встречным. Хотя вообще-то, в одном из разделов своей работы, я описываю всякие техники. Знаешь, есть теории, что можно влюбиться, если остаться запертым в каком-то помещении с человеком на 72 часа. — Прямо таки наша ситуация! — воскликнул Луи. — Гарри Стайлс, ты сейчас со мной флиртуешь? — Я всегда флиртую, ты не должен воспринимать это серьезно. И я вообще не верю в эти теории, на самом деле. Есть ещё одна, о 36 вопросах. Хочешь проверить? — подмигнул он. — Ты помнишь их все наизусть? — Нет, но они довольно примитивные. Просто задавай вопросы о моем прошлом или о моих убеждениях. Или что угодно, что придёт тебе на ум. — Ладно, — вздохнул Луи. — Я первый. Где ты родился? — В Чешире, — улыбнулся он. — Знаешь, это на северо-западе. Маленький такой городок Холмс Чапел. Я работал в пекарне там. Довольно милое время. — Ты выглядишь таким столичным парнем. Я был уверен, что ты скажешь «Лондон», — пожал плечами Луи, доедая шоколад. — Твоя очередь. — Какие у тебя отношения с семьей? — он бросил короткий взгляд, поправляя свою челку. — Чудесные, — воодушевленно произнёс тот. — Я их обожаю, правда. Не мог бы никогда просить о чём-то большем. У меня 5 сестёр и брат. Много, да? — улыбнулся он. — Маме каким-то образом удавалось уделять внимание каждому из нас. Когда-то, я бы хотел создать свою семью. Тоже большую, и попытаться сохранить эти тёплые отношения. — Ты очень любишь их, — не мог сдержать улыбки кудрявый. — Это так здорово. — Луи промолчал, лишь обмениваясь улыбками с мальчиком напротив. — Ты бы хотел быть знаменитым? Если да, то в чём? — Да, думаю, — его голос казался ещё глубже, чем обычно. — Я люблю петь. Я бы, наверное, колесил по миру, озвучивая все те строки, которые сейчас таятся в моей записной книге. Это было бы здорово. Но вообще, я бы использовал популярность для продвижения доброты и уважения. Мне кажется, этого так не хватает миру. Моя мечта — это чтобы каждый был чуточку добрее по отношению друг к другу. Разговор оказался долгим и действительно увлекательным. Луи не чувствовал, что младший старается быть психологом, или как-то манипулирует своими словами иначе. Это было просто милой беседой. Почему-то очень искренней и настоящей, а он не привык открываться незнакомцам так быстро. Всё время Луи держал в голове эту мысль о том, что Гарри намеренно пытается всех очаровать, и не стоит попадать под его чары. Но каждый раз, бросая короткий взгляд на кудрявого, он не мог отвести глаз. Его мимика, маленькая морщинка меж бровей, когда тот хмурился, стараясь вспомнить какие-то далекие события, ямочки, когда он искренне смеялся, зелёные глаза… Всё казалось таким знакомым, будто он не встретил этого мальчишку лишь пару часов назад. Они сами не заметили, как уснули на небольших диванчиках в коридоре. У Луи в голове промелькнула мысль, что этот вечер был не так уж плох. И точно не хуже запланированного нетфликса и лазаньи.