Наркотик

Тонко, ненавязчиво пахнет лекарствами. Хорошая лечебница. В плохой этот запах пропитывает тебя самого за пару минут и так, что кажется, в жизни не отмоешься. Тони Старк аккуратно закрыл за собой дверь. Отпускать ручку он как будто бы не собирался. Ему хотелось зайти, попробовать заново… Но он знал, что результат будет тем же. Питер как будто ненавидел его и не желал видеть, потому отвечал резко и неприятно. На это было больно смотреть. Ведь Тони знал, что всё гораздо-гораздо сложнее. Врач в бледно-зелёном халате тронул его за локоть. Они прошли в отдельный кабинет. Тони заказал кофемашине крепкого кофе. Адриан, его друг и владелец этой клиники, сидел за столом, наблюдая. В чашку летел сахар, кусок за куском. — Может, хватит? — поинтересовался Андриан. В голосе его мешалась лёгкая ирония и профессиональный интерес. Тони посмотрел на чашку, поморщился и отставил её подальше. — Ты прав. — Да уж, серьёзно тебя из колеи выбило. Хорошо, что хоть ты на наркоту не подсел, — иронии и насмешки стало больше. — Лучше посоветуй, что делать, — хмуро огрызнулся Старк. — Для начала принять, что это не твоя вина. Старк как-то неловко пожал плечами. — А чья ещё? В любом случае, я несу ответственность. И всё завязано на меня. — Последнее верно, первое — не очень. Это мог быть кто угодно. Ты обязан был подойти тогда. — С «кем угодно» ситуация не дошла бы до такого. Врач промолчал. Значит, правда. — Ты можешь ему помочь? Адриан вздохнул. — Физически я могу его избавить от зависимости. Искусственная кома… Но вот эмоционально — нет. Ты ведь понимаешь, что происходит? Тони покачал головой. Уселся в кресло, запуская руки в уже растрёпанную причёску. — Только в целом. Подобные случаи слишком редки, чтоб накопить достаточно статистики. Такого — ещё точно не было. Адриан кивнул. — Я бы мог поместить его в псих-больницу соответствующего профиля. Но держать его там взаперти не выйдет, ты же знаешь его способности. А если так и держать его связанным: какое может быть лечение? — Что ты предлагаешь? — приподнял бровь Тони. Питер просыпался с трудом. Изображение плыло и то и дело расфокусировалось. Голова кружилась. Хотелось провалиться обратно в сон, но от одной только этой мысли было тошно. Заботливые руки приподняли его повыше и поднесли бокал с трубочкой для питья. С трудом Питер сосредоточился на человеке рядом. Конечно не Он! Это осознание подтащило его на шаг к грани забытья, но настойчивые руки медсестры продолжали тормошить его. Он сделал глоток кисловатой жидкости. Потом ещё один. Постепенно в голове прояснилось. Палата. Всё та же. И те же мягкие наручники. Сколько он спал? В дверь с коротким стуком зашёл мужчина. Опять не Он. Всего лишь лечащий врач. Адриан, кажется?.. Не всё ли равно… Питер постарался скрыть разочарованный вздох. Впрочем, он сам не знал, хочет ли видеть Тони Старка. Его присутствие приводило в смятение. И то, как он относится: нежно и заботливо, но в то же время отстранённо, вообще приводит в исступление. От одной этой мысли вновь захотелось ширнуться. Хоть какой наркотой. Чтоб хоть на время отступила эта боль, терзающая душу. Чтоб не знать, не помнить, не… Насмешливая улыбка, заботливый взгляд, сильные руки, запах… запах. Питер отвернулся от Адриана, до боли, до крови закусив губу. — Питер, — позвал врач мягко. — Если ты поговоришь со мной, я позову его. Питер нахмурился, но всё же настороженно посмотрел на врача. Тот расположился на стуле рядом с кроватью. — Извини, что не отпускаю тебя. Это временно, только для того, чтоб ты дослушал до конца. На физическом уровне я вылечил тягу к наркотикам, но если не убрать эмоциональную привязанность, ты сорвёшься на следующий же день. Поэтому пока я не могу тебя отпустить. Питер хмуро молчал. Пускай себе говорит. Главное, чтоб обещание своё выполнил. Или отпустил. — Ты помнишь, с чего всё началось? — задал неожиданный вопрос Адриан. Юноша приподнял брови. — Что началось? — Твоя тяга к наркотикам, — спокойно пояснил врач. Питер нахмурился. Череда дней слилась друг с другом. Одинаково мерзких, с периодическими вспышками химического блаженства. Но до этого ведь всё было нормально? Когда всё изменилось? Когда его тяга к идолу Тони Старку превратилась в это? После первой встречи? — На выставке?.. — произнёс Питер неуверенно. Адриан поощрительно кивнул. — Можешь рассказать, что тогда произошло? Питер заговорил не сразу. — Это была школьная экскурсия. В один из филиалов Старк-индастриз. Лаборатория по изучению всякого. Я увлёкся террариумом с пауками, оборачиваюсь, а там он! — Мистер Старк? — уточнил Адриан. — Да нет же! Паук! Огромный, механический и страшный! Откуда мне было знать, что он всего лишь «универсальный помощник»? Питер помолчал ещё некоторое время, потом продолжил мрачным голосом: — Когда я очнулся, мистер Старк держал меня на руках и заботливо всматривался мне в лицо. Но стоило мне открыть глаза, так он будто сам паука увидел! Быстро положил меня где взял и ушёл куда-то… В голосе юноши прозвучала боль. Адриан понял, как часто тот прокручивал эти минуты в голове. Питер перевёл взгляд в окно, за которым была видна листва липы. — Я что, действительно такой страшный? Противный? Адриан покачал головой. — Да уж, дебил дебильский, — проворчал он себе под нос. Питер вскинул на него огромные глаза и он поспешно добавил: — это я про Старка сейчас. Питер нахмурился. А Адриан потёр лоб и продолжил: — Понятия не имею, почему это всё должен рассказывать именно я… Тони тебе впихнёт бумаги о неразглашении попозже. В общем… Ты стал супер-героем, поздравляю. Прозвучало так обыденно и обречённо, что Питер только брови приподнял. — И… что это значит? — Тебе никогда не приходило в голову, как просто тебе добыть наркотики? Как легко сбегаешь из-под стражи? Это твои способности. Насколько я могу судить: интуиция действий. Ты хорошо понимаешь, как физически будут действовать люди вокруг тебя. Как будто предугадываешь их движения. Возможно, сам стал более ловким и быстрым, чем был. — И? Вы так об этом говорите, будто это плохо. — Для тебя — да. Потому что вместе со сверх-способностями в нагрузку идёт импринтинг. Ты «заразился» способностями в лаборатории. Вокруг было несколько супер-героев, у тебя была предрасположенность. Плюс стресс. И вот первый, кого ты увидел, стал для тебя знаковой фигурой. В твоём случае это Тони Старк. Питер молчал, переваривая. Только крутил, неосознанно, руки в браслетах. Не то, чтоб действительно пытаясь вырваться. Автоматически. — А у него?.. Адриан понял вопрос. — У него тоже есть супер-способности. Интуиция техники. Видимо, он кинулся к тебе, потому что хотел убедиться, что всё в порядке. А когда понял, что попал под импринтинг, испугался и сбежал. Только поздно было. И своим поведением он сделал только хуже. Не стоило кидаться на выручку. Было бы гораздо лучше, если бы тебя нашли одноклассники. — Они бы засмеяли меня, — поморщился Питер. — Зато привязанность к кому-то своего возраста не воспринялась бы так болезненно. — Это… Не всегда так бывает? — Обычно всё проходит гораздо лучше. Появляется привязанность к другому человеку, но не такая сильная и… болезненная, как у тебя. И со временем это часто проходит. Мы не знаем до конца этих механизмов. Как и происхождения супер-способностей. — Ну и что вы предлагаете в связи с этими обстоятельствами? — довольно грубо поинтересовался Питер. Врач вздохнул. — Я вижу только один способ. Вам надо выяснить отношения. Вдвоём, вместе. Откровенно поговорить обо всём. Питер отвернулся. Сполз вниз по кровати и попытался зарыться лицом в подушку. Но Адриану всё равно была видна покрасневшая щека. Возможно, всё действительно именно так? — Ответь мне на ещё один вопрос, — попросил Адриан. — Напоминаю, что весь наш разговор строго конфиденциален. Что ты думал о Тони до того, как встретился с ним лично? — Он шикарен, — прозвучало тихо-тихо, на грани слышимости. — Хорошо. Питер услышал, как хлопнула дверь. Видимо Адриан вышел. Тогда Питер заплакал. Это было очень неудобно, плакать прямо в центре палаты, как будто у всех на виду. Ещё и без возможности вытереть слёзы руками. Когда его уже отпустят? Питер был влюблён в Старка. И то, что тот был покровителем их школы, только усугубляло ситуацию. Питер знал, что до какой-то степени в Питера были влюблены чуть ли не все девчонки в школе. И многие парни. Так что это было почти в порядке нормы. Почти. Конечно, Питер прекрасно понимал, что он — не пара великому, богатому, умному, шикарному, великолепному мистеру Старку. Причин для этого — миллиард. Он мелкий, не такой уж умный, совсем не богатый. И главное — он парень! А все в мире знали, какой ловелас мистер Старк. Но вот только теперь он понял, почему его перемкнуло на Старке так сильно. Впрочем, он не был до конца уверен, правда ли всё это началось лишь с той злополучной экскурсии? Или что-то серьёзное всё же было раньше? О, как много раз он думал пойти и признаться, что влюблён. Наверное столько же, сколько раздумывал, не наложить ли на себя руки. Вместо этого он искал наркоту. Вновь и вновь. Забавная альтернатива простой смерти. Но он понимал, почему он идёт на это вновь и вновь. Потому что именно Старк вытаскивал его раз за разом. Сейчас Питер понимал, что тот чувствует вину и ответственность. Что ж, поведение Старка стало немного более понятным. Забота. Почти нежность в его глазах. И всё равно никакой надежды на взаимность. Хотя бы потому, что это всё нездоровое паранормальное чувство. Как и супер-силы. Питеру вновь захотелось ширнуться. Или — уж окончательно? Умирать не хотелось. Слёзы вновь полились из глаз. — Малыш! Не плачь! — кто-то тронул его за плечо и Питер вздрогнул всем телом. Адриан же ушёл?! Вскочив на кровати, насколько это позволяли оковы, Питер нос к носу столкнулся с мистером Старком. — Бля! — только и смог произнести Питер. Старк между тем разомкнул его оковы. Питер с удивлением глядел на него. Питер потянулся всем телом. Как же приятно вновь обрести свободу! Взгляд Питера метнулся к окну. Оставаться рядом с кем-кто, кто чувствует за тебя ответственность только потому, что хороший человек? Не лучше ли избавить его от этого? Только сначала из страны уехать, чтоб ещё больше боли не причинить. Может, нанять кого-нибудь сообщения писать от его имени? Деньги он найдёт… — Не убегай, пожалуйста, — попросил мистер Старк. — Мне надо кое-что тебе сказать. Питер с удивлением посмотрел на Старка. И тут же отвернулся. Слишком сильно хотелось не просто смотреть, а касаться, прижиматься, и больше… Больше. Но нет, он не такой. Он не будет навязываться. Усердно глядя в пол, Питер предложил: — Говорите. — Тебе не надоела эта палата? Поехали ко мне домой, поговорим. Питер сжал кулаки. — Плохая идея, — ответил он, не поднимая глаз. Изнасиловать своего кумира у него дома — ещё чего не хватало. Продолжительное молчание. Питеру даже захотелось посмотреть, не ушёл ли уже Старк. Если ушёл — надо валить отсюда. — Дебил, — прозвучало тихо рядом, и Питер вздрогнул, но так и не поднял глаз. Чужая тёплая рука легла ему на плечо у самой шеи. Вжала в подушку. Сверху, не давая пошевелиться, легло тяжёлое тело. — Мистер Старк? — полузадушенно спросил Питер, поднимая взгляд. Были сумерки, а свет в палате никто не включал. В полумраке ему не видно было выражения лица. И почему-то стало страшно. И весело. Как перед прыжком в пропасть с парапланом. Умелые губы нашли его рот. Питер застонал и попробовал в свою очередь прикоснуться к Старку. Но его руки одна за другой были пойманы и вновь очутились в оковах, в этот раз над головой. Старк прервал своё занятие и Питер разочарованно выдохнул. Из кармана Старк достал какой-то приборчик, который закрепил на шее у Питера. Тому только и оставалось, что смотреть. — Не бойся, это всего лишь детектор лжи. Только один вопрос. До того, как это всё случилось, что ты чувствовал ко мне? Питер прикрыл глаза. Смотреть на Старка и не прикасаться было невыносимо. Но тяжесть чужого тела успокаивала. — Ну?.. — протянул низкий голос у него над ухом. Горячее дыхание пошевелило волосы. — Любил, — выдохнул Питер. — Как любят недосягаемого кумира. Я бы хотел… — Питер затих и замолчал. — Ну и то ладно. Быть может, что-то у нас и получится. И губы Старка вернулись в мир Питера. Как будто вновь появился смысл жизни. Ловкие руки пуговица за пуговицей расстегивали пижамную рубашку. И Питер вздрагивал от каждого прикосновения. Ему мучительно хотелось прикоснуться самому. Он раз за разом рвал руки из оков. — Малыш, — одна из рук Старка легла на его запястье, погладила нежно ладонь. — В следующий раз. Сейчас всё должно быть с правильно. А то тебе будет больно. Питер, не отвечая, рванулся и куснул Тони за губу. Но тот лишь облизнулся и засмеялся утробным смехом, который отозвался где-то внутри Питера ярким фейерверком. Никаким наркотикам не сравниться с этим! Совершенно вымотанного Питера Тони Старк сам нёс в вертолёт. Мальчик казался совсем лёгким и невесомым. Мысли о том, как именно откармливать мальчишку заполняли всю его голову, пока рядом не пристроился Адриан. — Ну и что? — задал тот вопрос. — Рекомендации врача последовал, — лаконично отозвался Тони. — Не знаю только, что будет дальше. — Уже? — приподнял брови Адриан. — Так получилось. Питер на руках завозился, устроился удобнее и прижался к Тони теснее. — Ладно. Но ты учти, если он только почувствует фальшь… Тони уткнулся в пушистую макушку, пряча улыбку. — Не почувствует. Адриан приподнял брови. Тони уже сидел в вертолёте. Нарушая все правила безопасности, Питер всё так же сидел у него на руках. Тони посмотрел вниз, на Адриана. Сказал: — Знаешь, чего его так ломало? Он меня не хотел напрягать! Совершенно удивительный человек! Не знаю, как всё сложится дальше, но мы обязательно попробуем. Адриан лишь покачал головой: — Вот тебе и образ ловеласа! А я говорил, что нефиг потворствовать сми! Тони лишь плечами пожал. Адриан отступил в сторону, и вертолёт взлетел, унося в новую жизнь Тони Старка и Питера Паркера. — Что ж. Теперь теперь он окончательно принял на себя ответственность за мальчика, — проговорил врач задумчиво.