Дежавю

      На удивление не трезвому рассудку, который сидел в голове Мацубары, они добрались до огромного отеля спокойно и без приключений. Хотя это было не в стиле девушки: идти с первым встречным куда-то, а тем более в таком состоянии. Но чутьё Карен подсказало, что этот мужчина её выручит и не причинит никакого вреда. Мол, он просто аленький цветочек и не станет пользоваться её положением. Парочка поймала такси: жёлтый автомобиль с шашками довёз их до огромного и высокого здания.       Оформляться пришлось добрых двадцать минут: язык заплетался, а паспорт она еле отыскала в кармане куртки. На ресепшене на неё смотрели как на сумасшедшую, ибо пьяное состояние Мацубары заставляло то вздрагивать от икоты, то глупо улыбаться и оправдываться, пытаясь быть на одной волне с людьми за стойкой. В этот раз её харизма не желала работать, что немного расстроило певицу. Но когда ей наконец-то всучили в руку ключ, а чемодан забрал работник отеля, она вместе с Жаном направилась к лифту. Во всех «путешествиях Карен»* ей помогал Польнарефф, что создавало в груди Мацубары огромное количество благодарности и симпатии к этому человеку. - Польнарефф? – Карен позвала новоиспечённого знакомого; он сразу же любезно посмотрел на неё, подхватывая школьницу за талию. Ещё немного и она бы точно в очередной раз случайно споткнулась и разбила себе колени. – Спасибо огромное! Правда, давно не встречала таких... – девушка задумалась, щуря золотистые глаза и кусая свою щёку, стараясь подобрать нужные слова, - Такого хорошего человека как ты! Ты принёс мои сумки в этот сраный отель, помог снять номер, да и, мало того, довёл до номера! Мой рыцарь! – она звонко рассмеялась. - Оя-оя, Карен, мне только было в радость помочь тебе! Встретимся вечером в ресторане? Мы могли бы познакомиться поближе, - Польнарефф хитро улыбнулся, всматриваясь в лукавое выражение лица Мацубары; она же в свою очередь подавилась смешком, кивая лохматой головой и делая неудачный пьяный реверанс. - Если только моя... Точнее, м, - певица вздохнула, а потом стукнула себя по лбу двумя пальцами, - Если проснусь, вот! Я так понимаю, ты... Чёрт, - она покачала головой:язык заплетался, разговаривать уже не было сил, глаза слипались, - Где твой номер? - Моя комната во-о-о-о-он там! – француз радостно указал в сторону такой же белой двери в конце коридора. Мацубара кивнула, а потом и вовсе полезла обнимать мужчину, чтобы попрощаться, скорее всего, до завтрашнего утра, - Ох! – Польнарефф слегка покраснел, но самодовольно улыбнулся, важно поднимая подбородок и обнимая Карен за плечи. - Ладно! Карен, тебе стоит хорошенько выспаться, - сразу же наказал мужчина, отстраняя девушку от себя и заглядывая в её сонное лицо. Глаза Мацубары были красные, капилляры заметно воспалились от усталости, золотистый зрачок тупо смотрел на Польнареффа, а губы были растянуты в полу-ухмылке, - Я чувствую, ты проспишь весь вечер, а тем более всю ночь. - Какой же замечательный человек, - протянула школьница; невольно в уголках глаз появились лёгкие слезинки, но не от благодарности, а от усталости. Карен зевнула себе в кулак, отпуская высокого парня и оборачиваясь к своей двери. Черноволосая не сразу вставила ключ в скважину, ей с этим помог её трезвый товарищ. Открыв дверь в номер, Мацубара прошла в комнату и осмотрелась с таким видом, словно являлась каким-то очень важным архитектором, - Ништяк, - она хлопнула в ладоши, вновь делая Жану благодарный реверанс, при этом чуть не упав на колени. - Хорошего сна, Карен! – Польнарефф помахал подруге широкой ладонью, она в ответ лишь кивнула, желая французу спокойного вечера.       Дверь закрылась, а сама Мацубара устало уселась на комфортный матрас, сразу потянувшись к матроске и стягивая с себя неудобную школьную форму. Карен откинула её в сторону, руки автоматически стали расстёгивать молнию на юбке; она неловко поднялась на ноги и сняла ткань. Следом последовали колготки, лишь после этого Мацубара в одном нижнем белье направилась в ванную. Ей было просто необходимо принять душ. От формы пёр запах водки, волосы были грязные и лохматые после нервного перелёта с Шизой и допроса полицейских.       Как только горячие капли стали ливнем падать на голое тело девушки, она хмыкнула и улыбнулась, опуская голову и прижимаясь лбом к плитке, делая глубокий вздох облегчения. Вода смывала стресс, грязь, запах алкоголя, опьянение, но не усталость. Спать хотелось по- прежнему, но горячая вода никак не желала отпускать девушку. Простояв под струями почти двадцать минут, Мацубара наконец-то вышла из душа, хватая белое махровое полотенце и присаживаясь на сухой бортик ванны. Она стала сушить волосы полотенцем, обмакивая их, чтобы избежать ненужной влаги, а потом и вытерла тело, прежде чем надеть прямые голубые штаны и чёрную свободную футболку. Карен даже не поняла как дошла до комнаты и оделась, прежде чем забраться на кровать и уснуть среди мягких подушек и тёплого одеяла.

***

      Карен шла по коридору: холодному, нелюдимому и очень тёмному. Под ногами чувствовался холодный кафель. Босые ноги еле слышно шлёпали по полу, но она продолжала идти, совершенно не зная куда. Перед глазами стояла одна сплошная темнота, а ещё виднелись какие- то силуэты в виде старинных громадных шкафов или колонн. Но внезапно Мацубара остановилась перед лестницей: она была очень длинной, шла в самый верх и сворачивала вправо, но следом были ещё ступеньки. Огромное окно было единственным источником хоть какого- либо света. Карен прекрасно видела, как пыль летала в лунном свете; старые перилла пропускали между своих щелей лучи «ночного солнца», падая на школьницу. Недолго думая, Мацубара стала подниматься наверх. Она считала ступеньки, придерживаясь ладонью за перилла.       Певица оказалась наверху, её внимание привлекли широкие двери. Девушка не стала медлить и подошла к ним:ладони заскользили по деревянной резьбе, глаза уставились на поверхность дверей, словно бы пытались просверлить себе щель или увидеть что-то, а точнее кого-то. Карен ощущала присутствие кого-то за ней. Она осознавала, что и тот, кто в той комнате знает, что девушка здесь. - Заходи же, милая. Чего ждёшь? – голос ласковый, тёплый, глубокий и вязкий, как мёд. Голова Мацубары слегка дёрнулась, одна ладонь упала на ручку двери, она с нетерпением закусила нижнюю губу: так хотелось открыть, хоть одним глазом поглядеть на человека в загадочной комнате, - Я знаю, как ты этого хочешь. Ну же! Просто поверни ручку, - голос продолжал звать её, - Карен... Давай, мне нужна твоя помощь, - голос мужчины за дверью был зыбучими песками. Он гипнотизировал, каким-то образом подавлял её волю; она уже поворачивала ручку, но одумалась, резко отдёрнула ладонь и повернула назад. - Карен! – знакомый голос зовёт её, она прищуривается, выбираясь из состояния полного подчинения. Смотрит в темноту, старается вспомнить этот грубый и холодный тон. Неужели это... Джотаро? - Открой дверь, ты нужна здесь, - вновь этот тягучий голос звучит из-за двери, но она не поддаётся. Мацубара вздрагивает и растерянно смотрит по сторонам. - Карен! – оклики Джотаро становится всё отчаяннее и отчаяннее, будто он старается её найти? Певица резко срывается в темноте, несётся по коридору, а потом её хватают за плечи и тянут вверх...

***

      Она открывает глаза и видит над собой лицо Жана. Он улыбается, наконец-то опускает плечи полу-японки и садится на край кровати, чтобы не вызывать дискомфорт у подруги. Мацубара устало присаживается и утыкается в ладонь, слегка проводит пальцами по лицу, а потом зевает себе в кулак, качая взъерошенной головой, и смотрит на часы. Надо же, уже семь утра! Девушка хмыкает и тоже улыбается, поворачиваясь к Польнареффу, который решил её разбудить. Судя по-всему, он ждал её и достаточно долго, наверное, минут тридцать. Они желают друг другу доброго утра, француз же внимательно разглядывает лицо девушки, интересуется хорошо ли она спала, на что Карен отвечает положительными ответами. - Славно! Я просто не справлюсь с этим меню, мне уж точно нужна помощь! Я ждал тебя, но ты всё никак не просыпалась, я и пришёл тебя разбудить, - мужчина слегка толкнул её плечом, на что Мацубара усмехнулась. - Окей, я помогу. На самом деле есть хочется ужасно, поэтому дай мне пять минут. Я оденусь и пойдем в тот ресторан, - Карен потянулась, опять зевая и вставая с кровати, показывая готовность. - Отличный настрой! Жду в коридоре, хах! Хотя я был бы не против остаться и помочь тебе одеться, к примеру, – француз щёлкнул пальцами, хитро ухмыльнувшись, но в этот же момент в его спину полетела подушка, которую он точно не ожидал получить. Однако, он успел вовремя поймать её и кинуть обратно на кровать, - Шучу! – он злорадно хихикнул, - Хороший бросок, кстати! – оценил Польнарефф прежде чем выйти в коридор. - Спасибо! – рыкнула Карен, кидая сумку на пол, а потом оттолкнув её от себя. Она начала рыться в чемодане, но не увидела ничего подходящего. Полиция во время обыска её вещей в аэропорту успела украсть достаточное количество вещей, поэтому в чемодане остались лишь часть нижнего белья, несколько маек с футболками, рубашка и штаны с кедами, - Чёртовы ублюдки, гореть вам в аду, извращенцы, - прорычала Мацубара, ударяя со всей силы по чемодану. От злости в воздухе материализовалась «Chicago!»: она стала с интересом разглядывать хозяйку. - Чего смотришь? – хмыкнула она странному, но родному существу. Стенд молчал и продолжал следить за тем, как девушка перекладывает вещи себе в сумку: их она оставит на чёрный день, а пока наденет сраную форму, которую она терпеть не могла, но, как говорится, «хочешь жить – умей вертеться».       Карен нравился её стенд, он был очень необычный. У него женственное человекоподобное тело: высокое, наверное, около двух метров, если не больше. Крепкие плечи стенда были защищены колючей бронёй, не идентичные отростки торчали вверх, половину лица закрывал воротник, позволяя видеть лишь большие золотистые глаза. Жёлтый цвет разбавлял чёрный, две тёмные длинные линии вертикально спускались по телу существа. На груди было её имя «Chicago!». Большие ладони с чёрными когтями слегка подрагивали. Вместо ушей были чёрные вакуумы, напоминающие большие наушники, не было лишь ободка. Позади головы станда был заметный капюшон, наверняка служивший защитой. «Chicago!» олицетворяло Карен полностью, оно было существом со своим разумом, которое хотело смотреть и даже, как ей казалось, чему-то учиться. - Забавно, - певица хмыкнула, отводя взгляд от существа, слегка расчесывая волосы гребешком, дабы избавится от противных волн и выбивающихся петушков, - Так, давай вали. Я пойду есть, - пробурчала Мацубара под насмешливый взгляд «Chicago!».       Наконец, она натянула на себя матроску и поправила рукава, закатывая их по локоть, а потом надела на плечи излюбленную кожаную куртку и обула казаки. Те громко зазвенели, а Карен, мученически выдохнув, проследила как «Chicago!» исчезла. Школьница накинула на плечо рюкзак, прежде чем выйти в коридор и встретиться с Польнареффом. У того на плече тоже была небольшая чёрная сумка: судя по-всему, он тоже собирался путешествовать. - А где ресторан? – спросила Мацубара, - Это который в отеле? – она вопросительно поглядела на друга: он сразу же закачал головой, его голубые глаза возмущённо посмотрели на школьницу, на что она усмехнулась. - Рестораны в отелях - это настоящий грабёж, вдобавок очень невкусный! Мы идём в другое приличное место. К тому же мне надо встретиться с одной компанией, - важно объяснил француз, слегка направляя ладонь вперёд, как будто этим указывая путь, - Я надеюсь, ты любишь острую еду? - Обожаю! – воскликнула Мацубара словно ребёнок и счастливо улыбнулась, на что Жан кивнул головой, - Кстати, а что за компания? – без какого-либо стеснения спросила она, на что мужчина едва заметно стал серьёзным, но он сразу же поспешил легко и непринуждённо улыбнуться, - «Странно», - это была первая мысль, которая мелькнула в её голове. - Ну, как сказать! Я должен их сопроводить кое-куда, но это неважно! – Жан слегка похлопал по плечу певицы, - Ты то куда путь держишь? - В Каир, - ответила школьница, - Я еду к своим друзьям из рок группы. Мы собираемся там отдохнуть. Как-никак, мы должны поддерживать связь после распада группы, всё такое, - она щёлкнула пальцами, - Многое случилось за последние несколько лет, - врать и не краснеть Карен умела, а тем более делала это очень профессионально и умело. - Я только оттуда! Был на экскурсиях, там очень интересно. Я думаю, тебе понравится в Египте, будь уверена! – заверил мужчина, открывая перед Мацубарой дверь на улицу. Они вышли на свежий воздух; певица сразу не упустила возможности вдохнуть полной грудью и пошагать следом за Польнареффом, с которым она стала разговаривать о всякой чепухе. Ребята находили друг друга очень интересными собеседниками, потому как просто не могли заткнуться до самого ресторана. Карен даже не запомнила дороги, но, судя по всему, прошли они несколько кварталов.       Ресторан был совершенно обычный с китайской и традиционной кухней. Парочка зашла внутрь, сразу присаживаясь за один из столиков. Для начала они заказали чай, но вот в дальнейшем они явно запутались. Даже Карен было сложно разобраться в китайских иероглифах: она постоянно поднимала глаза на красивую фигуристую официантку, одетую в красное платье ципао. - Вот чёрт, - девушка вздохнула, отпивая зелёный чай, который был не таким уж и плохим. Однако от вкуса «травы» её скулы заметно напрягались, а бровь нервно дёргалась от каждого глотка. Хотелось есть, а не сидеть и разбираться с чертовым меню, - где английский язык? – разозлилась девушка, нервно выплёвывая последнюю фразу и строго поглядывая на официантку: работницу ресторана заметно тряхануло, стоило было ей встретиться с хищными глазами девушки, - Во дураки, а... – Мацубара отбросила от себя кожаную книженцию. - Вынужден согласиться! Я сидел точно так же, когда ждал твоего пробуждения. Издевательство над людьми, - хмыкнул Жан, скрещивая руки на груди и обиженно смотря в сторону дверей: его привлекла компания мужчин, зашедшая в ресторан и сразу занявшая большой столик. Официантка поспешила подскочить к ним, предлагая меню и отойдя в сторону за зелёным чаем. - Был бы здесь Шанг*, он бы перевёл этот «нонсенс», - хмыкнула гневно Мацубара, в очередной раз заглядывая в проклятую книжку и тыкая в кривые, по её мнению, иероглифы, - Эй, может спросим, знает ли здесь кто-нибудь английский или японский? – Карен посмотрела на Польнареффа, замечая его повышенное внимание на компанию мужчин. Её брови удивлённо дёрнулись вверх, она тоже устремила взгляд на них. Школьница покачивалась на стуле, тщательно рассматривая знакомые черты лиц. Однако, осознание кто это пришло в самый неподходящий момент. Мацубара внезапно свалилась на пол, вызывая громкий шум по всему залу. Но это не напугало её: она не произнесла не единого звука и резко залезла под стол. - «Джотаро меня сейчас прикончит. Мне жопа.» - певица схватилась за голову, больно сжимая волосы и резко встретившись с удивлёнными огромными глазами француза. Он выглядел растерянно, заметив как Мацубара сидит под столом и что-то бормочет себе под нос. - Нормально всё? - Нормально...       Мацубара неуверенно вылезла из под стола, внимательно приглядевшись к Абдулу и Какёину, которые как раз-таки сидели лицом в её сторону. Вроде они забыли о громком шуме, потому как сами изучали меню. Это заставило Карен облегчённо выдохнуть и убрать лишний пот на лбу: она перепугалась, стоило было подумать, как Джотаро раскрывает её нахождение здесь. Всё же... Что они здесь делают? Почему они не в Каире? Это поставило школьницу в тупик; она выдохнула, выпивая ненавистный чай. Польнарефф внезапно поднялся с широкой улыбкой на лице и размял свои плечи, забирая со стола меню. - О, круто! Ты знаешь, что будешь заказывать? – неловко улыбнулась подруга, поправляя волосы на лице и убирая их назад, но те настойчиво упали на её лоб, вызывая привычное неодобрение, - Я буду гречневую лапшу если вдруг! - Да, но я обращусь к этим парням! Как-никак, у нас одна общая беда! – рассмеялся француз, а Карен как ошпаренная крепко схватила его за локоть, останавливая. - Ты чего? Ты ёбнулся? Они же маньяки какие-то! Не надо! – разум девушки окунулся в какую-то панику:нельзя допустить, чтобы её вычислила компания, а тем более Джотаро. Ещё лично посадит её в самолёт, чёртов сексист, - Польнарефф, не стоит! Справимся сами! Прошу! - Карен, успокойся! Эти ребята выглядят очень добродушно, посмотри на них! Особенно на старика: видела какие у него глаза добрые? Он точно нам поможет, а тем более если ты пойдешь со мной! Они уж точно не откажут в помощи такой милой и красивой девушке как ты, - уверенно и самодовольно настоял француз, бережно охватив крепкой ладонью запястье Мацубары и заставляя встать. Он потащил певицу на ватных ногах к тому чёртовому столу. - Посмотри на этого парня в чёрном! Он вообще якудза, да он нас с тобой прирежет и в канаву кинет! Потом поминай как звали! – Карен пыталась остановить попытку Жана тащить её к знакомым, но мужчина не позволил подруге освободиться от его стальной хватки, всячески оправдывая её присутствие как только они обратятся к ним.       Внутри Мацубары всё замерло, когда она увидела, что шокированный взгляд Нориаки направлен на неё. Абдул, заметив удивление товарища, тоже взглянул на незнакомца и Карен. Бывшая одноклассница была бледнее чем мел, казалось, она от волнения вот-вот свалится в обморок. Это обеспокоило художника. Её губы нервно что-то произносили, запястье, находившееся в руке странного мужчины, дёргалось, словно она пыталась вырваться, но не так яро, он не удерживал её в заложниках, вдобавок они направлялись к ним. В горле у девушки появился ком, который ей хотелось куда-нибудь сплюнуть или проглотить, она понимала какой скандал, скорее всего, её ожидает. Они уже стояли за спинами Джозефа и Джотаро, а Польнарефф уже открыл рот, чтобы обратиться к незнакомцам, подняв чёртово меню. В голове у Карен появилось огромное желание спалить этот ресторан дотла и француза вместе с ним.       Джотаро сразу почувствовал присутствие за своей спиной и повернул голову назад, встречаясь с равнодушным лицом девушки, которую он выгнал из дома и наказал не лезть в дела его семьи. Сначала бирюзовые глаза были светлыми от ступора, но мгновенно потемнели от раздражения и гнева, который вспыхнул в груди обладателя «Star Platinum». Карен нервно сглотнула слюну в горле, а когда парень резко поднялся, она была готова шлёпнуться в обморок. Её бабка Миюки не была такой страшной и пугающей в состоянии гнева, каким сейчас был Куджо. Польнарефф разговаривал с поражённым Джозефом: он тоже заметил присутствие девушки и, кажется, был откровенно рад, в отличие от внука. - Ты что здесь забыла? – голос Джотаро прозвучал громом среди ясного неба. Он был очень угрожающим и накалялся от холодной злости, заложенной где-то внутри широкой грудины ровесника, - Ты разве не поняла, что я тебе сказал? Не лезь дела в моей семьи, сука, - кулаки парня сжались, костяшки побелели: казалось, он собирался ударить Мацубару. - Иди к чёрту! Я сама знаю, что мне делать, ясно?! Я буду помогать, а твоё «папашино» благословение мне в сто лет не нужно, Джотаро! Я здесь и я буду помогать, и мне плевать, хочешь ты или нет! – громкий возглас Карен заставил замолчать Польнареффа, Джозефа и Какёина, которые наконец-то сделали заказ. Милая официантка скрылась в дверях кухни, совсем скоро им принесут еду, - Я это делаю лишь потому, что хочу помочь твоей матери, а не тебе! – Мацубара закипела, её глаза сузились от злости и чувства несправедливости.       Повисла напрягающая тишина; Джотаро не ожидал, что девушка даст ему такой отпор, а вдобавок ещё и поедет следом за ними. Парень нахмурился, а потом поправил кепку, стягивая её на глаза, лишь бы не видеть нервное выражение лица школьницы. Карен же наоборот плюхнулась на стул, который стоял рядом с Какёином, и скрестила руки на груди, смотря на свои казаки. Нориаки вздохнул, мягко положив ладонь на её плечо и слегка сжав, стараясь передать своё одобрение её действиям. Не каждый бы так кинулся следом за кем-то, тем более на такое опасное задание. Джозеф смотрел на Мацубару: он понимал, что так просто она не отцепится от них, поэтому другого выхода не было, кроме как твёрдо заявить всем членам команды одно: - Мацубара Карен будет путешествовать вместе с нами, отказов я не принимаю, - Джостар покачал механическим пальцем. Поражённый жёлтый взгляд благодарно метнулся на мужчину: лишь Джозеф заметил, как в краю глаза появилась едва заметная слеза, но певица быстро смахнула её, кивая ему головой. - Я против, - угрожающее зарычал Куджо, сжимая спинку проклятого стула: казалось, дерево вот-вот затрещит от напора пальцев хулигана. - Тебя никто не спрашивал, - возмущённо огрызнулась она, замечая этот бирюзовый взор; сейчас они были готовы друг друга порвать в клочья, но вместо этого молча отвернулись. - Мистер Джостар, это опасно. Она же девушка… - Абдул покачал головой, но дед сразу цокнул языком, на корню срубая слова друга, который лишь глубоко и расстроенно вздохнул. По его мнению Джотаро был прав: она девушка, вдобавок молодая, ей не стоило ступать на этот путь. Потери были неизвестны, и никто не знал, что будет дальше.       Польнарефф растерянно наблюдал за настроением всех: ему явно не было понятно, в чём проблема. Почему все так внезапно набросились на Карен, и о каких путешествиях они говорят?... Вдруг несколько официанток принесли много странной, но точно традиционной еды их страны. Это были такие деликатесы, как: жаренные лягушки, целая тарелка крупных мидий, неизвестная рыба на горке риса и другие различные блюда. Было много ванночек соевого соуса. - Ох!.. Это всё из-за меня! – Джозеф виновато и неловко с глупой улыбкой поглядел на француза, тот же с каким-то недоверием рассматривал странную принесённую еду, - Просто давайте попробуем это и всё! Стоило Джозефу отвести глаза от Польнареффа, как он встретился с потухшими и не особо довольными лицами всей команды; лишь Карен сидела и накладывала себе рис с рыбой. Хоть кто-то оценил его жест, в отличие от внука и остальных друзей, собравшихся за столом. - Ну, что за лица? Давайте есть! – Джостар глупо рассмеялся, поднимая руки, как будто бы собираясь сдаваться.       Пьер хмыкнул, палочками доставая из овощной вырезки морковь. Чищенная долька морковки была вырезана подобно звезде; мужчина поднёс её ближе к своему лицу и стал внимательно рассматривать каждый надрез. Она была идеально вырезана, не было ни единой ошибки или неловкого движения, которое бы повредило интересную овощную и не особо замысловатую фигурку. Карен уже потихоньку ела рис, игнорируя взгляд Джотаро и Абдула, Какёин же следовал её примеру, а точнее молча рассматривал странную мидию в своих палочках. - На время забудем о еде. Знаете, это великолепная работа ножом. Посмотрите на эту морковку. Она вырезана в форме звезды... Кажется, я уже где-то видел эту звезду... - таинственным голосом Польнарефф заставил каждого сидящего обратить внимание на мужчину. Лукавая физиономия лица напрягла присутствующих, - А ведь я правда встречал кое-кого... – постоянные паузы накаляли ситуацию, всем стало не по себе, - С родимым пятном такой же формы... Хе-хе-хе-хе. – голубые глаза угрожающе сверкнули, кончики губ растянулись в злорадной ухмылке. - Польнарефф... – Карен растерянно смотрела на приспешника Дио, сидящего с ними за одним столом. Она поверить не могла, что этот человек прислуживает Брандо. Это было невозможно, Мацубара не хотела в это верить, но глаза и уши доказывали все факты его службы вампиру. Огромное разочарование и грусть отразились на лице певицы. Джозеф не мог произнести ни слова, он сжал кулак. Абдул молчал, как и Джотаро: они замерли как оловянные солдатики и просто ждали действий француза.       Громкий стук кулака Нориаки обратил внимания Польнареффа. - Ублюдок! Ты должен быть... – но не успел он сказать и слова, как серебряная молния промелькнула и стрелой направилась в голову Джозефа. - Мистер Джостар! Осторожно! – выкрикнул Абдул, пытаясь спасти мужчину от участи. Но Джозеф сделал это сам: механическая рука облачённая в перчатку, оказалась перед его лицом, принимая удар шпаги, которая прошла насквозь, но остановилась. Абдул вызвал свой стенд: существо с головой птицы и мускулистым телом с громким грозным выкриком вылетело из-за спины мужчины. «Magician's Red» стал атаковать стенд противника, однако рыцарь в железных доспехах ловко уклонялся от атак, вдобавок при помощи своей шпаги делая водовороты, которые почти развеивали языки пламени Абдула. Остальные сгустки пламени вонзились в круглый стол. - Что?! – возмущённо выкрикнул мужчина, подскакивая с места и встречаясь с холодными глазами пешки Дио. Рыцарь в доспехах возвышался за спиной француза, показывая шпагу и полную готовность к новым атакам своего противника. Повисло молчание: остальные ребята наблюдали за происходящим, но и Пьер не спешил нападать на остальных. - Абдул, кажется, первым он хочет сразиться с тобой... – неуверенно произнес Джостар, который стоял перед Карен, прикрывая её своим плечом и внимательно следя за дуэлянтами. - Мой стенд представляет собой карту «Колесница». Его имя «Silver Chariot». Я создал из огня циферблат часов на столе. До того, как стрелка достигнет двенадцати, я разберусь со всеми вами, - лицо Польнареффа было бесстрастным, он явно был серьёзен в своих намерениях. - У тебя отличные навыки фехтования. Но, должен заметить, ты сказал, что одолеешь меня до того, как часы пробьют двенадцать? Мистер Польнарефф, вам не кажется, что это очень самонадеянно? – Абдул сделал несколько шагов в сторону мужчины, становясь в стойку, слегка напрягая пальцы. - Жан Пьер Польнарефф, - исправил его фехтовальщик, смотря на египтянина с таким кошачьим спокойствием, отчего Абдул усмехнулся, что, мягко говоря, не понравилось беловолосому. Стенд Абдулла резко сжёг половину стола, он с грохотом свалился на пол. Пламя пожирало стол, потрескивая, хотя никуда не поднимаясь и не потухая. Компания, наблюдая за боем, удивлённо переговаривалась между собой, не смея отвлекать Абдула от врага. - Мистер Польнарефф, не думайте, что моё пламя обычное, горящее только вверх или куда дует ветер. Мой стенд называется «Magician's Red», его пламя покорно моей воле. - Я вижу. Было сказано, что когда был создан мир, он бы окружён пламенем... Кажется, твой стенд олицетворяет первую карту «Мага», символизирующего начало мира, созданного в тлеющем огне, - Жан сжал рукоять шпаги с рукой стенда, слегка облокачиваясь о неё и сверля взглядом Абдула, словно он пытался обмануть фехтовальщика, - Однако ты заявляешь, что я самонадеян? Что я преувеличиваю... – его рука вытащила из кармана штанов горсть монет, показывая её тарологу и всем остальным, - Свои способности?! - Резко он подбросил монеты:каждая из них полетела по сторонам, но ловкий стенд начал молниеносной юлой следовал за монетками. Мгновение и «Silver Chariot» остановился, выровнял свою спину и показал шпагу:на лезвие были насажены горящие монеты. На лице француза отразилась усмешка. - Он в мгновение ока пронзил все монеты! – Джозеф удивлённо всматривался на оружие рыцаря. - Нет, приглядись лучше, - настоял внук, который стоял рядом с Какёином. - Вижу, он пронзил моё пламя... - Теперь ты понимаешь, почему я не хвалюсь? Мой стенд может разрезать пламя, разрезая воздух, создавая пространство между другими сферами. Твой огонь абсолютно бесполезен перед моим «Silver Chariot»! – Польнарефф без усилия взмахнул шпагой, и монетки со звоном попадали на пол. Жан отвернулся от Абдулла и зашагал к двери с намерением выйти из ресторана. - Боже, что со столом?! Он будто горит! Скорее, кто-нибудь, принесите воды! – вдруг потребовал худощавый администратор в простом костюме: мужчина уже был готов хвататься за голову, лишь бы спасти этот чёртов стол. - Куда ты собрался? – нахмурился Абдул, на что сразу получил ответ противника, успевшего открыть дверь и повернувшего голову на голос таролога. - В замкнутом помещении мне не составит труда тебя прикончить. Я легко стану победителем. Но огненная мощь твоего стенда может хорошо проявить себя в свободном пространстве, верно? Победить на твоей территории больше подходит такому стенду, как мой. Ведь колесница символизирует «вторжение и победу». Пойдем наружу, я прикончу каждого из вас, одного за другим!       Карен смотрела в спину Жана. Он бесцеремонно вышел из ресторана; Абдул последовал за ним, а сама девушка, сделав глубокий вздох, ощутила укол вины в самое сердце. Она чувствовала себя виновной в том, что позволила врагу оказаться рядом с её командой, но кто знал, что он является пешкой Дио? Никто. Ему отлично удалось обмануть её доверие. Джотаро продолжал изредка бросать на Карен короткие взгляды: они с Нориаки шли чуть впереди, в то время как Джозеф с Мацубарой следовали за ними.       Через несколько минут компания наконец-то дошла до места сражения. Это был сад Тигрового бальзама. Здесь было множество достопримечательностей: необычные вершины, статуи, полу-здания, растения. Это место вгоняло в сказку, но не при таких обстоятельствах. Сейчас Абдул будет сражаться с Польнареффом, совершенно неизвестно как закончится это схватка. Жан остановился у тигра и дракона, открывающего зубастую пасть, важно приподнимая локоть и смотря сквозь пальцы на Абдула и остальных. - Это место идеально подходит, - Польнарефф ухмыльнулся, еле замето наклоняя голову в бок и следя за реакцией таролога, - Ты, Абдул, будешь убит собственным стендом, поджарен до корочки! Что на это скажешь? – самодовольное лицо француза отразилось в карих глазах мужчины, терпеливо ожидая выпада Пьера. to be continued...