В ритм с твоим сердцем

Свидание прошло просто безупречно. Габриэль заказал столик в одном из дорогих ресторанов на самом верхнем этаже, где из окон открывался потрясающий вид на город и Эйфелеву башню, озаряющую своими золотыми огнями вечерний Париж. Агрест специально выкупил несколько соседних столиков, чтобы никто не мешал им, и они могли спокойно поужинать, поэтому этаж почти пустовал, за исключением одной влюбленной пары, которая сидела на другом конце зала и была слишком далеко, чтобы помешать их романтическому уединению. Натали блистала: сегодня она надела шелковое коктейльное платье с классической длиной до колен: фиолетовое одеяние с мягкой драпировкой обтягивало силуэт атласным поясом, создавая акцент на талии и выгодно подчеркивая стройную фигуру, неглубокий вырез, обрамленный прозрачной тканью с цветочным узором, имел оттенок на тон светлее основного наряда. Несмотря на то, что платье имело довольно строгий вид, выглядело оно изумительно красивым, идеально шло своей прекрасной обладательнице и очень нравилось Габриэлю. Натали не использовала яркую косметику, что делало черты ее лица мягкими и тонкими, а волосы, собранные в высокий пучок, с парой волнистых прядей, ниспадавших на плечи от висков, завершали образ истинной кокетливой француженки. Она так же не надела очки, а заменила их на контактные линзы, и казалась от этого еще милее. Агрест же предпочел деловой костюм итальянского кроя, в котором он выглядел по-настоящему элегантно: пиджак с двумя шлицами и высокой проймой аккуратно облегал грудь, брюки прямые по всей длине и не слишком широкие. Идеальный образ завершал галстук светло-серого оттенка. Натали находила Габриэля чертовски привлекательным. Ужин протекал в приятной атмосфере. Все блюда были очень вкусными, особенно, миндальные пирожные с воздушным ягодным кремом, — этот десерт особенно оценила Натали. Разговаривали о работе, об Адриане и скором показе мод, к которому Агрест усердно готовился. После ресторана они побродили по набережной Сены, но как-только Натали сказала, что замерзла, Габриэль сразу распорядился, чтобы водитель отвез их домой. Когда они вернулись в особняк, оба, по своему обыкновению, зашли в рабочий кабинет и остановились на середине комнаты. Габриэль пытливо изучал Натали взглядом, и в какой-то момент Санкер заметила, что он смотрит не только с интересом. Было в его глазах что-то еще… Нечто загадочное, манящее. Габриэль подошел к своей ассистентке, и взгляд его вспыхнул пламенным желанием, которое озадачило и испугало одновременно. Сделал еще один маленький шаг и несильно наклонился к ее лицу. Она ощутила его горячее дыхание на своей коже, а в нос ударил терпкий запах мужского парфюма. — Габриэль, я, кажется, забыла напомнить тебе, что запрос… запрос на ткани отменили… — пролепетала Натали. Она прошла к своему рабочему столу, звонко стуча каблуками по мраморной поверхности. — Сейчас, секунду, — руки не слушались, дрожали, но вскоре она отыскала нужные квитанции в стопке документов и обернулась к Габриэлю, — нашла, эти тка… Фраза ее была оборвана самым что ни на есть прекрасным способом, — Агрест обхватил лицо Натали руками и поцеловал в губы. Жадно, напористо.Постепенно смятение сменилось наслаждением, Натали неосознанно расслабила пальцы, и бумаги упали на пол, разлетевшись в стороны. Габриэль на несколько секунд задержался на её губах и отстранился. Они смотрели друг на друга, глаза в глаза, и молчали. Никто даже не подумал поднять упавшие квитанции — сейчас было совсем не до них.Санкер пыталась унять дрожь в теле и успокоить бешеный ритм сердца, но безуспешно. Неожиданный поцелуй Габриэля мгновенно вскружил ей голову.Он тонул в ее голубых глазах, чистых и светлых, словно безоблачное небо в ясный летний день, а сладость женских губ пьянила не хуже выпитого за ужином бокала Каберне-фран. Габриэль медленно опустил руки на тонкую талию, снова наклонился к лицу Натали и обжег ее губы самым чувственным поцелуем, на какой был способен. Целовал с той же страстью, но нежнее, мягче. Натали робко отвечала, сминая в пальцах ворот его пиджака. Агрест, почувствовав слабый напор с ее стороны, расценил это как своеобразное разрешение, слегка прикусил ее нижнюю губу и настойчиво углубил поцелуй. От наплыва чувств Габриэль поддался сильнее вперед, опираясь руками о стол и буквально вжимая в него Натали. Положение было не самое удобное. Нужно было что-то предпринять. Мужские руки скользнули ниже, быстро приподняли Санкер за бедра и усадили на компьютерный стол. Потеряв опору, она инстинктивно обвила шею Агреста руками. Так было намного лучше. Ловким движением Габриэль вытащил шпильку из аккуратной прически, и пальцами начал перебирать длинные локоны, темными волнами рассыпавшиеся по спине и плечам. Носом зарылся в шелковистые волосы, впитавшие в себя легкий цветочный аромат шампуня, а затем невесомо провел губами по мочке уха. Он знал, что женщинам особенно нравится подобное, и нужная реакция не заставила себя ждать. Натали судорожно вздохнула, прикрывая глаза. Не давая отдохнуть ей от новых ощущений, Габриэль припал горячими губами к ее прохладной коже на шее, и этот безумный контраст температур отправил рассудок Санкер в далекое плавание. Из уст Натали вырвался приглушенный стон, распаляя в Габриэле еще большее желание. Он не сдержал довольной улыбки. Натали была безвольна в его сильных руках, буквально плавилась под их настойчивыми движениями. Когда последний раз какая-нибудь женщина так отзывалась на его ласку? Смотрела с искренней нежностью и вожделением одновременно? Габриэль едва не усмехнулся собственным мыслям. Даже самое долгое и страстное уединение с Эмили не приносило столько наслаждения, как банальные поцелуи с Натали. Казалось бы, абсурд? Нет. Очевидный факт. Факт, который мужчина не мог отрицать, даже если бы очень захотел. В последние годы секс с женой стал для него уже чем-то обыденным. Супруга всегда ждала от него чего-то большего, а с Натали все было иначе… Их не связывали железные узы брака, и поэтому он не чувствовал перед Санкер строгих обязательств. Только всепоглощающее желание показать свою сильную любовь и привязанность, и отныне всегда быть рядом, оберегая от всех горестей и невзгод. Податливое тело млело от мужских прикосновений и требовало новой порции ласки. Женские руки безотчетно потянулись к светлым волосам и зарылись в густой шевелюре, притянув мужчину еще ближе. Вырез на платье был весьма скромный, закрывал даже ключицы, и поэтому Агресту пришлось аккуратно стянуть ткань наряда вниз, обнажая округлое плечо. Он припал к нему губами, оставляя влажный след. — Габриэль, мы… — Да? — спросил он, не прекращая целовать ее. — Мы не можем… здесь… — лихорадочно шептала Натали, едва соображая, — если Адриан… — Ты боишься, что он услышит нас? — Агрест с большим трудом отстранился от ее нежной кожи и посмотрел в глаза, — Адриан давно в постели. Тем не менее ее вопрос заставил задуматься, возвращая в реальность. Габриэль легко мог взять Натали прямо здесь, на этом столе, но понимал, что это будет неправильно, некрасиво с его стороны. Что она подумает о нем? Нет. Так точно нельзя. — Хотя, ты права, — согласился он, — не самое подходящее место для подобного занятия… Он замолчал, а после быстро подхватил Натали на руки и понес в свою спальню. Пройдя коридор на первом этаже, мужчина нашел нужную комнату, и тихонько приоткрыв дверь, прошел внутрь, держа ассистентку на руках. В спальне не было темно. Луна, ярко сияющая на звездном небе, окутывала своим мягким светом почти все пространство немаленькой комнаты, придавая еще большую таинственность и интимность многообещающей ночи. Габриэль спешно достал из кармана пиджака ключ, сделал несколько бесхитростных поворотов в дверном проеме, а после небрежно откинул их на близстоящий столик. Прошел к своей кровати, бережно поставил ассистентку на пол и прижал к себе. Ласково провел рукой по гладкой щеке и поцеловал в губы. Не разрывая поцелуй, Габриэль нащупал застежку, распустил атласный узелок на платье, и великолепная фиолетовая ткань скользнула на пол. Мужская рука не сразу справилась с бюстгальтером, но вскоре и этот предмет гардероба отправился вслед за платьем. Взгляд Габриэля очертил изгибы её тела, он с нескрываемым интересом изучал стройную фигуру: небольшая, но красивая грудь, прежде скрытая за кружевной тканью, тонкая талия, узкие бедра, чистая, немного бледная кожа. Бледная из-за так ненавистной ему броши. Больше он не позволит ей пользоваться талисманом, сколько бы она не уговаривала его. Увлеченная моментом, Натали не сразу осознала, что стоит перед Габриэлем почти абсолютно нагая. Она опомнилась, когда почувствовала неприятный холод, от которого тело покрылось ледяными мурашками. Заметив, что Габриэль откровенно разглядывает ее, Санкер густо покраснела и инстинктивно прикрыла голую грудь руками. — Неужто ты смущаешься передо мной? — улыбнулся Габриэль. Он коснулся пальцами её подбородка и слегка приподнял, заставляя взглянуть в глаза, — Ты прекрасна… Ненавязчиво потянул за локоть, вынуждая разомкнуть руки, и, наклонившись, любовно поцеловал хрупкие пальчики, поочередно припадая к ним влажными губами, при этом не отрывая взгляда от её глаз. Габриэль проложил дорожку поцелуев до запястья и вдруг подался вперёд, смял безвольное тело Натали в руках, увлёк её на мягкую кровать, покрывая лицо, шею и грудь рваными поцелуями. Горячая волна захлестнула Натали с головой, и она тихонько застонала, ощущая, что внутри разгорается нешуточный пожар. Она не ожидала от себя такого наплыва эмоций. Пока Натали наслаждалась собственными ощущениями, Агрест быстро разделся, снял очки и лег, накрыв её своим сильным телом, продолжая ласку. Он не хотел, чтобы прелюдия, заставившая разыграться его фантазию, затягивалась. В паху изрядно ныло от сильного возбуждения, однако ради Натали он сдерживал себя как только мог, стараясь доставить как можно больше удовольствия в первую очередь ей. Натали непременно должна была запомнить их первую ночь вместе. Санкер несмело провела рукой по его обнаженной груди. Агрест хрипло выдохнул и накрыл ее губы своими, прижимаясь к ассистентке всем телом. Она обняла его, прижалась еще крепче, но, ощутив его твердое естество, мгновенно напряглась и поставила ладонь на его торс, словно захотела отстранить от себя. Агрест сразу прекратил свои действия, почувствовав внезапную перемену настроения партнерши. — Я сделал что-то не так? — обеспокоенно спросил он, заглядывая ей в глаза. В них отразился немой испуг. Она промолчала, но Габриэль все понял. Он был для нее первым. Натали, он думал, влюблялась, и не один раз, явно встречалась с каким-нибудь парнем, а может и не с одним, но никогда не была по-настоящему близка с кем-то. Он должен был стать первым мужчиной в ее жизни, и ему льстило это открытие, как и любому другому на его месте. Натали не хотелось признаваться Габриэлю в том, что у нее никогда не было серьезных отношений. Она стыдилась этого. Санкер, конечно, могла вспомнить несколько мальчиков, которые нравились ей, с одним парнем из института она даже встречалась довольно продолжительное время, но настоящей любви, той, о которой пишут романы и сочиняют стихи и о которой мечтает каждая женщина, не испытывала. Не испытывала до того, как в ее жизни появился некий дизайнер. — Ты никогда не зани… — Габриэль не был до конца уверен в своем предположении. Натали взглянула на него из-под опущенных ресниц и слабо кивнула. Ему безумно хотелось взять ее прямо сейчас. Быстро, страстно. Натали должна была принадлежать только ему одному и больше никому. Но внезапное обстоятельно заставило переиграть все карты. — Прости, я даже не подумал об этом, — растерялся он, — но почему ты не сказала мне? Я же мог… причинить тебе боль. — Все нормально, — она улыбнулась и погладила его по щеке. — Ты уверена, что хочешь этого? — спросил Агрест, — я и сам не думал, что все будет происходить так быстро… Габриэлю вдруг стало совестно за свою нетерпеливость. Он набросился на нее, как голодный зверь на добычу, с жадностью целовал, едва не украл ее невинность прямо на рабочем столе в собственном кабинете, унес в свою комнату и раздел. Вдруг на самом деле она была еще не готова к такому, но боялась сказать ему об этом? События действительно развивались стремительно, даже для него самого. — Очень хочу, Габриэль, — с трепетным придыханием прошептала Натали и, обхватив ладошками его лицо, мягко поцеловала в губы, — я доверяю тебе. Он знал, что она любит его, всем сердцем и душой любит, и готова отдаться ему целиком и полностью, без остатка. — Тогда я постараюсь, чтобы тебе было приятно, — низким бархатным голосом прошептал он над её ухом, — не волнуйся, я буду нежен. Габриэль передвинулся чуть ниже и дорожкой из поцелуев прошелся от женской груди к животу. Натали тихонько постанывала, и, когда мужская рука легла на ее грудь, судорожно выдохнула. Он несильно сжимал то правую, то левую грудь, поочередно ласкал, сминая ладонями, а после слегка прикусил твердый сосок губами, продолжая водить пальцами по коже и очерчивая невидимые линии. Натали терялась в блаженной истоме, прогибалась под ним, изнывая от уверенных и таких чувственных прикосновений любимого ею мужчины. Габриэль спустился ниже и начал покрывать поцелуями внутреннюю сторону бедра. Чуть отодвинул тоненькое кружево и припал губами к изумительно-нежной коже, скрытой до этого черной тканью. — Габриэль, пожалуйста, — простонала она, не в силах больше сдерживаться. Повторно просить не понадобилось. Он быстро стянул с нее оставшееся нижнее белье и умелым движением, нежно, но решительно раздвинул ее ноги. Она попыталась снова свести их вместе, но Агрест не дал ей этого сделать, остановив коленями. Он плавно вошел, и столкнувшись с естественной преградой, довольно быстро преодолел тонкую грань, отделяющую его от права всецело и полно обладать этой женщиной. Натали вскрикнула от резкой боли и закрыла глаза, но он быстро накрыл ее губы поцелуем, ласково поглаживая по волосам. Это успокаивало, и она постепенно расслабилась, позволяя Агресту продолжить начатое. Он дал ей время, чтобы она привыкла к новым ощущениям, и только потом начал двигаться в ней, постепенно ускоряя темп. Не разрывая зрительного контакта, он внимательно следил за реакцией Натали. Хотел удостовериться, что она не испытывает дискомфорта, и все проходит как положено. В какой-то момент Натали подалась бедрами навстречу, и Габриэль мысленно возликовал. Она пыталась уловить нужную скорость, тем самым беря часть инициативы на себя и помогая обоим достичь еще большего удовольствия. Габриэль любовался ее невинным личиком, на котором выступила легкая испарина. Полуоткрытые губы, восхитительно-пухлые от его поцелуев… пленяющие своей красотой и глубиной глаза, в уголках которых в полутьме блестели маленькие слезинки… Ее сладкие стоны ласкали слух точно музыка и с каждым его новым толчком становились все ярче, все протяжнее. Вскоре оба почувствовали приближение развязки. Желание, скопившееся за долгие томительные годы внутри Натали, рвалось наружу — опустошая. Волна наслаждения накрыла Санкер, освобождая и наполняя чем-то новым и ранее неизведанным. Она с силой вцепилась руками в спину мужчины, сжимая крепко-крепко. Мир рассыпался на мириады искр, утягивая в бездну блаженной неги и заставляя раствориться в всепоглощающем океане любви. Комнату заполнил громкий женский стон. Агрест сделал еще несколько глубоких, но коротких толчков и хрипло застонал вслед за Натали. Тяжело дыша, мужчина рухнул на холодную простынь, которая приятно остудила разгоряченное тело. В комнате было тихо. Только прерывистое дыхание двоих влюбленных нарушало безмолвие этой прекрасной ночи. — Моя Натали, — Агрест повернулся и мягко провел по гладкой щеке тыльной стороной ладони. — Габриэль, пообещай мне кое-что, — тихо попросила она, чувствуя, как веки ее постепенно тяжелеют, а разум затягивает в царство морфея. — Все, что угодно, любимая, — сипло прошептал он. — Скажи, что впредь всегда будешь рядом… — Я обещаю, — он невесомо поцеловал ее в губы, и на лице его появилась трогательная улыбка, — Натали, я обещаю тебе, что отныне я всегда буду с тобой. Никому не позволю причинить тебе боль, не заставлю страдать, не заставлю плакать… Никаких больше планов и сломанного талисмана… Никаких Бражника и Маюры… Теперь все будет по-другому… — Я люблю тебя, — прошептала она. Закрыла глаза и почти моментально заснула. Габриэлю этого было мало. Чертовски мало. Но он понимал, что не имеет права требовать от нее большего. Для Натали это была первая близость, первая их ночь вместе, и он не хотел испортить все, поведя себя как последний эгоист. Он заботливо накрыл нагое тело мягким одеялом. Грудь ее мерно поднималась и опускалась в такт размеренному дыханию, а на лице замерла безмятежная полуулыбка. Сердце до боли защемило от бесконечной нежности к этой удивительной женщине. Надо же — столько времени он находился с той, которая так сильно любила его, а он даже не замечал этого. Но теперь Габриэль знал, что отныне их судьбы тесно связаны, и впереди их ждет только светлое, только хорошее. И он никогда не отпустит его красивую, добрую, милую Натали. Его любимую, женщину, что стала ориентиром в его жизни, указала путь к счастью и вернула его прежнего, залечив душевные раны. Он тихонько, чтобы не потревожить ее сон, накрыл себя второй половиной одеяла, притянул Натали к себе и крепко обнял. Можно ли быть еще счастливее?