Сказки забытого города

я работал, как мог, над своим бесполезным даром. я учился у мёртвых тому, что лишь им и знать: и умению боли не слышать в любом ударе, и искусству серьёзного, прочного, злого сна, и отсутствию чувств, от любви и до самой злости. через год или два стал совсем не собой, и вот — недоволен был брошенной мёртвыми наспех костью, получивший сполна, не достигнувший ничего. и тогда мне наскучила мрачная их наука. смерть придёт, как захочет, и хоть не расти трава. и тогда в дверь других наловчился входить без стука. у живых я учился смеяться и создавать: я узнал, как из солнечных зайцев готовить зелье, что избавит любого от самой глухой тоски, я сумел побороть в себе то, что жрало доселе, выжигало мне сердце, рвало его на куски. лишь любовь сохранил, сделал главным своим мотивом. всё, что делал я, было единственно для неё. мне живые шептали, что знаний такого типа, что искал я, всем ждущим на свете недостаёт. я потратил всю жизнь. я учился всему и всюду, у любого, кого повстречал на пути своём. я прошёл этот мир, как хорошая шпага, чудом, нанизав себе лучшие части на остриё. было всякое. жизнь и ласкала, и била плетью, не давая поднять головы и увидеть цель... но скажи, как, любимая, руки твои согреть мне, чтобы больше не видеть оскал на твоём лице?