Aristocratical

      Слава уже вставил в дверь ключ, но Рита положила сверху свою руку. -Стой, а разве мы не должны подождать...? - Она кивнула назад в сторону Марианны, разбирающей вещи в багажнике. - Мы же в гости идем все-таки... - Слава мягко взял её руку в свою и повернул клуч в замке. -Если с ним что-то очень серьёзное - мы сразу её позовем. Если нет - ей не стоит это знать, не так ли? Не хочу, чтобы она расстраивалась зря. Тем более всё в порядке, она сама дала мне ключи чтобы я так сделал. Марианна человек эмоциональный, а двух полуживих Арефьевых нам тут не нужно. - Он улыбнулся, хоть и слегка натянуто и нажал на ручку двери. Рита шагнула за Горским и заглянула внутрь. На первый взгляд дом был пуст. Нигде не горел свет и было абсолютно тихо, но кроссовки у входа выдавали присутствие Вани. Слава уже уверенно шагал вверх по лестнице и Рита быстро скинув босоножки поторопилась за ним. Наверху девушка сразу заприметила чуть приоткрытую дверь в комнату, где горел свет, но пошла за Славой, который открыл дверь в комнату напротив. Обычная спальня с большой кроватью, шкафом, зеркалом и рабочим столом. На полу валялась какая-то книжка, которую Марго не успела рассмотреть и стояла наполовину пустая бутылка с чем-то прозрачным. Горскому хватило секунды осматривания комнаты и он открыл до конца дверь напротив, где горел свет. "Ванная" - первое о чем подумала Рита. Через долю секунды она заметила сидевшего в углу парня. Голова была запрокинута назад, а глаза закрыты. По щеке стекала слюна из приоткрытого рта. Слава тут же подорвался к нему и присел рыдом, приложив три пальца на сонную артерию. Марго нервно сглотнула, но через полминуты Горский молча кивнул и убрал руку от шеи друга. Ваня что-то тихо начал бормотать себе под нос и когда Слава аккуратно поднял ему веко чтобы проверить зрачки тот внезапно встрепенулся и начал громко нести что-то нечленораздельное и дергаться в судорогах, но довольно быстро он стих и снова почти перестал подавать признаки жизни. Горский осмотрел пол вокруг и увидел пустую упаковку от таблеток. Даже не читая название он понял что это и посмотрел на Риту. -Учащенное сердцебиение и зрачки огромные. Он под кайфом, но мог передознуться. Спустись и отвлекай Марианну всеми силами минут 15, я разберусь, а тебе не стоит на это смотреть. - Маргарита несколько секунд переваривала информацию, но вскоре кивнула и чуть помедлив пошла к лестнице. Последнее что она успела увидеть, это то, как Слава приподнял Ваню и расположил его голову ровно над сидением унитаза. Дальше Рита не хотела смотреть и побыстрее побежала к выходу, стараясь не вслушиваться в звуки, раздающиеся позади. Каждый вскрик и давление рвотой парня прошивали тело насквозь словно тысячью иголками. Оказавшись на улице Марго сразу подошла к женщине и та обернулась. -Всё хорошо? - такой простой вопрос застал Риту врасплох и в горле пересохло, но годы опыта сдерживания эмоций помогли почти спокойно ответить. -Да, всё в порядке, я просто решила выйти вам помочь в вещами. - Марианна выдохнула и посмотрела в багажник. -Ну что ты, тут всего пару пакетов. - Рита взяла ручку ближайшего. -Я всё же помогу, вы же позвали нас в гости, а это как-то некрасиво. -Ты прекрасная девушка, Маргарита. Занеси пока пожалуйста пакеты домой и поставь слева от двери, мне нужно позвонить мужу. - Рита кивнула и, взяв в руки всё что было в багажнике, направилась к дому. Было сложновато открыть дверь с занятыми вещами руками, но благо при выходе Марго закрыла её не до конца и сейчас просто помогла себе кончиком туфли. Тихо зайдя девушка заметила, что в доме снова стало совсем тихо и, поставив пакеты и быстро скинув туфли, Рита тихо, почти на цыпочках поднялась по лестнице. Свет в ванной всё еще горел, но она пустовала, зато дверь в комнату напротив была приоткрыта и Маргарита аккуратно вошла. Ваня лежал на кровати с закрытыми глазамм, а Слава сгорбившись сидел рядом, давя на друга тяжелым взглядом. Парень посмотрел на Риту и вымученно приподнял уголки губ. Девушка в два летящих шага сократила расстояние между ними и сев рядом обняла Горского. Девушка положила щеку на его плечо и прошептала: "Всё в порядке, солнце." Парень кивнул и бросил короткое: "Пойдем". Пара поднялась и вышла из комнаты.

***

      Дель закрыла за собой дверь и рухнула на кровать не переодеваясь. Мысли роем шумели в голове, отчего мигрень подступала еще ближе. Девушка уперла взгляд в потолок и попыталась сконцентрироваться, но после нескольких безуспешных попыток закрыла лицо руками. По привычке Лидель взяла в руку телефон и зашла в давно безответный чат. Посмотрев на последние прочитанные и неотвеченные сообщения она бросила телефон в сторону и села. Девушка расстегнула скрытую молнию, стянула платье через голову и бросила его на стул за туалетным столиком. Девушка снова легла на спину и нащупала рукой что-то между матрасом и стенкой кровати. Аккуратно, кончиками пальцев она подхватила тонкое лезвие и вытянула его перед собой. Слезы замутняли зрение, но девушка почти наощупь приподнялась и, упершись спиной в стену, посмотрела на свои ноги. Проведя подушечками пальцев по уже почти зажившим порезам она вдавила лезвие совсем рядом оставляя новые и более глубокие.

***

      Слава кашлянул, дабы прервать неловкое молчание и Граф залаял, спускаясь по лестнице. Рита, Горский и мама Вани сидели за столом и пили чай. Марианна в который раз подрывалась было доставать всё "к чаю", но Слава её останавливал. -Всё нормально, теть Марианн, мы правда не голодны, не волнуйтесь вы так. Сейчас чай допьем и спать, а то Ваня уснул раньше меня, где это видано? - слегка наигранно рассмеялся парень, но Марианне было этого достаточно и она тоже залилась смехом. -Это точно. Допивайте тогда, а я пойду вам постелю - Ульяне сегодня выходной дали в честь праздника. - но когда женщина встала тут уже подключилась Рита. -Ну что вы, мы сами справимся. Я уже допила чай, дайте мне пожалуйста бельё, я всё застелю. - Марианна уперла руки в бока. -А ты Слава чего молчишь? Такое золото отыскал и ни слова. Пойдем, Риточка. - Горский впервые за последний час искренне улыбнулся и положил на плечо Риты ладонь. -Конечно, золото. 25 карат. - Марго рассмеялась с дала парню щелбана по лбу. -В каратах размер бриллиантов измеряют, умник. -Вот не при тете Марианне будет сказано, но я тебя подушкой ночью задушу, я вообще-то впечатление произвести пытаюсь, а ты меня обламываешь. - Мама Вани закатила глаза и задвинула за собой стул. -Нашелся гений на нашу голову, пойдем, милая, я покажу тебе гостевую комнату и помогу с бельем.

***

      Как только девушки удалились из кухни в другую часть дома Горский встал и поспешил на второй этаж. Тихо как мышь он зашёл в комнату Вани и прикрыл за собой дверь. -Я всё равно слышу тебя, стэлс, чего надо? - сказал Арефьев не открывая глаз, продолжая лежать и не поворачиваясь. Горский тяжело выдохнул, подошел к кровати и сел на край. -Соображаешь нормально? - Ваня всё так же не двигаясь ответил. -Вроде, но всё еще немного галюны, если глаза открываю. -А физически как? -Тошно от своего тела, жарко и болит желудок. -Конечно, ты выблевал всё, что в нем было. Я тут тебе кстати печенье принес. Только блять не выкобенивайся, тебе надо поесть, чтобы язва опять не обострилась. - Ваня открыл глаза и мгновенно их закатил, но всё же принял полу-сидячее положение. Слава протянул Арефьеву пакетик с печеньками и парень неохотно взял его. -Рита не обосралась? -Вроде проблем со стулом у неё не замечал. -Съеби уже в камеди клаб, я про то, что она видела. - Горский немного помедлил, но всё же сказал. -Она сильная и не очень думает о себе, сразу побежала к матери твоей. -Да, я частично помню... Что вы ей сказали. -Сам как думаешь? -Наверное голова заболела, спит? -Спид...да, вроде того. Ешь давай, я не уйду пока не доешь всё. - Ваня закатил глаза, но всё-таки стал жевать. Слава посмотрел в глаза другу. -Лиде хоть писал? - Ваня тут же отвел взгляд и несколько секунд молчал. -Нет...и не буду, ей же хуже от этой херни, ей этого знать не надо... Да и вообще ей ничего знать не надо, я не должен ей всё докладывать, она для меня...никто. - Слава встал, потрепал друга по плечу и бросил, выходя из комнаты. -Себе только не пизди.

***

      Марианна уже давно была в своей спальне, Слава вернулся как только женщина пожелала паре спокойной ночи и вышла. Горский принес себе и Рите по футболке и старые шорты Марианны для девушки - всё-таки они и так будут спать в одной кровати, что уже неудобно, а в одном белье было бы даже неловко. Маргарита посмотрела на мирно спящего рядом Славу. Парень приподнял уголки губ во сне и девушка почти засмеялась в голос. "Ну точно всегда улыбается..." - прдумала она. Рите не спалость. Как только она закрывала глаза вспоминался Ваня, сидящий на полу и дергающийся в приступе. Почему-то внезапная мысль, что парню стало хуже во сне кричала в голове и толкала выйти из комнаты. Марго еще раз бросила короткий взгляд на Славу и аккуратно встала с кровати. Босиком, на цыпочках девушка вышла из комнаты и пошла по темному дому наверх. Собака свернулась калачиком рядом с дверью хозяина и спала. Марго с дрожью и страхом разбудить пса всё же сделала несколько шагов и повернула ручку двери. "Боже, вот и что я делаю..." - мелькнуло в голове, когда Рита наконец бесшумно прошмыгнула в комнату. Лампа около зеркала слабо освещала комнату, но Маргарита всё же различила худой силуэт под однялом и подошла ближе. Видимо передоз таблетками дал о себе знать, потому что Рита подпрыгнула и чуть не заорала, когда Арефьев начал отчётливо, но тихо говорить во сне. -Мама, а Антон скоро вернется из больницы? Я хочу поиграть с Антоном... Мама, почему он не вернется?... Не плачь пожалуйста, мамочка, я могу потом поиграть с Антоном. Его скоро выпишут, мам? - Маргарита сделала несколько шажков назад и пол скрипнул под её ногой. Арефьев резко дернулся и его голос с почти детского резко изменился на привычный и вкрадчивый низкий голос с нотками безразличия. -Проваливай. Да, да, ты умница и хочешь ещё раз, но мне плевать, мне тошно от тебя и этой больницы. Дело даже не в тебе, как бы избито это не было. Дело в том, что мне скучно жить. А теперь освободи помещение... Не нужно на меня орать, я ни разу не повышал на тебя голос... Ты сама понимаешь что эта истерика бессмысленна, зайчик? Да, да, я мудила. Только ты прекрасно об этом знала с самого начала... Съеби в закат, ради бога, у меня начинает болеть голова. - Рита почти дослушала последние слова, которые очевидно адресовывались не ей, но звучали они холодно и твердо, так, что Марго даже почти восприняла это на свой счет и тихо закрыла за собой дверь. Девушка прокралась по коридору в сторону лестницы и аккуратно спустилась, нащупывая ступеньки кончиками пальцев ног. Рита бесшумно села на кровать рядом со Славой, упала на спину и задумалась. "Что вообще все это значит? Понятно, что его сейчас у него галюны еще и во сне, но больше было похоже не на трип с монстрам, а на вполне реальные разговоры, ещё и из детства" - голос Вани был как-то выше и непривычней на первой части ночного монолога. - "Кто такой этот Антон? И что за девушка, с которой он говорил потом? Единственное, что я могу хоть к чему-то привязать - больница. Слава уже говорил, что он по больницам всё время мотался... Ладно, плевать, как будто мне что-то интересно знать об этом уроде. Пусть хоть помрет сейчас - мне то какое дело? Ни ка ко го. Всё, спать" - Маргарита повернулась на бок, положив ладонь на плечо Славы и закрыла глаза. Мысли о Арефьеве ушли просто мгновенно. Рите вроде бы и было жаль парня, но его постоянные домогательства, сарказм и пренебрежение ко всему вокруг ужасно раздражали девушку, из-за чего Марго почти мечтала придушить Ваню. Злость не давала долго думать о Арефьеве и успокоившись Рита чуть ли не мгновенно заснула.

***

      Ване было плохо. Сердце бешено колотилось даже во сне, а парень всё время был на грани того, чтобы проснуться и бредил. Сначала после таблеток Арефьеву становилось весело и спокойно, но с каждым разом было всё хуже. Веселый наркотический трип уже после первых 5-7 раз упарывания сменился на усиление ужасного настроение и депрессивных мыслей. Сейчас в бреду Ваня видел не весёлые галлюцинации, а заново переживал самый ужасный момент в своей жизни. День, когда жизнь Арефьева разделилась на до и после - похороны. Ваня тогда был ещё ребенком, но этот день запомнил особенно чётко. Антон - брат мамы, всегда был любимым родственником Вани и это было взаимно. Молодой парень души не чаял в племяннике, дарил ему самые классные и дорогие подарки и пытался проводить каждую свободную минуту с ним. Двадцатилетний Антон почти заменял шестилетнему Ванечке отца и Марианна всё время пыталась скрыть от сына почему дядя часто пропадает в больнице. Скрыть внезапную смену прически на лысину от ребенка было конечно нельзя и когда Антон слёг в больницу окончательно на последней стадии рака желудка Ваню стали брать с собой, чтобы навещать родственника. Эти недели тянулись бесконечно для маленького мальчика. День за днем Антон всё больше становился похожим на скелет, день за днём его организм переставал принимать вообще любую пищу и день за днем Марианна плакала, смотря на мучения брата. Ваня отчетливо помнил как подошел к дяде и позвал поиграть, а тот уже не мог сказать ничего, молодой человек мог только кричать от боли, которую уже не могли купировать обезболивающие. Ваня отчетливо помнил как мама проснулась среди ночи от звонка и громко рыдала еще сутки, обнимая сына. Ваня помнил, как папа, хмурый как туча, вел машину, мама сидела и плакала рядом с ним, а мальчик сидел на заднем сидении и держал в руках венок из искусственных цветов. Похороны изменили жизнь на до и после. Став чуть взрослее Арефьев нашел взаимосвязь между тем, что не знает никого по мужской линии со стороны мамы, смерти совсем молодого Антона и тем, что сам он проводит в санаториях и на обследованиях уже который год. Мальчик стал интересоваться, искать и наткнулся на то, что перевернуло жизнь снова. Рак желудка - вот что стопроцентно сулило Ване через 2-5 лет. Ужасный недуг, умертвивший всех мужчин в семье мамы. Арефьев рос в больницах со стариками и людьми сильно старше его и вскоре перестроился под их мышление и понял, единственное плохое в смерти - боль, которую она принесет другим. Поэтому Ваня построил защитный барьер из цинизма, сарказма и ужасного отношения к людям. Только один человек смог как-то разглядеть в Ване хорошего, но настрадавшегося человека - Слава. Да и сам Арефьев быстро привязался к новому знакомому - уж слишком Горский был похож на вечно весёлого и доброго дядю... В голове парня всё мелькали и мелькали картинки. Бесконечные больницы, приступы гастрита, шахматные турниры со стариками, девушки рядом в кровати, имен которых он даже не спрашивал, алкоголь, Антон, снова больничные палаты, французские и шведские разговоры с соседями по комнате, процедуры, боль, таблетки, Слава, короткие моменты с Дель, шахматы... Арефьев всю ночь с кем-то разговаривал, вертясь на кровати и почти плача от безысходности. Таблетки отпустили парня только через 5 часов и наконец-то Ваня полноценно уснул....