Принцесса расстроен

Эта история началась просто. На углу улицы, совсем рядом с домом Джонни, открылась новая кофейня. И конечно, парень не мог не заглянуть туда после учëбы, чтобы протестировать кофе. Колокольчик нежным звоном оповестил о прибытии нового посетителя, и к Джонни с улыбкой повернулся бариста. — Добрый день. Со на секунду замер. Он почему-то не ожидал, что его встретят такой ослепительной красотой. Кажется, парень за стойкой прекрасно знал, что он красавчик. Улыбнувшись, от чего на щеках проступили ямочки, он кончиками пальцев подвинул к Джонни ламинированное меню. — Ах, да, — спохватился тот. — Спасибо. Парень смутился из-за того, что его восторг явно раскрыли. Чтобы скрыть неловкость, он опустил взгляд в меню и сделал вид, что внимательно его изучает, хотя на самом деле прекрасно знал, что закажет. Или думал, что знает. — Вы у нас первый раз, не так ли? — подал голос бариста, на что Джонни промычал нечто утвердительное. — Попробуйте банановый раф-кофе. Если пьëте сладкое, конечно. Бариста был безукоризненно вежлив. То, как он подбирал слова, как управлял тоном своего голоса, чтобы не «пересластить», но и не казаться профессионально-холодным, — всë это выдавало в нëм человека, совершенно отличного от Джонни. Разумеется, это впечатление могло бы быть разрушено вне рабочего места. Джонни Со — это «ну, тот парень из Чикаго». Он искромëтно и беспощадно шутит, смеëтся громче всех и может заткнуть тебя одним взглядом (или ударом, если взгляда ты не понял). В нëм нет никакой утончëнности. Он водит машину на максимальной скорости и не умеет делать романтические сюрпризы. Он не выбирает слова и всегда защищает слабых. А ещë — никогда не пьëт сладкий кофе. — Банановый раф? Звучит отлично. Большой объëм, пожалуйста. *** На следующий день Джонни пришëл в кофейню с одной конкретной целью — узнать имя бариста с ямочками на щеках. Вчера он был настолько выбит из колеи его красотой и очарованием, что на бейджик даже не взглянул. Конечно же, по закону подлости, за стойкой его встретил улыбкой совсем другой парень. Пониже, с глазами, как у лисы, и множеством проколов в ушах. — Добрый день, Тэн, — сразу же поздоровался Джонни, мельком взглянув на бейдж. — Будьте добры американо со льдом. Двойная порция эспрессо. — Да, конечно. Одну минуту. Ожидая заказ, Со исподтишка разглядывал парня за стойкой. Тэн был очень красив. Худой и стройный, с аккуратными чертами лица и хрупкими запястьями, которые такой человек, как Джонни, кажется, мог бы сломать одним движением. Парень не выглядел слишком женственным или слабым. Его глаза смотрели строго и уверенно, а расправленные плечи и величественная осанка будто добавляли роста. Джонни задумался и не заметил, как перед ним на стойке появился прозрачный пластиковый стакан, чуть запотевший от холода. — Ваш американо, — улыбнулся бариста. Расплачиваясь картой, Джонни как бы невзначай бросил: — Вчера был Ваш напарник… — Да, Джехëн, — мгновенно откликнулся бариста, как будто отвечал на эту реплику каждый божий день. Впрочем, возможно, так и было. Джонни удовлетворëнно кивнул. Джехëн. Того красавчика зовут Джехëн. Ещë раз поблагодарив за кофе (а может, за информацию?), Джонни направился к выходу. У самой двери до него донëсся голос бариста: — Джехëн работает в пятницу. Он сказал это тем тоном, которым обычно сообщают время. Повернувшись, Джонни вопросительно взглянул на парня за стойкой. — Прошу прощения? Тэн протирал металлический молочник тряпочкой и хитро улыбался. — Вы ведь к нему пришли, верно? Узнать, когда он работает… Кстати, я ему ничего не скажу, а его смена в пятницу заканчивается в девять вечера. Джонни оторопел. Он открыл было рот, чтобы ответить, но ничего вразумительного так и не придумал. Хрипло произнеся «Спасибо», Со повернулся и вышел из кофейни. *** Согласитесь, если бы Джонни не появлялся в новой кофейне до пятницы, у напарника Джехëна была бы дополнительная причина смотреть на него с насмешкой. Неизвестно как, но он видел Со насквозь. Может быть, потому, что уже сталкивался с подобной ситуацией. А может, у Джонни всë просто на лице написано, а он и не в курсе. Чтобы не быть уж слишком предсказуемым, парень ходил мимо кофейни аж до четверга. Честно говоря, ему самому было смешно. Что за игры он устраивает? Колокольчик мягко звякнул, впуская Джонни, а затем дверь закрылась, со всей силы ударяя парня по спине. Со замер на пороге, не успев увернуться от удара двери, и смотрел на парня за стойкой. — Добрый день, — улыбнулся Джехëн. — Американо со льдом? — Откуда… — Тэн сказал, что Вы заходили. Джонни подошëл к столику у окна и опустил рюкзак на стул. Кофейня была маленькой и очень уютной: всë обитое деревом и уже пропахшее кофе, хотя заведение открылось неделю назад. — Он обещал не говорить. — Я сам спросил. — Вот как… Бариста спрятал улыбку, присев, чтобы достать лëд. Минуту спустя на стойку с тихим стуком опустился прозрачный стакан, и Джонни, оторвавшись от наблюдения за Джехëном, подошëл расплатиться. Взяв в руки кофе, Джонни прислонился бедром к стойке и сделал глоток. Кофе был отменный. — Почему Тэн сказал, что Вы работаете в пятницу? — непринужденно спросил он. Парня забавляла манера, в которой они переговаривались. Каждый понимал, что их затягивает куда-то вместе, и при этом каждый делал вид, что это формальная беседа сотрудника и посетителя. Но по чужим взглядам, которые парни ловили на себе, всë было очевидно. — Потому что я работаю в пятницу, полагаю, — с усмешкой отозвался Джехëн, снимая перчатки. Джонни на пару секунд «завис» на его длинных пальцах, а потом тряхнул головой, приводя себя в чувство. — А, ну да. Логично. В кофейню зашëл посетитель, и Джонни отошëл к своему столику. Неторопливо помешивая трубочкой лëд в стакане, он сначала смотрел в окно, а потом, не обнаружив там ничего интересного, перевëл взгляд на бариста. Вот уж где можно было получить эстетическое удовольствие по всем фронтам. Чëткие движения, негромкие учтивые слова. И эти пальцы… Со сидел в кофейне ещë часа два. Сидел бы и дольше, но ему пора было идти в общежитие, иначе завтрашний зачëт в университете обещал быть заваленным. Пришлось всë же оторвать свой взгляд от Джехëна и, попрощавшись, уйти. *** Чон Джехëн — это парень с обворожительной улыбкой, репутацией гомосексуального Казановы и массой поклонниц, готовых расцарапать его смазливое личико своими ногтями. Он заказывает такси класса «Комфорт+», может закрыть сессию одним комплиментом и почти ни с кем не дружит. Он усердно работает, чтобы оплачивать квартиру и баловать младшую сестрëнку так, как его парням и не снилось. А ещë он, кажется, опять влюблëн. Пятница тянулась медленно, а закончилась стремительно. Джехëн до последнего не выключал кофемашину, медлил, стирая крошки со столиков, и в итоге сдался. Высокая фигура так и не появилась в дверях кофейни. С чего вообще Джехëн взял, что он придëт? Ну и что, что парень интересовался, когда Чон заканчивает работу! И вообще, он вроде не интересовался сам. Это всë сваха Тэн. Может, таец его как раз и спугнул?.. Джехëн вернулся домой и немедленно лëг спать, забыв отключить звук на телефоне. Из-за этого посреди ночи его разбудило уведомление. «Ну что, как погуляли с твоим красавчиком?» Раздражëнно выдохнув, Джехëн написал ответ и отбросил телефон в сторону. Погуляли, ага. Как же. *** — Странно, конечно. Я был уверен, что он придёт. — Думаю, мы с тобой всё это выдумали. В голосе Джехёна звучала нескрываемая горечь, хотя, казалось бы, расстраиваться не с чего. Разве тот парень что-то ему обещал? Тэн раздражённо выдохнул, со стуком поставив питчер на стойку. Он не переносил лишь две вещи в этом мире: фрукты и отсутствие настроения у Джехёна. — Сколько мы с тобой знакомы, Дже? — спросил таец, заправляя новую таблетку в кофемашину. — Лет пять. — Сколько раз я предсказывал твои отношения за это время? — Много, — Чон хмыкнул, прекрасно понимая, к чему ведёт Тэн. — Но можно ведь и ошибиться разок для разнообразия. Суббота проходила, как обычно. Люди шли наплывами, и в течение одного часа можно было обслужить человек двадцать, а следующие два часа ничего не делать. Тэн стёр последний след от пролитого молока со столешницы и нажал кнопку, останавливая пролив воды для своего эспрессо. Джехён рисовал узоры на стойке, сидя на месте посетителя. Настроения что-либо делать вообще не было, так что он пришёл к другу. Поболтать, выпить кофе и, может быть, даже помочь закрыть смену вечером. На часах было два часа дня, а за панорамными окнами — почему-то пусто. Тэн кинул кубик льда в свой эспрессо и упёрся локтями в стойку, снимая нагрузку с ног. — Выглядишь убитым, — сообщил таец, понаблюдав некоторое за притихшим другом. — Сделать тебе кофе? Чон покачал головой и вздохнул. — Я не знаю. Он мне понравился… очень. — Правда? — Да. Они промолчали ещё какое-то время. В кофейне тихо играла музыка и тикали часы, за окном сигналили машины. Наконец, Джехён стукнул ладонью по стойке, страшно перепугав друга. — Сделай мне американо, пожалуйста. Пойду прогуляюсь, а то мне… нехорошо. Старший понимающе кивнул, принимаясь за приготовление напитка. Краем глаза он наблюдал за Джехёном, жалея, что не может пойти с ним. Они вообще почти никогда не гуляли вместе за всё время общения. Как правило, их смены не совпадали, и лишь пару раз, когда владелец прошлой кофейни выходил на смену сам, парни могли провести день вдвоём, как настоящие друзья. Впрочем, это каким-то образом не мешало им так же хорошо общаться. — Кстати, а как твоего ненаглядного зовут? — спросил Тэн, закрывая крышкой прозрачный стакан. — Ты узнал? — Какая разница? — буркнул Джехён. — Я не спрашивал. — Вот и спросишь как раз. — Чт… Дверь открылась, задев колокольчик. Джехён не посмел повернуться, потому что догадывался, кто только что вошёл в кофейню. Он чуть ли не видел отражение в смеющихся глазах Тэна. — Добрый день, — с улыбкой поздоровался таец. — Американо?.. — Да, большое спасибо. Парень остановился за Джехёном, видимо, ожидая, пока тот отойдёт, и уткнулся в экран телефона. — Не будь дураком, — беззвучно произнёс Тэн. Но Чона будто переклинило. Он ощущал спиной присутствие незнакомца и не мог пошевелиться. Прошло две или три минуты. Бариста поставил на стойку очередной запотевший стакан, посетитель сделал шаг вперёд, чтобы расплатиться. Джехён поспешно схватил свой кофе и подвинулся, разворачиваясь к двери. — Ладно, Тэн, я пошёл. Тот закатил глаза. — Слушай, — сказал он оторопевшему Джонни, который ещё не оторвал взгляда от двери, за которой только что исчез Чон, — этот кофе за счёт заведения, если ты его догонишь, о’кей? Дже просто… нервничает, но ты ему очень понравился. — Буду должен, — и Джонни исчез на дверью вместе с айс-американо. *** — Он в самом деле отдал тебе кофе бесплатно? — Твой друг прекрасен. — Да что ты… Джонни засмеялся, а Джехён смущённо опустил глаза. Конечно, Со уловил ту лёгкую ревность, которую он позволил себе не скрывать. Они гуляли уже полчаса, и первая неловкость миновала. Теперь молчание между ними, прерываемое редкими фразами, можно было назвать скорее приятным. Как и в прошлую встречу в кофейне, парни общались больше глазами. То и дело поворачивая голову, каждый непременно ловил на себе взгляд. Оба фыркали и отворачивались, запивая смешок ледяным кофе. — Ты ведь пьёшь без сахара, — вдруг вспомнил Джехён. — Верно, — улыбнулся Джонни. — Но… Банановый раф?.. Со рассмеялся, заставив сердце Чона пропустить как минимум два удара. Он даже опустил руку со стаканом, не в силах оторвать взгляд. — Я взял его только потому, что ты предложил, — наконец признался Джонни, перестав смеяться и, как ни в, чём не бывало, охватывая трубочку губами. — А так я не пью сладкий кофе. А ты? Джехён уже унёсся мыслями куда-то далеко, туда, где Джонни только ради него пьёт капучино с тонной сахара и ворчит, что напару с младшим заработает диабет. Вопрос вырвал его из мечтаний. — А?.. Я чаще всего беру американо с ванильным сиропом. Он пожал плечами и прибавил шагу, — длинноногий американец ушёл вперёд. — Дашь попробовать? — Что? — Твой кофе, — парень кивнул на стакан. — А, конечно. Джехён вытянул руку, однако Джонни как-то подозрительно усмехнулся и покачал головой. Развернувшись, он сделал несколько шагов, притесняя Чона к ближайшему дереву. Секунду спустя губы Джехёна накрыли мягким поцелуем, а стакан американо с ванильным сиропом полетел на землю. Одна интересная мысль посетила голову Джехёна за секунду до того, как он перестал вообще о чём-либо думать. Наверное, Джонни не стоило торопиться. Да он и не стал бы, на самом деле, если бы не мысль о том, что губы Джехёна на вкус как чёртов американо с ванилью. Стоило представить это… и крышу снесло. — Распробовал? — спросил Чон, когда ему вернули возможность говорить. — Если честно, нет. На этот раз Джехён потянулся к губам Джонни сам. Правда, пришлось приподняться на носочки, и этот жест заставил Со улыбнуться в поцелуй. *** — Чёрт, прости, я опоздал. Тэн буквально вылетел из подсобки, на ходу завязывая фартук. Джехён ничего не ответил. Он был занят изображением лебедя молочной пенкой на капучино. — Для милого своего стараешься? — с доброй насмешкой спросил таец. — Всё равно крышкой ведь закроешь. — Да что ты понимаешь… — протянут Чон, завершая рисунок. — На самом деле, я просто стараюсь не растерять навыки. Тэн повернул бумажный стакан с кофе так, чтобы видеть лебедя не вверх тормашками, и обратил внимание на зеленоватый оттенок молока в рисунке. — Мятный сироп? Дже, у тебя температура? Тот лишь загадочно улыбнулся, закрывая стакан крышкой и ставя в подстаканник рядом со вторым кофе. — Всё, я умчался. Чао! Глядя вслед уходящему другу, Тэн покрутил пальцем у виска. Джонни ждал у входа в парк. Радостно улыбнувшись подошедшему парню, Со наклонился к нему с приветственным поцелуем, однако Джехён дёрнулся назад. — Погоди. Оставив Джонни в недоумении, парень вытащил оба стаканчика из подставки. — Это правда важнее? — проворчал Со. Джехён не ответил. Отпив капучино, он подался вперёд и быстро поцеловал Джонни, тут же отстраняясь. — Угадаешь вкус? До Со медленно доходило, в чём дело. — Вкус… сиропа? Боже мой, Джехён, что за идея! Расхохотавшись, Джонни отобрал у парня свой стаканчик, притянул его к себе за талию и прильнул с поцелуем силясь распробовать сироп на его губах. — Мята, — заключил Со, оторвавшись от уже почти не дышащего Джехёна. — Правильно, — счастливо улыбнулся тот. — Теперь можем идти. — К тебе? — Ко мне. Дже чувствовал себя немного по-дурацки из-за своей ребяческой идеи. Но, в конце концов, она пришлась по вкусу Джонни, так что можно играть так каждый день… Они шли через парк в сторону квартиры Чона. Шли неторопливо, поминутно отпивая кофе и бросая друг на друга взгляды. Джехён, во-первых, крайне редко пил кофе с молоком, а во-вторых, не переносил мятный сироп. Так что, опустошить свой стакан к тому моменту, как Джонни прижал его к стенке в прихожей, не успел. Нащупав какую-то горизонтальную поверхность, Чон поставил стакан туда, надеясь, что они не снесут его по дороге в спальню. — А ты знаешь, — Джонни стягивал кроссовки, одновременно выцеловывая шею младшего, — что парням не рекомендуется употреблять мяту? — Почему? — Джехён пробрался руками под толстовку Со, очерчивая тонкими пальцами кубики пресса. — Потому что от мяты у них не встаёт, — он засмеялся, щекоча кожу своим дыханием. — Какой кошмар! А на сиропы это распространяется? — Сейчас проверим. *** Джонни Со, кажется, весь пропах кофе насквозь. Когда Джехён перебирает вещи в корзине, чтобы загрузить их в стиральную машину, от рубашек Со на всю ванную комнату распространяется аромат Арабики. Когда Джехён садится в машину, купленную Джонни всего две недели назад, кажется, что кожаные сидения уже за такой короткий срок впитали в себя пары американо. Когда Джехён оставляет короткий прощальный поцелуй, провожая Джонни на учёбу, на его губах остаётся терпкая горчинка обжарки медиум. — Ты не американец, Джонни, — смеётся Чон. — Ты американо. — Разве тебе это не нравится, мистер угадай-какой-сироп-в-моём-стакане? Можно подумать, ты другой. Джехён смеётся, выкладывая по кусочку торта на тарелки. В самом деле, когда он сам последний раз пил чай? — Мы умрём от передозировки кофеином, Джонни. Ты знаешь? Со садится за стол и откидывается на спинку стула, наблюдая за движениями младшего. — Зато мы умрём счастливыми, в отличие от многих других. Джехён садится напротив, ставя перед парнем тарелку. — Это точно. Они молчат немного. Каждый пробует торт, отпивает глоток кофе из фарфоровых чашек. Джонни сосредоточенно жуёт, и вдруг поднимает взгляд на Чона. — Что это за торт? Дже хитро улыбается, отчего ямочки на его щеках проступают особенно ярко, лишая Джонни возможности дышать. Чон приподнимается на стуле, наклоняется вперёд и целует, осторожно слизывая крем с губ Со. — Кажется, это шоколадный бисквит с кофейным кремом. Джонни не дал парню отстраниться, притянул к себе ближе и прошептал в губы: — Таким же кофейным, как наши поцелуи.