Всё по секретным документам

Кайло прокашлялся и снова постучал в переборку освежителя. — Рей, ты в порядке? Когда они отыскали те данные о секретной плантации Палпатиновых клонов, его самого это больше повеселило. Разве могло все обернуться более предсказуемо? Но также хотелось бы знать, что все копии были так или иначе уничтожены. Поэтому поиски данных еще рано было объявлять оконченными. Но Рей, которую поначалу взяла оторопь, вдруг стремглав кинулась в рефрешер, где заперлась, оставив Кайло в поистине странном положении. Что он должен теперь делать? И сколько она намерена пробыть там? Единственное, что было понятно: дело совершенно точно не в физиологических потребностях. — Хочешь поговорить? — предложил он спустя еще пять минут. Может быть, стоит просто выйти и оставить в ее распоряжении покои целиком? Это заставит ее почувствовать себя комфортнее? Но он мог понять ее как никто другой: разочарование родословной — или самим собой на ее фоне — это то, с чем ему приходится бороться до сих пор. «Я очень понимающий», — хотел было произнести он, когда дверь плавно подалась в сторону и показалась Рей, с покрасневшими глазами и понурым, разбитым видом. — Я в порядке, — призналась она бесцветным голосом. — Давай продолжим. — Рей, — Кайло мягко остановил ее, удержав за плечи. — Ты расстроилась из-за клонов? — Клоны, Бен… У меня даже не было бабушки. — Только по отцу. Может, был кто-то по маме, — предположил он с искренней надеждой. Рей выглядела такой ранимой, и сложно было сдержать порыв прижать ее к себе. — Может, есть до сих пор. Ее выдержка дала слабину, и в следующее мгновение она уже прижималась к нему, обхватив со всей джедайской силы за талию, словно он подушка или что-то в этом роде, а лицо прятала на груди. Кайло осторожно опустил руки ей на спину, до сих пор гадая: это то самое или нет. В прошлый раз, когда Рей была расстроена и плакала, она искала того, кто мог бы выслушать. И уже только потом предложила подержаться за руки. Кажется, сейчас она нуждалась в первую очередь в объятиях. Все в нем трепетало от подобной близости. *** — Твоя идея дала удачные всходы, — прошелестел Император, оглядывая капсулы с повзрослевшими копиями самого себя. Стоя позади, Вейдер подышал через модулятор, выражая покорность и преданность. А также, в немалой степени — желание больше не приобщаться к подобным заданиям. Однако сам он теперь не мог отрицать важности семьи, родной крови. За годы, во время которых клоны Палпатина росли в питательном растворе подобно грибам, его настигла новость о том, что его собственный сын не погиб при рождении. Между ними даже успела случиться дуэль, когда ему пришлось отрубить новоиспеченному отпрыску руку. Не лучшая завязка для теплых, доверительных отношений, но Вейдер всегда полагался на силу собственного убеждения, поэтому вынашивал план предложить Люку совместное правление Галактикой. А после слить Палпатина вместе со всеми его клонами. — Если сманишь мальчишку на Темную сторону, — проговорил Император, налюбовавшись будущими версиями себя, из которых будет выбран один-единственный, — когда-нибудь наши внуки могут даже воспитываться вместе. Возможно. Они покидали лабораторию, а в голове Вейдера множились образы, в которых злые отпрыски Палпатина изводят его скорбных внуков — почему-то именно так безрадостно рисовалось будущее, если ничего не предпринять. *** Кайло довел Рей до постели и усадил. Это было единственное мягкое место в покоях, а ему очень хотелось предложить ей что-нибудь мягкое. Например, себя. Когда она вдруг подняла лицо и ткнулась губами в его губы, он не сразу нашелся, но словно почувствовал, что нужно ответить. Как именно ответить — тоже. Все побуждения к действию происходили не из головы: он откуда-то знал, как целовать. Вернее — как целовать ее. Но на большее решиться было сложно. Ах, если бы кто-то мог дать ему мысленный совет. Подтолкнуть к тому, о чем он грезил уже давно… *** Обуреваемый мыслями о будущем, Лорд Вейдер погрузился в бакта-камеру после тяжелого дня. Он мог отдохнуть телом, но не душой. А что, если ему не удастся свергнуть Палпатина? Что, если Люк примет темную сторону, но не сторону своего отца? Что, если откажется? Ведь тогда Император будет искать любую возможность уничтожить его. И не приходится теперь надеяться на кончину Императора — его место займет новый, все тот же Палпатин. Тогда Вейдер решил узреть будущее. Раньше он не предпринимал попыток, потому что мало интересовался перспективами — все одно: безотрадно и болезненно. Но появление сына многое переменило. Он сконцентрировался на Силе, чан с бактой способствовал медитации. Вдруг Сила явила ему образ внука — его он узнал мгновенно в крупном мужчине с гривой черных волос и выразительным лицом. Он был облачен во все черное, но очень старался разоблачиться, торопливо, но неуклюже стягивая с себя камзол. Почему Сила решила явить ему именно этот момент из жизни потомка? Но Лорд Вейдер не успел озадачиться, потому что в видении объявился некто — девушка в белом, которую его внук целовал, уложив в горизонтальную плоскость. «Императрица Палпатин» — проговорил тот и глухо рассмеялся, продолжая оставлять на ней страстные поцелуи. Девушка тихо возмутилась, но не возразила. Она, видимо, слишком желала его. Лорд Вейдер: *dies from cringe* *** Эндор, 4 ПБЯ. — Юный Скайуокер, видеть тебя рад я. Хоть и скверно ты поступил, но душа твоя свет отыскала. — Магистр Йода, Магистр Оби-Ван, я должен сейчас же явиться детям. Предупредить о плане с клонами. Их тьма выжила! — Погоди, юный Скайуокер. Все так же нетерпелив ты. Тянется время здесь, а делать нам нечего совершенно. — Будет жара, Энакин, подтверждаю. Лет на тридцать еще хватит.