Наказание

       Ехидная улыбка проскользнула на лице России. — Ну что, будешь наркоту принимать? — серьезно спросил он наклоняясь к лежащему брату. — Ничего я не принимал! — Надо это быстро закончить, что бы Беларусь и Казахстан не увидели. — сказав это РСФСР резко вставил свой член.        Сначала Украина хотел разразиться истошным болезненным криком, но сдержал себя, снова же, что бы не унижаться ещё больше.        Россия двигался быстро, он не хотел доставлять удовольствие кому-либо. Разве при наказании кому-то приятно? Нет. Нос украинца был придавлен к постельному белью. С каждым толчком ему все больше казалось, что он сломает нос. Можно подумать что Украина вот-вот разрыдается как маленькая девочка. Но его безэмоциональное выражение на лице в таком состоянии, могло напугать. Что же, он смирился с этим, и надежды что эта ситуация не повторится горела в нем.        РФ отпустил бедра брата и поставил свои руки ему на спину, сильно при этом надавив, чтобы тот почувствовал ещё больше боли. Садист? Нет. В нем горит злость, на брата, на себя, на отца.        Старший не кончил, а лишь медленно вышел из нутра УССР. Украинская ССР лишь попытался встать на ноги. — Сволочь. — злобно фыркнул он. Как же ему было стыдно! Украине хотелось провалиться под землю, лишь бы чтобы это воспоминание навсегда покинуло его разум. — Сваливай. — парень сидел на кровати, как сидел, старался сидеть, ведь боль пронизала его тело. Руки были опущены к гениталиям, дабы скрыть все что можно было (Россия предварительно снял ремень с рук Украины).        РСФСР с презрением посмотрел на младшего и натянув штаны, удалился из комнаты. Подросток с облегчением, как можно было его представить, вздохнул, глазами выискивая свою одежду. Заметив свои штаны он «накинулся» на них, быстро натянул на себя и выскочил из комнаты. Натянув улыбку, чтобы его сестра и брат не поняли что произошло, пошел в ванную. Из неё как раз выходил его старший брат. Взгляда он на него не поднимал. Ещё чего! После такого!

***

— Мы дома! — радостно объявила Беларусь, забежав в дом, держа в руках кучу пакетов, за ней шел Казахстан, держа в руках ещё больше пакетов сколько только можно представить. — Ого, зачем так много? — выглянул из кухни РФ. — У неё спроси. Говорил, что мол не нужно так много, пропадут же продукты, но кто меня послушал? — Казахстан, не бухти. Лучше помоги продукты разложить. — девушка заметила сидящего на табурете украинца, он тихо пил чай, делая вид что ничего не было, кроме как криков от брата. — Ты тоже помогай, и папа не узнает о том что ты хотел принять наркотики. — Шантаж чистой воды… — усмехнулся УССР. — Договорились. Я встаю. — Если нужна будет моя помощь, зовите. А так, я в комнате буду, делать реферат. — Хорошо. — задумчиво ответила белоруска. — Казахстан, включи плиту, сейчас помогать будете. — И я? — Ты, Украина, темболее. — девушка указала пальцем в сторону холодильника. — Не медли, поднимайся и положи молоко, яйца, масло… — Да понял я!

***

       Утро выдалось тяжёлым, как морально так и физически. У Украинской ССР болело тело, а те самые ужасные воспоминания не давали спать всю ночь. Неприятное чувство ещё добавляло то, что сегодня должен приехать Отец, а рассказы от сестры, про то что Союз уже знает все выходки Украины за неделю, приводило парня в полу сознательное состояние.        На встречу к Советскому Союзу должен был подойти РСФСР, и благо, Украине, этого делать не нужно было. Но и пойти гулять с друзьями он тоже не мог, Казахстан сказал чтобы тот обзавелся совестью и хотя бы один раз встретил родного Отца дома, а не в отделении милиции. — Только не этот старик, как подумаю что он дома будет около месяца, так желание сюда приходить, уходит от меня куда по дальше, даже рукой не помахав. — что-то бубнел себе под нос подросток уткнувшись лицом в подушку. Плохие мысли лезли в его голову, и Украина все время пытался их отогнать, но те как назойливые комары, все время пытались укусить и выпить как можно больше «крови».        Звук мотора все же отогнал мысли, выглянув в окно, УССР увидел машину, в которой сидел его брат и отец. Разум сразу же помутнел, и у него возникло желание сигануть со второго этажа и побежать к друзьям. Если кто-то мог подумать что Украина хочет умереть, то это очень большое заблуждение, ведь как не была жизнь с ним жестока, умирать для него это значит только то, что он лишится друзей и семьи. А этого он никак не хотел.        Как только Украина заметил что брат и Отец вошли в дом, то сразу же побежал вниз по лестнице. Натягивая улыбку, и делая вид что все так и должно быть. Даже не общая внимание на плохое настроение парень пытался показаться радостным. — Привет, Отец! — подошёл к СССР украинец. В ответ получил оценивающий взгляд и недовольное фырканье. — Великобритания мозолил мне мозги всю командировку. Украина то, Украина сё. От тебя проблем так много, что мысли сдать тебя в интернат все возрастают и возрастают. Жаль что таких взрослых «кабанов» как ты, уже не берут.        «Конечно, начинать разговор с негатива в твоём вкусе, Отец.» — недовольно думал подросток уходя на кухню, так и не сказав свои мысли в слух. На кухне уже был накрыт стол, с различными салатами, блюдами, и, водка? С чего бы это им нужно водку доставить, Союз же пьет только по праздникам. Видно знали что СССР будет весьма разочарован в своем младшем сыне, и дети решили так успокоить Отца. Глупо прада, ведь когда тот пьян, он не контролирует свои действия, и что он решит сделать в это раз, никому не известно.        Там же на кухне сидели Казахстан и Беларусь. Единственная дочь Союза светилась от счастья, она сильно соскучилась по родному человеку. И стол был накрыт очень красиво и аккуратно. Это сразу заметил Советский Союз. — Молодец, дочь. Стараешься для семьи, это правильно. Ну что, обняться никто не хочет? — после этих слов на Союза накинулись Белорусская ССР и Казахская ССР. УССР же стоял в стороне, не то что бы он тоже хотел обнять Отца, скорее ему просто этого не хотелось, побыть одному, вот что ему хотелось на данный момент. — Садись за стол, мы для тебя старались. Украина, Россия, присоединяйтесь. — махнул рукой казах и сам уселся на табуретку. Последовав примеру брата так сделали все. — Ну что, рассказывай, что да как там было? Как с США поладили, или наоборот? — спросил РСФСР, накладывая в свою тарелку различные салаты. — С США все нейтрально, сдержанный и серьезный парень. — сделав глоток чая, мужчина продолжил, только обращаясь уже к украинцу. — Сегодня вечером, зайдешь ко мне в кабинет, нам нужно будет серьезно поговорить.        Подросток отчаянно кивнул, не смея перечить. Белоруска все не замолкала и расспрашивала Отца о бо всем что с ним было, какие-нибудь интересные ситуации или наоборот жуткие. Вопросы не переставали идти большим потоком из её рта. А целью было лишь то, чтобы в помещении не появлялась нагнитающая тишина, которая сильно давит на уши, не давая спокойно насладиться пищей.