Боль железного сердца

Груда металла, жестянка, железяка... Сколько оскорблений в мой адрес было послано. Хоть меня и не волнуют насмешки окружающих, но все равно не приятно... Идя по улицам города, нередко натыкаюсь на неприятности. То кто-нибудь толкнет, то я кого-нибудь, случайно конечно, - одна и та же реакция: сначала ощущают сильную боль от удара, потом смотрят на меня с удивлением, пытаясь разглядеть что-то в моих кукольных стеклянных глазах, потом их пробирает дрожь и холод, не уловив во мне души. Или же дети, пиная по дороге мяч, попадут им мне в голову. Иногда приближающуюся опасность я чувствую и успеваю предотвратить прямой контакт с ней, а иногда голова слетает с плеч. Дети с дикими криками и воплями убегают, позабыв о своей игре и мячике. Все как обычно. Ларс учит меня не обращать на это внимание. Говорит, что люди просто не привыкли находиться с роботом в обществе, и поэтому избегают меня, и этому не нужно придавать огромного значения. Для них это - нонсенс. Самое главное то, что я бескорыстно помогаю им. Надеюсь, что они привыкнут ко мне... Как-то раз я собралась на родину моего отца, да и мою тоже, в Россию, чтобы узнать, зачем он меня создал. Конечно, я знаю, что я была создана по прототипу его умершей дочери. Но зачем он воссоздал меня в ее образе? Скучает, понимаю... Но все же, с какой целью? Зачем он встроил в меня бензопилы и крылья? Почему он не сделал "простого" андроида, без всех этих совершенств? В общем, ночью я подзарядилась, обновила свою базу данных и принялась писать "объяснительную" Ларсу. Пусть за меня не беспокоится. Я уже не тот бесконтрольный и неуклюжий робот, что был побежден им, перед схваткой с Джином Казамой. Я осознала многие вещи, научилась мыслить здраво и готова смотреть горькой и суровой правде в "лицо". Оставив на столе записку, я вылезла через окно и полетела. Звук работающих крыльев разбавлял густое беззвучие ночного города. Дул прохладный освежающий ветер. Мой взгляд был устремлен вдаль, на еле заметную линию горизонта, спрятавшуюся между темным небом и его отражением - морем. Что одно, что второе - были сплошь "усыпаны" бисером звезд. Чувство, честно скажу, незабываемое. Летишь навстречу тайне, ... Тут меня посетила одна мысль: куда же делся мой отец? После пробуждения я увидела только Ларса, больше никого, кроме нас двоих, там не было. Да и лабораторию, где мы находились, полностью разнесло после взрыва... Желание попасть в родные просторы стало еще сильнее. Хотелось побыстрее разузнать обо всем. Но, как говорится, всему свое время. Небо стало светлеть. В темно-синюю высь постепенно вливались сочные краски ранней зари. Как свечки потухали ночные светила, уступая свое место кучерявым кремовым облакам. С каждой пролетевшей милей воздух стал холодеть. В далеке показалась земля, укрытая белоснежным одеялом. В России гостила зима... Морозный воздух сковывал инеем ноги и руки. Ресницы потихоньку становились похожими на тонкие иголочки. Неужели зима в России такая холодная? Того и гляди, крылья откажут. Благо, добралась я быстро и согрелась в местном кафе, неподалеку от порта. Встретила здешних жителей. Они бурно что-то обсуждали и смеялись. Веселый народец, вот что я скажу. Теперь-то понятно, откуда у моего отца такое отменное чувство юмора... Хоть речь их была мне немного знакома, но многие вещи из их разговора мне были непонятны. Все-таки русские и японцы - такие разные, хоть и живут рядом. Такой контраст в культуре сразу ощутим, как только я перешагнула за порог этого заведения. В японских кафе и ресторанах сначала обслуживают мужчин, а потом уже женщин. Здесь же все по-другому: персонал одинаково обслуживает и мужчин, и женщин, будто они все равны. Здесь все так ново для меня: и народная кухня, и люди, и климат. Будто бы попала в другую вселенную. Слышала, что другие страны думают, что по улицам России ходят медведи, но, как ни странно, я пока что ни одного из них не встретила. Интересно, а тот медведь Кума, с турнира - из России? В здешних лесах ведь водятся бурые медведи, разве нет? Ну да ладно, не нужно загружать себя всякими левыми мыслями, мне нужно лететь в лабораторию. Однако, я не могу отследить ее на своих радарах... Замерзли что-ли? Ну, так или иначе, мне нужно добраться туда. Попробую-ка спросить дорогу... Интересно, поймут ли меня? Или выставят за дверь? - И-извините... - неуверенно произнесла я, обратившись к людям за ближайшим столиком. Посетители, к которым я подошла, замолкли и уставились на меня. - В-Вы не знаете, поблизости ли находится лаборатория Джузеппе Босконовича? В-Вы знаете такого? Компания переглянулась. Неужели, я что-то неправильно сказала? Вдруг, пожилой человек с бородой из этой компании заговорил: - Знаем такого. А что Вам, милая барышня, собственно, надо? Заметив, что эти люди меня поняли и, мало того, что они знают моего отца, меня переполнила бешеная радость. - Знаете?! Неужели?! Ну наконец-то! И-и Вы меня поняли! - захлопала я в ладоши. Мой собеседник одобрительно кивнул. - Мне нужно найти его лабораторию! Срочно! Я - его дочь! - Да, знаем мы такого. Но я не припомню, чтобы у него была дочь. То есть, она у него-то была, но умерла несколько лет назад, - погладил бороду старичок. - Так что же, известие о твоей смерти было враньем этого безумца? К моему великому сожалению, мне пришлось соврать. В коем-то веке... - Я была тяжело больна, и отец пытался меня вылечить. - Хм... Давненько я его не видел. Ни слуху, ни духу о нем... - тяжело вздохнул старец. - Вы что, с ним лично знакомы? - недоумевала я, глядя на мужчину. - Да... Когда-то мы с ним дружили... - настольгично улыбнулся. - Тогда Вы точно должны знать, где его лаборатория! Поймите, дело срочное! Я не могу ждать! - Ахах, вечно молодежь куда-то торопится... Поспешишь - людей насмешишь... - снова улыбнулся и встал со своего места. Он попрощался с остальными, оставил на столе деньги за чашку чая, подошел к вешалке, взял шубу и подозвал меня к себе, открыв дверь. - Ну, ладно. Отсюда до лаборатории далече, но если по-быстрому, то добраться сможешь за четыре часа. Самое главное - иди на вон ту звезду, что виднеется сквозь облако, - показал пальцем на яркую точку в небе. - Видишь? - Д-да. - Не упускай ее из виду, и, в скором времени, доберешься до нужного места. - Ага, поняла. Спасибо Вам большое! - по привычке поклонилась и побежала в указанном направлении. Старец, улыбнувшись, поклонился в ответ. Он провожал меня взглядом, пока я не скрылась у него из виду. Вот это удача! Встретила давнего друга отца! Похоже, сегодняшний день преподнесет мне еще не мало сюрпризов... Мне пришлось сторониться людных и шумных улиц, чтобы спокойно продолжить путь, а когда признаки присутствия людей перестали попадаться мне на глаза, я расправила крылья. Надеюсь, что они выдержат столько времени на морозе. Все-таки, впереди лес, и вряд-ли там есть хоть одна человеческая душа. Сугробы, да и только. Ларс не придет мне на выручку. Нужно рассчитывать на себя! Зеленые ели, покрытые снежными шапками, нетронутые белоснежные поля, блестящий лед замерзшей речки - все это быстро сменяли еще более красивые пейзажи. Вспоминается та картина, которая висела в отцовской лаборатории около моей капсулы. Когда отец подключал меня к сети и разрешал походить по залам с изобретениями, я, редко конечно, но пропускала его слова мимо ушей и любовались этой замечательной картиной, написанной маслом. Оттенки, краски, тени, блики - все создавало необъяснимое ощущение, такое воздушное и невесомое. Я могла рассматривать этот холст часами, погружаясь в раздумья и обрабатывая информацию, исходящую из изображенного на нем. Настольгичная улыбка сменилась на более широкую. В зоне видимости появились руины некого здания, занесенного снегом. Толстые вековые деревья заслоняли большую его часть, делая менее заметным. Но я сразу узнала эти знакомые очертания. Передо мной была отцовская лаборатория. Приземлившись на один из камней прямо у лаборатории и оглядевшись вокруг, через обломок каменной стены я заметила лестницу, уходящую глубоко под землю. Любопытство подтолкнуло меня, и я подлетела к этой самой лестнице. В голове появился какой-то шум, будто ко мне поднесли большой магнит, и он заглушал все сигналы, получаемые откуда-то из-под земли. Ступени широкие и покрыты ледяной коркой, но не заваленные снегом, словно кто-то был здесь недавно и специально расчистил проход. Аккуратно спустившись по ступеням, я узрела большую черную металлическую дверь, с кодовым замком. Это точно дело рук моего отца. Не мешкая, я подключилась к замку и без проблем подобрала код, после чего, оттолкнув дверь, шагнула в темноту. Было очень тихо. Слышны электрические заряды, еще идущие по оголенным проводам. Надо мной зашумела, мигая, огромная лампа, которая спустя несколько вспышек осветила переднюю часть коридора с бетонными стенами. Затем загорелась еще одна, и еще, и так до конца помещения. В конце я увидела еще одну дверь. Не теряя времени я побежала в конец коридора. Представ перед дверью, я заметила, что она не закрыта, а немного прикрыта, и через маленькую щелку пробивался яркий свет. Не медля, я взялась за ручку и со всей силы оттолкнула тяжелую дверь. Свет исходил от белоснежной капсулы, стоявшей посреди комнаты... Моей капсулы... Но как? Как ее не разнесло от взрыва? И как вообще здесь ничего не разрушилось? Под землей все осталось как прежде, в то время как здание наверху разнесло к чертям? На полу валялись металлические обломки от взорвавшегося Джека-6. И стоял ужасный запах... Точно! Это же погибшие при взрыве люди! Сослуживцы Ларса! Их тела лежали здесь все это время! Какой ужас... Кости, замурованные в броню Корпорации G, покрыты остатками плоти, паутиной и пылью. Страшное зрелище. Но мне сейчас не до отвращений! Нужно торопиться! Отец говорил, что все данные находятся в компьютере в комнате... Блин, в какой же комнате? Я ничего не могу вспомнить... Он говорил про какую-то дверь. Но я здесь ничего не вижу, только голые стены. Хм... Походив вокруг да около капсулы, я остановилась около остатков взорвавшегося робота. Вдруг меня посетила мысль! А что если я лягу в капсулу? Отец встроил в нее какие-то провода. Возможно, они мне помогут! Я снова подошла к капсуле, откинула крышку из оргстекла и легла в нее. Так уютно, все как раньше... Стоп! Воспоминания! Они возвращаются! Неужели это все-таки эти провода? В голове замелькали картинки из прошлого, пошла какая-то программа, вдруг пошли мои чертежи и машинопечатный текст. Глаза выключились. Руки и ноги не двигаются! Что происходит?! Система перегружается! Меня сейчас вырубит!... Темнота и тишина. Электрический разряд прошелся по моим проводам. Механизмы внутри "пробудились" и запустили мое "сердце". Я открыла глаза. Ничего. Ничего не получилось! Загрузились только схемы да чертежи! Больше ничего! Неужели, я напрасно проделала весь этот путь?! Отец, как так? Куда ты исчез? Почему ты бросил меня одну? Внутри будто что-то затряслось. Непонятное ощущение. Творится что-то странное! Вдруг капсула погасла. Стало темно. В первый раз я ощутила страх. Будто меня окружила какая-то чужая энергетика. Внутри творится что-то неладное... Мое тело, против моей, если можно так сказать, воли, само приподнялось, выбралось из капсулы и направилось к выходу. Я не понимала что происходит. Как-будто включился безопасный режим. Но почему? К сожалению, мое тело не умеет передавать голове всю информацию, и иногда действует само по себе. Пока я пыталась осознать, что случилось, ноги вывели меня из подземной лаборатории. Но они не остановились на этом. Шаг за шагом я удалялась от разрушенного здания и, в конце концов, когда расстояние между мной и лабораторией превысило тридцать с лишним метров, безопасный режим выключился, и я снова могла контролировать свое тело. Как только я обернулась назад, прогремел взрыв. Подземная лаборатория самоуничтожилась. Ударной волной со стоявших рядом деревьев стряхнуло снег, их стволы загорелись. В радиусе двадцати-двадцати пяти метров все было охвачено огнем. Густой темный дым поднимался к белым облакам. Небо серело с каждой секундой. Если бы я могла плакать - слезы лились бы в три ручья. Меня охватило такое чувство, будто погибает частичка меня. Столько всего здесь произошло. А сейчас все это утопает в Геене огненной. На это все больно смотреть. Но все же, это ведь по задумке отца лаборатория самоуничтожилась. Неужели, он ждал меня? Ждал, когда же я сюда вернусь? Да и безопасный режим неспроста самовольно включился. Отец хотел, чтобы я скопировала все данные себе и, не желая делиться техническими достижениями, подорвал собственное рабочее место. Как это на него похоже. Бросив прощальный взгляд на горящее здание и тяжело вздохнув, я поднялась в небо. Трудно, конечно, осознавать то, что больше я сюда не вернусь. Но все же хорошо, что я сохранила все документы, хранившиеся в лаборатории. Все-таки та капсула и была тем самым компьютером, в котором хранились все важные данные, и отец специально загружал их мне, будто предчувствовал то, что в скором времени исчезнет. В голове послышался знакомый голос. Отец?! Нет, это звук с видеозаписи, которую я тоже загрузила, в надежде что это - разгадка тайны моего создания, но увы, она таковой не оказалась. На этой записи отец рассказывает о своих достижениях в области робототехники. Хах, как я рада снова услышать его голос... 《Алиса, дочь моя, если ты смотришь эту запись, то значит, что ты спаслась. Я рад этому. Прости, что покинул тебя, оставив одну в лаборатории. Надеюсь, ты простишь меня. А сейчас, я хочу сказать, что люблю тебя. И я жажду встречи с тобой. Надеюсь, мы еще встретимся.》 Отец... Я тоже люблю тебя...