Мальчики (не) плачут.

Рома стоял возле входа в класс дожидаясь звонка, чтобы войти вместе с учителем и уменьшить риск насмешек со стороны "любимых" одноклассников. Долгожданный звонок наконец оглушил парня, раздавшись прямо над его макушкой. Постукивание каблучков по шумному, но полупустому коридору и вот, светлые волосы собранные в небрежный пучок появились в поле зрения. – Здравствуйте, — тихо сказал синеглазый мальчишка, на что молодая учительница улыбнулась и кивнула, пропуская того перед собой в класс. Шум в кабинете начал нарастать как только вошёл Роман, но, тут же стих, когда ребята увидели строгий взгляд учительницы английского языка. Мальчик прошел на свою первую парту возле окна. Его соседка была единственной, кто нормально к нему относился, не считая англичанки. Девочка с темными волосами улыбнулась Роме, пододвигаясь вместе со стулом, чтобы соседу по парте было не тесно. – Stand up, — класс послушно встал. – Good afternoon. – Good afternoon.. — уныло и без особого энтузиазма протянули подростки. Но, учительнице было крайне некогда обращать на это внимание. – Sit down, — удовлетворительно кивнула и прошла к своему столу. Спустя сорок пять минут, прозвенел звонок. Эта перемена будет длиться пятнадцать минут, а это значит, что Роме не следует бродить по коридорам, дабы не наткнуться на неприятности. А если быть точнее, то на довольно неприятных личностей. Синеглазый закинул учебник и тетрадь в рюкзак, быстрее сматываясь из класса, но.. за пределами кабинета, его уже поджидали главные обидчики. Не успел парень опомниться, как его схватили за запястье и оттащили подальше от двери и посторонних глаз. – Ну что, голубой? — швырнув беззащитного восьмиклассника в угол, хулиган с кудрявыми волосами склонился над ним. – Небось ротиком по выходным работаешь, м? — вокруг пронеслась череда усмешек. Синеглазый просто смотрел вниз, сидя на грязном полу коридора. – Да-а, ставлю сотку на то, что он уже и папика себе нашел! — выкрикнул один из них. Главный поморщился и пнул объект издевательств по рёбрам. Не особо сильно, ведь вставать на учёт из-за какого-то пидора не особо хотелось. – Какой же ты жалкий, хоть скажи что-нибудь, — с отвращением выдал кудрявый, отходя и последний раз кидая на Рому пронзающий взгляд. А жертва сия события даже заплакать толком не мог. Не хотелось ещё и плаксой прославиться на всю параллель, а то и школу. Поэтому, бесшумно вздохнув и поднявшись, Рома отряхнулся и пошел куда подальше. Спустя бесцельно потраченные минуты перемены, которые он занял хождением по углам школы, парень остановился возле окна тихого коридора. Через него можно было наблюдать другую сторону школы и окна в коридорах. Там, синеглазый заметил знакомые кудри даже с такого расстояния и замер. В груди словно загорелась зажигалка. – Черт.. — на бледном личике с синяками и ссадинами появилась лёгкая улыбка. Как вдруг, хулиган обернулся к окну, и, естественно, заметил на противоположной стороне свою любимую жертву. Хоть он и был относительно далеко, но легко можно было прочувствовать его взгляд возвышения и господства над Ромой. Синеглазый вздрогнул и сжал руку в кулак, уходя от окна. Вдруг, в его голове пронеслась идея пойти к медсестре и отпроситься с уроков. Впрочем, так он и поступил. Уже через пять минут, Роман со спокойной душой отправлялся домой, где его ждала взволнованная мать, которая уже была возле двери, когда ее сын зашёл внутрь. – Рома! Все хорошо? Мне позвонили из школы и сказали, что ты плохо себя чувствуешь, — женщина средних лет взяла прохладными руками с изящными пальчиками лицо мальчишки и заглянула в синие глаза. – Милый, все нормально? Тебя не обижают? Откуда эти синяки? — выражение личика матери сменилось на более обеспокоенное. – Да, все хорошо, мам, я.. просто упал на лестнице, — неправдоподобно соврал Рома, медленно и осторожно высвобождаясь из рук родителя, а после, убегая на второй этаж их дома и запираясь в ванной. Вновь оставшись наедине с самим собой, восьмиклассник снял с себя радужный свитер и рубашку, посмотрев в зеркало. На ключицах виднелись уже медленно проходящие синяки. Ушибы на рёбрах. Запястья, что были спрятаны под длинными рукавами, имели шрамы и порезы. Кисти рук в ожогах от сигарет и ушибах. Роман провел рукой по рёбрам, вспоминая, как Кирилл, тот самый хулиган, ударил его сегодня именно туда. Осмотрел свои руки. В голове всплыли фрагменты того, как главный обидчик тушил пару-тройку раз об эти хрупкие ручонки сигареты.. – Вот же.. — вздох. Мальчик залезает в душевую кабину и открывает воду, держа нечто в руках. Холодные струи ещё не успевшей нагреться воды заставляют подростка вздрогнуть. Как только вода нагревается, он разворачивает нечто из небольшого куска ткани. Лезвие легко входит в нежную кожу. Кровавые реки медленно утекают в слив. . . . Кирилл вглядывается в синие глаза, словно что-то выискивая. Проводит теплой рукой по щеке Ромы, наклоняется и целует в лоб, прижимая к себе. Звон оглушает. Синеглазый понимает, что находится в своей комнате и это был лишь сон. Сладкий, наполненный спокойствием.. сон. Но, пришло время возвращаться в суровую реальность, где кудрявый парень лишь глумится над ним. Поначалу было нелегко приходить раз за разом в школу и слышать противные и гадкие словечки в свой адрес. Но после, Рома просто смирился и решил не обращать внимания. Ходил в беспроводных наушниках, которые были прикрыты прядями русых волос, а на обеденных переменах сбегал за пределы школы и рисовал, пока ещё было тепло. А после запрета на выход из учебного заведения во время занятий, ему пришлось прятаться в кабинках туалета, под лестницей, в раздевалке и возле спортзала. Засунув один наушник в правое ухо, парень натянул на белую рубашку радужный свитер, накинул куртку, завязал шнурки на кедах покрепче, затянул ремень на джинсах и закинул на плечо рюкзак. Как можно тише покинув дом. Пройдя всего одну остановку, он не заметил, как к нему на встречу уверенно шел Кирилл, который нарочно задел объект издевательств плечом, толкнув за угол и прижав к стене. Роман в первый раз за год поднял на него лицо, глядя в глаза. Но быстро опомнился и тут же захотел опустить его вновь. Ему не дали этого сделать. Грубые руки взяли личико подростка, заставляя смотреть на их обладателя. Синие глаза начали непроизвольно слезиться. За все время издевательств над Ромой, он не проронил ни одной слезинки, ведь.. мальчики не плачут. –"Что же со мной такое? Разве мальчику можно любить мальчика? Это же.. неправильно.. тогда почему я..", — пронеслось в голове синеглазого и его бледно-розовые губы начали подрагивать. Почувствовался соленый привкус. Слезы скатывались по щекам, иногда впитываясь в пластыри на лице. Он знал, что его привлекают парни. Знал это. Но.. принять никак не мог. Не мог попросту смириться с тем, что он не такой, как остальные. Ведь все говорили, что это.. неправильно. Что он ненормальный. Все друзья отвернулись.. хах, а были ли они друзьями? Нет. Определенно нет. – Ну вот.. хоть на слезы пробился, — голос Кирилла сменился с самодовольного на.. заботливый? А ухмылка перешла в обычную лёгкую улыбку.. Кудрявый парень припал своими губами к губам того, над кем издевался все время. Рому пронзило током. Казалось бы, сейчас он проснется в своей постели и все это окажется просто сном. Но.. этого не произошло. Хулиган оторвался от дрожащих губ мальчика, которого всего трясло и колотило. Кирилл обнял за шею Рому, зарываясь кистью руки в русые волосы. – К-какого черта ты творишь?.. — запинаясь и срываясь на шепот, задал вполне разумный для такой ситуации вопрос русоволосый, который просто в недоумении находился в объятиях главного обидчика. – Я люблю тебя, — шепот Кирилла отдался эхом в уголках сознания главного объекта насмешек. – Что? — внутри все ещё десять раз перевернулось. – Что слышал, тупица, я не собираюсь повторять, — признался в любви и тут же обозвал.. но.. только сильнее обнимая. – Тогда какого черта ты творил все это гребанное время?! — сорвался на крик синеглазый, ударяя кудрявого в грудь кулаками, пока щеки уже щипали соленые дорожки, по которым снова и снова катились новые ручьи. Но Кирилл все ещё обнимал его, не отпускал. – Прости.. прости, — казалось бы грубый хулиган.. начал целовать щеки того, над кем издевался, чтобы заглушить жгучее чувство в груди. Но оно только усиливалось с каждым разом. – Я пытался избавиться от этого идиотского чувства, когда вижу тебя, ведь это до жути глупо и неправильно. – Ты конченный.. — наконец, Рома опустил руки и неуверенно обнял того, которого даже не мечтал обнимать. Запах сигарет от черной рубашки вперемешку с чем-то приятным.. вот что почувствовал парень, утыкаясь носиком в Кирилла. . . . Хулиган и жертва его же издевательств сидели на лавочке возле школы. Парень с кудрявыми волосами аккуратно держал в своих руках руки Ромы и заклеивал царапины пластырями. Было видно, что он полон чувства вины, которое желает искупить всеми возможными способами и подарить заботу этому мальчишке.