from void cannot be cured

После войны у подавляющего большинства появилось острое желание жить. Или, если точнее сказать, жажда, которой поддались Гарри с Джинни, в итоге сыгравшие свадьбу. Примерно после месяца совместной жизни было понятно, что осадок, оставленный войной, сильнее всяких желаний. Срывы контролировали Гарри, а он их —нет. кошмарыкошмарыкошмары В какой-то момент должно было все прекратиться. И прекратилось. Хватаясь за этот момент, как за воздух, когда выныриваешь с самого дна, обоих охватила нежность, влюблённость и страсть. Франция. Париж. Целая неделя в Париже — городе любви. Гарри взял выходной в аврорате, желая окутать любимую, себя и то время, когда плохое вдруг исчезло, романтикой и такой детской, почти щенячей влюблённостью. И всё происходящее в течение этой недели полной любви привело их к тому, что через месяц Джинни узнала, что беременна. На тот момент все было ещё спокойно. Плохое так и не вернулось — скатертью ему дорожка. Но через ещё месяц эта самая ткань развернулась в обратном направлении. Снова кошмары. Снова бессонница. Джинни морально тяжело каждый день просыпаться по ночам от того, что Гарри  резко встаёт с кровати и светит куда-то в темноту, испуганно и тяжело дыша. Волан-Де-Морт мёртв, но кошмары, имеющие своё начало то ли в чувстве вины, то ли где-то ещё, держут и терзают не меньше всего остального. Джинни тяжело, но она пытается помочь Гарри справиться с этим. Всевозможная забота в виде банальных объятий, когда Поттер возвращается домой с работы; тёплого чая в постель, когда тишину ночи нарушают лишь изредкие всхлипы, а на утро понимающий взгляд, когда видит красные от слёз глаза. Несмотря на то, что действие этих жестов краткосрочно, Гарри благодарен ей за каждый из них. Но Джинни не выдерживает, когда Гарри, в очередной раз выпив побольше усыпляющего зелья, чтобы не подскакивать от кошмаров, не просыпается, когда она встаёт попить воды; не просыпается, когда на кухне разбивается стакан, выпавший из рук его беременной жены; не просыпается, когда какой-то незнакомый им волшебник, пробравшийся в дом чёрт знает какими путями, метнув в Джинни круциатусом, заставляет её биться в конвульсиях, оглушающе крича от боли. — Если ты умрешь, он убьёт кого-то из нас и его никто не остановит! Азкабан ему гарантирован. Он заслужил этого.. —шипит незванный гость, властно, нахально улыбаясь, — Ровно также, как и ты заслуживаешь моих действий. Гарри просыпается, только когда слышит пронзительный крик, невещающий ничего хорошего. Так и вышло. Всего пятый месяц беременности. Ребёнок умер, не родившись. слишкомтяжелослишкомтяжелослишкомтяжело Состояние Гарри каждый день ухудшается: сон задвинут на полку под названием "незначительное"; вместо воды и еды —кофе; вместо удобной мягкой кровати —диван, используемый для сверления потолка взглядом в положении лёжа, часами на пролёт.

***

Рон и Гермиона, которые не поддались порыву, так и не зашли в отношениях дальше помолвки, и в итоге сошлись на том, что их чувства друг к другу только лишь дружеские. Безусловно, это никак не изменило того, что Гермиону все так же ждут в гости и всегда рады видеть за столом вместе со всей семьёй. — Молли? Всё в порядке? —заметив бледность лица женщины, обеспокоенно поинтересовалась Грейнджер. Ответа не последовало, так как в дом вошла Джинни —растрепанные волосы, красные от слёз глаза, запах крепкого алкоголя. Рон кинулся помогать девушке, а Молли и Гермиона обнимать её. Лишь только к глубокой ночи все разошлись спать, и Грейнджер могла поговорить с ней.  — Джин? Не помешаю? — А.. Миона.. Нет, входи. Пришла узнать, что случилось? — Да. — усаживаясь в кресло, ответила девушка. — Ребёнок умер. Но Гарри не виноват, хотя сам он считает иначе. Это уже звучит, как его краткое описание. —слабо улыбнувшись, начала Джинни—Я правда надеялась, что всё будет хорошо, ну или хотя бы чуть лучше, чем во время войны. Надеялась, что смогу помочь ему выбраться из этого состояния и мне казалось, что ему и правда становится лучше. — Как это случилось..как ребёнок умер? — Гарри выпил усыпляющее, чтобы не просыпаться ночью от кошмаров, я пошла попить воды, а там... —всхлипнув, она подошла к окну и, открыв его, достала из кармана домашних штанов сигареты—Я думала, что у Гарри лишь паранойя. Нигде не включала свет пока шла, чтобы не разбудить его, и спросонья не заметила, что в доме кто-то есть. Гарри бы услышал, как разбилась чашка, даже учитывая это чёртово зелье, но всё дело было в том, что он не спал до этого. Просыпался часа в 2 ночи и сидел на кухне в обнимку с чашкой кофе до самого утра. —Джинни стояла и, докуривая сигарету, вглядывалась в темноту леса за окном. Некоторое время время она молчала и только после того, как зажгла ещё одну сигарету, продолжила—Знаешь, потеряв ребёнка, я поняла, что уже давно остыла к Гарри. И я знаю, что это взаимно. И дело даже не в произошедшем.. Тех самых, былых чувств не было и нет уже давно, собственно, как и у вас с Роном. А Гарри уверен, что разрушил мне жизнь, потому что считает себя виноватым в нападении на меня. Мол, они ведь до него так добраться пытаются, а страдают другие люди. Те, кто ему дорог. И... он нырнул в это дерьмо ещё глубже. Не уверена, что теперь ему кто-то сможет помочь. Гарри Поттер неисправно сломлен. — Ты недооцениваешь его, он сильнее, чем нам всем кажется, намного сильнее.—на мгновение Гермионе показалось, что она скорее пытается убедить в этом себя, нежели Джинни. —На войне все что-то или кого-то потеряли, а Гарри... потерял себя. Им пользовались почти всю жизнь, часть от этого растили, как свинью на убой, заботились, чтобы дожил до нужного момента. Но он перешагнул через это и вместе с этим через себя —разбитого и с огромными дырами внутри, которые затягиваются крайне болезненно, оставляя шрамы вместо себя. Гарри начал новую жизнь, точнее попытался начать, что уже лучше, чем гнить до конца своих дней. — Одно "попытался" уже говорит о том, что собрать Гарри по частям в сложившейся ситуации будет практически невозможно. — Смерть и последующее оживление тоже считалось практически невозможным, но как ты могла заметить, Гарри Поттер всё ещё жив. —подытожила Гермиона.

***

— Он не отвечает. Думаю, нам всё-таки стоит навестить его. —встревоженно меряя шагами комнату, предложил Рон. — Говоришь так, будто он уже в земле лежит, а над ним плита надгробная—докуривая третью по счёту сигарету, с безразличием прокомментировала Джинни. — Чёрт, Джин! Давай оставим эти шутки на лучшие времена.. — Наивно. Гарри сломался. Лучших времен уже не будет. По крайней мере у него самого. — Рон, давай подождём до вечера и, если он не свяжется с нами, будем действовать. — До вечера шутка Джинни может стать невеселой действительностью. — Рон! Не думаю, что он покончит со всем этим вот так.. — Не проверишь, не узнаешь —продолжила Джинни. — Ему нужно время, мы должны уважать его желание побыть одному. — Уважать, чтобы потом возненавидеть себя из чувства вины, плача над его могилой. — Ещё одно подобное высказывание, Рональд Уизли, и рыдать будут над твоей могилой. —строгим тоном отчитала рыжего Гермиона. — Справедливо. —усмехнувшись, поддержала Джинни. — А, то есть шутки Джинни тебя вообще никак не смутили, да? Гермиона только лишь закатила глаза, так ничего и не ответив.

***

— Поттер? —послышался стук за дверью кабинета Гарри. —Можно? — Паркинсон.. я вроде просил предупредить всех не обращаться ко мне в ближайшее время.. — Да? До меня что-то эта информация не доходила, странно. — Надеюсь, на этом всё? —Гарри безучастно, устало смотрел на девушку, лишь на некоторое время отрываясь от заполнения каких-то важных бумаг, очевидно желая, чтобы та поскорее ушла. Недождавшись реакции, парень снова опустил взгляд на документы. Панси могла бы донимать Поттера и дальше, но в данной ситуации это было бы рискованно. И даже не потому что её могут уволить, намного хуже —Грейнджер открутит ей голову за этого гриффиндурка. А за ней и Драко "эмоционально выразит своё крайнее недовольство", которое заключается в том, что только он сам может издеваться над Поттером, всячески стебать его и в принципе устраивать какие-то стычки. О, да, Драко Малфой тот ещё собственник. — Поттер. —дождавшись пока Гарри вновь оторвет своё внимание от документов, Паркинсон продолжила—Они волнуются. — Я в порядке.—холодно ответил парень и вернулся к бумагам. — Ты не мне это сообщать должен— напоследок окинув кабинет взглядом, Панси наконец вышла. Драко пронёсся прямо перед Паркинсон и, незаметив её, шумно влетел в кабинет. Не обнаружив там девушку, которая тем временем молча стояла снаружи, ожидая развития событий, он вышел. Сразу догадавшись, что Панси возмущена отсутствием всяких манер вроде "постучаться прежде чем войти", Малфой, извинившись, всё таки поздоровался и, наконец, пояснил, к чему такая спешка: — Отец узнал о разводе и выгнал меня из дома. Можно я поживу у тебя? Сначала Панси решила поиздеваться и в итоге согласиться, но, вдруг вспомнив о состоянии Поттера и предполагая, что на помощь другу может приехать Гермиона, которая скорее всего попросится пожить у неё, отказалась. — Прости, милый, но скорее всего ко мне скоро приедет Миона и ты будешь её смущать. — Чёрт, серьёзно? Ладно, тогда поживу у Блейза. — А у него, вероятно, будет жить Уизли. — Неужели он предпочтёт рыжего вместо меня? —разочарованно спросил Драко, заранее зная ответ. — Ну, если ты жаждешь потренироваться для поцелуя с Поттером на Забини, то да, можешь выставить Уизли за дверь и предложить Блейзу себя в качестве компенсации отсутствия потенциальных поцелуев. — Панси! — Нет, ну а что ты хотел услышать? —девушка довольно рассмеялась. — Определённо не это. —совсем беззлобно ответил Драко.—А с чего бы вдруг этим двоим сюда приезжать? Работы что ли мало? — О, так ты не в курсе... — Не в курсе чего? — Забей, не мне об этом рассказывать. Не моё дело, захочет —сам расскажет. — Панс, прекращай говорить загадками и скажи нормально, что происходит? — У Поттера какие-то проблемы. Он даже просил кого-то предупредить, чтобы его не тревожили. — Ты смотри, принцесса на горошине. Не тревожить его? Да щас! —Драко уже развернулся, собираясь идти к Поттеру, как почувствовал на своём плече руку. — Драко. Не тот случай. Его друзья тебе голову открутят. — Если бы они так уж хотели открутить мне голову, сделали бы это уже очень давно. — В этот раз уж точно повезёт. Хотя знаешь, можешь попытаться, но уверяю, ты ничего не добьёшься. — Ты меня недооцениваешь. Уж я от Шпроттера всегда какой-то реакции добиваюсь. — Хах, ну удачи. —усмехнувшись, Панси перестала пытаться разубеждать уверенного в себе Драко, и тот, наконец, направился к Поттеру.