Судная ночь Драко Малфоя

      Шагая коридорами школы, Драко даже не волновался, что его кто-то увидит, поэтому оставил себя видимым. Все картины на стенах уже давно дремали, но Малфой лишь смотрел вниз и обдумывал слова девушки. Неужели дети так испугались? А если Блейз всё же перегнёт палку? Он прекрасно знал, что такая, как Пэнси слов на ветер не бросает, и тем более не отступает назад, но сейчас даже она сказала, что боится за гриффиндорцев.       Первым факультетом, в который наведался парень, был Пуффендуй. Он не звал ребят для лишних расспросов, а лишь послушал звуки, что доносились из комнаты учеников жёлтого факультета. "– Что нам делать? – Я не знаю, давайте попробуем заснуть, может, тогда звуки пройдут. – Вы слышали? Снова кто-то разговаривает! " Этого ему вполне хватило, чтобы понять, что у слизеринцев всё под контролем, и он направился дальше.       Когтевранцы пытались рассуждать логично и не паниковать. Но всё же то, что они самый младший курс давало о себе знать. Они-то школу ещё толком не знают, а у них в комнате уже происходят странные вещи. "– Так, давайте не паниковать и думать логически. – Логически? Эмми, да у нас тумбочки двигаются! – Ну должно быть какое-то объяснение. – Ребят, мне страшно, давайте мы все теории и объяснения оставим на потом, и сейчас подумаем, что нам делать!"       Довольно ухмыльнувшись, Драко пошёл дальше. Он, конечно, знал, что этот факультет для учеников с большим складом ума, так скажем, но не думал, что даже в такой ситуации они будут искать логическое объяснение.       После он направился уже в свой родной змеиный факультет. Как и ожидалось, там дети пытались не показывать страх и не упускали возможность блеснуть превосходством своего факультета. "– Вы слышали? Опять! – Да всё нормально, ну подумаешь мыши скребутся. – Нет, Дэби, звуки реально странные. – Так, мальчики, хватит спорить. Помните, мы — слизеринцы, никто к нам и сунуться не посмеет. Так что скорее всего это просто мыши."       После услышанных слов у Малфоя появилось резкое чувство гордости за детей. Нет, не так. У Малфоя появилось резкое чувство гордости за СВОИХ детей, ведь они были точно такими же, как и он — слизеринцами.       Драко начал вспоминать, как сам вёл себя в их возрасте: как хвастался всем, что его отец может позволить себе чуть ли не весь Хогвартс выкупить, и как всегда огрызался на учителей, объясняя потом Люциусу и Нарциссе, что он чистокровный лорд рода Малфоев и с ним должно быть совсем иное обращение. Конечно, отцу льстило, что его сын знает себе цену, но выслушивать постоянные выговоры Дамблдора ему не очень нравилось.       После обхода по факультетам Драко спокойно направлялся к гриффиндорцам, всё ещё прокручивая моменты из детства, но тут из раздумий его вывел странный звук, что больше походил на плач, нежели смех. Он со всех ног понёсся к комнате детей и уже возле двери встретился с подругами. – Что случилось? – в привычной ледяной манере кинул аристократ, пытаясь скрыть волнение. – Блейз и Джереми начали двигать предметы и ещё больше их пугать, – быстро проговорила Пэнси, всё же боясь реакции друга. – Ну и?! – Я не знаю, буквально только что мы услышали, что там кто-то заплакал. Но парни не могут стать видимыми сейчас. – Хорошо, быстро напомни мне их имена, – Пэнси немного удивилась словам парня, он в принципе никогда никого не торопил, соблюдая манеры истинного аристократа. Но всё же ответила: – Рыжие — брат и сестра, это Чарльз и Поли. Девочка с каре — это Сандра, вторая девочка — Мэделин. Мальчик-блондин — Уильям, а мальчик-брюнет — Оскар. – Хорошо, сделайте себя невидимыми, – девушка ещё больше удивилась желаниям Малфоя. – Зачем? – Мэри решила не оставаться в стороне и также участвовать в ситуации. – Без лишних вопросов, просто сделайте, как я говорю! – буквально рявкнул блондин, смотря им в глаза. От такого девушки почувствовали мурашки, что пробежали по их спинам, поэтому они тут же хлопнули в ладоши и стали невидимыми.       Разворачиваясь к двери, Драко вновь услышал детские всхлипы. Он вспомнил, как и сам в детстве боялся всего, а Нарцисса, дабы успокоить ребёнка, тепло обнимала его и сидела с ним до тех пор, пока тот не успокоится и не заснёт прямо у неё на руках.       Но когда он пришёл в Хогвартс, то ситуация довольно сильно усложнилась. Он не мог показать себя со стороны нюни и тряпки, Люциус явно бы этого не одобрил. Поэтому он выбрал путь показать свою не лучшую сторону, ибо другое поведение блондина могло плохо отразится на репутации рода Малфоев. Он начал подшучивать над Поттером, Грейнджер, Уизли, да и в принципе над всеми, кто хоть немного отличался от него самого. Хотя в глубине души он всегда понимал, что это не правильно, но менять что-либо уже было поздно.       Драко тяжело вздыхает и тихо открывает эту дверь. После увиденной картины, он впервые за последние года почувствовал тупую боль в области сердца.       На кровати сидели три маленькие девочки, две из которых плакали, а последняя крутилась возле них в попытках успокоить подруг.       Заметив блондина, дети стихли, но слёзы девочек не прекратились, поэтому они время от времени вытирали их рукавом своих пижам. Малфой сразу почувствовал, как дети напряглись, но сейчас их страх шёл ему на руку.       Драко окинул комнату взглядом в поиске одногруппников. Он понимал, что не сможет увидеть парней, но точно знал, что они должны понять его взгляд и уйти. И уже через секунду он почувствовал лёгкий ветерок, что пронёсся в пару сантиметрах от него, что означало то, что слизеринцы всё же поняли его и вышли из комнаты.       Аристократ спокойно закрыл дверь и сразу повернулся обратно к детям, которые даже боялись пошевелиться. – Ну, а теперь мы можем поговорить, – немного смягчил голос Драко, увидев реакцию детей. Он специально сел на кровать, что была напротив гриффиндорцев, чтобы видеть их лица. – Ты из Слизерина? – настороженно спросил рыжий мальчишка. Драко сразу вспомнил слова Пэнси и уже точно знал, как кого зовут. – Да, а ты Чарльз, верно? – окинув ребёнка оценивающим взглядом, спросил блондин. Всё-таки высокомерные манеры Малфоя брали вверх. – Откуда ты знаешь моё имя? – тихо спросил мальчик, поднимая свои глаза, которые до этого он постоянно отводил, делая вид, что заинтересованный тумбочкой около кровати. – Не переживай, просто слышал про вашу комнату, – он перевёл взгляд на сестричку, что была точная копия брата. По щекам этого рыжего ангелочка всё ещё катились слёзы. – А ты, принцесска, я так понимаю, Поли? – Да, – неуверенно ответила девочка, вновь вытирая слёзы рукавом. – А ты всех нас знаешь? – всё также с опаской спросил Чарльз. – Да, – коротко ответил Драко, после чего поочерёдно назвал имя каждого. Дети лишь смотрели на него, не скрывая своего удивления. – Только вот, знаете, мне тут кое-что не нравится. – Что? – всё-таки решилась спросить Мэделин. – То, что такие принцесски, как вы, сейчас плачут.       Из кармана джинс парень тут же достал небольшой кусок шелковистой ткани, по одному лишь виду было понятно, что эта ткань стоит больше, чем одежда некоторых учеников Хогвартса.       Малфой сел на корточки перед Поли, та, конечно, ещё побаивалась слизеринца, но всё же не отстранилась. Парень аккуратно вытер её слёзы, пока остальные наблюдали за ним. Такие же действия он повторил и с Мэделин, а после перевёл взгляд на последнего ангелочка. – А ты, Сандра, молодец, даже не заплакала.       Девочка лишь мило улыбнулась в ответ. Драко, глядя на неё, наконец осознал, как он скучает по этому возрасту — именно тогда он обращался к Люциусу не отец, а папа; тогда ему ещё так не привили эти аристократические манеры, и он мог показывать свои искренние эмоции. Также он осознал как давно не общался с детьми, ему давно никто так искренне не улыбался, не из выгоды или его статуса, а просто от души.       Взяв в руки свою палочку, он произнёс заклинание, а после в руке каждого из детей появились леденцы в виде разных зверюшек. Реакцию детей нужно было видеть, они так искренне удивлялись и радовались сладостям, что Малфой готов был просто сидеть и любоваться этим. – Спасибо, – немного смутившись, поблагодарил блондин. Драко немного улыбнулся и начал рассматривать парня. Всё-таки он был согласен с тем, что они очень похожи, Уильям был буквально маленьким Малфоем в гриффиндорской версии.       Все дети повторили за мальчишкой и также поблагодарили слизеринца. А он лишь смотрел на них и улыбался. Но тут позади него послышался довольно знакомый голос. – Кхм, кхм. Драко, можно тебя на минуточку? – в проёме стоял Поттер собственной персоной. Раньше бы Малфой начал огрызаться, а вскоре и метать в брюнета непростительные . Но их взаимоотношения изменились за последние года. Да, иногда проскакивали колкие шутки или приколы, но таких ссор и драк, как раньше, уже не было. Поэтому к появлению гриффиндорца Драко отнёсся нейтрально. – Дети, вы сидите здесь, я сейчас.       Первокурсники лишь кивнули, всё также продолжая есть свои сладости. Блондин спокойно вышел в коридор, уже продумывая в голове оправдание, ведь он не мог сказать про настоящую цель его визита в комнату детей, а иначе Северус лишил бы его палочки и, возможно, головы.