Первая любовь историка

      Виктор не пришел ночевать. Всю ночь я провела без сна, терзаемая собственными мыслями. И утром я выглядела едва ли похоже на обычную школьницу. Под глазами залегли темные круги, губы пересохли и были искусаны в кровь. Бледная кожа приобрела серый оттенок. По ощущениям у меня была невысокая температура и меня потрясывало от озноба.       Я честно подумывала о том, чтобы снова прогулять школу, но собравшись с мыслями, все же решилась идти. Уже было полвосьмого утра, когда раздался продолжительный визг дверного звонка. Я удивленная, что Виктор не открыл дверь ключами, побрела к выходу. Но вместо привычных темных глаз на меня уставились чужие, зеленые.       Напротив меня стояла невысокая брюнетка. Девушка из категории стервозных дамочек. Она осмотрела меня с ног до головы. Сначала удивленно, потом с толикой сомнения и злости. Она, не говоря ни слова, прошла в квартиру, смело оттолкнув меня рукой. Я же, пораженная такой наглостью, не успела сказать абсолютно ничего, только развернулась, провожая незнакомку взглядом.       -Простите! – закричала я, немного придя в себя. – Вы кто?       -Девочка, это ты кто такая? Где Витя? – с ноткой вызова спросила дамочка.       -Виктор уже в школе, – ляпнула я наугад. - Не могли бы вы уйти.       -Не могла бы, – совсем обнаглев, ответила женщина.       Ее темные волосы, словно шелк, струились с плеч, спадая до поясницы. Зеленые глаза обрамляли черные, густые, наращенные ресницы. Губы ярко выделялись красной помадой. Фигура подчеркивалась обтягивающим платьем до колен. Сумку девушка по-хозяйски кинула на диван. Я опешила.       -Так, дорогуша, – обратилась женщина ко мне, не удостоив и взглядом. – Собирай свои манатки и проваливай.       -Что? – я раскрыла рот от удивления и паники.       -Что слышала. Давай, давай. Не задерживайся, – прищуренные глаза женщины едко впились в мое лицо, заставляя меня онеметь. Я могла лишь раскрывать рот как рыбка, но не могла вымолвить и слова. – Ты меня плохо слышишь? Проваливай!       -И не подумаю! С какой это стати вы меня гоните? Вы кто?       -Тебя это не касается, – женщина прошла мимо, смеряя меня презрительным взглядом, будто я воровка, пойманная за руку на месте преступления.       -Я ничего не знаю. Не вы меня сюда пригласили, не вам меня и прогонять.       -Что ты сказала, малявка? А ну-ка повтори, – женщина уперла руки в боки.       -Что слышали. Я никуда не уйду. Еще и полицию сейчас вызову, – выпалила я.       Мы уставились друг на друга.       -Да, как ты смеешь?! Ты хоть знаешь, кто я такая?!       -Нет, вы не представили, – напомнила я.       -Не дерзи старшим, малявка!       Женщина закипела от злости. Она схватила меня за руку, и прежде, чем я успела опомниться, она выволокла меня, как есть, на лестничную площадку. Дверь хлопнула перед моим носом. Я замерла.       Но как я не таращила глаза на чертову дверь, она не открывалась. Я схватилась за перила, чувствуя головокружение. Стены поплыли перед глазами, и я приняла решение сесть на корточки, чтобы в случае чего до земли лететь пришлось недолго.       У меня не было с собой ни сумки, ни телефона. На ногах красовались домашние, мужские тапочки сорок третьего размера на мой тридцать седьмой. На запястье правой руки так и осталась резинка, не успевшая зафиксировать волосы в конском хвосте. А легкая белая рубашка никак не защищала от осенней прохлады, которая уже успела просочиться в подъезд.       Так как крепость я отдала без боя, и теперь мне не представлялось возможным попасть обратно, я поплелась в школу. Так как есть. В нелепом виде, в расстроенных чувствах. Уже по дороге я поняла, что квартиру захватила та самая пресловутая Виктория, о которой шла речь в субботу. Так же по дороге я обдумала мысль о том, что пойду не к Виктору, а к Роману Олеговичу. Я просто не смогла бы выдержать на себе взгляд темных глаз после вчерашнего вечера. У меня совсем не осталось сил для этого. Ветер холодными лезвиями пронизывал меня насквозь до самых костей. Я обняла себя руками, но это совсем не спасало. И подозреваю, что когда я вползла в знакомые двери школы, я была похожа на сосульку.       Миновав первый этаж и спустившись на цоколь, я вошла в спортивный зал. Звонок уже прозвенел к тому моменту. В зале оживленно носились младшеклассники, Роман Олегович еще не появился из коморки. Туда я прямиком и направилась. Конечно, я не осталась незамеченной и провожаемая десятками любопытных глаз, я ввались в каморку физрука.       Уже там, за дверью, я поняла, что в глазах потемнело, и я без зазрения совести рухнула безжизненной тушкой прямо в руки к Роману Олеговичу. ***       -Да какое ты право имела ее выгонять?! – кричал знакомый голос учителя.       -Откуда мне было знать, что это твоя ученица? Я думала, бабенку молоденькую себе нашел!       -Даже если так! Тебя каким боком это касается? – не унимался Виктор.       -Да, Вика, – подтвердил физрук. – Ты перегнула палку.       -А ты вообще не лезь!       -А чего это? – удивился Виктор. – Он имеет полное право! Он здесь приглашенный гость. Тебя же сюда совсем не звали!       -Витя!       -Что Витя? Вика, тебе самой не смешно? Нет, серьезно? Ты не думаешь, что игры пора оставить в прошлом? Мы уже не дети!       -А какие тут могут быть игры? – удивилась женщина. – Я вполне серьезно настроена. Женись на мне, Вить.       -Ты сдурела?! – возопил учитель, физрук нервно заржал.       -А что такого? Я давно тебя люблю. Ты знаешь. Давай поженимся!       -Нет, это невыносимо, – зашипел учитель.       -Вик, заканчивай, – встрял физрук. – Стерпится, слюбится – это не про Виктора. Отпусти ты его. Оставь уже в покое.       -Нет! Даже не подумаю!       Ох, и женщина. Вот же прилипала. Если она приняла меня за девушку учителя, то я еще легко отделалась. Она могла и кислоты в лицо плеснуть. Матерь божья! Мне дурно стало от одной этой мысли.       -Вить, ну подумай…       -Даже не начинай! – взмолился учитель. Я готова была спорить, что он готов был на колени упасть, лишь бы она отстала от него.       -Все, Вика, пошли, – видимо физрук стал выпроваживать дамочку, я расслышала какой-то шорох: сопротивляется.       -Не хочу, – пискляво верещала женщина.       -Ты хочешь, чтобы я полицию вызвал? Убирайся вон! – закричал учитель. Послышались шаги, и хлопнула дверь. Мне на лоб легла холодная ладонь. Так неожиданно, что я чуть не вздрогнула.       -Что там? – спросил физрук, видимо вернувшись после того, как выставил за дверь одноклассницу.       -Уже не такая горячая, но жар еще не спал до конца, – ответил учитель, обеспокоенно. – И что говоришь, она к тебе в каморку ввалилась?       -Да. Открывается дверь за моей спиной, я едва успел повернуться. А она, как приведение серая, полупрозрачная, падает ко мне прямо в руки. И не удивительно, что к тебе не пошла, идиот.       -Да знаю я. Не начинай.       -Нафига ты ее бросил-то одну? Ох, Витя. Наломал ты дров.       -Рома. Не нагнетай. Мне что теперь вешаться идти?       -Нет, точно идиот. Ты бы с ней хоть поговорил, а?       -Поговорю,– буркнул Виктор.       -А я, дурак, с Лизой пытался поговорить. Не с ней надо было беседу проводить, – шипел физрук.       -Что? Ты с ней разговаривал? – возопил учитель.       -Да.       -Зачем?       -Вот и я говорю! Зачем? Надо было тебе объяснять, что так нельзя делать. А я-то думал, что у меня друг с мозгами. Оказалось, нет!       -Рома, прекращай. Итак, тошно!       -Поделом тебе.       -Я поговорю с ней. Объясню, что это была ошибка. Она поймет.       -Надеюсь, – отозвался Роман.       -И я тоже.       Подслушав разговор учителей, на глазах у меня появились слезы. Глаза я так и не открыла. Голова разразилась пульсирующей болью.       Все то, что между нами произошло, было ошибкой. Да вся моя жизнь - сплошная ошибка. Как я вообще могла понадеяться на то, что это было реальным, что поцелуй был настоящим? Нет. Я так не могу. Когда мама вернется, я попрошу ее перевести меня в другую школу. А сейчас я сделаю вид, что ничего не было. Я притворюсь, что для меня это ничего не значит. Я больше не буду такой наивной. Я буду реально смотреть на вещи. Я снова стану собой. Исаевой Лизой, девочкой, у которой не может быть ничего, кроме дружбы с Максимом. Я все забуду.