В ритме сердца...

Среда. 7:00       — Сынок, просыпайся, школу проспишь.       — Как скажешь, мам. — Парень неохотно встал с кровати и начал собираться в школу. Через 15 минут женщина позвала всю семью за стол. Вкусно позавтракав они разошлись кто-куда: взрослые на работу, а дети в садик и школу.       День юноши проходил нормально, как у всех старшеклассников. У парня не было друзей, потому что он перевелся в эту школу в середине года, да и сам он был не очень общительным, хотя внешность у того было приятная. Увлекался танцами, рисованием, пением, но его страстью было тхэквондо. Каждый день он посещал свой клуб по борьбе, занимаясь до изнеможения. Он мечтал занять первое место на международных соревнованиях, но ему вечно не хватало приемов и выносливости, поэтому он оставался на 2-3 местах. 1-е место всегда доставалось Пак Хэчжину, они состояли в одном клубе и часто тренировались друг с другом, но Хэчжин всегда оказывался впереди. Они стали соперниками. На тренировках устраивали побоища, а в остальное время гнали друг на друга матом вперемешку с сарказмом и иронией. Со стороны они выглядели очень забавно.       — Хей, Чонгук. Чего ты тут сидишь, сейчас обед? Если малыш Гукки будет мало кушать, то он никогда не опередит меня. — Пак становится напротив Чона и пристально на него смотрит, а тот в свою очередь, всем видом показывая свое недовольство, поднимает голову и выдает:       — Завидуешь моей фигуре? Если хочешь я расскажу о своей диете, чтобы ты сбросил пару килограммов.       — Я заботиться о тебе пытаюсь, но если ты такая недотрога, я отстану. Иначе, твое угрюмое лицо мне в кошмарах сниться начнет.       — Мне не интересны твои мокрые сны с моим участием.       — К чему это ты клонишь? Да с тобой рядом находиться страшно, не говоря о постели.       — Да неужели? — Гук показательно поднял бровь, ожидая ответа.       — Да. Лицом не вышел, тут уже ничего не исправишь. Я пойду, пожалуй. Иначе, ты во мне дыру прожжешь. Встретимся в клубе.       — Конечно, сегодня я тебя сделаю.       — Мечтай, мечтай. — Пак ушел, а Гук остался сидеть в наушниках и с легкой улыбкой на губах. Весь оставшийся учебный день, парень представлял свою победу, проигрывая поединок у себя в голове сотни раз. Он был уверен, что в этот раз у него обязательно получиться.       Наконец прозвенел звонок с последнего урока. Чон сразу же направился В тренировочный зал, чтобы размяться и отработать некоторые приемы перед боем. Вскоре в помещении показался его соперник.       — Ты готов проиграть, Пак Хэчжин?       — Всегда готов, но только если ты сможешь меня победить. — Спортсмены уже были в форме и стояли в стойках. Через несколько секунд, голос сбоку прокричал: «Начали».       Поединок был зрелищным, как и всегда. Шел он дольше обычного, поэтому парни уже устали и работали на выносливость. Однако, Гук пропустил один удар ногой и он пришелся ему на голову, после чего тот упал схватившись за ушибленное место. Как и ожидалось многократный победитель опять победил. Дальше тренировка шла как обычно: отработка ударов, парная отработка ударов, силовые нагрузки и упражнения на растяжку. Чону стало легче и он не отставал от других.       Вскоре, народ начал расходиться по домам, за все время «соперники» не обменялись и словом. Когда в зале осталось от силы человека 4 Хэчжин подошел к Гуку.       — Не стоит так себя мучить, в другой раз победишь.       — Другого раза может не быть! Мне нужно сегодня…       — С тебя хватит, отправляйся домой.       — Это не тебе решать. Я продолжу тренировку.       — Это как раз мне решать. В этом клубе главный я.       — Черт. — Парень последний раз ударил со всей силы и быстрыми шагами направился в раздевалку (переодеться и принять душ). Он принимал душ полчаса, за это время все остальные разошлись по домам. Все кроме главы клуба.       — Чонгук! Чонгук, я знаю, что ты там выходи! — глава стучал в дверь, чтобы наконец достать младшего от туда и со спокойной душой уйти домой. Спустя 10 минут непрерывного стука и уговоров, послышался щелчок, повествующий о том, что дверь вот вот откроется. Пак от двери не отошел, поэтому получил ею по носу и, отскочив, замер. Чон Чонгук, сука, вышел в одном полотенце на бедрах, а с волос спадали капли воды, оставляющие мокрые дорожки на красивом подкачанном торсе.       — Ты чего так долго? Я уже волноваться начал. — Голос предательски дрожал, выдавая с потрохами своего хозяина. К слову, предавал не только голос)       — Я думал.       — Знаешь, не стоит так расстраиваться из-за поражения. — Он пытался собрать последние крупицы своего самообладания.       — Что? Не стоит расстраиваться? — как так получилось, что он прижал Пака к стенке? — Я столько тренировался, чтобы опять проиграть? Тебе не понять мои чувства! Это же ты всегда первом месте, ты всегда лучше всех. А я…я продолжаю скитаться твоей тенью забирая лишь 2-е места. — Старший попытался спасти ситуацию и сбежать, но Чон схватил его за ворот прижимая к стене, прижимаясь еще ближе (чтоб не сбежал). Его дыхание участилось, он не мог и глаз оторвать от губ соперника. Чон, продолжая свою речь, случайно задел ногой пах старшего. Это произошло слишком неожиданно для главы клуба и он застонал в голос. Гук мгновенно замер и замолчал. Пак только мельком взглянул на него перед тем как оттолкнуть младшего и отойти в сторону, отвернувшись. Про себя он материл все, что можно и нельзя, обвиняя судьбу за такую подставу.       — Это… Что это только что было? — по лицу младшего было сложно понять, что тот сейчас чувствует, поэтому Хэчжин решил хоть как-то спасти ситуацию (хотя «спасти» это мягко сказано).       — Это сказал не я. — Старший выжидающе прожигает дыру глазами в опоненте, улавливая замешательствонп чужом лице, и в следующую же секунду он притягивает Чона к себе за шею и целует. Сказать, что Чонгук был в шоке — ничего не сказать, он был в ахуе. Он этого состояния «шока» он приоткрыл рот — это стало его роковой ошибкой — и Пак забрался своим языком внутрь. Гук по-прежнему не отвечал на поцелуй, стоя обездвиженный. Однако, он чувствовал как его рот откровенно вылизывают, это было так возбуждающе, кровь прилила к паху, а еще эта сволочь — Хэчжин, бесстыдно тёрся своим стояком об ногу младшего. Это привело к тому, что у малыша Чона встал, только вот у него был совсем не «малыш».       — А фигура у тебя действительно отпад. — Голос у старшего был хрипловатый, он прошелся руками от шеи до нижнего пресса, после чего лизнул губы Чона и потащил того к мягким матам, которые били сложены один на другой. Уложив Гука на спину, глава клуба опять утащил того в мокрый поцелуй, руками продолжая исследовать тело младшего. Разорвав поцелуй, парни отчётливо чувствовали каменные стояки друг друга.       Чогуку надоело бездействовать и он, убрав лицо старшего от своего пресса, уселся тому на бедра и утянул в поцелуй, ерзая на чужом стояке. Гук прильнул к губам Пака и начал страстно целовать, через пару секунд в дело пошли мягкие руки, которые нежно впились в волосы старшего. Хечжин, поглаживал талию младшего, в то время как Чон уже успел пробраться в чужой рот языком и исследовал каждый уголочек неизведанного им пространства. Оба получали кайф от происходящего, и Гук залез руками под футболку своего главы клуба, поглаживая кубики пресса, нежно проводя по каждому изгибу своими тонкими и мягкими пальцами. Но обоим было мало. И вскоре младший, который не мог дождаться проявления актива от Пака, взял его руку и положил на своё возбуждение. И оторвав руку от чужой руки, медленно перебрался ими на попу Хечжина, сминая её своими пальцами, временами поглаживая.       Старший, медленно, а потом всё больше набирая темп, водил рукой по органу своего, еще не состоявшегося, любовника, вызывая у второго полу вздохи-полу стоны в поцелуй, от чего оба возбуждались ещё сильнее (хотя куда сильней-то?).