Глава 7
24 февраля 2020 г., 05:53
Илиот блаженно мок в горячей воде, смывая всю накопившуюся за время путешествия грязь и усталость. Буквально несколько часов назад они прибыли в замок Маргорн. Встретили их королевская чета в окружении двух десятков вельмож. Варон, не стесняясь, по очереди обнял каждого из родителей, и уж после представил им Илиота. Супруги приветственно кивнули ему, с интересом оглядывая с ног до головы. Светловолосые люди в принципе встречались крайне редко на их землях, а уж столь симпатичных, как Илиот, и вовсе не видели. Придворные тихо перешептывались, откровенно разглядывая омегу. Среди них сам Илиот заметил несколько молодых людей, и так как брачных браслетов на их руках не видел, решил, что Варон не до конца был честен с ним.
Вопреки ожиданиям его величество Осейдай, старший король, улыбался Илиоту приветливо, будто радовался, что сыну достался такой омега. И самому молодому человеку стало интересно, что королям вообще о нем известно. Посылал ли сын письмо о свадьбе с описанием супруга.
Осейдай был высоким и сильным мужчиной лет семидесяти, густая борода достигала кончиком пола, видимо никогда не стриглась. Карие глаза казались несколько выцветшими, но их взгляд был теплым.
Касательно младшего короля Илиот не знал, что думать. Его величество Вальнор встретил его приветливыми словами, но голос звучал холодно. Карие глаза обжигали льдом. Статный и равнодушный ко всему, он вызвал в Илиоте сожаление, о чем именно омега не мог сказать.
После приветствия в главной зале, наследника и его супруга отправили по разным комнатам. Вальнор объяснил это тем, что пока не надеты брачные браслеты, в одной комнате, наедине они находиться не будут. Илиот едва улыбку сдержал, знал бы отец Варона сколько ночей они спали рядом.
Поселили молодого человека в большой комнате с узкими окнами. Постель под балдахином манила мягкостью матраса и теплом одеяла. В комнате так же имелись шкаф для вещей, ширма с бадьей, несколько столов, в их числе и письменный, и кресла у камина.
Дождавшись, когда в комнату внесут все сундуки, наполнят бадью водой, Илиот, наконец, остался один. Снова ему предстояло готовиться к ужину. Но в этот раз он обязан был выглядеть лучше, чем когда-либо, стоило показать себя с хорошей стороны. Ему предстояло доказать, что он достоин Варона. Почему-то создалось впечатление, что если Вальнор не примет его, браку с альфой придет конец.
Грогар не имел живых родителей, потому с подобной проблемой Илиот столкнулся впервые, и что делать не знал.
Когда вода остыла, молодой человек вылез из бадьи и стал рассматривать свои вещи, все еще лежащие в сундуках. Предстояло выбрать платье более изысканное, но скромное. Из украшений Илиот сразу же выбрал широкий серебряный пояс с витиеватой гравировкой, серьги в виде простой цепочки и несколько тонких колец. Из платья остановил свой выбор на синем, шерстяном. Оно было достаточно длинным, с одним разрезом по бедру. Украшала его тесьма по воротнику, манжетам и подолу.
Оглядывая в зеркале свой образ, Илиот гадал, достаточно ли приемлемо он будет выглядеть в глазах местных жителей. Возможно ли, что веяние моды у них совершено другое. Впрочем, времени шить новые наряды просто не имелось, потому придется выйти к ужину в том, что есть сейчас. Позже Илиот в любом случае закажет у портного более подходящие платья.
В дверь коротко постучали, и она открылась, не дожидаясь ответа. Оглянувшись, молодой человек увидел на пороге его величество Вальнора.
Удивление скрыть не удалось.
— Ваша милость, — поклонился Илиот, гадая, что нужно младшему королю. Он полагал, что этот человек будет игнорировать его. Хотя возможно пришел он для разговора, малоприятного.
Вальнор кивнул и подошел к нему. В руках у него был сверток плотной серой ткани.
— Так как ты теперь часть нашей семьи, — заговорил он, разворачивая тряпицу и показывая Илиоту редкой красоты диадему, — то это принадлежит тебе.
Пока Илиот, открыв рот, рассматривал диадему, мужчина, подцепив ее длинными пальцами, поднял над головой омеги.
— Невероятно красивая диадема, ваше величество, — прошептал Илиот, спустя пару мгновений глядя в зеркало. Голубоватые камни украшения ярко горели в свете огней в свечах, серебро начистили столь тщательно, что его можно было использовать вместо зеркала.
— До коронации я тоже носил эту диадему, в знак того, что семья приняла меня, — вновь заговорил Вальнор. — А уж после пришлось отягощать голову этим, — указал он рукой на голову, где красовалась корона. Она была выполнена из золота, украшена многими камнями, в основном рубинами. — И я рад, что скоро эти мучения прекратятся.
— О чем вы? — растерялся Илиот. Сейчас Вальнор, хоть и выглядел все так же не дружелюбно, тем не менее, казался намного приветливее.
— В конце месяца коронация Варона, чуть позже твоя. Он прислал письмо с голубем, потому мы начали готовиться заранее. Почти все сделано, остались мелочи.
— Значит, вы не против, что я стал его мужем? Что вам известно обо мне? — совсем растерялся Илиот. Судя по времени, сколько уходило на подготовку к коронации, Варон оповестил родителей как минимум за три недели до их прибытия.
— Мне известно достаточно, — кивнул Вальнор. — Варон всегда славился своими решениями, которые порой граничили с безумием и откровенным неуважением власти. Но, как правило, именно эти его решения приводили к благополучному итогу. И да, я не против того, что ты станешь его спутником, хотя и познакомились вы при столь странных обстоятельствах. Но именно об этом никто не узнает. Мы придумаем легенду, чтобы перед народом ты предстал чистым и невинным.
Говоря все это, Вальнор внимательно смотрел на отражение Илиота. С самого юношеского возраста его величество умел подмечать незначительные жесты и мимику собеседника, а уж к своим годам научился разбираться в людях. Потому он хотел поддержать Илиота. Ведь омеге предстояло править его страной. И пусть небольшой опыт уже имелся, узнать нужно было еще многое. А таких как Илиот съедали слишком быстро при дворе. Но тут имелось два выхода: Илиот станет безжалостным правителем, способным предать короля, или же верной опорой ему. Для этого Вальнор и собирался приступить к обучению омеги как можно скорее.
— Когда у тебя течка? — неожиданно спросил Вальнор, не удержавшись, поправил выбившийся из прически омеги локон.
— В конце этой недели, — вздохнул Илиот, он не совсем поспевал за ходом мыслей короля. Может быть, слишком устал с дороги?
— Хорошо, — кивнул Вальнор. — Надеюсь, к концу года услышать о зачатии наследника.
— Я не дал наследника его величеству Грогару, — признался Илиот. Порой ему казалось, что должно было хватить одного раза для беременности. Но у него не получилось, не в нем ли проблема.
— Как часто вы были близки? Ты же понимаешь, какой период меня интересует, — прищурился мужчина.
— Один, — пряча взгляд, отозвался Илиот. Ему было неудобно и стыдно перед Вальнором. Он представал холодным, но в тоже время добрым. Это выбивало из колеи.
— Что ж, тогда, полагаю, не о чем волноваться. К нужному времени будет готово северное крыло замка. Если понадобиться, стража не выпустит вас оттуда, — голос Вальнора стал ледяным, давая понять, что эту часть обязанностей Илиота он будет контролировать лично.
— Я и сам надеюсь, что хватит одной течки. Давно ребенка хочу, — признался молодой человек. Ему было завидно, что другие придворные регулярно уходили из фаворитов в связи с беременностью и последующим воспитанием.
— Что ж, пора, — подводя итог разговора, Вальнор подошел к двери и распахнул ее. — Пойдем, я провожу.
***
Когда в дверях залы показались отец и супруг, Варон едва кубок с вином не выронил. Он и старший отец уже сидели за столом. Сегодня было решено собраться семьей, потому заняли они малую гостиную. Особо соблюдать правила не нужно было, потому альфы благополучно принялись пить вино, дожидаясь супругов. А когда те вошли, удивились. Варон полагал, что Вальнор не принял Илиота, такое уж лицо у него было. Но когда они вошли вместе, да еще и Илиот с семейной диадемой на голове, понял, что ошибся. Осейдай полностью поддерживал удивление сына. Но быстро сменил его на облегчение. Уж он-то должен был, за все время брака, понимать Вальнора лучше остальных. В силу своих способностей и всего бремени правления, супруг становился с каждым годом все холоднее, особенно при посторонних. На самом же деле, его омега просто скрывал волнение и интерес. Все же не отдал бы он диадему, что хранил более тридцати лет, тому, кого посчитал бы недостойным. Альфы поднялись из кресел и помогли своим супругам расположиться за столом. Когда уселись и сами, оглядели друг друга. При других обстоятельствах Осейдай просто спросил бы сына, как прошли эти два года. Но сейчас стоило сказать другое: — Рад вашему приезду, — начал он разговор. — Надеюсь, дорога не сильно утомила? — Все хорошо, ваше величество, — кивнул Илиот, так же не зная, как ему стоит отвечать, да и вообще как себя вести с новой семьей. — Какое хорошо, — встрял Варон, решив, что светская беседа явно лишняя. Они все одна семья. — Дождь зарядил на пару дней, хорошо хоть успели добраться до границы вовремя. Там к Рограну поспешили, думали, передохнем, но нет, его сынок учудил. — Что случилось? — встревожились родители Варона, и тот коротко рассказал, что произошло. Он не утаивал ничего от родителей. После рассказа о планируемом наказании, Осейдай дал пару советов, и согласно кивнул. — Что ты хочешь делать с этим слугой? — обратился он к Илиоту. — С вашего позволения, я хотел бы заняться его обучением. По возможности сделать из него вельможу, — отозвался Илиот. Все это он обдумывал, но понятия не имел, как воспримут его планы новые члены семьи. — И какие же земли ты планируешь ему отдать? — резонно спросил Вальнор. Само собой титул и земли будут отданы из их страны. — Варон рассказывал, что есть некий господин Файно, у него нет семьи и наследника. И я подумал, что возможно, он бы согласился усыновить Илами. Его земли расположены достаточно близко к королевскому замку. Потому следить за подопечным было бы проще. Илиот говорил на свой страх и риск. Подобной дерзости ему могли бы не простить. Он пока никто в этой стране, потому что-то планировать просто не имел права. Вальнор задумался на несколько минут, Осейдай же хмыкнул. — Этого старика будет сложно уговорить. — Но это отличная идея, — заговорил Вальнор. — Мы все гадали, что сделать с Файно, земли у него достаточно обширные и если он отказывается жениться, по одним того ему известным причинам, возможно он согласиться усыновить мальчишку. Мы ничего не потеряем. Но нужно будет объяснить столь щедрый дар этому слуге. — А если он приехал со мной и уже имеет титул? — подал предложение Илиот. — Мы обсудим это, но позже, — кивнул Осейдай. — Пока же, если честно, я устал, хочется отдохнуть. Возраст, сами понимаете. Да и вы с дороги устали. Потому, Варон надевай уже браслет, и отправимся спать. — Согласен, дорога была утомительной. Особенно для Илиота, он в седле-то едва держался. Омега тут же покраснел, а Вальнор нахмурился. Он сам едва держался в седле, и то, если муж сидел за спиной. Варон поднялся и подошел к Илиоту, когда же омега встал из кресла, протянул ему тонкую цепочку из серебра украшенную множеством рун. — Я, Варон Доргенский, дарую тебе этот браслет как обещание моей вечной любви к тебе и клянусь быть с тобой в радости, и в горе, до самой смерти, — с этими словами мужчина обвил браслетом правое запястье омеги. Мгновение выждав, после того как закрылась застежка, браслет, подсвечивая зеленым светом, плотно, но не сдавливая, обвил руку Илиота, закрепляясь под словами клятвы, до самой смерти. Кивнув, Варон протянул Илиоту второй браслет, чуть толще первого. — Я, Илиот Расчермен, принимаю твой браслет и дарую свой, как обещание в вечной любви и клятву быть рядом в горе и радости, пока смерть не разлучит нас. Надев на левое запястье мужа браслет, Илиот мягко улыбнулся, наблюдая, как тот так же на долгие годы сковывает руку супруга. — Ну а теперь можно идти спать, — хлопнул в ладони Осейдай, не любил он подобные мероприятия, потому стремился поскорее покончить со всем этим. Только в глазах Вальнора плескалась нежность. Более тридцати лет назад они проводили тот же обряд, и все эти годы носили свои браслеты, как доказательство любви и уважения. — Что ж, спокойной ночи, — подхватывая Илиота на руки, широко улыбнулся Варон, направившись прочь из гостиной. Вот теперь-то он не отпустит Илиота до самого рассвета.
