Протянутая лапка помощи

      Шерсть, по которой Тецуро проводит, невероятно мягкая и тёплая, согревающая не только руку, но и сердце. Котёнок Оки, привыкший к проявлению внезапной любви от блудного хозяина, спокойно лежит на коленях и не двигается, позволяя гладить себя. Котаро, наблюдающий за этим, устало фыркает.       — Это реальная проблема, бро, — Котаро по-хозяйски откидывается в кресло, едва не расплескав весь чай, что ему так услужливо налил Тецуро, — в тебя влюблены все дворовые коты, но никак не женщины. Ты останешься одиноким кошатником до конца жизни!       Куроо окидывает Котаро взглядом — весь такой уставший, только-только с тренировки, бездумно сорвавшийся с запланированной посиделки с командой, поскольку узнал, что Тецуро впервые за долгое время показался дома. Такой же импульсивный и открытый, прямо как в старшей школе. Вечный ребёнок, ей богу, и как он только умудряется играть в основном составе сильного клуба, так ещё и учить жизни Тецуро?       Обижаться на Бокуто не выходит не только из-за его характера, но и из-за того, что Оки, разнеженный в ласке, доверчиво приподнимает мордочку, разрешая почесать шею, а после начинает мурлыкать от аккуратных движений длинных пальцев.       Котов Тецуро действительно любит, чего уж таить. Потому перспектива остаться одиноким кошатником — не особо пугает.       Больше котов он любит только победу в словесных перепалках.       — Меня любят женщины всех возрастов, так что не преувеличивай, — лениво отзывается Тецуро, начиная ласково почёсывать Оки за ушком.       — Тебя любят только коты, бро, и твоя мама, — огорчённо качает головой Котаро, словно это его действительно очень расстраивает. Тецуро лишь фыркает.       То, что подобной фразой Котаро лукавит, понимают они оба. В школьное время он был чуть ли не главным красавцем — капитан волейбольного клуба, спортсмен, весь из себя такой умный и интересный. Вот только в то время ему это не нужно было — намного важнее было строить из себя сурового капитана и вести свою команду к победе. А потом жизнь закрутилась и стала проходить как-то слишком незаметно — провал на национальных, выпускной, выход во взрослую жизнь и бесконечные гастроли. Иногда времени на личную жизнь, если не брать в расчёт маленькие, незначительные интрижки, не оставалось.       А после март для Куроо Тецуро наступил с таким опозданием и настолько неожиданно, что хоть вой.       Но он предпочитает уверенно делать вид, что всё в порядке, и котов ему достаточно, как и безоговорочного преимущества над Бокуто в дуэлях словами.       — Что мы скажем Бо? — Куроо насмешливо обращается к Оки, а тот, распахнув тёмно-лазурные глаза, явно незаконно красивые для обычного кота, звонко мяукает. — Правильно, мой хороший, мы скажем: «Иди нахер, Бо».       — Ты серьёзно натренировал своих котов посылать меня? — обиженно нахохлился Котаро и специально громко отхлебнул чай, словно пытался показать таким образом степень своей обиды.       — Я ещё научил Хонтё реагировать на команду «фас», — Тецуро тянет на всё лицо свою насмешливую, кошачью ухмылку, пока Котаро недоверчиво косится в сторону спящего кота. Очень упитанного и агрессивного кота, который негласно в доме считается лидером среди питомцев.       Котаро каждый раз, как в первый, удивляется тому, насколько Тецуро искусно умудряется уживаться со всеми своими котами. На время всех его отъездов четвероногие неизбежно перебираются домой к Кенме, так как оставлять их одних слишком рискованно. При таком раскладе коты должны больше слушаться Кенму, поскольку они проводят больше времени вместе, но они всё равно преданно считают Тецуро своим единственным хозяином и позволяют себя гладить лишь ему.       Чёртов дрессировщик больших кошек в цирке.       — Это нелегально, что ты используешь свои навыки и в реальной жизни, — Котаро, наконец, отводит взгляд от спящего Хонтё, убедившись, что он не хочет вцепиться ему в глотку, и мельком наблюдает за тем, каким ласковым становится Оки в руках Тецуро. Обычно этот белый засранец смотрит так дико, но понимающе и по-человечески своими тёмными глазами, что гладить его совершенно не хочется.       Зато к Тецуро коты льнут все, как один.       — Коты, что в цирке, что в жизни, — неспешно произносит Тецуро, продолжая поглаживать потягивающегося Оки, а после ласково оглаживает мягкие подушечки лапок, которые ему доверчиво подставляют, — полностью одинаковые. Будь это хоть леопард, хоть перс, я найду к нему подход. Это моя фишка.       — Тебе нужно найти свою дрессировщицу, бро, — смеётся Котаро, уже передумав обижаться на лучшего друга, — будете оба дрессировать котов, только ты — цирковых, а она — тебя.       Тецуро не знает, чего ему хочется больше — иронично засмеяться или всё же натравить на Котаро Хонтё.

🐈🐈🐈

      Куроо в своей жизни столько котов перетискал, что не сосчитать даже. Но, даже несмотря на это, ему всё равно нравится их гладить, будь это хоть его гордый Оки, или же лев в цирке.       Выступать на домашней сцене всегда проще. Родной Токио словно вселяет надежду, к тому же не только в Тецуро: Хоши, — их большая звезда, с которым Куроо работает не один год, и вместе они исправно покоряют публику, — кажется более гордым, чем обычно. Царская грива отливает золотом, а чёрные глаза смотрят с доверием, прежде чем Хоши начинает ластиться к рукам Тецуро. Куроо послушно проводит по голове кота, чешет за ухом и ласкает, точно домашнего котёнка.       Труппа иногда, в шутку, делает ставки — когда котята решат сожрать, наконец, Тецуро, учитывая то, насколько близко он их к себе подпускает. Он же лишь отшучивается, что его любимцы не каннибалы.       Даже несмотря на все шутки, Куроо искренне любит свою труппу, — но не так сильно, как котов, — поскольку уже слишком привык к ним. Тецуро как сейчас помнит — он только-только получил нужное образование и сразу же метнулся к ним.       Многие его знакомые не одобрили такой выбор — всё-таки Тецуро всегда был головастым, и ему порочили светлое будущее, далёкое от выступлений в цирке. Открыто высказать своё мнение осмелился лишь Бокуто, и то в виде дружеских шуток. Но они быстро закончились после ответной шутки про то, что в труппе пустует место одного клоуна — для Котаро берегут.       Он тогда жутко обиделся на подобную фразу и сразу же простил за приглашение на представление.       И родственники, и знакомые также перестали ворчать на выбор своеобразной профессии после подаренного билета. Потому что увидели, насколько естественно Тецуро ладит с большими кошками, и насколько ему подходит быть на сцене. За это же его любит огромное количество незнакомых ему людей, приходящие на выступления с ним, и Куроо это нравится.       О том, что хочется совсем не такой любви, а более личной, не думается. Впадать в режим романтика Тецуро не хочется, потому он предпочитает отдавать всего себя работе, и это отлично помогает отвлечься, хоть и приходится жить от номера к номеру. Зато сколько удовольствия он получает после идеально выполненной работы — не передать даже.       Однако, после сегодняшнего выступления, что-то идёт не так. Или слишком так — это уж с какой стороны посмотреть.       На памяти Тецуро, так близко к сцене, откуда только уводят больших любимцев, впервые подскакивает ребёнок. Совсем девчушка, но с уже напрочь отбитым чувством самосохранения и выработанной тактикой по сбеганию от родителей — никто добровольно не отпустит своего ребёнка в таком случае.       — Котик! — весело восклицает девчушка, вскинув руки, и Тецуро с заинтересованной ухмылкой оглядывается на неё, вальяжно опираясь на перекладину, что отделяет арену от зрительских мест. — Хочу фотографию с большим котиком!       — Оу, — Куроо тянет свою кошачью, лукавую ухмылку под смешок труппы, что спокойно уходит за кулисы, оставляя парня наедине с пустеющим залом, — впервые со мной хотят сфотографироваться такие маленькие фанаты.       Девчушка в ответ яро мотает головой, топает ногой, а после тыкает в ту сторону, в которой скрылись львы, звонко воскликнув:       — Хочу фотографию с теми котиками!       — Шика, — строго окликает девчушку подошедшая девушка, — успокойся.       Она сразу теряет своё рвение, но всё равно украдкой оглядывается на лыбящегося Тецуро, словно ища поддержку. Она ему слишком напоминает Котаро — две королевы драмы, это становится слишком очевидно. И почему ему так везёт на них?       Зато мать — мать ли? — девчушки абсолютно отличается от привычного общества Куроо. Вся из себя такая строгая, словно не на представление пришла, а на судебный приговор. Но есть в этой всей строгости некое очарование — то ли в том, как она мастерски справляется с характером неугомонного ребёнка, то ли в том, что она намного ниже него, но всё равно держится уверенно.       — Ваша дочурка? — интересуется Тецуро, а после выпрямляется, с ухмылкой оглядывая девушку сверху вниз.       — Племянница, — строго отрезает девушка, а после берёт девчушку за руку и явно собирается вести её прочь. Та вновь оглядывается на Тецуро, словно на сообщника в преступлении, прося помощи.       Почему-то вспоминаются слова Бокуто о том, что ему нужна своя дрессировщица. Такая вот точно смогла бы — больно суровая и стойкая уже с первого взгляда. Ей бы только котов и дрессировать.       А вот Куроо — Куроо бы чуточку любви.       — Я могу устроить ей фотографии с котиками, — с лёгкой издёвкой тянет Куроо, сдавшись под таким умоляющим взглядом ребёнка, подыгрывая ей абсолютно во всём, — даже бесплатно, но только в клетках.       — Не хочу котиков в клетке, — надувается Шика, слишком огорчённо всхлипывая, и поднимает взгляд на свою тётю, — Гото-чан!       Та в ответ лишь тихо вздыхает, устало прикрывая глаза, пока Тецуро чувствует себя так, словно разрушил мечту ребёнка. К нему не в первый раз подходят с такой просьбой, но даже на полный отказ никогда так эмоционально не реагировали.       — Тогда как насчёт фотографии с маленькими котиками? — Куроо ухмыляется, мигом придумав альтернативу. Его коты, конечно, не львы и не леопарды, но те ещё красавцы, потому Тецуро лично гордится каждым.       — Маленькими котиками? — Шика сразу же заинтересованно блеснула глазками, повернувшись обратно к Тецуро.       — Домашними красавцами, — Куроо по-кошачьи ухмыляется, беззастенчиво рекламируя своих любимцев, — ничуть не хуже больших. Нужно будет лишь решить, когда.       — Нет, — строго отрезает Гото, не дав ответить девчушке. Та мгновенно погрустнела, а в больших, по-детски наивных глазах блестит уже не интерес, а слёзы. Ещё немного, и она точно разрыдается. Тётя девчушки, осознав это, с обречённой усталостью вздыхает, а после выуживает что-то из сумочки. — Хорошо. Позвоните мне, чтобы договориться о времени.       Куроо принимает из её рук белую визитку и впервые за разговор встречается с ней взглядом. Таким тяжёлым, строгим, но интригующим — как она будет смотреть на него потом?

🐈🐈🐈

      Бокуто, с видом профессионального ювелира, поворачивает строгую, белую визитку к свету, внимательно её разглядывая. Словно надеется что-то ещё увидеть там, помимо имени адвоката — Гото Кимико — и номера.       — Угораздило же тебя, — неутешительно выдаёт Котаро, отстав от визитки, вернув её обратно Тецуро, — она по-любому не купится ни на одну твою тупую шуточку.       — Зато она выглядит, как дрессировщица, — фыркает Тецуро, а Бокуто заходится в хохоте, не веря, что его друг действительно решил последовать его совету. — Как думаешь, стоит ли звонить? У неё был такой взгляд, словно она обещала меня засудить за звонок.       — Даже если она действительно на тебя не клюнет, ты порадуешь её племяшку, — Котаро пожимает плечами и в миллионный раз откидывается на кресло, которое занимает по каждому своему приходу, — будешь добрым человеком.       У Бокуто всегда всё предельно просто — он вообще не раздумывает подолгу над такими вопросами. Куроо хочет хоть толику его безрассудства себе. Хотя он и так поступил необдуманно, когда предложил сфотографироваться с его котами.       Лучше бы он смирился с ролью одинокого кошатника и не дёргался.       Котаро, внезапно став серьёзным, окидывает своего друга непривычным взглядом хищной совы, а после резко достаёт телефон, начиная активно что-то строчить. Тецуро косится на Бокуто с подозрением вплоть до того, как он отвлекается от экрана, и с довольной улыбкой сообщает:       — Я договорился с Акааши, он займёт племяшку фотосессией с котами, пока ты будешь травить кошачьи каламбуры этой самой Гото! — Котаро кивает своим же гениальным мыслям под фырканье Тецуро.       Ну что за жизнь? Бокуто сначала учит его жизни, а потом помогает на личном фронте. Пора, наконец, брать всё в свои лапы.

🐈🐈🐈

      Акааши смотрит на них как-то слишком зло для человека, который безумно хочет спать, и старается хоть как-то пригладить растрёпанные волосы. Тецуро не чувствует ни единого укола совести за то, что вытащил парня работать в его выходной. Да и не в первой это — и Котаро, и Куроо частенько пользуются услугами почти личного профессионального фотографа. Мог бы и привыкнуть уже.       Зато Шика на его фоне сияет в три раза ярче, чем обычно. Даже удивительно, насколько её воодушевила идея сфотографироваться с хвостатыми любимцами Тецуро.       Сами коты, предатели такие, ведут себя с девчушкой предельно мило, и спокойно позволяют себя гладить. Будь Котаро с ними — точно завидовал бы такому отношению, тем более тому, насколько довольной и милой мордой становится обычно дикий Хонтё. Но Бокуто смотался на матч, потому Тецуро может спокойно на максимум выкручивать своё обаяние и выставлять напоказ запас тупых шуточек, которыми не пользовался слишком давно — не находил повода.       — Знаете, — заговорщически мурлыкает Куроо, слегка наклонившись к Гото, что спокойно наблюдает за тем, как довольная Шика фотографируется с котами, — вам бы дрессировщицей быть, а не адвокатом. У вас бы получилось, по глазам вижу.       — Меня устраивает моя профессия, — стойко отвечает Кимико, даже не подняв взгляд на парня.       — А как насчёт побыть дрессировщицей одного определённого кота? — не сдаётся Тецуро, но соблюдает приемлемую дистанцию.       — Предпочитаю не соглашаться на предложение, если имею слишком мало информации, — та всё же поднимает на него взгляд, и Тецуро готов записать это в свои личные мини-победы.       — Тогда как насчёт познакомиться поближе?

🐈🐈🐈

      Кенма, оккупировав свой любимый хотацу, и, смирившийся с ролью подушки для котов Тецуро, которые слишком зачастили гостить у него, недовольно открывает переписку с никудышным другом детства. Он даже не удивляется, что это очередная весёлая фотография, на которой Куроо выглядит даже более довольный, чем кот в марте, а рядом с ним уже устоявшаяся компания в виде Кимико с лёгкой полуулыбкой.       Видимо, хвостатые друзья пропишутся у него на долгое время — пока их нерадивый хозяин полностью не устроит свою личную жизнь, которую начал лишь благодаря ним.