I'll remember

`°• Морио, 1999 Приятный морской воздух щекотал, казалось, саму искалеченную душу Джотаро. Да уж, за это время слишком многое изменилось в бывалом бунтаре. Годы учебы на ветеринарном факультете, кажущиеся вечностью, сделали из привычно грубоватого парня человека с ледяным спокойствием и холодным расчётом, преобладающим над эмоциями. Даже стиль его одежды сменился — стал менее мрачным, менее провокационным и броским. Что и говорить — после долгих и упорных попыток и, казалось, непреодолимых защит диссертаций, Куджо смог попасть в один из самых уважаемых научных центров океанологии. Таким его видели люди вокруг. На другой стороне медали по имени «Джотаро Куджо» всё сплошь было завалено антидепрессантами, которые он пьёт начиная с семнадцати лет, чтобы окончательно не сойти с ума. В сердце Джотаро живут сотни кошек, что каждую секунду рвут его изнутри своими когтями вины и самопрезрения. Сотни тысяч сожалений, суицидальных мыслей и комья ненависти к себе заглушались только чудо-таблетками, благодаря которым Джотаро со временем и правда начал верить, что без него жизнь Нориаки станет яснее и беспечнее. Хотя, теперь он никогда не был ни в чем до конца уверен. Это убивало его изнутри, хотя в глубине души он всё ещё надеялся, что Нориаки вспомнит его и хотя бы простит. Но сейчас, под прикрытием рабочей командировки, ему предстояло найти своего, как выяснилось, дядю-подростка. Узнал он о нём во время обыденного звонка деда, который успел снова натворить дел. Джозеф переживал, что в его внебрачном сыне сыграет кровь Джостаров и он не сможет контролировать свой стенд. Поездка обещала быть не из скучных. Но самым мучительным для Куджо был фактор неизвестности — кто знает, где сейчас Нориаки? Пусть он иногда и звонил его родителям, но с тех самых пор больше ни разу не слышал его голоса и знал, что он не живёт в родительском доме уже несколько лет. А где теперь жизнь носит этого красноволосого парня Джотаро, к несчастью, не знал. Но ответ был гораздо ближе, чем Куджо мог заподозрить. Прямо недалеко от старшей школы Будогаока в неброском сером здании располагался офис маленькой страховой компании, где, скучая, крутил в руках карандаш парень с уставшим и совершенно отрешённым фиалковым взглядом. Коллеги часто жаловались, что он постоянно прибывает будто в другом мире и явно помешан на поиске кого-то, но как работник он выполнял все свои обязательства. —.Кхм… Какёин, ты меня вообще слушаешь? Нориаки медленно перевёл взгляд на коллегу, виновато улыбаясь. — Прошу прощения, я немного задумался… — Так вот, ты слышал, что к нам в Морио переехал сам Кишибе Рохан? Нориаки тут же вскочил из-за стола, пролив остатки кофе на очередной набросок. — САМ РОХАН? И какого, скажи мне, чёрта я узнаю об этом только сейчас? — Да тише, ты, не ори, — коллега нагнулся к Нориаки, заговорчески сщурив глаза. — Я знаю, что Тануки передали дело о страховании его дома. Может, сходим за автографом? — Пусть он и живёт теперь в Морио, но не думаю, что нам стоит его беспокоить и лезть в его покой, — Нориаки тщетно пытался спасти эскиз, разваливающийся у него прямо в руках. — Слушай, Какёин, а ты не думал устроиться к нему в помощники? Рисуешь ты здорово, рука намётана, да и деньги лишними не будут. — Сомневаюсь, что ему нужны помощники, — Нориаки сел обратно на стул и откинулся на спинку, ослабив тёмно-зелёный галстук. — Но ты прав, попробовать всё же стоит. — Тогда вот, — коллега протянул парню клочок бумаги с наскоро написанным и-мейл адресом. — Скинь ему пару своих законченных работ. А вдруг прокатит?