Агенты А Н К Л 2—"На краю пропасти"

      Дамы выглядели прекрасно, сверкающие бриллианты ослепляли. Мужчины в смогингах казались строгой оправой для этого великолепия.       Наполеон Соло не был исключением. Он надел смокинг с шикарной бабочкой, и при беглом взгляде на него создавалось впечатление, что этот мужчина просто рождён для ношения дорогих костюмов. Пиджак, как влитой, сидел на широких плечах, белоснежная рубашка подчёркивала мягкий летний загар. Легко подхватив бокал с подноса, он двинулся вглубь чудесного зала. Расточая направо и налево улыбки, приветливо кивая на заворожённые женские взгляды, Соло наслаждался атмосферой. Он пока не видел ни одной нужной ему фигуры и решил выйти на свежий воздух. На небольшой эстраде играл маленький оркестр, перед ним кружились в танце пары. Не глядя, он заменил опустевший бокал на новый и вдруг услышал: — Не увлекайся, Ковбой. Ты на задании, забыл?       Наполеон оглянулся и обнаружил Габи в форме официанта. Она отходила от него с подносом. Курякина даже не виднелся на горизонте. «Так и лучше, — подумал Наполеон, — не будет путаться под ногами».       В этот момент он заметил выходящего из здания Юсифа Эргена. На его лице читалась некоторая озадаченность: он определённо кого-то искал. Эрген подозвал кого-то из сопровождающих, отдал несколько распоряжений и направился в сторону Соло. Такой ситуацией нельзя было не воспользоваться — Наполеон двинулся ему навстречу. — Господин Хасан Юсиф Эрген! — воскликнул он, привлекая к себе внимание торговца. — Чем обязан? — осведомился тот, натягивая на лицо учтивую улыбку. — Позвольте представиться, Соломон Наполли, коллекционер произведений искусства и всевозможных ювелирных мелочей, — улыбаясь во все тридцать два зуба, Наполеон крепко пожал вялую руку. — Давно мечтал с вами познакомиться, а тут — такая возможность! Прошу простить мне мою бестактность… — Очень приятно, мистер Наполли, — не меняя выражение лица, произнёс Эрген.       Тут его осторожно, будто давая понять, что поручение выполнено, окликнул кто-то из тех, с кем он недавно беседовал. Ближайшее окружение. — Прошу меня извинить, дела.       Но настойчивый Соло снова потянулся к его руке и сжал её двумя своими. — Очень рад, очень рад!       И Эрген покинул его, унося с собой аккуратно прикрепленный к манжету пиджака жучок. Близилось время торжественной части, а это значило, что нужно возвращаться в зал. Но уже на входе Наполеон застыл, словно поражённый молнией.       У столика с напитками он увидел Курякина… нет, не просто Курякина, а господина Курякина! Илья был чертовски хорош в тёмно-синем бархатном смокинге, высокий и стройный, улыбающийся, с идеально уложенными волосами, холодно сверкающими ярко-голубыми глазами. Воплощённое обаяние, древнегреческий бог, спустившийся с Олимпа.       Илья разговаривал с женщиной. Судя по всему, шутки сыпались, как из рога изобилия, поскольку его дама тихонько похохатывала. Она старалась не привлекать внимание окружающих, в то время как её внимание принадлежало этому сердцееду. Заметив Соло, Илья учтиво поцеловал ручку собеседницы и отошёл ближе к напарнику. Стряхнув с себя наваждение, Наполеон дал понять, что им необходимо отследить местонахождение Эргена.       Курякин взглядом указал на лестницу, ведущую на второй этаж. Вот только подняться по ней не представлялось никакой возможности, поскольку вход на эту самую лестницу охраняли два крепких молодых человека. — Остаётся только улица, но там полно народа. — Ну, значит без импровизации снова никуда, — в полголоса ответил Соло.       Им нужна была Габи. Они в несколько секунд объяснили ей, что нужно делать, и ещё около минуты выслушивали полный возмущения отказ. Но вариантов не оставалось. Время летело неумолимо, а жучок работал в радиусе не более десяти метров…       Идея с нечаянно перевёрнутым Габи подносом была не самой удачной, но именно она помогла выиграть несколько минут, необходимых для того, чтобы взобраться на балкон второго этажа. Дальше — дело техники. Кабинет, в котором велись переговоры, находился недалеко. У двери, естественно, расположилась охрана, но расстояние всё равно было соблюдено, теперь ничто не мешало спокойно слушать разговор.       В кабинете находилось двое, звучали мужской и женский голоса. Первый однозначно принадлежал Хасану Юсифу Эргену, а вот другой… удивительно глубокий, с мягкими нотками, такой приятный, что его хотелось просто слушать и слушать. Он будто завораживал, обволакивал, как песни сирен. Наполеон вздрогнул, когда Илья выразительно цыкнул на него: — Ты чего поплыл? — Нет, всё нормально. Они договариваются о встрече завтра в соборе святой Софии. Во что бы то ни стало нужно выяснить личность женщины.       Илья забрал у него наушник и прислушался. — Она однозначно русская. Слышишь, как она говорит? Такое произношение свойственно только русскоговорящим. Нужно возвращаться в зал, чтоб отследить кто будет выходить.       Им удалось спуститься незамеченными. Илья вернулся в зал, а Наполеон, повинуясь чутью, вышел на улицу. Спустя несколько минут из-за угла выехал роскошный чёрный Horch P240. В том, что ему нужна именно эта машина, Соло не сомневался ни минуты. Он не видел пассажиров — просто чувствовал так. А интуиция его не подводила.       Через минуту с парковки следом за чёрным лакированным красавцем сорвалась «Toyota Crown». Изо всех сил водитель старался не привлекать внимания, но, видимо, был всё же не так хорош. В районе Бебек он упустил машину. Да что же там за всевидящий такой?!       Попетляв еще немного по улицам, Наполеон понял, что ему придётся возвращаться ни с чем. Его уже ждали. Уэверли распекал за самодеятельность. «Наружке» удалось сделать несколько снимков не бог весть какого качества, но стоит надеяться, что можно будет увидеть хоть что-то. На сегодня всё. Встреча назначена на вторую половину дня. К этому времени необходимо иметь чёткий план действий.