Секреты этого города

      Не знаю, почему меня так задела запись на стене в комнате родителей Эдди, но она определённо вывела меня из колеи на какое-то время.       Может, это было вызвано тем, что я вспомнил своего отца. Настоящего отца -Калеба, который, возможно, но совершенно не точно, был в близости с мамой Эдди, с Лиз Каспбрак...       Глупо? Наверное. Да мало ли таких Калебов в Дерри? Это же не единственное и неповторимое имя, которое присваивается только одному человеку на Земле. Если следовать этой логике, тогда ситуация становится не такой критичной, и бояться мне нечего. Но я боялся. И не того, что Калеб мог встречаться с Лиз, я боялся, что их встречи могли привести к новым жизням, под названиями Эдди и Эйдан.       Что, если у родителей моего парня сложилась такая же ситуация, как и у моих? Что, если Стью Каспбрак ненастоящий отец Эдди, а просто ещё один влюблённый, который, несмотря на обстоятельства своей женщины, всё равно принял её и позвал замуж? Такое может быть? Да, наверное. Маловероятно, но может. Тогда получается, что Эдди.. мой брат…       Я медленно перевёл взгляд на парня, внимательно осматривая каждую чёрточку его лица и тела в надежде, что я не найду в нас ни единой схожести. Я брюнет, Эдди – шатен, у меня волосы курчавые, у него – прямые. Разрез и цвет глаз у нас абсолютно разный, ведь Эдди унаследовал глаза от мамы, а я… А от кого унаследовал глаза я? Я только тогда подумал о том, что у Тома они зелёные, а у мамы – светло карие. В кого тогда мои, чёрные?       Продолжив изучать Каспбрака, я сразу же отмёл схожесть нашего носа, губ, улыбок, ушей, в конце концов. Я длинный и очень худой, Эдди ниже меня и чуть толще. Особенно, в области задницы. Мы не похожи! Нас объединяет, разве что, россыпь веснушек на лице. Но она есть чуть ли не у каждого подростка нашей страны. Что же, считать нас после этого кровными родственниками? -Что такое? – спросил Эдди, когда я обеспокоенно блуждал по нему глазами. -Кто такой Калеб? -Не знаю. Может, мама когда-то была в него влюблена. Тебя что-то беспокоит?       Я нервно выдохнул, прежде чем произнести правду, которая колола меня в самое сердце. -Моего отца зовут Калеб, и он из Дерри. -Я думал, твой отец Том. -Да, но он меня усыновил. Мама нагуляла меня до встречи с Томом. Я узнал об этом только вчера…       Эдди покачал головой, почему-то неестественно улыбаясь. -Ты же не думаешь, что и моя..       Понимая, что мог задеть его своим напуганным видом и мыслями о том, что Калеб и его отец, я поспешил поправиться. -Нет! Я просто.. Не хотелось бы, чтобы ты оказался моим братом..       Эдди развернул меня к себе и, взяв за шнурок шота, потянул на себя. -Ведёшь себя, как Джон Сноу.. – он мягко посмеялся собственной шутке, а я удивился тому, что Эдди вообще знает о существовании Игры Престолов. Мне казалось, что он закрыт от этого мира и от всех его удивительных вещей, включая, сериалы. – Я спрошу у Эмбер. Может, она что-то знает.       Я удовлетворительно кивнул, внутренне молясь о том, чтобы разговор Эдди с собственной тётей разрешил мои навязчивые страхи. -Расслабься. Я уверен, что ты зря переживаешь. Даже если это всё оказалось бы правдой, разве что-то поменялось бы в наших отношениях? Ты ведь меня.. – парень не договорил, отведя взгляд в сторону. -Люблю?       Эти слова вырвались из меня резвой пулей, заставив сердце пропустить пару бешеных ударов. Слишком быстро мы перешли к этому громкому слову для второго дня любовных отношений. -Ну я не совсем это имел ввиду..       Каспбрак залился румянцем, что вызвало во мне тёплое, щемящее чувство умиления. Ребёнок. Извращенец. Мудрец. Как он всё это одновременно в себе сочетает? -Обещаю тебе, Эдс, что скажу эти слова только при самых романтичных обстоятельствах. Пока этим словам здесь не место, как бы сильно я не был к тебе привязан. Давай, не будем торопиться..       Эдди согласно кивнул, довольно улыбнувшись. Я думаю, что он со мной согласился, и вообще, более того, считал так же. Мы теперь оба несём друг за друга огромную ответственность. Сейчас и впредь. Мы не можем ничего испортить..       Придя домой, я снова подошёл к бабуле, чтобы расспросить её о Калебе, но та демонстративно закачала головой, призывая меня идти с этими вопросами к собственной матери, пусть та на неё и обидится за то, что Ребекка случайно проболталась о моём биологическом отце. Но делать я этого ни в коем случае не собирался. Не хватало в моей жизни ещё и ссор в собственной семье! Мама итак была на взводе из-за того, что приехал Том с бесконечными извинениями, которые были по её разумению не такими искренними, как хотелось бы. Ко всему прочему, её тяготила та история, произошедшая со мной девятого апреля, в мой же день рождения, когда меня чуть не посадили за убийство. Разве можно после этого было её беспокоить с расспросами о мужчине, который бросил её, когда та была в положении?        Тем не менее, мне нужно было о нём узнать. Хоть что-то. Быть может, это как-то навело бы меня на мысль, и потому я задал маме только два вопроса, ответы на которые не слишком то меня успокоили, но всё же дали надежду. -Мам, а вы с Лиз Каспбрак были подруги? -Мы просто лежали в палате какое-то время вместе, где и познакомились. Подругами нас сложно назвать. -А к ней приходил её муж? Ты его видела? -Да, но я плохо его помню..Он приходил один раз, чтобы забрать Эдди. Его звали, кажется, Стив... -Стью. -Ох, точно. Запамятовала.       Никаких даже мимолётных мыслей о Калебе. Чего и следовало ожидать.       Расстроившись тому, что не могу узнать хотя бы крупицу правды, я заперся в своей комнате, чтобы немного поиграть на гитаре, к которой не прикасался уже два дня. Может, она даст мне внутреннюю гармонию и ответы на все вопросы. А их было так много..За исключением одного, коим я задавался ещё день назад – серьёзен ли Эдди в своём намерении быть со мной больше, чем друзья. Теперь я точно знаю, что да. Он даже не сильно испугался моего предположения о том, что мы могли бы быть братьями. Эдди отчётливо заявил о том, что это ни коем образом не повлияло бы на наши отношения. А ведь действительно, фактически мы выросли каждый в разных семьях, которые стали нам родными, и какие-то Калебы уж точно не помешали бы нам быть вместе чисто из моральных соображений. Детей нам с Эдди не рожать, генетических дефектов не получим. О том, что мы родственники, никто не узнает. В чём тогда проблема?       Мои размышления прервал отец, когда постучался в дверь, чтобы поговорить. Не знаю почему, но в этот раз я не очень хотел с ним разговаривать, хотя мне и было его жалко за то, что все его в этом доме избегают. Потеряй доверие раз – будешь потом всю жизнь его восстанавливать. Тем не менее, я сказал: «Войдите».       Папа присел на край моей кровати и долго молчал, не зная с чего начать свой разговор. Он хотел извиниться за то время, что было проведено не с сыном, а с работой, хотел сказать, как он любит меня и маму, а главное – что он всё осознал. Всё снежным комом крутилось в его голове, не давая возможности с чего-то начать и правильно это закончить. -Пап, как ты познакомился с мамой? – спросил я после минутного молчания, чтобы уже начать разговор и отвлечь отца от терзающих мыслей. -Оу.. Тебе это интересно? Что ж.. «Обычно о таком девочки интересуются у своих мам» -И давай сразу проясним: если я встречаюсь с парнем, это не значит, что я педик или девчонка. Это мой выбор. Прими его или..       Я не договорил. Сказать отцу «Уходи» было бы ударом под дых человеку, который имел непосредственное участие в твоей жизни, но и мириться с тем, что его во мне что-то не устраивает, я тоже не хотел. Что скажут другие люди – мне всё равно, но вот близкий человек всё же мог задеть за живое. - Хорошо, как скажешь. Знаешь, мне просто немного сложно привыкнуть к современному обществу и его выбору. Я – человек старой закалки, как бы это странно не звучало. Я был воспитан своим старшим братом – Николосом, а он, знаешь ли, был в этом плане очень серьёзен.. «Порой даже больше, чем серьёзен» -Это тот, который спился и умер три года назад? «Не совсем он спился, конечно..Кто-то его убил в пьяной драке» -Да, он самый. В принципе, не приезжай я к нему и к своей двоюродной бабке на летние каникулы, я бы не познакомился с твоей мамой. -Правда? -Конечно, сам то я из Вермонта. Мои родители, твои бабушка и дедушка, практически всё своё время проводили за бумагами и работой, и поэтому вместо того, чтобы выбраться на какой-нибудь пикник или поездку на пляж, меня отправляли в Дерри. Я заметил твою маму в шестнадцать лет. Она сразу мне понравилась. Вся такая правильная, интеллигентная, умная, вежливая. Я таких любил, но она не любила таких, как я, потому что мы с моим братом были .. – папа немного замялся, стесняясь сказать и одновременно с удовольствием вспоминая свою молодость. – В общем, мы любили повеселиться.. «-Ник, ты уверен, что это хорошая идея? -Конечно, Томми, вступай во взрослую жизнь правильно..»       Непонятный диалог из головы отца заставил его резко убрать улыбку с лица, а после он продолжил. -Я изменился ради твоей мамы, и в девятнадцать я сделал ей предложение. Бонни родила тебя, и через полгода мы уехали в Вермонт. Я хочу сказать, что… -Пап, я знаю, что ты меня любишь. Я тебя простил. Скажи об этом лучше маме, её прощение тебе намного важней... -Да, - нервно посмеялся отец, - ты прав, вот только она не хочет меня слушать.. -Когда мы переехали в Дерри, мама только и делала, что не выпускала телефон из рук, чтобы набрать тебе и попросить вернуться к нам. Она хочет, чтобы ты остался, поверь. Только тебе это нужно доказать. Если тебе нужна твоя семья, докажи, что ты её любишь, пап. Докажи, что ты готов ради неё на всё.

***

      Разговор с отцом немного отвлёк меня от мыслей о Калебе, но на следующее утро мои переживания снова вернулись, и я с трясущимися руками набрал номер Эдди, чтобы тот поскорее мне всё рассказал. -Мама встречалась с каким-то малолеткой Калебом, когда ей было шестнадцать. После она познакомилась с моим отцом, и через четыре года они обручились, а ещё через три родились мы с Эйданом. Это просто детская влюблённость, и, возможно, мама написала это ещё до встречи с отцом. Они с тётей всегда жили в этом доме, а после, когда бабушка умерла, он достался маме, а тётя переселилась в дом напротив со своим покойным мужем. Я её спросил на всякий случай, где этот Калеб сейчас, но она говорит, что не видела его с тех пор, как они с моей мамой расстались. Так что, можешь не беспокоиться. Мы не братья. Мой отец – Стью Каспбрак. Это сто процентов.       От этой новости у меня закружилась голова, и невольно потекли слёзы счастья. -Эй, ты там плачешь что ли? Рич, Рич…       Я не мог ничего ответить, иначе Эдди бы действительно услышал мой гнусавый от слёз и соплей голос. Почему я так на это реагировал? Не знаю, но предполагаю, что в моей жизни появилось слишком много загадок, на которые я не могу найти ответов, и такая маленькая деталь, что мы с Эдди не братья – просто рождала во мне силы двигаться дальше.       Через неделю после смерти Эмили Вилсон мы с Эдди, наконец, вышли в школу. Во-первых, городу нужно было успокоиться от новостей о погибшей девушке. Во-вторых, нам с Эдди нужно было разобраться в самих себе и навести порядок в наших головах. Порядок мы наводили ещё и в его доме, затратив на уборку мусора не один день. Проходя мимо надписи в комнате родителей Эдди, я уже не боялся родства с Каспбраком и не пускал в свою голову больше никаких теорий. Я был спокоен и, наверное, даже счастлив, находясь с Эдди наедине. Для меня это время стало самым лучшим.       Когда мы зашли в класс алгебры, держась за руки и смеясь какой-то шутке, все дружно открыли рты и принялись мысленно обсуждать апгрейд, который произошёл с Эдди. Во-первых, вместо привычной чёрной рубашки он впервые надел голубой джемпер. Во-вторых, он смеялся. В-третьих, он встречался с парнем. Ожидал ли кто-нибудь такого поворота? Конечно же, нет! Даже я не ожидал.       По дороге в школу я спросил его о том, почему у него такая любовь к тёмному цвету, на что он ответил мне, что это, скорее всего, его способ проявить скорбь по ушедшим из этой жизни близким людям, а особенно – по маме. К тому же, чёрные рубашки сводили с ума таких, как я и таких, как Лаванда Брутс, поэтому его одежда была универсальным способом убить двух зайцев: и погоревать, и вызвать тайные фантазии у одноклассников.       Но помимо мыслей о нашем с Эдди союзе, всех волновал ещё и тот слух, что я был причастен к смерти Эмили, ведь именно меня, а точнее, человека, который был на меня похож, засекли по камерам. От этого было не уйти. Но мы с Эдди пытались вести себя максимально непринуждённо, будто вовсе ничего и не произошло, потому что волнения с моей стороны лишь усилили бы подозрения и без того неосведомлённых подростков. -Классно выглядишь, Лаванда, - бросил я девушке, что сидела и закипала от ненавистных мыслей ко мне. Я счёл это забавным, учитывая то, что она не отрывала взгляда от наших с Эдди сцепленных рук, что игрались пальцами между рядами. -С..спасибо. «Да пошёл ты»       Мысли резко стихли, когда в класс вошёл Он, новый учитель алгебры. И по совместительству мой отец…       Почему я подумал, что это именно он? Да потому что, это было очевидно. Мы выглядели, как старшая и младшая версия одного и того же человека, только одну из них покрывала лёгкая щетина, и волосы её были забраны в хвост, а вторую, молодую, версию ещё не настигли прелести возрастных изменений. -Здравствуйте, я Калеб Фишер, и я ваш новый учитель алгебры и физики.       Он даже не окинул взглядом класс, чтобы запомнить, как мы выглядим. Он сразу же сел за стол, теребя от волнения трясущейся рукой оправу очков. Моим одноклассникам могло показаться, что новый учитель просто нервничает от мыслей о том, как он проведёт первый урок, как справится с задачей преподавания, как поладит с проблемными подростками, но я знал, что это было далеко не основной причиной его наглядной волнительности. Калеб был просто психом, но гениальным психом, у которого в голове витали одни уравнения, формулы и расчёты.       Мы переглянулись с Эдди, и я заметил в его взгляде ту же обеспокоенность, что была и у меня. Как? Как он так появился, в тот момент, когда я его ищу, точнее тогда, когда я начал интересоваться его существованием? Это снова игры и манипуляции неизвестного «друга» - убийцы или случайное стечение обстоятельств?       А, может, Калеб и есть тот убийца, который всё это время молчал, а сейчас вышел в свет, чтобы я разрывался от мыслей о том, как его уличить в преступлениях, и всё же не мог засадить за решётку?       Нет. Глупость. Зачем этим заниматься взрослому мужчине? Пусть и такому ненормальному. Да и потом, парень на видеосъёмке был явно молодой, без морщин, и не с таким носом, как у Фишера, а нос у Калеба был явно мой. Точнее, мой нос был его копией.       Даже не сказав о себе и пару слов, наш новый преподаватель принялся изучать список класса, выбирая, кого бы вызвать к доске. Разумеется (кто бы сомневался) выбор пал на меня. И я не мог понять, то ли Калеб знал, кто я, и поэтому решил проверить своего сына на знания, либо же это была чистая случайность. Случайность.       Это слово полностью противоречит моей жизни и этому городу. В Дерри ничего не происходит случайно. У всего есть своя логика и смысл, и я очень надеюсь, что когда-нибудь до них докопаюсь. -Расскажите нам о свойствах интегралов, мистер Тозиер, - обратился он ко мне, когда я вышел к доске, в центр класса. Тогда уже не только я заметил сходство между мной и своим отцом. По аудитории пронеслась волна шёпота, и, отвлекаясь от своих формул и уравнений, Калеб обратил своё внимание к тому, что происходит. Он перевёл взгляд на меня и только тогда понял, что в классе обсуждают наше с ним сходство. «Надо же. Все подростки на один лад. Алек такой же»       Что значит «Алек такой же»? И кто такой этот Алек? Но отвечать мне Калеб не собирался, он предложил мне взять мел и начать с неопределённых интегралов, которых я ни коем образом не знал. Я, если честно, вообще забил на учёбу последнее время, а в свете последних событий так и вовсе решил к ней не прикасаться.       Я попытался настроить свой радар, чтобы найти хоть у одного одноклассника разумную мысль об интегралах, но все они были увлечены нашей схожестью с новым преподавателем вместо того, чтобы помочь мне справиться с этой непосильной задачей. Простояв около минуты у доски, я всё же признался, что к сегодняшнему уроку не готов, и тогда Калеб спокойно переместил свой интерес на следующего счастливчика, который что-то всё же да ответил.       Урок прошёл весьма напряжённо, потому что наш новый учитель хотел, чтобы мы знали весь школьный учебник, и потому спрашивал всё, что ему вздумается. Я читал его мысли, и это было ужасно. Нельзя так много и долго думать! Причём совершенно не об обычных вещах, а о своих формулах, теориях и уравнениях. Он был либо гением, либо психопатом, у которого пошёл сдвиг по фазе.       Как только мы вышли из класса, я повёл Эдди в сторону кабинета искусств. -Нам нужна помощь Стэна. Я собираюсь заглянуть в личное дело Калеба Фишера.       Не сразу, но Денбро согласился и, оставив свою огромную трубу, двинулся вместе с нами в сторону кабинета директора. Силой мысли парень развернул камеру так, будто она сломалась сама, и теперь устройство смотрело на пол коридора. Второе, в чём помог нам Стэн, так это в том, что он без ключа открыл дверь кабинета директора, пока все учителя и администрация школы собрались на получасовое заседание в актовом зале, чтобы обсудить нынешнее положение вещей. И, в-третьих, дабы никому не попасться, парень согласился выступить сторожем, чтобы мы с Эдди могли ознакомиться с личным делом Калеба Фишера.       К сожалению, ничего интересного мы в нём не нашли, кроме огромной кучи тем научных диссертаций, которые он написал. Если верить бабуле, то Калеб покинул город, когда мама была в старших классах, а это приблизительно было в две тысячи первом году. Именно тогда Калеб и поступил в Станфордский университет, который окончил с отличием. Ни единого упоминания о семье, невыплаченных штрафах, административных нарушениях. Ничего. Будто этот человек всю жизнь сидел, обложившись книгами, и не вылезал из собственного дома. Хотя последнее маловероятно, учитывая на скольких конференциях был этот мужчина. Вставал вопрос – а что он вообще забыл в Дерри? Зачем вернулся сюда после того, что у него было ранее.       Калеб был вторым человеком, за которым я решил следить. Вторым после Эдди. И если история с первым меня к чему-то привела, то и с биологическим отцом у меня прокатит. Я узнаю кто он, зачем он и для чего он. Каспбрак только поддержал мою идею, потому что Фишер показался ему немного странным и подозрительным. Странный ещё мягко сказано. Калеб был полнейшейшим безумием, мысли которого могли свести с ума кого угодно. Почему он сам ещё не в психушке?       Выйдя из школы, Калеб поспешным шагом двинулся к парковке, и мы с Эдди последовали за ним. Он о чём-то с воодушевлением разговаривал, и я услышал из всего разговора лишь: «Да, сынок, отличная идея, я уже подхожу»       Приблизившись к красному форду, Калеб открыл дверь машины, а после, стукнув себя по голове, помчался в сторону школы, очевидно, что-то забыв. Пока Фишер разыскивал утерянную вещь, его водитель вышел из форда и, облокотившись о дверцу машины, принялся курить сигарету.       Мы с Эдди, сидевшие у стены под тёмным навесом западного крыльца, вмиг посмотрели друг на друга, рождая в своей голове предположение, что мы нашли того, кого искали. -Я должен с ним поговорить.       Я рывком встал с корточек и двинулся к темноволосому парню, что фигурой был безумно на меня похож. -Ричи, подожди. И что ты ему скажешь? «Зачем ты убиваешь людей?» -Нет, он не должен знать, что мы догадались.       Эдди снова попытался остановить меня, но я решительно направился в сторону парня, потому что мне нужно было всё узнать. Ещё одну ночь в раздумьях я пережить не смогу, и потому я не должен упустить случая познакомиться с «другом» - незнакомцем. Каспбрак последовал за мной, не желая оставлять меня одного с Ним один на один. -Привет. Хей, тут вроде бы мистер Фишер проходил. Ты его не видел? Я забыл ему тетрадку с контрольной отдать, - сказал я парню, отвлекая его от любования собственной сигаретой.       Издалека он выглядел так же, как я, но вблизи мы были совершенно разные. Его лицо не походило на моё или на лицо Калеба. Нас объединяли разве что только кудрявые волосы, что были подстрижены практически одинаково. Только у парня чуть покороче и забраны на правый бок. -Парень, если это такой способ со мной подружиться, то не выйдет. Фанаты остаются фанатами. Ты меня понимаешь? – сигаретный дым опалил моё лицо противным запахом, и я немного прокашлялся, что рассмешило водителя Калеба. – Да ладно – ладно, давай свою тетрадку, распишусь.       Я не понял, что этот парень хочет сделать, и о чём он вообще говорит, но Эдди полез в мой рюкзак за тетрадкой по алгебре и протянул её незнакомцу. Тот достал фломастер из кармана своих джинс и обратился ко мне. -Как подписать? -Ричи, - ответил за меня Эдди, и водитель Фишера слегка рассмеялся. -А твой парень, похоже, сильно перетрусил. Вы же встречаетесь, ребята?       Мы с Эдди медленно кивнули, наблюдая за тем, что делает парень, и параллельно изучали его внешность, только усиливая свои подозрения по поводу него. «Ричи от Алека. С наилучшими пожеланиями»       Парень оставил свой автограф на странице тетрадки по алгебре и похлопал меня по плечу. -Не за что. Увидимся на концерте. «Завтра, в семь. В клубе «Одинокий волк»       Докурив свою сигарету, Алек сел обратно в машину и завёл мотор, приглашая Фишера на соседнее сиденье. Тот быстрым шагом мчался к своему сыну на крыльях любви. Очень странно. У него же нет семьи..       Прежде чем Калеб сел к сыну в машину, я задал Алеку один лишь единственный вопрос, который избавил меня от многочисленных раздумий бессонными ночами. -Ты подстригся? -А, это? – парень схватил пальцем локон своих волос и покрутил в пальце. – Да, пришлось. Отец задрал называть меня девчонкой. «Задрал называть меня девчонкой..» -Мистер Тозиер? – спросил Калеб за моей спиной, когда я преградил ему путь в машину своим задом. -Пап, это ко мне. Не парься. «До встречи на концерте, Ричи. Вам с Эдди это понравится»       На этой прощальной ноте Алек нажал на педаль газа, и они с отцом умчались в неизвестном направлении. -Ты это видел? – спросил меня Эдди, пытаясь сохранить спокойствие, но выходило это у него с трудом. Он понимал, с Кем мы встретились. Точнее, парень догадывался. – Он был немного похож..на тебя. -Да, Эдс, видел. Ты прав, Алек мой брат. Но хуже всего то, что он ещё и убийца.. -С чего ты взял это? – Эдди посмотрел на автограф в тетрадке, и сразу всё понял. Почерк. У Алека был тот же почерк, что и у того неизвестного, который писал Каспбраку послания. -Он мысленно со мной попрощался и пригласил на концерт. А ещё он сказал: «Вам с Эдди это понравится». Как он узнал, Эдс, мы ведь даже не называли при нём твоего имени..