Последний Архангел 0.2

      На улице достаточно холодно, чтобы одеться как можно теплее, даже для Блу. Насколько она бы закалённой не была, холод всё равно пробирался в разные щели одежды. Сидя под тремя одеялами и включив отопление на полную, она тряслась. Хотелось сходить переодеться в более тёплые вещи, но даже выйти из, хотя бы, такого уюта не удавалось. Да и не спасут они скорее всего тоже. Холодные вещи на себя надевать тоже не очень приятно. Даже укутавшись дополнительно в крылья, Блу ощущала, что страдали уже тогда они. Щелочки между перьями были открытыми, и воздух пробирался именно туда.       Но это была сейчас не самая важная проблема для неё. Продукты почти кончились. С момента, когда Даст начал следить за её питанием, аппетит вернулся обратно к ней. Сколько бы Блу не говорила, что она не голодная, парень продолжал следить за этим. Казалось, ему всё равно на её закрытость и редкое нытьё по настроению. Единственное, что он не мог сделать — это выйти на улицу во время дня. Да даже ночью было опасно проходить в освещенных местах. Этот факт расстраивал саму Блу, хотя она должна была относиться к этому скорее нейтрально.       — Надо выйти на улицу, купить… — после этих слов всё равно никакого желания прогуляться не возникло. Блу каждый раз, когда начинала об этом думать, сразу переходила на другую тему. И большую часть её мыслей заполняли Даст и брат. Она так хотела сходить к нему и проведать, но никаких новостей от врачей не было слышно. Даже простого звонка.       «Сходить в магазин и зайти к брату в больницу» — вот о чём та задумывалась, когда собиралась с мыслями.       Руки замёрзли, как и стопы до самих носочков. Передвигать пальцами было всё сложнее. Стараясь на них дышать, Блу пыталась согреться. Такой мороз совершенно не свойственен Раю. Скоро Новый Год, и уже страшно было представлять, что будет в этот день.       — Ладно. Фух..! — она резко встала на пол, который ещё сильнее морозил стопы. От неё шёл тёплый воздух, хотя тепла такого сильно не чувствовала. Вроде бы дом был полностью закрыт, как такой холод мог пробраться внутрь?       Блу быстро побежала в свою комнату, старясь как можно больше двигаться, чтобы хотя бы чуть-чуть согреться.       — Тёплые вещи! — это казалось азартом. Надо было как можно скорее найти их и надеть. Всё зависело только от того, как были расставлены её вещи в шкафу. Свитер и тёплые штаны были найдены быстро, и сразу оказались на девушке. А вот носки, перчатки и шарф были все наверху. И кто вообще кладёт свои вещи так, что хозяин сам не мог их достать. Только Блу.       Она начала резкими движениями оглядываться по сторонам, даже до конца не видя. Только вот стул стоял почти прямо перед ней. Происходила гонка с самим холодом. Возможно, это выглядело достаточно глупо со стороны. Но глазами Блу совершенно не так. Игра на смерть, а, точнее, замёрзнешь ли ты за несколько минут, пока ищешь вещи.       Одним движением руки она поставила стул перед собой и умудрилась сразу свалить на себя все вещи с верхней полки. Поиск нужных вещей был непродолжительным. Почти всё нужное было сразу найдено, только выйти из самой этой кучи и не раскидать её по всему дому было сложно. Вставая из неё, Блу находила всё больше и больше интересных вещей. От разных цветных носков до страшных и нелепых шапок.       — Может..! — внутри поселилась надежда, найти то, что она давно потеряла. Эта маленькая вещичка была важна для Блу. Может быть она бы показалась обычной и почти никому не нужной, но для неё она имела большой смысл, который появился после смерти родителей. Но даже проверив три раза, девушка ее не обнаружила. А ведь эта надежда дала забыть о холоде на небольшое время. — Понятно…       Она встала и вышла из своей комнаты без настроения, да ещё и холод добавлял гнетущей атмосферы. Добравшись до выхода и надев на себя верхнюю одежду, Блу задержала руку на ручке.       «Если дома так холодно, то на улице ещё хуже» — пальцы начинала морозить железная ручка двери. Мороз колол кожу, но она её не отпускала. В один момент в ней смешалось противоречие эмоций. Никакая позиция не могла занять лидерство над сознанием и осмыслением Блу. У каждого были свои минусы и плюсы. — Идти одной..? — сама того не понимая, она поставила перед собой барьер. За эти несколько месяцев полного одиночества, так и не смогла пробыть среди незнакомых людей. Прогулка с девочками по парку в день города, когда её отводил Даст посмотреть звёзды и поиграться в снегу — всё это было с её знакомыми.       Рука сама открыла перед ней дверь, заставляя вдохнуть холодный воздух. Блу начало трясти не от холода, а от того, как глупо это было. Как глупо она выглядела сейчас в глазах проходящих. Стоит перед дверью и не может сделать простой шаг. Даже когда она оказалась в той ситуации, которая происходила из-за неё, ей помогали. Столь беспомощное создание даже не могло выйти на улицу.       — Надо проведать брата, — она прошла вперёд, оставив за собой больные голоса в голове. Пытаясь сопротивляться самой себе, Блу смотрела в землю, как можно сильнее стараясь не заглянуть кому-нибудь в глаза. Она полностью натянула на себя свой шарфик, только, чтобы можно было видеть куда идёшь, хотя и этого хотелось не делать. Блу шла только из-за своего желания проведать брата. Её стойкость только на этом и держалась.       Единственные разы, когда она попыталась заговорить с другими, были неудачными. Потеряться среди тысячи или больше кладбищ не хотелось, но сама сделала так, чтобы от неё отстранились. Отказалась от помощи, которая ей нужна была. Просто промолчать перед женщиной и уйти было сложно, нет, ей надо было выйти из себя и наорать на всю улицу, чтобы каждый видел, какая она смелая. Чтобы каждый начал думать, насколько она хамская личность и ничего из себя не представляет.       Хотелось плакать от такого, рыдать, и чтобы её кто-то успокоил. В тот момент никого рядом не было. Всё равно кто это — Инк, Дрим, Даст или Стретч, она хотела, чтобы на её плече была чья-нибудь рука, которая помогла бы меньше бояться за себя.       Вокруг слышались голоса других ангелов. Каждый из них обсуждал что-то разное и обыденное, даже не обращая внимания на рядом проходящую Блу. Кому какое дело до других, если ты занимаешься своими делами. Но в голове девушки всё звучало по-другому. Любое слово и предложение могло в один момент поменяться в совершенно в другое значение. Это пугало. Мужские, женские и детские смешались воедино, и казалось, что всё это один голос, меняющийся в разное время.       Дыхание прерывалось, а сердце сильно стучало в груди, и, казалось, что оно сейчас выпрыгнет наружу. Даже если закрывать уши, то всё слышно в голове. Все мысли как будто кричали прямо в сознание. Свои же убеждения превращались в оскорбления и не давали сделать ни одного твёрдого шага.       — Девушка, с вами всё в порядке? — до плеча Блу дотронулся невысокий парень. Это заставило её вздрогнуть и посмотреть в глаза. Она начала трястись и сложила руки в кулачок, прислонив к себе.       — Д-да… Всё в норме, — она подняла голову и попыталась улыбнуться.       — Может, вам как-то помочь? Вы выглядите испуганной, — он продолжал пытаться её расспросить. Блу казалось, что он хотел ей что-то сделать. Его рука будто начинала сжиматься и сдавливать плечо. Боль разошлась по руке. Она попыталась снять его руку, но она была крепко прицеплена.       — Не надо. Отпустите меня, пожалуйста… — парня всё ещё настораживало поведение девушки, но он всё равно опустил руку.       — Хорошо, — он обратно подошёл к своему другу и начал что-то быстро и тихо говорить. Продолжая смотреть на Блу, парень не прекращал говорить, пока просто не засмеялся от слов своего товарища.       Блу же в это время уже ушла оттуда, не желая слушать ничего. Перед глазами показалось большое здание. Даже в свете дня оно сверкало во всю и сильно бросалось в глаза. Сверху было написано «Супермаркет». У некоторых этот магазин вызывает радость, что можно закупиться разными вкусными штуками. Но Блу это скорее волновало. Закрытое пространство, много ангелов вокруг, да и если ты чего-то не можешь достать, то придётся просить кого-нибудь.       Переступив порог здания, она сразу пошла к отделу с фруктами. Да, это не самое важное в плане закупок, но хотелось чего-то сладкого, кроме конфет. Смешанный запах разных плодов манил к себе, и хотелось набрать побольше.       — Может, немного киви набрать. Давно их не ела, — она потянулась к прилавку с желаемой ягодой, как её остановил интересный разговор позади.       — Ты слышала, что вчера нашли яблоки, которые убили трёх ангелов? — начала одна из девушек, пытаясь как можно тише сказать.       — Чего? Может, не убили, а отравили? — другая явно была менее впечатлена этой новостью.       — Всё равно. Короче, яблоки лежали на земле в упаковке. Их, по видимости, подняла одна семья и отнесла домой. Там они их съели и отправились в больницу…       — Они тупые что ли? Взять просто лежащие фрукты на земле, да ещё и съесть, упаси Господи.       — Ладно если бы они отправились с отравлением, так они пришли с жалобой на это, а на самом деле оказалась какая-то херня с сердцем. Оно было всмятку, там и сердцем его не назовёшь. Каша, черные ошметки какие-то ещё.       — Вирус новый типа?       — Врачи не знают. Видно то, что этому посодействовало, испарилось оттуда. Ну, вообще ничего не было, кроме тканей сердца.       — Хм… Я так думаю, он не передаётся по воздуху и так далее. Там, скорее всего, надо съесть или облизать.       — Не знаю. Хотя возможно. Вирусы по воздуху такое не сделают. Там ещё один момент, что они обратились в больницу только через… неделю… вроде?       — Неделя? А как они поняли, что это именно яблоки?       — Частицы ДНК яблок были в этой каше. Микроскопически мало, конечно, но были.       — Тогда это объясняет почему так. Хм… Ты уже выбрала тесто?       Дальше Блу уже не слушала, всё стало смешиваться в её голове. Такая новость её испугала. Яблоки, что были в её пакете, теперь настораживали. Вдруг одно из них тоже отравлено, и с ней произойдёт тоже самое. Немного постояв в своих раздумьях, девушка всё-таки положила яблоки обратно и взяла вместо них киви.       Хлеб, молоко и другие важные предметы Блу смогла взять уже без всяких проблем и паники, что что-то отравлено. Расплатившись, она опять вышла на улицу. А ведь, когда она заходила в здание, даже не почувствовала потепление в воздухе. Сейчас же даже вдыхать его было больно.       — Надо добежать до больницы, — Блу быстро начала перебирать ногами, чтобы успеть до того, как замёрзнет. Снег под ногами мешал оттолкнуться и сделать сильный рывок, твёрдой земли почти не чувствовалось. Огромные пакеты с продуктами всё усугубляли. Никак равновесие нельзя удержать. Хотелось запихнуть их на спину и тащить, будто бы ты Санта, но, скорее, они упадут вместе с тобой.       Пошёл снег. Сделал ситуацию ещё хуже. Теперь даже не было видно, что перед ней. Только небольшие очертания домов и силуэтов ангелов. Этот день, как назло, пытался делаться всё хуже и хуже, не стараясь никак улучшаться. Всем остальным, по видимости, снег не так мешал, как Блу. Он навёл на мысль, что всё-таки лучше было остаться дома и пытаться прогреться.       «И зачем я решила выйти на улицу? Дома могла бы и обычными кашами питаться. Долго не портятся, и бегать никуда не нужно» — как только перед глазами появилось здание больницы, настроение у неё стало чуть лучше. Даже не из-за предвкушения тепла, ну, или подобие его, а, скорее, встречи с братом. В душе она надеется на то, что он уже давно проснулся, и ей просто забыли позвонить. «Братик, я сейчас буду!» — она схватила пакеты покрепче и как можно быстрее добежала до входа. В дверях происходил полный кипиш. Врачи что-то кричали, а на носилках завозили в больницу пострадавших.       Блу еле как смогла протиснуться через всю эту толпу. Пакеты чуть ли не улетели вместе с больным в лифт, который в ту же секунду уехал вверх. Все, кто за этим наблюдал, резко замолчали, но потом жизнь снова пошла своим чередом в этом месте. Только какие-то бабульки шептались насчёт всего этого. Она огляделась и подошла к столу регистрации.       — Ам… Здравствуйте..? — Блу была чуть выше столика и могла бы увидеть дежурного, встав на носочки. В один момент он, а, точнее, она, выпрыгивает со стола, тем самым пугая.       — А? Да? Здравствуйте! Простите за то, что испугала. Вы что-то хотели? — девушка за стойкой сразу показалась яркой личностью, что пробудило в Блу немного уверенности.       — Не могли бы вы подсказать, где тут находится Стретч Берри? Если его не перевели…       — Хм… — она уткнулась в дисплей, быстро набирая на нём нужные буквы. По лицу было видно, что что-то было не так. — Стретч? — переспросила она.       — Да. А что-то не так? — это заставило забеспокоится Блу. Что такого могло произойти, и её об этом не проинформировали? Учитывая, что он уже долгие недели провел в коме.       — Нет, просто неправильно вписала и подумала, что вы ошиблись, — девушка виновато улыбнулась. — Он на третьем этаже, в сто семидесятом кабинете. Его перевели не так давно туда. На сохранение.       — Сохранение? — она переспросила, уже сомневаясь, точно ли то слово она услышала.       — Ага! Поднимитесь по лестнице и проходите в коридор по правую сторону, там будет написано. Этот кабинет находится примерно в середине коридора, — так ярко жестикулируя, девушка даже не заметила, что Блу уже ушла, кинув тихое «спасибо» в конце. Но она даже не обиделась, так как привыкла уже к своим эмоциям.       Блу уже не слышала её. Она узнала, что ей нужно, и уже ушла как можно быстрее, скрываясь на лестнице. Хотя бы на ней было достаточно тихо. Лестница выходила в закрытую и высокую комнату. Поднимаясь по ней, было приятно слушать простую тишину и не слышать разные разговоры с криками. Лишь изредка можно было услышать некоторые голоса, которые исчезали то наверху, то внизу.       Перед лицом Блу появилась дверь с надписью «3 этаж. Сохранение». Всё-таки это слово не нравилось ей. Внутри самой девушки играло сомнение. Открыв дверь, она сразу ощутила, как в глаза попал яркий свет. Он был намного ярче, чем на других этажах, и слепил. Блу прошла в коридор, но там тоже никого не было, кроме, по видимости, врача, писавшего что-то на листочке.       — По правую сторону, — сама себе сказала Блу и пошла в ту сторону. Там же и был врач. Не хотелось с ним встречаться и говорить, но из-за номера на двери сверху это оказалось неизбежно. Он стоял прямо спиной к нужной ей палате, но никак не замечал её.       — Здравствуйте… — она тихо подошла к нему и поняла, что врач был не самый маленький в росте. Он повернулся, даже в начале не замечая Блу.       — Оу, здравствуйте, вы что-то хотели? — он продолжал писать на своей планшетке, не смотря на неё.       — Мне можно войти в кабинет? — Блу подошла чуть ближе.       — Вы кем приходитесь пациенту? Имя, Фамилия? — он явно не был заинтересован ни в ней, ни в разговоре.       — Я… Блу Берри, являюсь сестрой Стретча Берри. Мне не звонили давно, и вот я сама решила проведать его.       — Подождите, — он начал быстро листать, пропуская чуть ли не десятками записи. — Ага. Да, вы есть в его журнале. Сводная сестра… Можете войти. Только попрошу, будьте аккуратными, только поставил капельницу. Надеюсь на ваше благоразумие, потому что меня не будет рядом.       — Да. Хорошо, — он угукнул и пошёл в другую сторону от палат. Блу проводила его взглядом. — Да…       Она открыла дверь и вошла туда. Стретч сидел на кровати, перевязанный в зоне груди. Крылья были опущены и не могли двигаться по воле своего хозяина. Он смотрел в окно скучающим взглядом, опершись на свободную руку. Вокруг него было множество приборов. Услышав, что кто-то вошёл в комнату, он сразу же перевёл туда взгляд.       — О! Блу! Привет! Давно не виделись, — он не чувствовал, сколько дней прошло, для него это было всего несколько дней.       Блу стояла на месте, не делая никаких движений. Глаза-блюдечки смотрели на него, и она не могла поверить тому, что видит. В горле появился ком, который мешал сказать хоть что-то. Пакеты из рук сразу же упали на пол, и все продукты разлетелись повсюду. Руки с ногами начали немного трястись, не веря, кто сейчас сидит перед ней. На глазах появились капельки слёз. Хотелось что-то сказать, но не получалось.       Стретч молчал всё это время, не зная, что сказать. Если бы он мог, он бы встал с кровати и подошёл к ней. Ему мешала это сделать не только капельница, но и рана в груди. После каждого резкого движения она сильно зудела и болела.       Блу сделала шаг вперёд, всё ещё не веря в происходящее. Всё это происходило в полном молчании. Медленно идя к своему брату, она начала лить слёзы ещё сильнее. Уголки рта дрожали, будто она хотела что-то сказать. Оказавшись в нескольких сантиметрах от Стретча, она протянула руки. Резким движением накинулась на него, обнимая со всей силы. Слёзы полились ручьём и начали пропитывать бинты. Тихий крик и всхлипы доносились от неё. Если бы она могла, она бы кричала. Блу не верила, что сейчас он перед ней живой, он слышит и видит всё, чувствует.       — Блу…       — Братик… Ты живой! Ты проснулся! Я так скучала! — она кричала, всё сильнее сжимая его, боясь снова, что он исчезнет. Стретч понимал, что сейчас чувствует она, и ничего не говорил про боль. Он хотел, чтобы та успокоилась.       — Да, это я. Живой.       — Я тебя не отпущу больше. Я не оставлю одного. Я не хочу, чтобы ты больше исчезал из моей жизни. Братик! — она немного ослабила свою хватку, но продолжала обнимать. Блу даже не знала, что делать дальше, она хотела остаться в таком положении навсегда. Слёзы сами просились наружу, и остановить их было никак, как и состояние девушки. Накручивая себе в голове, что это просто её воображение и ничего большего, Блу старалась всё больше поверить реальности.       — Верю, — по его голосу не было слышно, что он настолько сильно скучал. Будто бы он просто ушёл на три дня к кому-нибудь и вернулся обратно, совершенно уверенный в том, что всех предупредил.       — Почему ты мне не звонил, когда очнулся? Почему не писал? Я думала, что ты больше никогда не проснёшься, и я увижу тебя только на стане!       — Что-то ты зашла слишком далеко с этим. Я пока до такого доходить не хочу. Мне ещё жить и жить. Я ещё в расцвете сил, как такого не взять? — он посмеялся и услышал через плачь и смешок Блу, которая немного успокоилась. Она уже слегка улыбалась. — Блу, тут есть стул, можешь сесть.       Она повернулась и заметила небольшой стульчик буквально в метре от неё. Пододвинув, девушка села и опустила голову. Она только что поняла, как себя вела. Вспомнив слова врача, она почувствовала, как сердце сразу начало стучать реже, а страх накатил новой волной. Тот врач ей доверился, а она могла что-нибудь испортить своими слезами. Да и со Стретчем вышло не самым хорошим способом, вдруг она могла что-то у него задеть.       — Прости, я сильно обрадовалась твоему выздоровлению. Я тебе ничего не задела? — он огляделся, но ничего такого катастрофического не заметил.       — Да нет. Только оставила мне след на бинте от твоих крокодильих слёз. Пф… А может, точнее, на БЛУнте? — он засмеялся, и как будто показалось где-то издалека послышался тот самый звук музыкальных тарелок и барабанов. Это было настолько плохо и глупо, что сама девушка рассмеялась. Как же она давно не слышала его голоса, что совсем обо всем позабыла. — Кстати, ты не собираешься собрать продукты с пола, а то они так хорошо лежат, что сейчас…       — Не надо. Я поняла, что ты остался таким же шутником, — Блу встала и пошла собирать продукты, обратно складывая в пакеты. Посмотрев украдкой по углам, она не заметила ни одной камеры, что успокоило её.       — Ахахаха, мы только увиделись, а я уже тебе надоел с шутками?       — За все мои четырнадцать лет, да. Я ими сыта по горло и всё ещё удивляюсь, как ты находишь новые, — Блу сидела спиной к брату, но он чувствовал её лёгкую улыбку. Было слышно это в самом голосе.       — Это искусство. Ты просто ещё не прониклась им. Вот и не понимаешь моего таланта шутить. У нас это в крови, ты поймёшь, — на секунду она перестала собирать продукты, но потом вновь продолжила, но более медленно.       — Стретч. Ты же понимаешь, что ты мне сводный брат? — её голос стал слишком серьёзным, даже для Блу. Это насторожило парня, он знал секрет своей семьи и никогда не рассказывал никому. Может, он и был маленький и не понимал многого, но то, что он и Блу родились не в одной семье, было ясно.       — И давно ты об этом знаешь? — между ними повисла ниточка напряжения, которая в ту же секунду могла порваться.       — … — она промолчала с несколько секунд и, поднявшись на ноги, развернулась к нему. — Не так давно, — в её голосе была слышна яркая нотка лжи. Пытаясь скрыть от него, как это произошло, Блу только больше подогрела интерес к этому вопросу. Но по ней было видно, что ничего такого она не скажет в ближайшее время.       — Понятно. Так, понимаю, это произошло всё-таки давно… — девушка не удивилась, когда он сразу обо всём догадался, а только села рядом и опустила взгляд в пол.       — Просто это произошло не в самых благоприятных условиях, и сейчас про это я не смогу рассказать.       — Можно узнать хотя бы причи… — Блу вдруг крикнула резким отказом, и руки начали сминать одежду на себе, а нога рефлекторно делать цикличные действия. Тот день был для неё страшным кошмаром, который она пытается забыть, но, сидя рядом со своим братом, становится только хуже. Воспоминания о том, как она пыталась помочь и насколько была бесполезной в той ситуации, задевали её.       — Я просто не хочу вспоминать ни тот день, ни то, что произошло. Я уже всё простила и отпустила у себя, но выйти из своего состояния не могу. Я сидела дома сутками. Я не могла спокойно выйти на улицу, мне было страшно. В доме я чувствовала себя спокойно, но пустой. Могла сидеть сутками напролёт и… — на этом моменте Блу остановилась. Стретч повернулся к ней и коснулся её трясущихся рук. Она их подняла и поднесла ко лбу. — …И вспоминать, как было хорошо. Я хочу вернуть те дни. Я понимаю, что больше не увижу их, и ты больше их не увидишь, но хочу, чтобы мы все продолжали быть вместе. Может, я и буду только обузой для тебя, но хочу помогать чем смогу, — она плакала и не знала, что делать. Сейчас он вправе владеть бумагами, по которым они официально брат и сестра, но кто знает, что у него в голове.       — Блу. Мне тоже было больно, когда я узнал о смерти родителей. Я сидел пустой несколько часов, потом я, конечно, пришёл в себя. Мне врачи вообще говорили, что я мог бы и не проснуться. Видно, в один момент я пошёл на резкое выздоровление, и сейчас я живой сижу перед тобой, — он смахнул слезу с щеки Блу. — Не бойся. Врачи мне ставят хороший прогноз. Конечно, отпускать меня они в ближайшее время не собираются, но, надеюсь, выбраться отсюда хотя бы числа второго.       — Тебя не отпустят на Новый Год даже?       — Неа. По крайней мере, мне так говорят. Хотя я и сам тут не прочь пожить. Кормят и ухаживают за тобой просто прекрасно, да и кровати очень удобные, — он немного наклонился назад, помогая своей единственной рукой.       — Может, тогда здесь жить останешься, если тебе так хорошо? — как-то грустно усмехнувшись, Блу посмотрела в окно. На улице началась метель, а в окно бился снег. Даже в теплом месте чувствовался тот пронизывающий мороз, и как он бьёт по коже. Пальцы снова стали холодными, и очень хотелось их согреть.       — Не-а. Будет намного лучше. Конечно, долго я буду отходить и привыкать к жизни без родителей, но мы как-нибудь прорвёмся.       — Мы не можем работать…       — Ты думаешь, что это проблема? Фактически, я достиг совершеннолетия, но работать я не могу. Наш дом принадлежит нам, и я в праве управлять этими документами, так что мы остаёмся. Нам ГосРай будет выплачивать пособие, так как родителей нет.       — Мне кажется это не совсем правильным. Мозг понимает, что так и должно быть, а вот сердце нет. Наверное, мне просто будет сложнее жить по таким принципам.       — Это всё равно будет так. Я смогу найти подработку, если смогу, то более менее законную. Может, я дома и буду меньше, но мы справимся.       — Ты уже строишь планы на будущее. Мы не знаем, что интересного произойдёт даже завтра. Конец всего живого, распад барьера, нападение Варков.       — Ничего не будет такого, по крайней мере, ближайшие миллионы лет, — Стретч улыбнулся и обратил внимание на руки сестры. — Ты давно носишь эти перчатки? Не помню у тебя их.       — Мне просто нравятся они. Голубенькие и тёплые. Приятно, — Блу убрала руки под ноги, чтобы и спрятать от брата, и согреть пальцы. Если он попытается их снять, то правда откроется.       — Уф… — он вздохнул и посмотрел также в окно. — На улице погодка не ахти. Метель. Как ты только смогла прийти?       — До этого такого не было. Но очень холодно. Если ты сейчас попытаешься коснуться окна, то твоя рука примёрзнет к стеклу, — конечно, после такого высказывания перехотелось так делать. — Я ещё сходила в магазин. И да, кстати! — она достала из пакета связку бананов и положила на тумбочку рядом.       — О! Бананы. Давно фруктов не ел, — он взял один из из них и одним движением пальцев оторвал плод. Снова тот сладкий вкус фруктов было чувствовать очень приятно, после курсов разных таблеток. — А ты яблок не брала? Я у тебя их не видел.       — Да они выглядели как-то не очень, вот и решила не брать, — она отмахнулась какой-то житейской проблемой и отвернулась. — Хотела и мёда взять, но его разобрали все. Видно, заболевших много поступает. Пытаются дома лечиться чаем с мёдом. У нас он почти кончился, — Стретч с грустью выдохнул на такие слова.       — Видно, проживу пока с бананами. Это и так радует. Супы и каши тут, конечно, вкусные, но питаться ими я всё время не могу. Меня уже выворачивает от этой еды, — Блу немного улыбнулась.       — Если бы я могла, я бы принесла тебе что-нибудь поесть. Но не думаю, что ближайшее время погода улучшится. Я в холод не собираюсь ещё раз идти. Пальцы мёрзнут, и нести больно пакеты становится.       — Ты так давно не закупалась, что носишь с собой два мешка продуктов?       — Я просто на улицу не выходила давно, да и продукты уходили достаточно медленно. Мне в день хватало порции какой-нибудь каши, и всё. Это я сейчас немного привыкла и начала поправляться.       — Ты начала поправляться? — он и вправду не заметил немного бледноватой кожи у Блу, и, скорее всего, это было связано с освещением в палате.       — Я за всё это время сбросила примерно семь килограмм… — Стретч даже подавился от такого удивления. Всмотревшись, он понял, что сестра выглядит не самым здоровым образом. Возможно, это просто не бросалось в глаза, но всё же. Небольшие синяки под глазами, бледноватая кожа, слегка впалые щёки. Если вглядываться, то с лёгкостью можно было заметить это. Он положил недоеденный банан рядом с собой и взял Блу за подбородок, рассматривая её лицо от верха до низа.       — Капец… Как ты могла себя до такого довести?       — Говорю же, у меня выгорание случилось, и я не ела много, вот так и получилось. Я могла часами сидеть на диване в своих мыслях, даже не зная, какой сегодня день. В тишине и одиночестве время идёт очень быстро, ты даже не представляешь.       — А кто-то мне говорил это совершенно в другом смысле, — Блу посмотрела ему в глаза, рассчитывая на ответ, но тот лишь сделал вид «подумай-ка» и продолжил есть фрукт.       — Если ты вспоминаешь тот случай, когда мне настолько нечего было делать, что я смотрела на часы несколько минут, то тут другая ситуация. Хотя для меня всё равно то время пролетело очень быстро. Просто ты собирался долго на прогулку, а мне нечего делать было. Я же не виновата, что ты в тот момент шёл на свидание и прихорашивался.       — В глазах девушки надо выглядеть прекрасным принцем.       — Ну, как чувырла ты точно не выглядел. Нагладился полностью и вылизал себя. Я в шоке была, когда ты решил постирать свои вещи.       — Ты так говоришь, будто я живу в навозе и не хочу вообще трогать воду, — он максимально сделал жалкое лицо, чтобы Блу его пожалела, но та просто отвела взгляд и продолжила у себя в голове его бранить.       — Эх… А закурить тут мне не дают. Посылают меня в основном обратно в палату сидеть. Хотя тут и местечко есть, где можно это сделать, — он это говорил, будто это простая вещь, которая происходит у каждого.       — Эй! Ты уже совсем?! Закурить ему не дают! У тебя в животе нож был, и я всё ещё не могу понять, как тебе повезло не поранить органы. Зная, какой ты иногда бываешь буйный, так попасть практически невозможно, — Блу явно была возмущена таким заявлением со стороны брата. Если бы она была на его месте, она бы максимально попыталась обезопасить себя.       — В тот момент я спал, и мне прилетел нож. Что я мог сделать? Я просто пополз по полу к телефону, чтобы позвонить, но не дополз.       — Хватит об этом говорить, будто это случается каждый день.       — Блу, я понимаю, что тебе больно, да и мне сейчас не сладко. Мне больно от всех резких движений, но я же терплю. Да и с родителями. Да, я скучаю, но жить-то дальше надо.       — Я не хочу так жить. Для меня всё слишком сильно поменялось. Я не могу привыкнуть к тишине дома. Одной быть одиноко. Я даже Новый Год буду праздновать одна. Инк и Дрим уходят по своим, до меня тут дела нет.       — Я тут тебе ничем не могу помочь. Я, конечно, могу попытаться максимально сократить дни до выписки, но не уверяю. Тут врачи все серьёзные, и спорить с ними смысла нет. Можно их подкупить попробовать, но не думаю.       — Интересно, чем ты их подкупишь.       — А кто знает? Мне слишком лень думать, чтобы сразу что-то приготовить. Как выйдет так и сделаю. Может, и повезёт.       — Надеется только на везучесть слишком рискованно и вообще ничего такого делать не надо. Если ты вылезешь из кровати сейчас, то ты и десяти метров не пройдёшь. Загнёшься.       — Для чего тогда мне моя магия? — он призвал небольшую скелетную голову какого-то животного и приблизил её к Блу. Она коснулась её и начала поглаживать, но сразу поняла, что он имеет в виду.       — Если ты хочешь попробовать добраться на этом, то даже не думай.       — Почему это? Ты же хочешь, чтобы я был с тобой на Новый Год. Вот и предлагаю тебе этот вариант. Не думаю, что он настолько плох…       — Нет! Не хватало, чтобы тебе ещё хуже было. Я понимаю, если бы ты это делал, когда был в нормальном состоянии. Не перебинтованный на груди вдоль и поперёк, а уже более менее окрепший, — скелетная голова исчезла, а руки Блу сложила на ногах, показывая как своим взглядом, так и своим видом, что она достаточно серьёзна.       — Блу. Неужели ты так повзрослела, пока я тут лежал? Никогда не видел тебя настолько серьёзной. Раньше ты была более открытой, — на это она лишь промолчала, раздумывая, как ответить.       — Давай не переводить разговор в то русло. После всего этого времени я многое что поняла и поменяла кардинально в себе. Ты даже не представляешь, как я себя сейчас совершенно по-другому чувствую. Многие вещи, что меня радовали раньше, не радуют сейчас. Я потеряла в них смысл.       — Может, я и не понимаю, как ты изменилась и на сколько, но я могу это принять. Мы меняемся, и отношения меняются. Ты думаешь, я перестану считать тебя сестрой лишь из-за того, что мы сводные — нет. Ты думаешь, если ты стала серьёзной, то я перестану в тебе видеть ту Блу — не думаю.       — Я не хочу, чтобы и ты так менялся, — она опустила голову.       — Ты думаешь, что та ситуация изменит меня? Я, мне кажется, достаточно пережил в этой небольшой жизни. Может, я и не намного старше тебя, но всё же, я твой брат. Ты даже не представляешь, что я такого видел, от чего и так скопытится можно. Я уже понимаю, что лежать на диванчике — это самое лучшее развлечение на многие годы.       — Сейчас ты так и должен делать, лежать и развлекаться вот так. Спать и принимать препараты.       — Я и наслаждаюсь этим, а ты хочешь меня домой забрать.       — Ты тут собираешься всю жизнь прожить? Мне кажется, тебя просто отсюда выпихнут с первой же возможностью. Здоровые должны быть дома, как адекватные гражданские.       — Ваши законы и нравоучения мне не нравятся… — в дверь неожиданно вошёл врач, всё также смотревший в свои бумаги. Он оторвался от них тогда, когда и Блу и Стретч посмотрели в его сторону.       — Руку, — он скомандовал и быстро подбежал к парню. Блу пришлось встать со стула, чтобы дать возможность пройти врачу. Он быстро вынул из руки иглу и взял с собой капельницу. Поставив её в угол, врач посмотрел максимально недовольным взглядом на девушку, полностью пробегая по ней. Перебросив взгляд на пакеты в стороне, он снова уткнулся в свои бумаги. — У вас осталось меньше пяти минут. Заканчивайте ваши разговоры. Пациент должен отдохнуть после капельницы, — с этими словами он ушёл, хлопнув дверью. Они повернулись и посмотрели друг на друга.       — Значит, это всё? — Блу с максимально грустным лицом посмотрела на брата.       — Ага… Я даже и не заметил, как прошло время. Мы разговаривали больше часа, — он посмотрел в окно, но на улице была просто пелена, и не было ничего видно. — На улице кошмар, как ты дойдёшь?       — Не знаю. Дошла сюда же как-то. Обратно побегу, наверное, чтобы не замёрзнуть окончательно.       — С пакетами такими? — он наклонился и взял их, подавая сестре. Вторая рука, в которой была капельница, была полностью обездвижена и не чувствовала ничего.       — Ага. Что у тебя с рукой?       — Да так… Когда валялся с ножом, там задел небольшой нерв в руке из-за того, что я слишком много двигался, и вот капельницу делают в неё с уколами.       — И рука ещё… — она взяла в руки пакеты. — Мои надежды, что ты вернёшься в Новый Год всё больше и больше угасают.       — Не волнуйся. Как я выпишусь, то сразу приду.       — Ты по-другому и не можешь сделать. Никто тебя тут не будет держать. А вообще, приятно, что ты меня выслушал. О многом поговорили, даже чересчур о многом, — Стретч приподнялся на кровати и раздвинул руки, подзывая на объятия. Блу подошла и спокойно приняла их, уже осознавая, что самое плохое прошло, и он рядом.       — Скоро я вернусь домой.       — Надеюсь, — она обняла ещё крепче и отпустила его.       Открыв дверь, сразу же встретилась лицом к лицу с врачом, который пришёл ещё раз сказать, что пора уже уходить. Он зашёл и подошёл к пациенту, и начал снимать с него бинты. За дверью она напоследок махнула и скрылась за стеной, мельком увидев голую грудь брата. Не самая приятная картина, которую можно было ожидать… Огромные швы на грудной клетке и провода, прикреплённые к плечу с иглами. К одному из крыльев были проведены трубки, оно само по себе было немного выбрито, для упрощения задач.       От этого в животе сразу же поселилось что-то неприятное. Это картина была поистине ужасна, но не вспоминать её было невозможно. Это как чесать себе рану, тебе больно, но перестать ты это делать не можешь. Как и не можешь забыть это.       Спустившись на первый этаж в холл, она поняла, что всё опустело. За стойкой приёма только сидела та девушка. Она заметила Блу и помахала слегка ей рукой.       — Проведали брата? — на это Блу только смогла махнуть головой в знак согласия.       — С ним всё в порядке, — сказала она это тихо, чтобы не услышали. Но тишина, которая царила чуть ли не на всём этаже, разнесла это по комнате.       — Я рада, — сказав это, девушка с улыбкой уткнулась в экран, что-то, по видимости, ища. Блу скромно улыбнулась в ответ на приятные слова и вышла на улицу.       По щекам снова пробежался холод и начал щипать, больно. Хотелось прикрыть лицо, но было нечем. Руки были заняты пакетами. Ноги кололо от холода даже через брюки. Силуэты ангелов почти не было видно, да их и не было. Дерево можно было спутать со всем, что движется. Но цель была другая, не разглядывать что вокруг, а быстро дойти до дома.       Под ногами проваливался снег, и толчок всё труднее и труднее было сделать. Пакеты были лишним грузом и зажимали ладошки, от чего те ещё сильнее мерзли. Пальцы за такой небольшой промежуток времени будто отваливались. И не чувствовали ничего.       В то время, когда она выходила из дома, солнце было достаточно высоко, но сейчас не было видно его. Но всё же можно было понять, что скоро уже будет темнеть. Резкая зима повлекла за собой быструю смену для и ночи. Теперь даже прогуляться допоздна не получится. Зима, холод да и темнота — создавали не самую благоприятную обстановку для этого.       Большое яркое здание бросилось ей в глаза. Тот магазин казался чем-то загадочным под таким снегом. Белый туман закрывал большую часть здания, и только лампочки и диоды были видны. Ты будто находишься в каком-то постапокалипсисе, а весь город опустел. Это создавало пустоту внутри и страх, что в таком состоянии не самое приятное.       Дышать всё становилось труднее из-за холода. Бег заставлял дышать ещё быстрее, и даже воздух не всегда успевал прогреваться внутри. Это было испытанием как и для неё, так и для её морального состояния. Дойдёт ли она до дома или будет плестись и доползёт спустя большое количество времени. Говорить сложно, но всё в голове полностью перемешалось. Внутренние голоса кричали совершенно о разном, и ты сам не понимаешь, что хочешь сказать самой себе.       «Быстрее»       «Ты устала, руки болят»       «Я добегу и отогреюсь»       «Ноги болят. Всё замёрзло»       «Немного осталось. Тяжело. Я должна добежать»       «Да ладно, стараться что-то сделать ради ничего, не смеши»       «Чем быстрее я бегу, тем быстрее я окажусь дома. Время идёт»       «Время ничего не значит»       «…»       «Неужели я осталась права?»       «Нет»       Она не видела, что впереди неё. Глаза были полностью лишены обзора, и только сама память направляла Блу в нужную сторону. Она стояла перед собой и разговаривала. Это была копия, намного лучше неё. Красивее, выше, удачнее. Не та Блу, которую привыкли видеть, но которой она пыталась добиться. Все мы не идеальны, в каждом есть изъян, который беспокоит нас. Она не исключение.       Копия напротив смотрела сверху вниз на Блу, показывая то, что она выше неё. Всем видом демонстрируя, что её все заметили, начали восхищаться и любить. Она была взрослой и рассудительной, не терпела шуток в свою сторону. Теперь её никто не называет маленькой, никто не говорит, что она только и умеет, что ребячиться. Но оригиналу это не нравилось. Блу не видела себя на её месте.       «Ты не заслужила быть мной» — Блу это произнесла даже в своей голове тихо. Голос мягко оседал и на момент останавливал все попытки сопротивления. Копия застыла на месте, не смея двинуться. Девушка спокойно прошла вперёд, через неё, оставляя свои страхи. Она растворилась в воздухе как дым.       Послышался скрип двери. На пороге стояла Блу, в один момент не осознавая, где она. Оглянувшись и поняв, что стоит прямо на пороге своего дома. Стены и расстановка выдавали этот большой и красивый дом. Она прошла вперёд, закрывая двери и снимая обувь. Пол казался таким тёплым после прогулки по снегу, как и сам дом. Хотя она не так сильно замёрзла, как в прошлый раз. Из-за полёта в своих мыслях, Блу совсем забыла про холод и что делает. Даже не поняла, как открыла дверь.       Рядом стояло зеркало, в которое она так и боялась заглянуть всё это время. Она подошла к нему и встала во весь рост, заранее сняв верхнюю одежду. Несколько секунд рассматривала себя, а затем подошла чуть ближе и посмотрела на своё лицо. Как же давно она не видела такое розовое и здоровое лицо. Сейчас оно казалось таким, о котором она мечтала всегда. Такое… красивое.       — Щёки с носом такие розовые… Мне так нравится. К глазам подходит, — она распустила свой привычный хвостик на голове и немного растрепала волосы, чтобы они ложились на плечи и показывали объём. Присев, Блу пододвинулась ещё ближе. Сейчас она нравилась себе и вправду понимала, что красива по-своему. Шрамы на руках огорчали её в этом образе. Это единственная вещь, которая пугала её, так же она пугает и остальных. Греховный акт, который может повлечь за собой нежелаемую реакцию.       — Что смотрим, Ягодка? — знакомый голос раздался позади в такой неожиданный момент. Блу сразу же повалилась на пол, чувствуя, как холодный пол впивается в кожу. Даст же стоял прямо над ней и смотрел, ухмыляясь.       — Опять ты так неожиданно! Хватит! — она сразу же встала и заметила, что тот стоит с расстёгнутой кофтой и совершенно не чувствует дискомфорта.       — Забавно наблюдать за твоей реакцией, а с подушкой было даже веселее, — он встал в полный рост, и сейчас можно было с лёгкостью заметить их разницу в росте. Блу сама по себе небольшая, а Даст просто чуть выше среднего. Для неё он казался дылдой двухметровой.       — Тебе совсем не холодно? — Блу даже не обратила внимание на прошлые слова собеседника. Он с ожиданием на то, что она возмутиться, оглянул себя и посмотрел на неё.       — А должно?       — На улице очень холодно, я даже на градусник не смотрела. Метель, ничего не видно, а он ходит на распашку в расстёгнутой кофте! — на последнее слово она сделала больший акцент. Но тот лишь пожал плечами.       — Не знаю, мы привыкли к такому. У нас всегда так прохладно. Это вы, зависящие от тёплого солнца и погоды, а мы везде выживем, — Блу ничего не сказала и прошлась к дивану. Там лежал ещё с прошлого раза плед, который, конечно, успел остудиться. Он был холодным, но она всё равно накинула его на себя, думая, что быстро прогреется.       — И что ты пытаешься сделать? — Даст облокотился о спинку дивана и смотрел на неё.       — Согреться, холодно слишком, — Блу ещё больше укуталась в одеяло по нос. Он сделал вид, что только что понял это, смотря за спину на зеркало.       — А что ты так смотрела-то в зеркало, Ягодка? — он положил руку на её макушку, медленно гладя. От тёплой ладошки по телу Блу пробежала волна мурашек, что та даже немного забыла, что он спросил.       — А? Зеркало? Да так… Поглядеть на себя решила.       — Ни разу не смотрела на себя? Думаю, что ты каждый день видишь себя в зеркалах, — он почувствовал, как она вся трясётся от холода, с ничем другим спутать нельзя было. Он обошёл диван и сел недалеко от девушки, всё ещё держа руку на её голове.       — Ну, не думай тогда так, я в зеркало не смотрелась с момента, как попыталась прыгнуть.       — Решила посмотреть, как прихорошилась? Думаю, выглядишь ты хорошо, по крайней мере, кожа нормальная стала, и щёчки появились, — он дотронулся рукой до её щеки, по которой прошла та же волна мурашек. Тёплая рука — вот что она сейчас хотела. Блу коснулась своими руками ладони Даста и прижала её к себе. Он ожидал таких действий и даже не пытался сопротивляться.       — Тёплая… — будто уже не думая ни о чём, Блу начала тереться о неё как котик. Даста это сильно позабавило. Он вздохнул и снял с себя кофту. Убирая плед, он накинул на неё свою вещь, что сразу же почувствовала она.       — Идём, — он похлопал себя по коленкам. Блу, даже не задумываясь, упала ему на ноги и свернулась клубочком, чтобы согреться от кофты и ног. Такому теплу хотелось доверять и не хотелось бросать. Оно было таким тёплым и хорошим. Сейчас она не задумывалась о чем-то важном, она просто понимала, что за ней сейчас следят те глаза, которым она верит.       — Спасибо… — Блу тихо произнесла это, ещё больше вжимаясь в ноги. Это заставило Даста улыбнуться не той ухмылкой, а настоящей доброй улыбкой. Он аккуратно поглаживал её по лицу. В один момент его рука дрогнула, а в голову пришла мысль. Он наклонился и слегка коснулся губами её щеки, так, чтобы она этого не заметила. Даст даже не понял, зачем это надо было делать, просто захотел. Приятное чувство внутри ему нравилось, а когда Блу лежала на нём, это ещё больше доставляло удовольствие.       Она немного поёжилась от прикосновения губ к ней и приложила на место поцелуя руку. Даст потянулся к пледу рядом и накрыл их вместе. Он немного приобнял девушку и откинулся назад, чтобы подремать вместе с ней.       — Думаю, ты мне разрешишь поспать…