Любимка

      Ведь где-то в сердце прячется любовь. Таится, бьётся рядом с сердцем. И тщетно я пытался удержать её порывы, она так сладко мучает меня. Но я кусаю губы. В наушниках новый трек. Об этой чёртовой любви слова мне снова льются в уши. — И снова я лайкаю твои фото, — листает ленту инстаграма, — Лишь потому, что ты не выходишь у меня из головы, так прочно ты там засел.       Но вселенная не даёт поблажек, у неё на всех свои планы. Его взгляд падает с высоты старой многоэтажки, ударяясь о пропасть городских зданий. Глаза, подёрнутые сверкающей поволокой, щурятся от света. А он всё смотрит, задумчиво, упрямо. Телефон чирикает о новом сообщении. Словно нехотя, Денис проводит по экрану разблокировки, взгляд пробегается по строкам. Пора. Поднимаясь с крыши родной многоэтажки, убирает наушники и безропотно шагает, спрыгивая с края крыши. Ветер трепещет выбеленные волосы, его тело стремительно падало навстречу этой вечной земле. Отработанным движением он срывает с шеи серебряный кулон, блаженно прикрывая глаза. За его спиной раскрываются белоснежные крылья, словно сотканные из облаков этого бесконечного неба, а солнце ласкает нежные пёрышки. Воздух подхватывает его в свои объятья. Имя отправителя — Афродита.

***

      С крыши очередной многоэтажки открывался отличный обзор на один из множества офисных центров города. Зорким глазом было вычислено нужное окно, где в скором времени должны были появиться интересующие его люди. Жертвы — Сергей Смолянинов, Алина Зарецкая. Сверяясь с полученными фотографиями, Денис вглядывается в силуэты по ту сторону окна. В руках появляется пистолет, который он достал из широкого кармана на поясе. Ярко-розовый. Да, сомнительный, конечно, у купидонов инвентарь, но не лук же со стрелами выдавать.       Уловив краем глаза своих клиентов, парень зарядил пистолет. Взяв прицел на этих двоих, он сосредоточенно закусил губу. Нужно было выбрать момент. Выстрел. Заряд летит точно по направлению, но… Какого чёрта?! Неожиданно на его пути возникает белая глупая птица, очень глупая. Приняв на себя двойную порцию сконцентрированной любви, голубь стал вытворять теоретически невозможные воздушные па, возбуждённо курлыкая и тараща глаза-бусинки. Денис закрыл лицо рукой. — Вот же ж… — ругаться он предпочитал мысленно, без свидетелей, — Теперь в этом мире станет на одного безумного голубя больше.       Тяжко вздохнув, он возвёл глаза к небу. Да простит его Афродита. Оглянувшись, не потерял ли он своих жертв, он спокойно выдохнул. Девушка с кипой бумаг шла по коридору. Второй субъект тоже находился в зоне видимости. А голубь в это время приставал к воробьям, до этого спокойно сидевшим на электросети, уж очень странно воробьи косились на это белое недоразумение.       С садистским удовольствием Денис снова спустил курок. Заряд прошиб эту уже стопроцентную парочку, словно молния. Документы феерично разлетелись по полу, девушка, охнув, бросилась их собирать. Мужчина кинулся ей помогать. Их руки соприкасаются… А дальше мы не будем описывать, потому что Денису тошно от этих любовных сцен и он просто отвернулся. С чувством полного удовлетворения он упорхнул отчитываться начальству, надеясь, что ему не будут припоминать этого любвеобильного голубя.

***

      Каждое утро Дениса традиционно начиналось с просмотра фотографий обожаемого им парня, Тимофея. Но он был так же недоступен, как Солнце или Луна. Ведь он — купидон, слуга Афродиты. Он дарит людям любовь, но его любовь, словно зараза, которая не должна касаться трепетного сердца. Полюбив, купидон лишается крыльев. Скрывать такое сложно, но Денис пытается…       Новое сообщение с местом назначения. На небе не было ни одного облачка, которое могло бы скрыть его от лишних глаз, поэтому с глубоким сожалением парень поехал на автобусе, благо не так далеко. Высадившись на остановке, парень побрёл в сторону кафе, указанного в адресе. И только заняв столик в кафе, Денис соизволил ознакомиться с сегодняшними жертвами. Но его удивлению не было предела, когда на фото он увидел того самого парня. Тимофей Багров…       Внутри Дениса началась яростная борьба между сердцем и разумом. Разум кричал, что он должен выполнять свою работу, должен думать только о себе и не давать волю чувствам, которые нужно напрочь вытравить из сердца, иначе он потеряет крылья. Сердце плакало, отчаянно, задушено. Солёные губы шептали: «Любовь лучше, чем страдания…» Парень сжал в руках голову, не зная, как ему быть.       С опустевшими глазами он заряжает пистолет, трясущимися руками направляет его на пару, Тим и официантка. Тим, ЕГО Тим. Денис отталкивает официантку и, до крови закусывая губу, подставляет пистолет к своему виску. Разряд пронизывает всё его тело, становится трудно дышать. Казалось, что сильнее любить невозможно, но он ошибался. Он встречается глазами с взглядом Тимофея и понимает, что ничего не потерял, ничего.

***

<i>Тонкие пальцы, унизанные массивными перстнями, щёлкают костяшку на счётах. — Минус один.</i>