Once upon in the hospital

      — А мы пойдем в Диснейленд? — с надеждой в голосе спросил Джаред, захлопывая за собой дверцу такси.       — Ты совсем придурок? — искренне поинтересовался Дженсен, который выскочил из машины самый первый. Омега уже успел натянуть на нос солнцезащитные очки, однако все равно забавно щурился от яркого света.       — Чува-ак, это же Флорида! — Джаред лучился счастьем изнутри поярче любого солнца.       Да, эта парочка, наконец-то, выбралась хоть куда-то, кроме больницы и квартиры Дженсена, которая уже давно стала их общим домом. Ну, месяцев восемь точно есть.       Все это время они пахали, как проклятые, иногда даже брали себе сверхурочные, выжимая из себя все соки. Наверное, это трудолюбивый Эклз так повлиял на Джареда, никогда особо энтузиазмом к работе не славившимся. Вместе они спасли не один десяток жизней, можно сказать, стали живыми легендами всех больниц Остина, если не всего Техаса. Два доктора из неотложки, которые борются до конца и никогда не опускают руки, даже в самых тяжелых случаях. Такому упорству оставалось только завидовать, ведь не всякий доктор сможет пойти на риск, взять на себя такую ответственность и выбрать, жить человеку или умереть.       Одному всегда сложно, но они были друг у друга. Видимо, именно поэтому работа становилась легче, жизнь проще, а цвета ярче. У лучшего доктора всего Остина Дженсена Эклза был тот, на кого можно было положиться во время самой сложной операции, а резко обретший популярность в кругах больниц начинающий медицинский работник Джаред Падалеки мог идти на риски ради сохранения жизни, потому что знал, что его всегда прикроют.       Эти двое походили на Бони и Клайда медицинского мира, лучше описания их дуэту не найдешь. Эклз и Падалеки спасали людей, которые висели на тоненьком волоске, рисковали, осознавали все последствия в случае неудачи. Но они всегда делили эту ношу на двоих, ведь так легче, согласитесь. За их смелость, на грани глупости, их благодарили сотни людей. Родственники, друзья, просто знакомые спасенных, ради их улыбок и слез радости можно было работать больше положенного, можно было выматывать себя и выходить в две смены. Ради благого дела и сдохнуть не жалко, верно?       Такого мнения придерживались Джаред и Дженсен, но вот Шеппард их жизненную позицию яро отрицал.       Ему еле-еле удалось выпихнуть этих двоих на отпуск, и то, пришлось на полном серьезе угрожать увольнением обоих. Дженсен точно затаил обиду на своего босса и обещал себе отомстить, как только выйдет на работу. Он пока не знал как, но в своей мести был уверен. Никто не смеет отбирать у Дженсена Эклза дело всей его жизни!       Джаред же отнесся к этому проще. Сначала поупирался рогами, конечно, но вскоре сдался, ослепленный перспективой недельного отдыха один на один со своим омегой. Он, гордо выпятив грудь, заявил, что оплатит их отпуск сам. Ну конечно, вот она, типичная альфачья мания величия. Дженсен с сомнением хмыкнул, но согласиться пришлось. Не говорить же Падалеки, что живут они практически за счет омеги, который получает в два раза больше, потому на отпуск у Джареда вряд ли хватит.       Однако альфа был не так уж прост, каким казался, и вот они уже во Флориде, стоят на пороге отеля, в котором проведут ближайшую неделю, а Дженсен пока потратился только на бутылку воды.       — И что? Это повод заниматься всякой хуйней? — спросил Дженсен, следуя за Джаредом в холл и одновременно оглядываясь. Отель выбирал Падалеки сам, ибо, как сказал омега: "я в этом участвовать не буду".       — Диснейленд — не хуйня, — пробурчал в ответ альфа. Он тащил за собой их общий чемодан, пока Дженсен шел сзади величественной походкой, словно король какой-то.       Джаред целенаправленно двигался к ресепшену, ведь дома уже успел тщательно изучить место их проживания по фотографиям, а вот Дженсен любовался интерьером. Скромненько, но со вкусом, думал омега.       — Здравствуйте, — сногсшибательно улыбнулся Падалеки девушке за стойкой ресепшена, включая сразу же все свое природное обаяние. Его спутник смог только обреченно фыркнуть. Безнадежный альфа, — Я бронировал номер на сегодняшнее число.       Блондиночка тут же отвлеклась от документов и приветливо улыбнулась своему клиенту, как и подобалось всему персоналу. Она спросила у альфы, на чье имя зарегистрирован номер, а тот самодовольно назвал свою фамилию. Дженсен за его спиной цыкнул и закатил глаза, пораженный очередной волной самодовольности Падалеки.       Им без проблем дали ключ карту и указали путь к номеру. Джаред не переставал улыбаться, как придурок, а вот Дженсен хмурился, ведь черт возьми, даже в холле с кондиционерами ему было жарко. Потому он не обращал особого внимания на то, куда они идут или на какой этаж поднимаются, он просто мечтал поскорее грохнуться на кровать и отдохнуть от дороги. Полтора часа в самолете без возможности разогнуться, пока Падалеки сидел довольный рядом в позе гребанного лотоса на своем сидении и тыкался в него острыми коленками, а затем еще и добрые полчаса в душном такси, да еще и с солнечной стороны. Дженсен не привык к настолько долгим путешествиям, так что сейчас был готов продать душу за двадцать минут передышки, а вот у Джареда в жопе был спрятан вечный двигатель.       Они вошли в свой номер на втором этаже западного корпуса отеля одновременно, толкаясь и пихая друг друга. Выиграл, конечно, Дженсен, которому не мешался чемодан за спиной. Вечно грозный мужик Эклз разбежался и плюхнулся на кровать, как маленький ребенок, занимая сразу всю ее площадь. Джаред не сдержал смешка, когда проходил мимо распластанного звездочкой омеги. Чемодан Падалеки бросил куда-то в угол и принялся разглядывать номер. Все было в точности, как на фотографиях сайта: широкая двухспальная кровать в центре комнаты, две тумбочки по бокам, телевизор с маленьким экраном напротив, ничем не примечательный столик и выход на небольшой балкончик с видом на бассейн отеля. Ванную комнату он смотреть не стал, самое главное, что на балконе был столик с пепельницей, а остальное он как-нибудь переживет.       Удовлетворенно кивнув самому себе и похвалив себя за хороший выбор отеля, Джаред с хитрющим взглядом подошел к кровати, на которой все еще валялся Эклз с закрытыми глазами. Омега даже носом не повел, когда над ним склонился здоровенный Падалеки. Уснул, что ли?       — Джэклз, а ну двигайся! — воскликнул Джаред и прыгнул на кровать так же, как его начальник несколько минут назад. Прыгал на кровать, а приземлился на живот Дженсена.       — Блять!       Эклз захрипел и закашлялся, придавленный медвежьей тушей Падалеки. Локоть этого лося аккуратно въехал ему по ребрам, коленка в опасной близости приземлилась между раскинутых ног. Джаред же хохотал во весь голос из-за издаваемых омегой звуков, а Дженсен тщетно пытался спихнуть наглеца с себя.       — Ты совсем ахуел?! — рычал Дженсен, прижимая одну руку к пострадавшему боку, а пальцами другой тыкая обнаглевшего Падалеки в живот, — Дай мне отдохнуть, животное!       — Эй, а я думал мы сразу пойдем на пляж, — Джаред все-таки соизволил подняться на локтях и избавить избранника от части своего веса. Альфа навис над лицом Дженсена, а его каштановые пряди, что выбились из хвостика, забавно щекотали Эклзу нос и щеки.       — Ты когда-нибудь устаешь вообще? — снова заворчал Дженс, сдувая с лица волосы альфы, — Я не готов вылезать из номера ближайшие полчаса.       Джаред смерил его недовольным взглядом, в котором так и светилась неоновым светом фраза "ты — ленивая жопа, Дженсен".       — Мы приехали отдыхать, — напомнил альфе Эклз и развалился на кровати поудобнее, на этот раз учитывая тяжелого Джареда на нем.       Падалеки подвинулся вслед за Дженсеном, а когда тот замер, уронил свою голову ему на грудь. В мыслях проскользнуло ненавязчивое "ну раз уж мы в кровати..." и Джей в предвкушении облизнулся. Пользуясь своим положением, он сначала, как будто случайно, проехался своим пахом об пояс легких льняных штанов Эклза, а затем повторил движение с большим нажимом.       — Притормози, ковбой, — усмехнулся Дженсен под ним, — Тебе лишь бы потрахаться.       — Последний раз у нас был еще в Остине, — с упреком заметил Джаред, не поднимая головы. Своих невинных действий он не прекращал. Дженсен тяжело сглотнул.       — Я уже говорил, что устал, — продолжал пытаться отвязаться от Джея Эклз, однако руки его уже перестали отпихивать Джареда.       — Ну тогда отдыхай.       Падалеки проехался по уже заметному бугорку еще несколько раз под звуки рваных выдохов. Он откровенно терся своим членом об член Дженсена и при этом довольно скалился. Омега невольно напрягся под таким секуальным давлением.       — Джаред, мы только приехали, — прошептал в потолок Дженсен, сильно жмуря глаза.       — И что? — самым наглым тоном спросил Падалеки, прежде чем широко лизнуть подставленную шею омеги.       — У тебя один секс на уме, — ворчание Дженсена не звучало грозно, да и вообще выебывался он для вида.       — Как будто тебе это не нравится, — полушепотом произнес альфа, наконец-то прекращая свои трюки с силой трения. Зато его язык начал медленно двигался все ниже и ниже, — Разве не круто, когда сильный, молодой и энергичный альфа удовлетворяет все твои сексуальные потребности?       — Кто сказал, что удовлетворяет? — принял игру альфы Эклз и резко подбросил свои бедра вверх, перехватывая инициативу на себя. Теперь пришла очередь Дженсена злобно скалиться, ведь Джей совсем не ожидал такого поворота событий. Посмотри, кто кого переиграет.       — Хочешь сказать, что после того, как мы сладко трахаемся, ты идешь в ванную комнату и дрочишь еще раза три? — Джаред все-таки сумел собраться с силами и достойно ответить Эклзу. Вместе с этим он запустил свою руку под тонкую футболку мужчины, заговорчески ухмыляясь и приближая свое лицо максимально близко к Дженсену.       — Нет, — выдохнул он прямо в губы альфе и натянул на лицо точно такую же ухмылку, словно это не у него встал буквально за несколько секунд, — Просто ко мне приходят несколько крепких альф с огро-омными членами и доделывают твою работу.       Уловка Дженсена, сказанная с самым безразличным выражением лица в мире, сработала на все сто процентов. Джаред недовольно зарычал, показывая свое внутреннего гипер-ревнивого альфу, и тут же впился в губы Эклза жестким поцелуем. Дженсен ответил с удовольствием и с такой отдачей, с какой вообще возможно было, когда лежишь придавленный тяжеленной тушей к кровати.       Дженс одерживал беззаговорочную победу в их маленькой игре. Теперь пришло время для сногсшибательного финала.       — Ладно, Джей, все, — еле-еле отцепился от Падалеки омега, уворачиваясь от очередной настойчивой попытки поцелуя, — Повеселились и хватит. Я в душ.       Спихнул ахуевшего Джареда с себя, встал с кровати и действительно направился в сторону ванной комнаты.       Падалеки, лежащий на одном боку с растрепанными из-за шустрых рук Дженсена волосами, раскрытым ртом и вставшим членом провожал взглядом скрывшегося за дверью омегу. Просто взял и ушел? Серьезно?       Зря Джаред рассчитывал на хороший секс по случаю приезда на новое место. А все коварный Эклз! Мог просто сказать, что не в настроении устраивать постельный марафон, потому что со вставшей шишкой и безумным напряжением внизу живота надо было что-то делать.       — Че, Эклз, возбудим и не дадим? Да у тебя у самого стоит наверняка! — возмущался Джаред, поправляя свои штаны, что оказались слишком узкими для данной ситуации.       Из ванной послышался ехидный смех и звук включившейся воды. Джаред тихо зарычал и откинулся головой на подушки, что все еще бережно хранили запах возбудившегося омеги. У Дженсена, видимо, стальная выдержка, раз он смог так хладнокровно свалить.       После стадии гнева неизбежно настал этап торга. Падалеки отчаянно заскулил в подушку от осознания того, что его омега сейчас нежится под струями прохладной воды, смывая с себя пережитый стресс за весь день.       — Дженсен, можно с тобой? — предложил осторожно Джаред. Вдруг получится?       — Если войдешь, я дам тебе в нос, — послышалось сквозь шум воды спустя какое-то время.       — Ну Дженсен! — воскликнул мужчина, которого перспектива дрочить на кровати в одиночестве, когда за стенкой моется омега совсем не привлекала, — Пожалуйста!       — Ты вроде обещал Фелиции позвонить, когда приедешь? — игнорируя просьбы, граничащие с мольбой, напомнил Эклз из ванной комнаты.       Джаред, раздосадованный обломившемся сексом, без особого энтузиазма потянулся к телефону, что лежал на тумбочке рядом. Вот ведь, достался ему такой своенравный омега! Теперь приходится звонить подруге, будучи в "приподнятом" настроении, ведь ванна любезно занята омегой. Конечно, можно было бы спровоцировать упертого Эклза и начать надрачивать прямо на их кровати, но Джаред слишком хорошо знал Дженсена, чтобы не ожидать от него полного игнора и наигранного безразличия. Сам Леонардо Ди Каприо нервно курит в сторонке, глядя на актерскую игру Дженсена Эклза, когда дело доходит до издевательств над Падалеки.       Так что Джаред обреченно вздохнул и взял в руки телефон. Может хотя бы бесконечная болтовня Фелиции немного собьет каменный настрой альфы. Он быстро нашел номер рыжей бестии и набрал ей по видеосвязи. Девушка ответила достаточно быстро.       — О, Джа! — на экране появилось расплывчатое изображение, затем какое-то резкое движение, словно телефон упал, и темный экран. Джаред невольно улыбнулся. Спустя несколько секунд началось шуршание и Падалеки смог лицезреть голые ступни Дэй, — Блять, как тут камеру-то перевернуть?       Джаред откровенно заржал, а в ответ получил не очень вежливую просьбу заткнуться нахрен. Фелиция повозилась с гаджетом еще некоторое время, после чего наконец-то показала свое лицо.       — Привет, — с улыбкой поздоровался Джаред, — Ты только проснулась, что ли?       — Вообще-то да, — ответила Фелиция и в доказательство своих слов стала неспешно поворачивать камеру вокруг, показывая собеседнику кровать и спальную комнату в целом. В кадр попала рядом лежащая с омегой женщина.       — Здравствуй, Рут, — успел поздороваться и с ней Джаред, зачем-то махая рукой.       — Приветик, дорогой, — лениво отозвалась та, отвлекаясь от своего планшета на несколько секунд, чтобы улыбнуться в камеру своей девушки.       Рут была отличной альфой для неугомонной Фелиции и хорошим другом. Джаред искренне радовался за этих двоих, когда те начали отношения.       — Как вы? Нормально долетели? Отель хороший? Где Дженсен? — Фелиция снова перевернула камеру на себя и принялась закидывать Падалеки миллионом вопросов, а тот не перестал улыбаться. Порой Фел перегибала палку со своей заботой.       — Все просто отлично, — заверил ее Джаред, — Дженсен сейчас в душе. Не дал мне и моется довольный, — он считал, что с Фелицией можно делиться такими подробностями, потому что за прошедший год она стала ему чуть ли не сестрой.       — Я все слышу, придурок! — заорал Эклз из стенкой. А Джаред и не заметил, как шум воды в ванной комнате прекратился.       — А ты не слушай, — достаточно громко буркнул альфа, который все еще обижался на Дженсена.       — Мистер Эклз, простите! — сквозь смех выдавила Фелиция, чье изображение снова смазалось из-за дрожащей в приступе сдерживаемого хохота руки.       Дженсен предпочел переждать разговор двух друзей на нейтральной зоне, оставаясь в ванной, а Джаред сделал вид, что омеги в номере вовсе нет, и начал обсуждать его с Фелицией. Позже к ним присоединилась хихикающая Рут.       В итоге Джаред собрал себе мини-вечеринку, больше походившую на посиделки подружек, одна из которых была перекаченная, под два метра ростом и с двухдневной щетиной. Потом они плавно перешли с щекотливой темы под названием Дженсен Эклз на погоду в Техасе и во Флориде, а затем вообще про работу заговорили.       Как бы весело не было болтать с девчонками, а Эклза за стенкой пощадить надо. Джаред понимал, что тот не высунется из ванной комнаты, пока видеозвонок не прекратится. Вот такой Дженсен стесняшка-обояшка, боится перед подчиненной и коллегой предстать в плохом свете.       Попрощавшись с Фелицией на веселой ноте и пообещав ей звонить почаще, Падалеки отключился. Он не стал сообщать омеге, что закончил, сам поймет.       И вот, практически через полминуты после того, как голос Джареда стих, Дженсен вышел из своего убежища гордой походкой.       — Хорошо помылся? — поинтересовался Падалеки, чье спавшее возбуждение объявило в второй раунд при появлении Эклза в одном полотенце на бедрах.       — Чудесно, — ответил омега, не поднимая на Джея взгляда.       Он вальяжно прошел к их чемодану в самом углу номера и принялся копаться в вещах, сидя при этом на коленях. Конечно, Джареду очень сильно хотелось, чтобы он сидел на коленях вовсе не напротив вороха их одежды, но такие мысли он старался гнать подальше. Сейчас Дженсен уже чисто из принципа ему не даст, а вот вечером можно было рассчитывать на вкусное вознаграждение за воздержание.       — Мы идем на пляж или как? — спросил Дженсен, обернувшись через плечо, когда номер уже буквально тонул в терпком запахе нарастающего возбуждения Падалеки.       Альфа неловко кивнул и все-таки направился в ванную с весьма определенным намерением.

***

      На пляже было просто восхитительно, Дженсен давно так не наслаждался окружающим его видом. Бирюзовый горизонт впереди, каменные джунгли сзади и белоснежный песок под ногами. Ему стоило и раньше выезжать куда-нибудь за пределы родного Техаса, ведь, если быть до конца честным, то если бы не Джаред и его вечное шило в заднице, то доктор Эклз провел бы заслуженный отпуск в своей квартире за просмотром Нетфликса и поеданием всякой дряни. Но благодаря этому огромному недоразумению он сейчас стоял со сланцами в руках, зарывшись ступнями в остывший песок, и наблюдал за приобретающими золотистый оттенок водами Мексиканского залива.       — Ты че застыл? — прервал его медитацию Джаред. Он уже успел стянуть с себя футболку и бросить ее на лежащий в песке полупустой рюкзак. Когда успел только?       — Я любуюсь, — оправдался Дженсен, стягивая с носа свои темные очки. Омега положил их сверху, прямо на одежду Джареда, а затем бросил рядом свою серую футболку.       — Если объект твоего любования не я, то заканчивай заниматься херней и пошли окунемся, — Джаред игриво подмигнул и дернул за шнурок на оранжевых купальных шортах Эклза, развязывая их.       Дженсен закатил глаза на такую детскую выходку. Пока он приводил их в порядок, Джаред уже ринулся к воде.       Им повезло, что во второй половине дня здесь было не слишком много народу, а вода еще не успела остыть. Хотя, даже если бы та была невыносимо ледяной, Джаред бы все равно с разбега нырнул прямо с головой. Дженсен же заходил аккуратней и ежился от ощутимой прохлады. Под насмешливым взглядом альфы он наконец-таки окунулся по шею в воду.       — Ныряй, — попросил Падалеки, при этом прыгая на одном месте и взбаламучивая песок под их ногами.       — Я хочу оставить голову сухой, — отмахнулся омега.       — Уверен? — с хитрым прищуром спросил Джаред, из головы котрого до сих пор не выходила недавняя сцена Эклза.       Дженсен опасливо отшатнулся назад, к берегу, выходя из воды по плечи. Он никогда не доверял лисьему взгляду Падалеки.       — Не смей, — Эклз предупреждающе вытянул руку вперед в попытке отгородить себя от альфы, но тот был самым настоящим тараном и умел проходить через все препятствия, Если ты это сделаешь, то я утоплю тебя.       — Я умею дышать под водой, — обронил Джаред перед тем, как внезапно броситься вперед, прямо на пятившегося омегу.       Падалеки ловко увернулся от ладони мужчины и прыгнул на него. Буквально прыгнул, как собака на хозяина, и с силой принялся тянуть его вниз, под воду.       Дженсен не был готов к такому, потому слишком легко поддался сильным рукам и за одно мгновение оказался полностью мокрым. Это еще повезло, что Падалеки отпустил жертву, как только достиг своей цели, а то не хватало еще утонуть под невъебенным весом альфы на глубине в полтора метра.       Когда Эклз вынырнул из воды, то его уши встретили заливистый смех Падалеки. Тот ржал, как не в себя, хотя смешного ничего не было. Омега раздраженно фыркнул и в отместку наградил Джея острыми брызгами.       — Эй! — выкрикнул Джаред от неприятных ощущений, а Дженсен довольно скалился, — Ну держись, Дженни.       К сожалению, или же к счастью, Падалеки просто не успел нанести ответный водяной удар, ибо омега нырнул под воду и стремительно поплыл вдаль. Джаред долго не думал, кинулся за ним следом.       И таким образом, два здоровых мужика играли в догонялки в воде, постоянно брызгаясь и смеясь, как кони. Иногда они попадали в других посетителей пляжа, извинялись, отплывали подальше и продолжали свои детские игры. Им было весело и очень легко. Хоть где-то они смогли закрыться от бесконечных переживаний и нервотрепок, хоть где-то они могли ненадолго перестать быть героями, которые спасают жизни изо дня в день, наконец-то могут отдохнуть и отдаться друг другу. Дженсен открылся, избавился на время от своей хмуромаски, а Джаред выплескивает всю свою энергию в полной мере и не боится последствий.       Такой еботекой они занимались достаточно долго, наслаждаясь прохладой и наблюдая за тем, как солнце постепенно близится к горизонту. Вышли из воды они только тогда, когда небо практически целиком окрасилось в ярко-желтый.       Мягкий, полностью остывший песок прилипал к мокрым ступням и долетал до самых икр, неприятно стягивая соленую кожу. Джаред с Дженсеном все еще смеялись, когда натягивали сухие футболки на мокрые тела. А все потому что они слишком умные для того, чтобы взять с собой на пляж хотя бы одно полотенце. Свои солнечные очки Дженсен натянул на макушку, так как солнце светило уже совсем слабо и даже не пекло.       Они отправились обратно в отель, болтая о всякой ерунде и строя планы на вечер.

***

      — Мы могли бы сходить в забегаловку напротив, — заметил Эклз, когда они вместе с Джаредом спускались из номера в ресторан при отеле, — И сэкономить на ужине целое состояние.       — Давай хотя бы в первый день позволим себе шикануть немного, — Джаред поправил воротник своего темно-синего поло, глазами цепляя свободный столик.       Ресторан назывался как-то до ужаса странно, Джаред даже запоминать не стал. Заведение это было не такое и дорогое, чтобы из-за одного ужина здесь потерять целое состояние, собственно, как и сам отель, в котором они остановились. Людей тоже здесь было не особо много, но шанс упустить свободное место был всегда, так что Падалеки уверенно потянул Дженсена к примеченному столику за локоть.       Падалеки с довольным лицом плюхнулся на простенький стул прямо напротив Эклза, который с весьма скептичным видом разглядывал интерьер.       — Как думаешь, хотя бы сегодня нам удастся избежать всяких чрезвычайных случаев вроде рожающих омег или мальчиков со сломанными руками? — хохотнул Джаред, заглядывая Дженсену прямо в зеленые глаза. Атмосфера в ресторане располагала к ненавязчивому флирту.       — Надеюсь, что да, — усмехнулся мужчина напротив.       Именно в этот момент к ним подошел официант и предложил меню. Джаред со своей фирменной улыбкой принял его, в то время как Дженсен одарил парнишку колючим взглядом.       — Что будешь? — спросил альфа через какое-то время после ухода официанта, вскользь пробегаясь глазами по строчкам.       — Я бы смог приготовиться все это у нас дома и потрать вдвое меньше денег, — как всегда начал с претензий Эклз, но вскоре ответил на заданный вопрос, — Лазанью и фруктовый салат.       Джаред удивленно взглянул на Дженсена. Фруктовый салат? Очень уж по-девчачьи, не в стиле сурового доктора Эклза. Последний заметил странный взгляд альфы и наигранно-тяжело вздохнул, закатывая глаза.       — Как скажешь, — сдался Падалеки.       Глупо было ждать от омеги ответного вопроса, по типу "А что будешь ты?", ведь тому, ровным счетом, было все равно. Прожив с таким человеком, как Эклз, почти целый год, быстро привыкнешь к отсутствию лишних словесных проявлений заботы или заинтересованности в происходящем.       Официант вернулся совсем скоро, Джаред не успел даже окончательно определиться. Дженсен повторил свой заказ еще раз, только уже парнишке, а Джаред все еще метался.       — Вырезку с овощами, пожалуйста, — в итоге Падалеки не выбрал ни то, ни другое, отдав предпочтение совершенно рандомному блюду, — И еще бутылочку ви...       — Пива. Две бутылки, — перебил его омега.       Парнишка кивнул, повторил заказ и, когда получил подтверждение, смыслся с поля зрения.       — Серьезно, Эклз? Пиво в ресторане? — усмехнулся Джаред, внимательно вглядываясь в омегу.       Дженсен вскинул одну бровь, как бы спрашивая «А что такого?». Джаред посмотрел на его довольное лицо и покачал головой с улыбкой на губах. Дженсен действительно знал его очень хорошо, чтобы позволить хлебать противное вино всего лишь ради создания никому не нужной романтической атмосферы вместо холодного привычного пива. Да и кому нужна эта глупая романтика, когда они давно уже стали друг другу ближе, чем родные семьи.       Заказ принесли неожиданно. Хотя, скорее всего, так показалось Джареду и Дженсену, ведь они болтали взахлеб, обсуждая прошедший день и делясь впечатлениями. Так что от появления официанта, произносящего над ухом фразу «А вот и ваша вырезка» Джаред еле заметно дернулся, чем вызвал у своего спутника смешок.       Они не закончили разговаривать даже во время еды. Джареда не особо заботило, как он выглядит с набитым ртом, а сам Дженсен привык к такому умопомрачительному виду. Пара прекрасно проводила время друг с другом, не обращая ни малейшего внимания на окружающих их людей или, например, на снующего туда-сюда официанта. Дженсен делал вид, что очень внимательно слушает историю Джареда про его давнюю поездку к океану, а сам, накалывая на вилку яблоко из фруктового салата, пилил официанта взглядом. Эклз сразу заметил повышенный интерес этого парнишки к их столику, но не то, чтобы он отличался особым собственничеством или ревнивостью, вообще-то, он всегда умел держать свои чувства под контролем. Однако сейчас нарастающее клокочущее и очень-очень противное чувство внутри разливалось горячей смолой. Хотелось отхаркаться или откашляться и провести остаток вечера рядом с Джаредом без негативных эмоций. Последний, кстати, будто и не замечал взвинченного состояния омеги и не чувствовал на себе долгих взглядов официанта.       Дженсен нахмурился и обругал сам себя. Этот парнишка не делал ничего выходящего за грань, просто пялился, как и большинство свободных омег в их больнице, и даже не позволял себе флиртовать. Ну понравился ему Джаред, ну и что? Парень вообще молодец, понимает, что альфа занят и не лезет.       Стоит ли говорить, что резонные доводы и факты, который Эклз сам себе приводил, ни капли не помогали? Мужчина сидел, как на иголках, грозно глядел на остатки лазаньи перед собой и кивал время от времени, чтобы не выдать себя с потрохами.       — Десерт брать будете?       Официант возник буквально из ниоткуда и теперь пришла очередь Дженсена вздрагивать от неожиданности. Парень быстрым взглядом оглядел повернувшегося к нему Джареда, а затем продолжил, глядя в свой блокнот.       — Сегодняшний десерт дня — нежнейшее тирамису от нашего талантливого кондитера, — казалось, он просто делает свою работу, а Дженсен даже нормально смотреть в его сторону не может.       — Мы не очень любим тирамису, — спокойно ответил Джаред и попал в точку, — Какие еще десерты можете посоветовать? — спросил он и мягко улыбнулся Падалеки, как улыбается абсолютно всем.       Вот тут-то Дженсена и накрыло по полной программе. Разум затянуло мутной дымкой, такой мерзкой, что лицо в миг стало хмурым. А официант, слишком польщенный вниманием Падалеки, ничего не замечал и улыбался в ответ.       «Твою мать, Эклз, успокойся» — кричал остаток разума где-то на самом дне головы омеги, но было уже поздно. Нет, Дженсен не собирался закатывать Джареду истерику, как поступило бы большинство омег, не стал бы набрасываться на парнишку, который, ровным счетом, и не сделал ничего. Он просто взял в руки телефон, лениво листая ленту в твиттере, а под столом начал игру не на жизнь, а на смерть.       Джаред не слабо так вздрогнул, когда нога омеги в черных строгих лоферах невесомо скользнула по его икре. Падалеки старался сохранять беззаботный вид перед официантом, что с весело рассказывал про десерты в их заведении, пока Дженсен игриво вел своей ступней по ноге альфы все выше и выше. Последний был очень сильно благодарен ресторану за длинные скатерти до пола.       — Наше итальянское мороженное может сравниться с оригиналом, — щебетал официант, не замечая, как тяжело сглатывает Джаред и начинает косить глазами в сторону своего спутника, который и вовсе клал на десерт огромный болт.       — А что вам больше нравится? — выдавил из себя альфа на грани хрипа, ведь шустрая нога Дженсена уже покоилась прямо на паху Джареда. Однако, после произнесенной фразы, подошва лофера Эклза весьма неприятно надавила на образовавшуюся в джинсах выпуклость.       — Мне? — официант на мгновение растерялся, но моментально взял себя в руки и ответил с искренней улыбкой, — Я очень люблю лимонный пирог.       И Джаред, и Дженсен, обо чувствовали себя сейчас последними мразями по отношению к парнишке, но Эклзом управляла ревность, а Джаредом управлял Эклз.       Джаред изрек что-то нечленораздельное, задумчиво промычал и уставился взглядом в белоснежную скатерть перед собой. Тем временем, к одной ноге на члене Джареда присоединилась и вторая. Падалеки взвел глаза к потолку, словно прося помощи у высших сил.       — Знаете, давайте без десерта, — на выдохе, словно скороговорку, выдал Джаред, а Дженсен аж твиттер закрыл после такого заявления, — Счет, пожалуйста.       Официант грустно улыбнулся, пытаясь скрыть свое разочарование, взял пустые тарелки и отошел от их столика. Ноги Дженсена до сих пор уютно покоились на пахе Падалеки.       — Ты что творишь? — прошипел альфа, наклоняясь к своему спутнику через стол. Глаза его искрились желанием, Дженсен смог хорошо их разглядеть.       — А что я творю? — наигранно-безразлично спросил он, откидываясь на спинку своего стула, тем самым уходя от нависшего Падалеки.       — Блять, — одними губами прошептал Джаред.       Дженсен позволил себе усмехнуться. И все-таки, Джареду нахрен не всрался тот официант, а устраивать такие сцены просто не было необходимости. Но, сделанного не отменишь, потому он решил пойти до конца.       — Мы не дойдем до номера, — все, что сумел ответить Джаред после того, как лоферы Дженсена начали мягко поглаживать его возбужденный член через джинсы, — Я не дойду.       — Сладкий, я именно на это и рассчитывал, — хохотнул Эклз.       — Ты просто невыносимый, — Дженсен прекрасно видел, как изводился альфа, и был вне себе от переполняющего его счастья.       — С этим невыносимым ты кое-что с утра не успел доделать, — намекнул он.       Именно в этот момент официант появился около их столика со счетом в руках и с красными пятнами на лице. Кажется, он слышал последнюю фразу омеги. А может, не только последнюю.       — Спасибо, — рвано кивнул Джаред и кинул прямо на стол несколько купюр. Он примерно запомнил, сколько стоило каждое блюдо и добавил немного сверху.       Только деньги коснулись поверхности стола, Падалеки взлетел со своего места, скидывая с себя таким образом ноги омеги, и устремился в сторону туалетов. Дженсен тихо хмыкнул. Он медленно поднялся, поправил свое поло, достал из бумажника еще несколько долларов и положил их сверху на деньги Джареда.       — На чай, — кинул он напоследок и подмигнул официанту.       Теперь, когда он возместил парню моральный ущерб за косые взгляды деньгами, душа Дженсена была спокойна, и сам он королевской походкой направился в сторону туалетов, где совсем недавно скрылся Джаред. Он шел в единственную занятую кабинку, словно на вручение Оскара, а ведь он всего лишь собирался сладко отсосать Падалеки. Эклз не смог удержаться и посмотрел на свое отражение в зеркале. Идеален, как всегда.       — Занято? — с улыбкой на лице спросил Дженсен, затем постучал по двери.       — Издеваешься? — послышалось в ответ мгновенно.       Дженсен бархатисто засмеялся, когда дверка открылась и его не очень-то нежно затянули внутрь и увлекли в горячий поцелуй. Ответил он не сразу, зато с крышесносной страстью и отдачей.       Делать все нужно было максимально тихо, однако вероятность спалиться все равно невероятно велика. Почему? Да все из-за гребанного Падалеки. За прошедший год он так и не научился держать свои феромоны при себе и благоухал при каждой возможности. Однако сейчас уже обоим было откровенно поебать, заметят их или нет. Да пускай хоть штрафуют, честное слово.       Джаред потянул омегу на себя, плюхаясь на крышку толчка, не переставал жадно терзать его губы. Дженсен улыбался такому напору прямо в поцелуй, но за Падалеки послушно следовал. Он с большим трудом оторвался от него, вдохнул уже терпкий запах возбуждения альфы и снова ухмыльнулся. Эклз кусал-облизывал-целовал сильную шею Джареда, пока тот тяжело выдыхал ему в ухо, обдавая нереальным жаром. Падалеки честно старался держать себя в руках, но кому, как не Эклзу знать, что только рядом с ним альфа полностью теряет контроль над собой и своим телом.       Такими острыми поцелуями-укусами Дженсен терзал Джареда не долго, все-таки время у них ограниченно. Понимая этот факт, омега заводился еще больше, ровно так же, как и его любовник. Быстро опустился вниз, стукаясь коленями о жесткую плитку, легонько провел носом по ширинке с выпирающим достоинством альфы, быстро пробежался по нему рукой и сжал, вызывая тихое шипение сверху. Не теряя более ни секунды, Дженсен одним резким движением дернул молнию, чуть ли не ломая ко всем хренам ширинку джинсов Джареда, и стянул их с него вместе с боксерами. Снимать одежду совсем смысла не было, потому как только налитый кровью член открылся взору Эклза, омега тут же обнял его своими пухлыми губами.       Падалеки протяжно заскулил, кусая ребро своей ладони и больно встречаясь затылком со стеной позади него. Дженсена такая реакция только ободрила. Решив не тянуть кота за яйца, а потянуть за них самого Джареда, Эклз заглотил сразу и до конца, добивая альфу глухим рычанием, что отдавалось вибрациями в горле. В противовес грубому началу, Дженсен нежно прошелся кончиками пальцев по мошонке, чтобы вызвать у альфы едва заметную дрожь в коленях, на которые Эклз и опирался.       Двигался Дженсен быстро, грубо и рвано, не жалея рта своего. Челюсть затекла, а неудобная поза отдавалась острыми выстрелами в спине, но все это меркло на фоне солоноватого вкуса Джареда на языке, его неудачно сдерживаемых стонов и очаровательного запаха, который заполонил не то, что всю кабинку, так весь туалет точно. Короче говоря, не подрочить в такой ситуации невозможно, потому свободная от члена Падалеки рука быстро проникла за пояс льняных штанов.       Ласкать себя в кабинке туалета и одновременно с этим удовлетворять своего мега-сексуального альфу ртом — занятие, конечно, невероятно увлекательное, но весьма кратковременное. Адреналин бушевал в крови похлеще любого вихря, возбуждение давно достигло предела сразу у обоих. Проворный язык Дженсена широко прошелся по всей длине пару раз, прежде чем его руки сделали парочку простых движений на собственном члене и члене Джареда. Развязка пришла ожидаемо быстро и практически одновременно.       Оглушенный собственным оргазмом Эклз еле успел накрыть губами головку Падалеки, иначе бы горячая сперма испачкала не только его джинсы. Вязкая жидкость приятно брызнула в самое горло.       Джаред приходил в себя, тяжело дыша и не двигаясь, пока Дженсен очищал его член языком, да и в целом, приводя своего любовника в более-менее сносный вид. Заботливо натягивал джинсы, застегивал ширинку, заправлял майку, вел себя, как нянечка, если конечно нянечки отсасывают своим подопечным.       — Блять, Эклз, это было очень… горячо, — прохрипел Джаред, все еще сидевший на жопе ровно.       Дженсен хмыкнул, ведь он в своих талантах не сомневался.       — Нам повезло, что никто не зашел, — омега уже стоял напротив раковины и мыл свои руки, счищая следы своей недавней дрочки. Она ему, кстати, не особо помогла справится с сексуальным напряжением. Дженсен все еще был не удовлетворен, — А то ты вонял на весь ресторан, наверное.       — Эй, — ленивый после хорошего минета Падалеки все-таки соизволил подняться с толчка. Дженсен видел в зеркале, как этот придурок подходит к нему сзади, — Мы же еще не закончили?       — Ты полный придурок, если подумал, что я обойдусь простой дрочкой, Падалеки, — заворчал Дженсен и пихнул в лицо альфы бумажное полотенце для рук, — Пошли давай в номер скорее.

***

      С утра, точнее уже днем, они проснулись от стука в номер. Посыпаться категорически не хотелось, но встать кому-то из них придется. Сжалившись над омегой, чей зад этой ночью пострадал больше всех, Джаред тяжело поднялся с теплой кровати и пошел к двери, не забыв схватит халат со стула, а то бы вышел в коридор в чем мать родила.       — Уборка номера, — вежливо сообщила женщина за дверью, на что Джаред только с какой-то злостью повесил табличку «не беспокоить» и громко хлопнул. Из-за чего, в следствие, пожалел.       — По голове себе постучи, ублюдок! — зарычал Дженсен из вороха одеял.       И тогда Джаред понял, что никто из них уже не уснет.       — Не ругайся, милая, я всего лишь выпроводил любовницу, — издевался альфа, плюхаясь на кровать к любовнику.       — Я тебе придушу нахуй, — ворчал мужчина, выпутываясь из белоснежных тканей, — И твою любовницу тебе в рот засуну.       Джаред мягко засмеялся. Боже, как же он любил такого Эклза. Сонного, ворчливого и растрепанного после веселой ночки. Хотя, он врет. Джаред любил любого Эклза. По утрам, по вечерам, на работе в понедельник, дома в долгожданное воскресенье, любил его за рулем, за работой и когда они вместе смотрят дурацкую комедию по телеку. Когда злится, веселится, грустит, когда спит или орет на него, за очередную разбитую кружку. По-особенному любит, когда они удовлетворяют друг друга в постели, немного меньше любит, когда он начинает дико сучить, и невероятно сильно, до боли, любит, когда Эклз смотрит на него с ответной любовью.       Конечно, Дженсен никогда вслух не скажет о своих чувствах. Ой, ну это же Дженсен Эклз, тут удивляться нечему. Такой уж был у Джареда омега, но он все равно безумно любил его.       — Я люблю тебя, — выдал Джаред, смотря на то, как такой нелепый сейчас Дженс ворочается среди одеял, одно из которых он отжал у альфы пинком в ребра.       Дженсен удивленно замер. А Джаред уже успел начать волноваться из-за такой реакции. Неужели эти слова испугали Эклза? Он ведь так прямо никогда еще ему этого не говорил. Джаред отвел взгляд. Блять, хоть бы он ничего не испортил.       Спустя время, долгое время, бесконечное, как показалось Джареду, Дженсен подал признаки жизни. Он слабо улыбнулся, а затем и вовсе несильно ударил его кулаком в плечо. Пока Падалеки удивленно хлопал ресницами, Эклз поднял на него свои бездонные зеленые глаза, сейчас излучающие такую безумную любовь, что… просто слов не подобрать. Да они и не нужны были сейчас, Джаред привык обходиться без лишнего трепа рядом с Дженсеном. Понять его ответ не составило особо труда.       Падалеки улыбнулся, принимая эту любовь, пусть так и не сказанную вслух.       — Люблю тебя, — повторил он и порывисто обнял Дженсена через слои одеял. Тот недовольно фыркнул, уткнулся ему в голое плечо и прошептал:       — Я знаю, придурок.