Подарок для Ханако-куна

— Что, — Ханако заступорился, улыбка сошла с его лица, грудь будто налилась свинцом от испытываемых ощущений. — Что ты такое говоришь? Яко скоро придет и вытащит тебя оттуда! Ты не должна так поступать. — Бесполезно. По ту сторону снова начались помехи, это конец их связи. Рядом с Аманэ-куном появился старик Како, в руках его были часы. — Я использовал много сил, чтобы вернуться сюда. Это была ловушка, которую мы не предусмотрели. — Скажи, — Аманэ опустил голову так, что челка полностью закрыла его глаза. Улыбка исчезла с этого детского милого лица, — я ведь не могу попасть в прошлое или то измерение, что принадлежало тогда Хроносу? — Не можешь. — Я могу надеяться только на Яко. — Вероятно, если ей удастся выбраться из места, в которое её заманили. — Зачем ты это сделал, зачем вы заманили её туда, ответь мне, старик? Чего вам было от неё нужно? Неужели вам так хотелось сделать мне больно?! Ясиро сидела перед большим трильяжем. В её волосы вплетала красивые белоснежные розы женщина с рыбьей головой. Одета она была в простое платье, похожее на костюмы горничных или служанок, какие были когда-то давным-давно и в мире Нэнэ. Комната была до невозможности просторной. Казалось, у этого места нет души, только внешняя красота: все эти резные позолоченные ножки столов и стульев, резное изголовье кровати так же позолоченное, тяжелые белоснежные шторы с золотистой бахромой, огромные окна. Настоящая золотая клетка для драгоценной птички или принцессы. Вспомнились слова Цучигомори: » Ты родилась в простой семье, у тебя нет высокого статуса, а это хорошая возможность» — когда-то давно он так сказал, когда Ясиро получила предложение стать принцессой-русалкой. Редьконожка остановила руку женщины, вплетавшую очередной цветок. — Я…не хочу этого. — Нэнэ встала и, выдрав силой цветы из волос, вышла растрепанная прочь из комнаты. Но куда она могла тут спрятаться? Как она могла бы сбежать? Найдя кладовую на нижнем этаже особняка, Ясиро села и уткнулась спиной в стену, обхватив свои колени руками, прижимая и подминая большое белоснежное платье. » Мне и вправду очень хочется вернуть Аманэ к жизни. Но если я это сделаю, я больше его никогда не увижу, мы не сможем быть вместе». — Для чего я это делаю? — Мне вот тоже это неясно! — Сказала лисичка, стоявшая рядом, и тут же больно укусила Нэнэ за руку. — Лучше бы мы тебя вообще никуда не пускали. Теперь тебя надо вернуть назад! — Проговорила кусачка сквозь зубы. Ясиро отчаянно трясла рукой, пытаясь сбросить Яко, но ничего не выходило. — Нееет! Я не смогу вернуться назад! Я должна вернуть к жизни Аманэ-куна! — Ты собираешься выйти замуж за 60тилетнего старика? Нэнэ остановилась. Лицо ее сделалось глупеньким. Только сейчас она поняла, что совсем не подумала об этом. Глупышка. Глупая редька. Если Аманэ останется жив, то ни в коем случае не будет того же возраста, того же вида, что в настоящей реальности. Почему это совсем не пришло в ее редьковую голову? — Почему ты мне раньше не сказала? — Како запретил. Сказал, что хочет тебя наказать. Я ждала, что ты поймешь сама. Но ты слишком редькоголовая для этого, да? — Яко выпустила из своей мертвой хватки руку Нэнэ. Ушки лисички дрогнули, прислушиваясь к обстановке вокруг. — Сиди тихо. Тебя ищут. Вторая тайна закрыла двери в кладовую снаружи и присела на небольшой пьедестал, притворяясь статуей. Мимо пробежало несколько служанок с головами рыб, за ними по лестнице бегали и мужчины с нижней частью рыб. С лестницы спускался, одетый в дорогой бархатный, с золотыми вставками, костюм белого цвета, карп. Его окраска была белой с рыжими и алыми пятнышками, очень утонченно сочетающимися с фраком — одна единственная часть его костюма. Плавники рыбы были белыми и выглядели как прозрачные брюки или ноги — понимайте, как хотите. — Почему ты не проследила за ней, Фореллин? — Голос его был надменный и высокий, капризный и противный. Карп обращался к служанке, что несколько минут назад вплетала в волосы Ясиро розы. — Г…господин, я… думала, что девушке надо побыть одной. Все таки замужество…это сложный этап в жизни принцесс. — Служанка грустно глядела в пол. — Понятно. Отправьте её в подвал. Пусть посидит там и одумается. — Дворецкие-рыбы тотчас подхватили служанку под плавники и отчеканив «Есть, ваша светлость», удалились в другой конец коридора, ведя с собой плачущую женщину-рыбу. Ладони Ясиро запотели от испуга и переживаний. Ей казалось, что вот-вот этот противный карп услышит её дыхание за дверью, откроет кладовую и обнаружит там свою потерю. — Кстати, какая красивая статуя. — Сказал карп, обращаясь к лакею, — не помню, чтобы я покупал её. Может, отец Хронос прислал. Очень правдоподобно. — Послышались удаляющиеся шорохи одежды — рыбы явно уплыли прочь. Глухой удар об ковер — Яко спрыгнула с пьедестала — в дверь кладовки скреблась маленькая лапка, тихонько отворяя. — Выходи. Сейчас же нам нужно найти здесь самые старинные часы — только через них ты сама собой окажешься в нужном времени. — Лицо лисички было не внушающим спокойствия. Она явно нервничала. — Если поймают, тебя выдадут замуж без исполнения желания, а меня отдадут на растерзание Инари за побег. Ты здесь уже ориентируешься? — Совсем нет, но рядом с моей комнатой была еще одна, куда дверь была закрыта. Там каждый час громко били часы. Может, это те самые, которые считаются старинными? — Мы должны проверить. Ханако-кун сидел в воздухе, поставив локти на колени, пальцы его зарылись в волосы, он был мрачнее самого страшного выражения лица собравшихся вместе Мокке. Фуражка лежала на полу. Делать было решительно нечего — помочь Ясиро ничем он не мог, чувства внутри него казались реальными и такими, будто сейчас он обретет плоть и кровь. В голове роилась тысяча воспоминаний о проведенном вместе с Нэнэ времени — он не хотел ничего забыть, хотел помнить каждую деталь, а теперь, вспоминая, осознал, насколько сильно привязался к редьконожке, к этой милой девочке Ясиро Нэнэ. «Только бы Яко успела, только бы Яко успела. Я не хочу жить такой ценой. Мне не нужна жизнь такой ценой. Только бы Яко успела»  — вертелось в мыслях Седьмого. Первая тайна около часа назад попросил Ханако покинуть их измерение из-за ссоры, и сейчас Благородный плавал по воздуху в своем туалете, переживая все эти чувства один. Школьные часы отбивали двенадцать ночи, заставив Аманэ вспомнить, что возможность вернуться у того, кто попал в прошлое, есть в течение 12 часов. Столько нюансов, столько предостережений ради того, чтобы вернуть его в тело старика, прожившего не самую лучшую жизнь, лишившегося воспоминаний. Зачем Первой тайне вообще понадобилось так обманывать Нэнэ? Месть Аканэ? Он явно недолюбливал Благородного Седьмого. Но это было глупо. Проучить редьконожку? Но разве имело смысл делать все эти вещи до самого конца, можно же было просто пошутить. Юги остановился напротив зеркала в туалете. Убрав руки от головы, призрак медленно выпрямился, разглядывая пустоту, отражающуюся напротив. Часы сдали последний бой. «Вот и все, она не вернется?»