Лили Эванс и Принц-Полукровка

Северус почти что вприпрыжку спускался по лестнице, а затем поднимался по ступеням башни не чувствуя тяжести подъёма. Испытывая сильнейшее желание ущипнуть себя чтобы поверить – все это не было сном. Ему хотелось лишь чтобы звонок скорее прозвенел. Тогда он снова сможет увидеть её, прикоснуться к ней… Снова поцеловать её. От одной этой невероятной мысли захватывало дух. Поцеловать Лили Эванс. Лили… Северус тихо прощептал её имя. Здесь, в башне с часами, не на самом верху, а у второго лестничного марша ветер холодил пылающие щеки. Час проведенный в башне был полон сомнений и мечтаний, кидающих его от бесконечного счастья в котором хотелось растворится, до пожирающего отчаяния. Черным ужом где-то глубоко в груди извивалась мысль - для неё это игра. Когда ты ей надоешь она тебя бросит. Он гнал эту мысль от себя, он знал что это глупость - Лили не стала бы с ним играть, не стала бы водить его за нос - но что если действительно он надоест ей? Что если ей понравится кто то другой? Кто-то кто будет лучше его? И она скажет "прости" и уйдет, а он ничего не сможет поделать, и все будет бесполезно. Что тогда? Как он сможет когда нибудь разлюбить её, забыть все что было? Проглядывать воспоминания отстраненно как заспиртованных жаб? Никогда. Северус искал и не находил способа привязать её к себе навсегда. В то же время в его мыслях проносились картинки одна слаще другой, как он будет держать её за руку, как поцелует в уголок смеющихся губ, как она сидя у него на коленях будет читать книжку… или это уже слишком? А что если оттого как она близко... Черт… нет с этим лучше подождать… а сколько? На месте решительно не сиделось, Северус вскочил и принялся шагать из стороны в сторону, вторя движению тяжёлого маятника над головой. Его почти трясло от волнения и нетерпения. Он достал сигарету, чтобы перестать нервничать, но не закурил пораженный внезапной мыслью о том что едва ли Лили захочет поцеловать пепельницу. Пряча пачку в карман он нащупал линзу, и достал её чтобы взглянуть. Сердце сжалось от нехорошего предчувствия - Лили это не понравится, совсем не понравится. Она как пить дать прибъет его, если узнает, что он крадёт и читает профессорские письма. Стоит ли оно того теперь, когда ставки выросли, когда между ними что то большее, и они вместе... Но Люциус готов платить. Где ему ещё взять денег на свидания? Но захочет ли Люциус платить ему если узнает что он встречается с грязнокровкой? Впрочем это ведь… Люциус. Совесть резонно возразила, что "уж такой умник как ты, Сев, найдет где подзаработать" В крайнем случае можно вернуться к "продаже" домашек. Но не придётся ли ему тогда реже видется с Лили? С другой стороны - даже если Люциусу всё равно, то Луи, да и Эван, не упустят шанса вменить ему то что он закрутил с маглорожденной, что выходит не так уж он и хочет быть с ними, и этого тоже нельзя допустить. На лестнице послышались торопливые легкие шаги, и он торопливо сунув линзу в карман обернулся, с колотящимся сердцем. Что если она скажет, что передумала, что если он просто не так её понял? Лили мгновенно улыбнулась, едва увидев его. Кашлянув, стараясь чтобы голос звучал взрослее он сказал. – При... Привет. Э... Чем займемся? – Ну ты... Мог бы обнять меня. - неловко пожала плечами Лили - И поцеловать. Если ты конечно хочешь! – Тогда... - он неуклюже, как деревянная игрушка изображающая квидичного вратаря, расставил руки и Лили подбежала к нему как комета с огненым хвостом, обняв за талию. Неловко прижав её к себе он вдохнул аромат её волос, учуял легкий сладковатый запах пудры. Все это было так странно, ни на что не похоже, но так счастливо. Словно то, что грызло его изнутри все это время - может с тех пор как он увидел яркий отсвет от её рыжих волос, а может с тех пор как у него впервые появилось желание к ней прикоснуться, абсолютно необъяснимое, бессмысленное... Теперь это подтачивающее его изнутри чудовище довольно мурчало, согревая его сердце, прося прижать Лили к себе ещё чуть крепче, уткнувшись носом в её густые волосы, цвета шуршащей где-то неподалёку осенней листвы. – Сев... - шепот Лили, совсем тихий, слышится рядом с его ухом, и он мгновение смотрит на неё, а затем она привстает на носочки, приоткрыв губы, и Северус впервые не противится желанию прильнуть к её губам. Таким розовым, таким нежным и чуть влажным. Таким сладким. Мысль, о том что он не умеет целоваться, мелькает ослепительной молнией тревоги, но тут же исчезает, когда её губы приоткрываются, и он вдохнув поглубже, крепче прижимается к ним. Он слегка приоткрывает глаза, хотя даже не помнит как закрыл их и видит прямо перед собой слегка подрагивающие веки в веснушках, и темные ресницы,скрывающие зелень глаз. Ещё на мгновение он прижимается к ней ещё более жадно, а в следующий миг понимает, что стон прозвучавший только что - его собственный, и смущенно отстраняется, вытирая губы. Наверное он и так слишком сильно присосался, что твоя пиявка. А если ей не понравилось? Лили приоткрыла глаза и улыбнулась, от её улыбки сердце сладко екнуло. – Прости. Я не думала что это будет так приятно. – Тебе... Я ведь совсем не умею. – И я не умею. Но по моему это не ядерная физика, такой умник как ты в два счета разберется. - она улыбнулась уголками губ. На них все ещё слегка чувствовался вкус апельсинов и мятной тянучки. – Н... Надеюсь - шепнул он совсем тихо, губы к губам, и снова целовал её, осторожно гладя рукой по спине, пока (слишком быстро!) не закружилась голова. Лили на миг прижала его к себе крепко крепко, и положила голову ему на плечо. Он вновь зарылся лицом в её волосы, губы слегка коснулись мочки её уха. – Я люблю тебя. - выдохнул он тихо, неожиданно даже для самого себя. "а я тебя" шепнула Лили в ответ, и он едва мог поверить что не ослышался, что это не сон и не фантазия. Она. Его. Любит. Эта мысль целиком не помещалась в голове, и ему придётся к ней привыкнуть. Она была такой огромной, такой счастливой, что думать о том, что всё это по настоящему было почти больно. Но так приятно. Он готов был вечно стоять обняв её, здесь, в часовой башне, под шелест листвы, прижав Лили к сердцу, которое сладко щемило от нежности. Гладя её волосы, чувствуя тепло её тела в своих руках, её дыхание на своей шее, её нежные пальцы гладящие его по спине сквозь мантию. Дыша ею и пьянея, не в силах надышаться. – Это так странно. - шепнула Лили - я совсем не знаю что дальше делать. – Мы... Как нибудь разберемся. Он ещё немного постоял и задал вопрос волновавший его но всё никак не складывающийся в слова. – А ты... Давно ты?.. – Сама не знаю. Я решила признаться тебе неделю назад. А как давно я что-то чувствую... Я не знаю. Это... Я никогда об этом не думала. Быть рядом, это было как... дышать. Ты не замечаешь этого, пока не лишишься. Мне было так страшно потерять тебя раньше чем я скажу тебе что люблю. Он выдохнул. Сомнения сжимавщие его сердце в клещах развеялись как дым над котлом. – Я... Никогда тебя не оставлю. Лили легонько чмокнула его в щеку. – Тогда я этого не знала. Я думала вдруг ты... Стыдишься нашей дружбы. – Я никогда не... – Ну... Вдруг твоим приятелям это не понравится. Вдруг ты будешь стыдится меня. Вдруг тебя волнует, что скажут остальные... – К черту их. Это... Только нас касается. Я этих чертил... - он хотел было сказать "на хую вертел", но прикусил язык, Лили едва ли понравится как он сквернословит, особенно сейчас. – Ты не боишься? Он подумал над ответом – Боюсь, но не того что они скажут. Скорее заговора на понос и непонятно куда исчезающих вещей. - тут он лукавил. Неприятности, которые грозили ему если он пошлёт одноклассников соснуть большого и толстого были куда серьёзнее и травмоопаснее. И если бы только для него... Он вздохнул. – Так ты всё таки боишься. Ты... – Ничего я не боюсь. - раздраженно отозвался он - просто... Это всё мерзко. Эти сплетни и хихиканье. Не хочу чтобы твоё имя полоскали всякие курицы вроде Хельги и Хильды. Или чтобы твой игрушечный ковин за спиной злословил о тебе. – Ты же сам сказал тебе плевать. Что это касается только меня и тебя. – Не хочу слушать как тебя полощут из-за того что ты со мной, как все гадают не опоил ли я тебя амортенцией и делают ставки через сколько до тебя дойдет что я вонючий козел. Можно подумать тебе приятно это слушать. – Не думала что ты такой нежный. – Я не собираюсь слушать как тебя оскорбляют. И твой вольный ковин тоже не обрадуется. – Неправда! – Подумай, и повтори это ещё раз если уверена. Лил отстранилась и фыркнула сложив руки на груди. Вздохнула отводя взгляд. – Всё равно мне это не нравится. - произнесла Лили облокачиваясь на парапет и глядя вдаль - Почему я должна оправдываться за то, что люблю кого-то. – Потому что мир дерьмо на палке. – Это тупо. – Это лучше чем терпеть то дерьмо, которое на нас польется. От моих соседей... От Поттера и его приятелей, я ведь знаю они этого так не оставят. – Да уж. Но я все равно скажу девочкам. – А ты уверена, что они станут об этом молчать? - иронически спросил он – Они мои подруги. – Они меня ненавидят. – Потому что ты... – Разве важно почему? Чапман и МакДональд меня ненавидят и сделают все чтобы вбить между нами клин. – Они так не поступят. - резко сказала Лили – Ты уверена? Лили тяжело вздохнула. Он продолжил. – Достаточно одного слова. Ты не знаешь как это когда тебя все ненавидят. – Да неужели? Я маглорожденная если ты не забыл. – Кучка мудил со слизрина это ещё не все. – Мне все равно. – Тебе может и плевать но я не хочу смотреть как тебя зовут невестой Нюниуса. Лили сердито прикрыла глаза. – Ладно. Если тебе это так важно. – Я просто хочу чтобы нам было хорошо вместе. Это... Это ведь не навсегда. Через полтора года школа кончится и мы сможем делать все что захотим. – Знаешь, мне сейчас очень хочется кое что сделать. – И что же? Глаза лили хищно блестнули: – Защекотать тебя до смерти за то что ты такой вреднючий! Северус едва успел увернуться прежде чем его бока были вероломно атакованы нежными пальчиками. После нескольких небезуспешных попыток он поймал лили за руки и прижал к балюстраде переплетя пальцы. Они смеялись, а когда встретились взглядами он поцеловал её в смеющиеся губы.