Наследие

Интуиция бесновалась, словно маленький колокольчик звенел где-то в глотке. Реборн не имел привычки нервничать из-за работы, но вот уже полчаса не мог заставить себя выйти из кафе: сердце сбивалось с ритма, стоило киллеру только подумать о дальнейших планах на вечер. Америка вообще встретила его крайне негостеприимно. Начиная с того, что ему в первые полчаса пришлось помогать Морриган-сто-несчастий-Гильяно, и заканчивая тем, что заказчик его нынешнего дела так и не объявился. Выяснить, кто такой Рейнард Манчини, было делом пары минут, но Реборн не собирался браться за дело, пока не узнает личность того, кто должен ему заплатить. И имя посредника его совершенно не устраивало. Никто в этом чертовом мире не имел права договариваться с одним из аркобалено вот так. Кроме тех, с кем Реборн сам не желал общаться лично. Загнав противный звон интуиции подальше на границы сознания, киллер все-таки поднялся из-за стола, направляясь к выходу из кафе. В этой стране просто не могло существовать человека, опасного для лучшего киллера своего поколения. Рядом с ухом просвистела пуля. Что ж, зато здесь явно существовали те, кому давно стоило преподать урок. Реборн развернулся, вскидывая пистолет, но через секунду опустил оружие обратно, раздраженно вздохнув. — Я думал, Америка только меня встретила так неприятно, — раздражающе дружелюбный китаец в национальном одеянии поудобнее перехватил предположительно бессознательного убийцу-неудачника, лежащего на плече. — Фонг, — киллер не смог сдержать разочарования, — как я не рад встрече. Мужчина рассмеялся, мягко и почти неслышно, и кивнул в сторону ближайшей подворотни. — Предлагаю выяснить, чего хотел этот молодой человек, — на лице одного из глав Триады застыла улыбка, но глаза оставались равнодушно-спокойными. Реборн покачал головой, мысленно поблагодарив всех богов (ни в одного из которых он не верил), что с этим человеком ему не приходилось часто пересекаться. Подворотня встретила их затхлым воздухом и стуком крысиных когтей об асфальт. Каким бы красивым, чистым и ухоженным ни был город, в нем всегда можно было отыскать один-другой закуток для незаконной деятельности. И еще парочку таких же, только немного чище, чтобы перевязать совсем уж страшные раны (отлеживаться в канавах киллеру надоело на втором году работы). — Какими судьбами в Бостоне? — Фонг, устроив их незваного гостя в ближайшем углу, решил поговорить. — Работа, — Реборн пожал плечами, — ты? — Тоже, — разговор не клеился, но прославленного мастера боевых искусств это никогда особо не волновало, — слышал, у тебя появился ученик. — Редкостная бездарность, — киллер раздраженно отмахнулся, — не хочу сейчас о нем говорить. У меня отпуск. Помолчали. В тот момент, когда тишина стала уж совсем неуютной, Реборн все-таки решил ее прервать. — Ты здесь один? Фонг неопределенно покачал головой. — Юни здесь. И ходят слухи, что Колонелло с Лар тоже где-то в Штатах, — взгляд китайца стал острее, — но это тебе лучше спросить у своего друга. Киллер с трудом подавил желание тяжело вздохнуть: глава Триады, наставник для десятка будущих киллеров, Фонг не одобрял отношения Реборна к жизни. Ему было бы гораздо понятнее, если бы аркобалено служил Вонголе, а не «дружил» с ней. Но киллер слишком ценил свою свободу. Да и тот факт, что китаец тоже входил в семерку сильнейших, не давал тому права учить Реборна жизни. Эта эксклюзивная возможность была только у Девятого (да и то без согласия самого аркобалено). Отношения с коллегами у киллера вообще были натянутые: он начинал работать ещё при Арии, матери малышки Юни и единственном представителе Радуги, которого он уважал, и не собирался даже пытаться поладить с остальными аркобалено. Не заслужили. Да и не принято у них было сближаться: слишком опасная работа, слишком велик шанс, что задания пересекутся. Хотя, стоит заметить, что друг с другом они не воевали. Недоразумение, по ошибке ставшее наемным убийцей, тихо застонало, приходя в себя. — Как вы себя чувствуете? — Фонг был безмятежен, как Тихий океан в штиль, и столь же опасен. — Кха, — мужчина закалялся, сплевывая кровь: китаец явно не церемонился с противником, — могло быть и лучше. Реборн рассмеялся, опускаясь на корточки перед пленником. — А ты смелый, — задумчиво протянул он, — или просто не знаешь, с кем связался? Испуг, мелькнувший в серых глазах наёмника, показал, что тот прекрасно все знает и понимает. — Кто вам заплатил, молодой человек? — Фонг, как всегда, был вежлив и деликатен. Реборн бы поверил, если бы не видел однажды, на что похожи враги этого китайца: опознать людей в тех истерзанных телах не смог бы даже профессионал. — Я. Я ничего не скажу! — пленник вскинул голову, хрябрясь, и вдруг оказался практически мальчишкой: аркобалено не дал бы ему больше двадцати. — Мальчик, не стоит нас бояться, — вопреки словам Фонга, наёмник вжался спиной в стену, испуганно таращась куда-то в пустоту. — Да что ты с ним возишься? — Реборн никогда не отличался терпением, да и тратить весь вечер на этого неудачника не желал, — будто забыл, как заставить человека говорить. Мальчишка задушенно пискнул и попытался отползти, но в миллиметре от его уха в стену вонзилась пуля. Киллер усмехнулся и убрал пистолет обратно в кобуру. — Не советую дёргаться, — обманчиво ласковый тон заставил наёмника лишь сильнее вжаться в стену. Фонг плавно опустился на колени, проникновенно глядя пленнику в глаза. — Просто назови нам имя, — сильная рука с оплетенным лентами запястьем потрепал мальчишку по волосам, — ты же понимаешь, что не сможешь что-то от нас скрыть. Реборн, теряющий последние крупицы терпения, прижал дуло пистолета ко лбу пленника, заслужив осуждающий взгляд китайца. — Лучше бы тебе начать рассказывать. Но наемник молчал. Киллер уже было собирался что-нибудь прострелить несговорчивому мальчишке, когда почувствовал, как тонкие руки обхватывают за пояс. — Не надо, дядя Реборн! — ему не обязательно было слышать голос, чтобы понять, кто стоит у него за спиной. Юни Джинглио Неро была единственным человеком, способным подойти к киллеру со спины незамеченной: тихий шаг и дар провидца — аркобалено не знал, что из этого играло решающую роль. — Что ты здесь делаешь? — Фонг впервые за вечер проявил эмоции: невооруженным глазом было видно, что он волновался за Юни, — разве Гамма не должен был присматривать за тобой? Реборн тихо хмыкнул: о полной неспособности Электрического противостоять обаянию маленькой провидицы знал каждый, кто хоть раз пересекался с их семьей. — Я увидела, что мне необходимо быть здесь, — Джинглио Неро тепло улыбнулась и все-таки отошла от киллера, — разве этот мальчик заслужил смерть? Наемник, почувствовав, что мучители прислушиваются к словам маленькой и доброй девочки, немого расслабился. Очень зря. Юни была милой и чистой. Плюшевый зайчик. Невинный ангел, у которого ножей за пазухой больше, чем в оружейной Вонголы. Дочь и внучка мафиози, унаследовавшая в свои десять управление семьей, лишь немного уступающей Королевской, она была из тех, на чьем примере демонстрируют детскую безжалостность. Джинглио Неро испокон веков управлялась провидцами, жестокими в своем фаталистичном отношении к жизни, и малышка Юни мало в чем отличалась от своих предков. — Тебе не надо меня бояться, — тонкая детская ручка опустилась наемнику на плечо, — они больше не обидят тебя. Мальчишка немного прикрыл глаза, поддаваясь влиянию маленькой провидицы: девочка слишком хорошо умела пользоваться слабостями других. — Скажи нам, кто отправил тебя на верную смерть, — Юни проследила контур лица пленника пальцами; в широком рукаве традиционного одеяния блеснуло лезвие, — я обещаю, что никто не узнает. — Солоццо, — мальчишка весь сжался, будто ожидая, что кара за предательство немедленно обрушится на него с неба, — он был тем, кто дал мне задание. — Знакомая фамилия, — задумчиво протянул Реборн, кратко переглянувшись с Фонгом, — ты можешь что-то еще сказать? — Он не может, — Юни не перебила, но говорить начала в то же мгновение, что замолчал аркобалено, — вы же узнали то, что хотели, дядя Реборн? Киллер кивнул, отходя на шаг назад: Джинглио Неро смотрела гораздо дальше и глубже, чем он когда-нибудь сможет, так что спорить с ней не стоило. — Ты же больше не будешь подвергать себя опасности? — в темно-синих глазах мелькнуло что-то страшное, огромное как целый мир и такое же древнее. Мальчишка судорожно кивнул, явно находясь на грани обморока. — Давайте оставим его здесь, — Юни светло улыбнулась, вновь становясь безобидным ребенком, — я хочу мороженого. Фонг бросил на Реборна предупреждающий взгляд, предостерегая от идея пойти с ними, и мягко подтолкнул девочку в сторону выхода из тупика. Киллер усмехнулся, но свое общество навязывать не стал: они и так провели времени вместе больше, чем за последние пять лет. Посмотрев напоследок на разбитого и немного поплывшего мальчишку (Юни в силу возраста еще не умела контролировать силу своего влияния), аркобалено направился к отелю. Ситуацию стоило обдумать. Солоццо. Фамилия царапала что-то на границе сознания, но вспомнить, где киллер слышал ее, все никак не получалось. Однако выяснить, кто это такой, все же стоило: если ему хватило смелости (наглости), чтобы нанять убийцу для одного из аркобалено… Что ж, Реборн всегда любил объяснять идиотам устройство мира и их положение в нем. Правда идиотам эти объяснения обычно не очень нравились.