"Просто побудь со мной"

Ночь. Снова крики. Снова звуки битого стекла. И всё это снова из-за меня.

      Парень положил ручку и закрыл свой блокнот. Как бы сильно Котаро не хотел, ссоры родителей он не мог остановить.       Каждый раз, каждый чёртов раз ссоры между ними не прекращались. Будь он чуть лучше, тогда бы такого не было бы.       Его родители на грани развода. Как бы он не пытался стать идеальным сыном, это для него было невозможно. Знать бы ещё какой это — идеальный.

Утро.

      В комнату к парню врывается мать с криками: — Ах ты, выродок! Я столько в тебя вложила, а ты?! — замахнувшись полотенцем, прокричала мать. — Что не так, я не понимаю, — испуганно ответил Бокуто. — Да как ты смеешь спрашивать?! — она была в ярости и, казалось, ещё чуть-чуть, и у неё пойдёт пеня изо рта, — Из-за тебя пострадал парень! А сегодня мне ещё и письмо из школы пришло! — она вытащила из кармана конверт. — Ч-что? Какой парень? Какое письмо? — Бокуто ещё больше вжался в стену от страха. — Вот, полюбуйся! — махая бумагой перед лицом сына, бросила женщина.       Бросив письмо, она со злостью объявила: — Читай вслух! Чтобы я слышала! Котаро начал читать:

Мисс Бокуто, вынуждены сообщить вам, что ваш сын отстраняется от учёбы по ряду этих причин: избиение ученика, курение за школой и неподобающее поведение на уроках. Надеюсь, вы поговорите с сыном, и он перестанет выбиваться из нашего коллектива. Ждём его на итоговом экзамене в конце этой недели.

— Ч-что? Но я никого не избивал! — с изумлением в глазах проговорил Бокуто. — Правда? Может ты тогда не курил или не пил, а, может, и не матерился?! А?!Отвечай! — Да! Я признаю, что курил и неправильно вёл себя в школе! Но я никого не избивал! — он пытался убедить мать в правдивости своих слов, но, к сожалению, она его не слушала. — Знаешь что? Мне это всё до чёртиков надоело! Как только ты напишешь экзамены, ты уедешь куда подальше! Поверь, я знаю куда тебя отправить! — разъяренная мать вышла из комнаты, попутно набирая чей-то номер.       Бокуто только и оставалось, что сидеть и ждать, когда мать успокоится. Через минут десять она вернулась в комнату и снова начала разговор: — Котаро, я уже устала от твоих выходок, — она тяжело вздохнула, — Я устала от всего, что связано с тобой, поэтому ты отправишься к бабушке с дедушкой, в префектуру Яманаси. Там ты поступишь в старшую школу и заодно присмотришь за ними, — выговорив это, женщина бросила на парня нетерпеливый взгляд, ожидая ответа. — Мама, я смогу заниматься волейболом? — единственное, о чём Бокуто беспокоился в этот момент. — Об этом я и хотела поговорить, — она выдержала паузу, — Я запрещаю тебе это делать. Я понимаю, что тебе это нравится, но ты должен знать, что за свои поступки надо отвечать, — сложив руки на груди, ответила мать. — Но это же дело моей жизни! Я не смогу без волейбола! — привстав, возразил Котаро. — Зато будешь знать, к чему приводит неподобающее поведение, — развернувшись, бросила она.       Весь день Котаро просидел в своей комнате, пребывая в подавленном состоянии. Было уже темно, когда он решился написать об этом своему другу.       Рассказав обо всём Тетцуро, Котаро немного пришёл в себя. — Бро, что бы не случилось, я с тобой, помни об этом, — это была последняя фраза, которую услышал Бокуто. — Спасибо, бро — в пустоту комнаты ответил он, еле сдерживая слёзы.

       Почему всегда так? Почему я приношу только боль и неудачи?

      Подойдя к открытому нараспашку окну и оперевшись на подоконник, Бокуто прокричал: — Мне нужна поддержка! Хоть кто-нибудь, услышь!       Каждый день для Бокуто был мукой. Утром мать наводила шум, находя всё новые и новые причины. Вечером отец избивал, всё повторяя: «Зачем ты вообще родился?»        Бокуто решил молчать. Он смирился.

День сдачи экзаменов

      Бокуто был ужасно напуган; все в школе ехидно смотрели, выжидали, когда же он уже разревётся, исподтишка подначивали. Но Котаро сильный. По крайней мере, он так решил. Кое-как завершив экзамен, он пытался спрятаться от изучающих, жалобных и насмехающихся взглядов. Все в школе знали, что он плохой, что ему нельзя доверять, ведь он избил парня. По школе стали быстро распространяться слухи, будто он деньги у младшеклассников отбирает и даже собственные родители отказались от него.       Теперь Котаро перестал быть собой, теперь Котаро стал посмешищем. Тем самым парнем, которого ненавидят, презирают и хотят поскорее забыть.       На остановке Бокуто остался совсем один, лишь сжал телефон в руке, будто так будет не так одиноко. Мать с отцом отказались его провожать, сказав, что не хотят больше его видеть.       Тогда парню было как никогда обидно. Обидно за всё: за то что на конце телефонной трубки голос его друга, а не родителей, за то, что даже сейчас он не ненавидит их.       Как только парень увидел приближающуюся машину, он покрепче перехватил сумку с вещами. — Ну что, совёнок, снова влез в неприятности? — с нежностью проговорил дедушка. — Дед, я же просил меня больше так не называть, — Бокуто легко улыбнулся, — А так то да, ты прав, — взглянув в окно, ответил он. — Не дуйся ты так на своих родителей. Им самим всё ещё предстоит понять, — поджав губы, сказал дедушка, — Знаешь, я думаю? Тебе не хватает горячей лапши! Вам в городе не до неё, все такие суетные. — Деда, ну вот ты снова говоришь о еде, - с показным раздражением ответил Бокуто. — Тебе нужно раслабится и обдумать всё что случилось, а лапша тебе в этом поможет. Да и кто му же, у нас накопилось много работы. Наверное от матери уже слышал, да? — глянув в сторону внука, спросил он. — Да, как ты угадал? — с явным не довольством сказал Котаро. — Ну-ну, тебе надо остыть, так что можешь поспать. Я тебя разбужу когда будем у лапшичной, — дедушка потрепал Бокуто по голове. Котаро подумал, что это и правда хорошая идея и через пару минут уснул.       Темнота. Она обволакивает с ног до головы, не даёт покоя. С мерзким вязким запахом, тошнотворным вкусом прилипает к телу. Котаро уже устал защищаться. Он больше не может. Сил нет даже для того, чтобы позвать на помощь. Как вдруг, что-то вырывает его из тьмы. Белый свет. Он тянет руки — Котаро, совушка, проснись. Мы уже подехали к твоей любимой лапшичной, — дедушка тряс Бокуто за плечи. — Д-да, дед хорошо. Я уже проснулся, — потирая глаза, ответил он.       Как только Бокуто вышел из машины, в нос ударил приятный аромат специй и бульона. Любимое место у окна оказалось свободно, и Котаро завалился на сиденье.       Теплая лапша. Вот чего так не хватало Бокуто всё это время. Задумавшись, он не с первого раза услышал, что его зовёт дед. — Котаро, надо поговорить, — он строго смерил внука взглядом, — Мне твоя мама рассказала, что ты куришь. Это правда? — Что именно? — наспех проглотив лапшу, спросил Бокуто. — Ты куришь или нет? Мне-то всё равно, но вот твоя бабушка явно этого не одобрит, — дед наклонился к тарелке. — Я пытался, — Бокуто глубоко вдохнул, — Хотел казатся крутым, но в итоге всё пошло наперекосяк. И теперь все думают, что я курю, — взяв побольше еды, ответил он. — То есть пытался. Хех, молодёжь, всегда творит какую-то глупость, — ухмыльнувшись, дед продолжил есть.       Доев и оплатив счёт, они направились дальше. Чем дольше они ехали, тем сильнее менялся пейзаж за окном. Дома мелькали всё реже: только деревья, деревья, деревья.       Зелёный заборчик по колено, такой родной, прямо за ним бабушкины грядки с какими-то травами, и тот маленький ручей, в котором когда-то Котаро пускал кораблики.       На входе в дом их встретила бабушка, приглашая за стол. Такие родные рассказы, приятный аромат и звонок, что испортил настроение сразу же, как только ему протянули телефон: — Котаро, мальчик мой, как ты доехал? — раздался приторно-сладкий голос матери — Хорошо, а как у вас там? — Бокуто сжал телефон в руке. — Да тоже, ха-ха, всё хорошо — ответила мать, давясь смехом. — Ладно, не буду мешать. У вас явно есть другие дела, — последнее что услышал Бокуто: «Подожди, ты не мешаешь». Отдав телефон бабушке, Котаро поспешил в свою комнату.       Первые несколько дней прошли как в тумане. Котаро помогал бабушке с дедушкой, и иногда переписывался с Тетсуро       В один день бабушка решила показать внуку местный храм. Поднимаясь по склонам и помогая бабушке, Котаро спросил: — Бабуль, а чем именно славится этот храм? — Говорят, в этом храме можно встретить духов. К тому же, это самый ближайший храм — пожав плечами, она передала Бокуто онигири, — Там и твои ровесники есть. — Бабуль, а зачем нам туда ходить? — набив рот едой, спросил Котаро. — Я, в основном, ношу туда рис да рыбу, что ловит твой дед, — улыбнулась бабушка. Бокуто вопросительно посмотрел на неё. — Хочу делать приятное этим людям.       Через некоторое время они оказались у большого храма. Бокуто огляделся по сторонам: — Бабуль, а тут вообще есть люди? — А как же, просто приходят сюда редко. Туристы, в основном, даже и не знают о его существовании, — бабушка сняла обувь на входе. Но внутри тоже никого не оказалось, и Бокуто снова не удержался: — Бабуль, ты точно уверена, что этот храм не заброшен? Тут просто нет даже каннуси*. — Сейчас он выйдет, мешки пока положи сюда, — она указала на место рядом с тумбочкой. — Здравствуйте, вы сегодня поздновато, — впереди вдруг показался очень спокойный юноша в чёрном, — Вижу, вы сегодня не одни. — Да, это мой внук — Котаро, вы примерно одного возраста, — бабуля похлопала Бокуто по спине, — Ясуши, думаю, в следующий раз к вам придёт только Котаро, — её лицо вдруг сделалось серьёзным, — Мои ноги что-то совсем ослабли. — Да, конечно.