Я исправлю тебя.

***

       Я рассказала ему о своем плане, который только что пришел ко мне в голову. — Очень рискованно, и я сомневаюсь, что с моими не придется поговорить раньше, дабы все пошло по плану… — Тогда, можно все же поговорить с ними заранее? — Ты же буквально пару минут назад говорила, что еще не готова… — Нуу… А что нам остается?..

***

       — Так, хорошо… Тогда план таков: Мы собираем собрание моей части Драконов, всех без исключений, и объявляем тебя новой руководительницей, пойдут слухи и вполне вероятно, что каким-то образом Амелия это прознает и тогда есть два варианта событий. Первый, Амелия сама нанесет нам визит, желая узнать правда ли это. Второй, мы сами устраиваем ей визит. — Да, как-то так, — Я задумалась, страшно осознавать какой это большой груз ответственности… — И когда ты готова будешь к тому, чтобы запустить план в действие? — Мне кажется, что чем быстрее тем лучше, так как нету времени на сомнения, — Я тяжело вздохнула. Он заметил то, как я поникла и приобнял меня. — Я догадываюсь, что это все не просто и разговоры об этом тебя терзают, но ты можешь на меня рассчитывать, я с тобой, я рядом, — Он посмотрел мне в глаза. — Спасибо, Давид, это многое значит для меня, — Я обняла его, прижавшись к нему, в надежде найти в нем укрытие от всех проблем этого мира.        В результате мы пришли к тому, что на этих выходных мы соберем собрание. Это будет уже хоть какое-то продвижение.

***

       Выходные… Давид забрал меня из дома, и мы поехали. Я очень волновалась, хотя и понимала, что это было бы неизбежно. Когда мы уже были на месте и были в помещении, которое отделяло нас от ждущих объявления Драконов, Давид позвал самых верных ему товарищей и оставив пару со мной, а других с собой, сказал пока подождать там, пока он все объявит и после я смогу зайти. В этом помещение было слышно все, что происходит на сцене и в зале. — Добрый вечер, господа и дамы, сегодня у меня для вас будет очень важное объявление, прошу всех слушать внимательно, — Голос Давида звучал достаточно серьезно и холодно. Послышались перешептывания. — Соблюдайте тишину пожалуйста, — Сказал он строго и когда все замолкли, он продолжил, — Благодарю. Итак. Волей Юлии и Кристиана Миднайта, царство им небесное, о которой стало известно недавно, по случаю того, что были найдены их указания, которые они хранили в секрете, и спрятали на случай того, что и произошло, а вернее, на случай распада «Чёрных Драконов» на две группировки, я объявляю о том, что освобождаю свой пост для того, чтобы его унаследовала их дочь. Все начали галдеть, кто-то говорил про Амелию, они, наверное, подумали о ней. — ТИШИНА В ЗАЛЕ, — Громко и ясно сказал он, — Их дочерью является не только Амелия. У Юлии была и вторая дочь, которую они хотели защитить от всего этого. Однако, в их же указаниях, было четко сказано, что в случае того, если она все же узнает о том, кем она является, она обязана занять место руководителя, и возглавить организацию, это решение не может ни кем оспариваться. Новой руководительницей организации станет Анна Миднайт, — Он подошел к двери и открыв ее позволил мне выйти, я встала посередине, а он встал со мной рядом. — Добрый вече… — Хотела я сказать, но меня перебили. — Что? Какая-то пизда будет править «Чёрными Драконами»? — Заговорил какой-то мужчина, встав, он яро возмущался, ощущалось, что он не один с такой точкой зрения. Давид махнул одному товарищу, что стоял сбоку сцены и тот выстрелил в возмущающегося, все сразу замолкли. — Я нечетко выразился? — Спокойным, но злым тоном сказал он, — Данное решение никто не имеет право оспаривать. Все замолчали.        Я не могла смотреть на того…уже мертвого человека. — Попрошу, — Я обратилась к мужчинам, что тогда были со мной, — Уберите труп. Они молча кивнули и пошли выполнять мое указание. Я подошла к кафедре, что была правее от меня, и, встав за ней, как когда там стоял Давид, я решилась произнести речь, которую готовила заранее. Зная порядки «Чёрных Драконов»... Они должны быть изменены, не все, но те, что осообенно жестокие... Я не могу с ними мириться. — Если все успокоятся, я буду рада рассказать вам о дальнейшей судьбе организации. В зале стало тихо, но думаю, они просто ужаснулись лица Давида, который старался меня поддерживать. — Отныне, будучи новой руководительницей «Чёрных Драконов» я обещаю вам, я изменю порядки нашей организации. Никто сегодня больше не умрет, если будет следовать новым правилам. И очень важное изменение, отныне, никто не умрет, если захочет покинуть организацию. Такое суровое наказание как смерть будет только в том случае, если кто-то попытается покусится на жизнь товарища, и не имеет значения, каков его ранг в иерархии. Предательства в нашей организации - быть не должно! Разумеется есть исключения для тех, кто стоит во главе и знает больше обстоятельств тех или иных дел. Так же покушение на жизнь кого-то, кто занимает высокие должности, будет расцениваться как предательство и по воли жертвы, в случае, если покушение было неудачным, тот, кто пошел по такому ужасному пути, может быть убит или помилован. Наказания за другое смягчаться, но не устранятся. Также будет увеличение заработной платы за качественное выполнение работы. И я собираюсь внести послабления для вашей реальной жизни, но о прочих изменениях вас проинформируют позже, — Я указала на одного мужчину с бумагами о изменениях, — К тому же, я назначаю на должность своей «правой руки» Давида Эдуардовича, а «левой рукой» Софию Шоун.

***

       Только я договорила, тут поднялся еще один мужчина, он был, наверное лет 40, — Вы что серьезно? — Он обратился к людям в зале, — Будете работать на эту малолетнюю бабу?! Вы уже забыли, что было, когда Амелия пыталась занять место руководителя, такую как она и ее сестра даже уважительно назвать в их бабском мире - «руководительницей», не считаю достойным. Так вот. Вы помните, к чему это привело?! Вы хотите, чтобы нами руководила баба?! Да и при чем такая мелкая. Девка, тебе то хоть 18 есть? — С насмешкой сказал этот мужлан. — Прошу проявить уважение к мисс Анне, — потребовал Давид. — Из всего уважения к вам, сэр, но я… служить ей?! Этому не бывать! — Выкрикнул он, и, тут же быстро достав пистолет, направил его на меня. — Что ты делаешь?! Остановить его! — Крикнул Давид, но он не успел. — Как жаль, кто-то невнимательно меня слушал, — Я тоже достала пистолет, который зарее взяла с собой для подстраховки, и нацелила на него в ответ, начались волнения, — Все еще уверен, что хочешь выстрелить? — Мелкая дрянь! — Его пальцы уже были готовы нажать на спуск, но я его опередила. — Я предупреждала. Покушение на жизнь отныне будет караться смертью, — Я посмотрела на парней, что тогда убрали первый труп, — Избавьте меня от этого жалкого зрелища.        Люди в зале приутихли, наверное стали понимать, что все же все серьезно, и меня придется слушать и уважать. — Отныне каждый, кто решит, что сексизм и эйджизм в мою сторону приемлем, будет наказан. А кто решит пойти против, будет объявлен предателем, и думаю, все видели, что с ними бывает. Собрание объявляю законченным, все должны вернуться к своим обязанностям, — Сказала я и ушла обратно, следом за мной ушел Давид и парни, вскоре люди из зала тоже разошлись по своим рабочим делам.

***

       Мы зашли в кабинет к Давиду. Он сел за стол и выдохнул, я повторила за ним, сев за стул напротив. — Давид, я… — Не надо! — Перебил он, — Ты все сделала правильно. К сожалению, боюсь среди них есть люди, которые понимают только язык жесткости и твердости. Это было необходимо, не кори себя за это. Честно говоря, я очень сомневаюсь, что это последний случай такого, — Он сел спокойно, сложив руки домиком. — Ты прав… Наверное… — Настоящий лидер не должен давать слабину перед подчиненными. — Но строить отношения только на устрашении... Давид, я так не хочу... — В других сферах, может быть и можно иначе, но не здесь. В любом случае, я думаю тебе нужен свой кабинет, верно? — Он улыбнулся. — Да, ты прав, но я ведь совершенно ничего не смыслю в делах… Я доверяю это тебе, по факту ты останешься руководителем. — Хах, только для тебя, для остальных я твоя «правая рука», и даже если так, мне нужно будет просить твоего одобрения на те или иные вещи, мисс Анна. — Давид… Не надо… — Ладно-ладно, извини, — Он встал из-за стола, — Я немедленно распоряжусь о том, чтобы тебе выделили кабинет и как можно лучше, пока можешь побыть тут. — Хорошо…