Перемирие начинается с книг

— Глава закончена, — сообщил Артур, держа палец на нужной странице меж зарытых половинок книги. — И как на зло, на самом ин.. — Видя злобный взгляд друга, Сириус поправился — нервирующем моменте!       Книгу без слов взяла Молли, стараясь сделать голос тише, чем он кажется обычно. Видимо привычка кричать слишком въелась в её жизнь. — Глава семнадцатая, Человек с двумя лицами.       Посреди комнаты стоял профессор Квиррелл. — Кто бы сомневался! — усмехнулся Артём. — Кто?! — одновременно с Артёмом воскликнул Сириус. Оглядев комнату, он понял, что все, кроме пожалуй Питера, Молли и Лили смотрят на него с вопросом "серьёзно ли он сейчас?" — Я что один ничего не понял?! — Раздосадованно крикнул он. — Нет.. — Рискнул Питер, но быстро замолчал, видя отрицательное покачивание головы от Римуса. — Мы с Молли не то что бы обращали на сюжет внимание, вникали только в то, каким образом и за каким хе.. Кхм, херисом. наши дети оказались в смертельной опасности! Так что знаешь.. Наверное нет, не ты один не понимаешь что там делает этот.. Этот. — Вы? — изумленно выдохнул Гарри. Квиррелл улыбнулся. Лицо его, обычно конвульсивно дергавшееся, на сей раз выглядело абсолютно нормальным. — Именно, — спокойно подтвердил он. — А я всё гадал, встречу ли здесь тебя, Поттер. — Но я думал... — ошеломленно пробормотал Гарри. — Я думал.. что Снейп!.. — Северус? — Квиррелл расхохотался, и это было не его обычное дрожащее хихиканье, но ледяной, пронзительный смех — Да, Северус выглядит подозрительно, не правда ли? Похож на огромную летучую мышь, парящую по школе и хватающую невинных учеников. — Вот давайте без личностных оскорблений, невротик сраный! — Брови Морадёров взлетели в высь, а Лили поняла, что Северус всё же не доспал норму, после которой зелье будет работать. — Детей рядом нет, так что упрекать не буду, но Северус, постарайтесь всё же сдерживаться. — Мягко попросила Молли — Дети имеют неприятное свойство возникать в самый неподходящий для этого момент.       Северус озадаченно кивнул, соглашаясь как на просьбу, так и с утверждением. Он, хоть и подписал контракт с Дамблдором совсем недавно, но это совершенно не значит, что ещё не испытал подобное на себе — Он оказался мне полезен. При наличии такого Снейпа, никто не мог заподозрить б-б-бедного за-за-заикающегося п-п-профессора Квиррелла! — Квиррелл явно издевался, копируя собственное заикание. А Гарри все никак не мог поверить в происходящее. Этого не могло быть, просто не могло. — Но он пытался убить меня! — воскликнул он ухватившись за спасительную нить. — Нет, нет и нет. — Квиррелл категорично замотал головой. — Это я пытался убить тебя, Поттер! — Вот, пусть пацан перестанет по обложке книгу судить. — сказал Артём, — Но в лоб признаваться что хочешь убить человека – не очень дальновидно. — хмыкнув, мужчина шёпотом, еле слышным даже для Римуса, добавил — Что самое удивительное, даже там Том поучает незнающих.. Или это гордость за содеянное, которую отдавать на чужие "заслуги" не хочется? — Твоя подруга мисс Грейнджер случайно сбила меня с ног, когда бежала к Снейпу, чтобы подпалить его мантию. Я упал, и зрительный контакт прервался. Мне не хватило нескольких секунд, чтобы сбросить тебя с метлы! Конечно, ты бы давно был мертв, если бы он не пытался спасти тебя. Ведь это именно он бормотал себе под нос контрзаклятие! — Я так и знала! — обрадовалась Лили, а озадаченные взгляды Сириуса и Джеймса остановились на совершенно неподвижной, смотрящей куда-то в пустоту, фигуре того, кто спас их Гарри. — Снейп пытался меня спасти? — Гарри показалось, что он сходит с ума. — Разумеется, — холодно подтвердил Квиррелл. — А как ты думаешь, с чего это он решил судить следующий матч? Он пытался помешать мне сделать это снова. Это на самом деле смешно – ему вовсе не надо было так стараться. Я всё равно ничего не мог сделать, потому что на матче присутствовал Дамблдор.! — Время только зря потратил.. — Пробурчал мужчина, наконец прийдя в относительную, для ситуации, норму. — А все преподаватели решили, что Декан Слизерина хочет помешать сборной Гриффиндора одержать победу. Так что он сам себя подставил и стал весьма непопулярной личностью.. Зря терял время, потому что сегодня ночью ты все равно умрешь! — А о ком тогда те остальные шесть книг? — саркастично спросил Артём, не ожидая что кто-то захочет поддержать шутку — Обо мне. — вполне серьёзными голосами сразу от Риддла, Северуса и Дамблдора, тем более от последнего, никто не ожидал, из-за чего смех прокатился по комнате, разбавляя до этого странно напряжённую, атмосферу.       Квиррелл щелкнул пальцами. Появившиеся из пустоты веревки впились в Гарри, крепко связывая его. — Ты слишком любопытен, чтобы оставлять тебя в живых, Поттер! — пояснил Квиррелл. — Кто шатался по школе в Хэллоуин? Я чуть не столкнулся с тобой, когда хотел посмотреть, кто охраняет камень. — Так они подругу спасали! — вставил Билл. — Кто ж тебе виноват, что ты ребёнка опасаешься! — Так это вы впустили тролля? — со все возрастающим недоумением спросил Гарри. — Ну конечно! — Квиррелл, кажется, был удивлен тем, что Гарри никак не может понять, что происходит. — Я наделен особым даром управляться с троллями. Видел, как я обошелся с тем, мимо которого ты прошел по пути сюда? К сожалению, пока все преподаватели искали тролля, Снейп, который уже подозревал меня, пошел прямо на третий этаж, чтобы меня перехватить. И мало того что троллю не удалось тебя убить, так еще и эта трехголовая псина не смогла как следует укусить его, хотя бы отхватив ему ногу!       Лили услышав то, что должно было стать с её другом на самом деле, дёрнулась к нему, но вспомнила, что сейчас явно не подходящий момент. — Какой он до-обры-ый. — Саркастично протянул Римус.       Джеймс с Сириусом переглянулись и глянув на Северуса, чему-то кивнули. Теперь в их глаза он встал ещё на ступень выше. Этот "Нюниус", прибежал на помощь детям, зная, насколько серьёзна может быть такая рана, зная, что раны, нанесённые магическими тварями заживают дольше и болезненнее, он прибежал одним из первых. Это заслуживает хотя бы минимального уважения.       Гарри открыл рот, чтобы задать очередной вопрос, но Квиррелл предостерегающе поднял руку. — Постой спокойно, Поттер, мне надо исследовать это любопытное зеркало.       Только тогда Гарри увидел то, что стояло позади Квиррелла. Это было зеркало Еиналеж. — В этом зеркале кроется ключ к камню, — пробормотал Квиррелл, постукивая пальцами по раме. — Следовало догадаться, что Дамблдор придумает что-нибудь в этом духе... Но он в Лондоне... А когда он вернется, я буду уже далеко... — Это он так думает, — сказал Дамблдор.       Гарри судорожно пытался что-нибудь придумать, но все, что пришло ему в голову – это втянуть Квиррелла в разговор и не давать ему сосредоточиться на зеркале — Хорошая тактика — одобрил Артём. — Но он ещё ребёнок, так что мало чем может заговорить противника. — Я видел вас с ним в лесу! — выпалил он. — Да, — рассеянно согласился Квиррелл, обходя вокруг зеркала, чтобы посмотреть, что у него сзади. — Он уже был уверен в том, что это я, и пытался выведать, как далеко я готов зайти. Он с самого начала меня подозревал... Пытался меня напугать – как будто это было в его силах! Ведь на моей стороне сам Лорд Волан-де-Морт!..       Поперхнувшийся откуда-то взявявшейся водой, а ну да, магия, Риддл откашлялся и в удивлении поднял брови — Вот это заявление! — столкнувшись со взглядом Дамблдора и на удивление не почувствовав попытку проникнуть в его сознание, Марволо решил немного пояснить. — Я, знаете ли, не то что бы за каждого из давних "своих" лично готов выступать.. Тем более что уж могу говорить о подобных индивидах.       Дамблдор понимающе кивнул, и улыбнулся уголком губ, что лишь напрягло, не привыкшего к такому "открытому" директору. — «Тут явно что-то не так..» — думал тёмный Лорд, пока его и Дамблдора разглядывали с удивлённым напряжением.       Квиррелл обогнул зеркало и жадно уставился в него. — Я вижу камень, — прошептал он. — Я собираюсь преподнести его моему повелителю... Но где же этот камень? — Ну ищи-ищи. Может к десятому пришествию Мерлина и успеешь.. — посоветовал Дамблдор. — А я как раз через пару минут приду и понаблюдаю за этим действом..       На его тихое высказывания Риддл огорчённо, но совершенно одобрительно фыркнул, признавая правоту старика. Какой же бред творит его будущий "подчинённый"       Гарри пытался ослабить стягивающие его веревки, но они не поддавались. Казалось, что Квиррелл полностью сосредоточился на зеркале. Гарри обязан был его отвлечь. — Но мне всегда казалось, что Снейп меня ненавидит... — Мм.. Ненависть слишком громкое слово. Ненавижу я скорее некомпетентность самопровозглашённых "учёных-зельеваров", ненавижу ходить с мытой головой и в любой другой одежде кроме чёрной, потому что тогда сразу возникает вопрос, какого хрена я так похож на немного уродливую девушку, ненавижу одного дегенерата, которого точно не зовут Гарри.. — Северус откинулся на спинку дивана продолжая тихие рассуждения в слух. Его голос стал для многих не привычно мягким, без ноток яда, скорее с усталостью и безнадёгой — Тут скорее.. Хм. Непереносимость долговременного присутствия в приделах.. Примерно в радиусе одного главного зала. Хотя скорее в радиусе Хогвартса в целом..       Лили издала звук, похожий на что-то между хихиканье и пфф-ом, означающем примерно: «Это смешно Сев, но это всё ещё мой ребёнок!»       Решая ничего не комментировать, каждый отложил воспоминания об этом моменте для того, что бы рассмотреть его позднее. — О, конечно, — равнодушно подтвердил Квиррелл. — Небо тому свидетель – он тебя ненавидит. Он учился в Хогвартсе вместе с твоим отцом, разве ты этого не знал? Они друг друга терпеть не могли. Но он никогда не желал тебе смерти. — Но я слышал, как вы плакали несколько дней назад, — не успокаивался Гарри. — Я думал, Снейп Вам угрожает... — В первый раз с того момента, как Гарри появился в зале, Квиррелл утратил спокойствие. На его лице отразился страх. — Он здесь ни при чем. —Голос Квиррелла чуть подрагивал. — Просто иногда... иногда мне бывает нелегко выполнять приказы моего господина — ведь он великий волшебник, а я слаб и... — Вы хотите сказать, что в той комнате он был вместе с вами? — воскликнул Гарри, не веря своим ушам. — Он всегда со мной, где бы я ни был, — мягко ответил Квиррелл. — Это как? — не понял Джеймс. — Товарищ Реддл, Вы пошли на это? — Артём посмотрел на Темного Лорда с недоверием, но заметив глаза, пока ещё мужчины, в которых горела не только ярость но и дикий, животный ужас, сам ответил на свой вопрос. — «Он пошёл, но видимо только после того, как окончательно слетел с катушек.. Надо же, буквальный добровольны паразитизм от человека к человеку.. Ну в данном случае от человека к тёмному духу, но это не столь важно, даже в биологическом плане.» — Я встретил его, когда путешествовал по миру. Я был молод, глуп и полон нелепых представлений о добре и зле. Лорд Волан-де-Морт показал мне, как сильно я заблуждался. Добра и зла не существует – есть только сила, есть только власть, и есть те, кто слишком слаб, чтобы стремиться к ней... — «Я что, совсем с катушек съехал?! Какого чёрта лысого я занимаюсь такой бредятиной!» — Разъярённо думал Волан-де-Морт — «Нет, конечно, я давно заметил, что от чужих мучений я будто подписываюсь, но думал, что это лишь нечто психологическое!» — С тех пор я служу ему верой и правдой, хотя, к сожалению, я не раз подводил его. Ему приходилось быть со мной суровым... Квиррелл внезапно поежился. — Он не склонен прощать ошибки. — «Мазохист. Зачем мне в подчинении мазохист?! Ну, хотя бы в своих принципах относительно подченённых, пусть и таких.. своеобразных – я неизменен.» — Марволо выдохнул, принимая как факт, то что произошло в будущем. В альтернативном будущем, которое всё ещё можно изменить.. — «Я знал, что благодаря ним, я смогу возвратиться только парочкой способов, один из которых полностью сотрёт мою человечность.» — Зубы непроизвольно стиснулись крепче. — «Знал, что какое-то время пробуду духом, свободно летающей душой.. Знал, что долго в таком положении находится не смогу и мне придётся в какой-то момент перехватить чужое тело в своё пользование.. Но какого Мордреда я настолько слаб что вынужден быть паразитом?!» — Его глаза на мгновение вспыхнули красным, чем он напугал сначала и так пугливого Петтигрю, а потом напряг второй такой же вспышкой внимательно наблюдавших сейчас за ним Люпина с Артёмом. — Вдох-Выдох.. Товарищ Риддл, успокоились. Магических выбросов ещё нам тут не хватало. Тем более вы ведь уже взрослый волшебник, навредить не сколько нам, скорее себе. — тихо прошептали рядом, когда сознание Марволо уже начало покрываться красной пеленой.       Через пару секунд кивнув в знак того, что с ним уже всё в полном порядке, Том вновь правильным хватом взял свою, трансфигурированную из листка, чашку и невербальным агуаменти преобразовывал в ней очередную порцию воды, которая в следующую секунду, лишь одной случайной мыслью сбиваясь, превращается не в кофе, как того хотелось Волан-де-Морту, а в тёплое молоко с малиной, как того хотелось всё ещё живому, где-то в душе, Марволо.       Допивая случайно получившуюся вкуснятину, Риддл увеличивает чашку в двое, создавая из новой порции воды сладкое како, удовлетворившись первым глотком, пока ещё мужчина продолжает рассуждать. — «В жизни не думал что буду исполнять роль паразита! Бежал от этого как мог, а всё равно ведь пришёл к тому же.. Лента Мёбиуса получается, а не жизнь.» — горестно фыркнув, он понял ещё одну истину. — «Даже сейчас живу за чужие счета. У меня нет ничего своего.. Это же хуже, чем было в приюте! Хотя если я украду у них, то это станет моим и только моим.. Так будет идеальнее всего поступить. У меня будут свои деньги и вещи.»       Пока тёмный Лорд провалился в самокопание, попивая то какао то молоко с перетёртой малиной, рассказ всё продолжался — Когда мне не удалось украсть камень из «Гринготтса», он был очень мной недоволен. Он наказал меня... Он решил, что должен пристальнее следить за мной и постоянно контролировать меня... — В смысле, — не понял Джеймс — Он наложил на него империус? — Очень на это надеюсь.. — Сказал Альбус, но глянув сначала на Артёма, показавшего головой, а потом на задумавшегося Тома, пришёл к окончательным и совершенно не радостным выводам — ..Но как мне кажется Джеймс, ты что то упускаешь и ситуация, кхм, несколько хуже.       Голос Квиррелла поплыл по комнате, постепенно затихая. А Гарри вспомнил тот день, когда они с Хагридом были в Косом переулке. Господи, как он мог быть так глуп? Ведь в тот день он видел там Квиррелла, тот пожимал ему руку в «Дырявом котле». Значит, он давно должен был догадаться, что Снейп тут ни при чем, что это... Квиррелл негромко пробормотал какое-то ругательство. — Я не могу понять, — прошептал он. — Может, этот камень находится внутри зеркала? Может быть, я должен его разбить? — «Давай.» — думал Дамблдор. — «Попробуй, тогда камень тебе точно не достанется. И молись что бы тебя не затянуло к нему»       Гарри судорожно пытался понять, что ему делать. «Сейчас больше всего на свете я хочу найти камень раньше Квиррелла, — подумал он. — Значит, если я посмотрю в зеркало, я увижу, как я его нахожу, то есть я увижу, где он спрятан! Но как я могу заглянуть в зеркало, чтобы Квиррелл этого не заметил и не понял, чего я хочу?» Гарри попробовал сдвинуться с места, но веревки крепко держали его — он пошатнулся и упал. Квиррелл не обратил на это никакого внимания. Он все еще разговаривал сам с собой. — Что делает это зеркало? Что оно показывает? Помогите мне, мой господин!       Гарри похолодел от ужаса. В комнате раздался незнакомый ему голос. Казалось, что голос этот исходит из самого Квиррелла. — Используй мальчишку... Используй.. Мальчишку!..       Квиррелл повернулся к Гарри. — Так, Поттер, иди-ка сюда.       Очнувшийся Риддл вновь был в раздражении из-за происходящего в книге — Как придурок?! Ты сам связал его, а сейчас он вообще на полу валяется!       Профессор хлопнул в ладоши, и веревки упали на пол. Гарри медленно поднялся на ноги. — Иди сюда, — поторопил Квиррелл. — Загляни в зеркало и скажи мне, что ты видишь.       Гарри подошел. — «Я должен его обмануть, — приказал он самому себе, чувствуя, что находится на грани отчаяния. — Я должен заглянуть в зеркало и увидеть то, что мне надо, и соврать, только и всего» — Соврать менталисту-паразиту, что может быть проще? — проговорил Артём, а на странный взгляд Риддла – пояснил — Мы конечно не вмешиваемся в дела Британии.. Но.. — кинув взгляд на Дамблдора, который тоже с интересом глядел на работника спец-службы — Учитывая прошлый раз, нам хватило. Альбус, и не говорите что он был немцем!       Квиррелл встал за его спиной. Гарри ощутил странный запах, исходящий из тюрбана, скрывавшего голову профессора. Он закрыл глаза, шагнул ближе к зеркалу и снова раскрыл их. Он увидел свое отражение – бледное, испуганное лицо. Но мгновение спустя отражение подмигнуло ему. Оно засунуло руку в свой карман и вытащило оттуда кроваво-красный камень. А потом, снова подмигнув, засунуло камень обратно. Гарри ощутил у себя в кармане что-то очень тяжелое. Какими то образом — каким-то невероятным образом — камень оказался у него. — Гениально, заклятие "чистого намерения", Товарищ Альбус, это же вы его представили в МКМ пару десятков лет назад, верно? — Да.. Не самая давняя моя разработка. Приятно слышать, что она прекрасно работает. — Ну и что? — нетерпеливо спросил Квиррелл. — Что ты там видишь? Гарри собрался с духом. — Я вижу, как я пожимаю руку Дамблдору — выпалил он, стараясь врать поубедительнее. — Я... я выиграл для Гриффиндора соревнование между факультетами.       Квиррелл снова выругался. — Ему так не нравится идея победы Гриффиндора? — то ли пошутил, то ли действительно заинтересовался Артём. Ему так никто и не ответил, он же, фыркнул — Ну и не надо.. — и продолжил слушать. — Отойди отсюда! — скомандовал он.       Гарри шагнул в сторону. Камень оттягивал карман, и Гарри спросил себя, не попробовать ли ему убежать. — Да, пора сваливать, крестничек! Даже в самых больших шалостях есть ограничитель по времени и сейчас он явно подошёл к концу!       Он не успел сделать и пяти шагов по направлению к двери, когда до него донесся резкий голос. Гарри обернулся и понял, что Квиррелл каким-то образом умудряется говорить, не раскрывая рта. — Он врет... Он врет!.. — Поттер, иди сюда! — крикнул Квиррелл. — Говори правду! Что ты там видел?! — Квиррелл закрыл рот, и тут снова раздался резкий голос. — Дай мне поговорить с ним... Я хочу видеть его лицо, и чтобы он видел меня!.. — Но, повелитель, вы еще недостаточно сильны! — запротестовал Квиррелл. — У меня достаточно сил... — отрезал резкий голос. — Для этого вполне достаточно...       Гарри чувствовал себя так, словно снова попал в «дьявольские силки». Он словно прирос к месту и был не в силах пошевелиться. В оцепенении Гарри смотрел, как Квиррелл начинает разворачивать свой тюрбан. Наконец ткань упала на пол. Без нее голова Квиррелла, сильно уменьшившаяся в размерах, выглядела как-то странно.       Квиррелл медленно повернулся к Гарри спиной. Гарри готов был завопить от ужаса, но не смог выдавить из себя ни звука. Там, где должен был находиться затылок Квиррелла, было лицо, самое страшное лицо, которое Гарри когда-либо видел. Оно было мертвенно-белым, вместо ноздрей – узкие щели, как у змеи, но страшнее всего были глаза — ярко-красные и свирепые.. — Он одержим. — констатировал Артём. — О боже я.. Я очень надеялась что это не так! — Лили прикрыла рот рукой. На неё, как и на Молли, которая вскрикнула от ужаса открывшегося, постепенно прекращает действовать успокоительный бальзам. — «Как жаль что дозировка не более двух глотков раз в семь часов.. Если выпьем по глотку сейчас, то так же, через три – три с половиной часа его действие прекратится, а мы совершенно не знаем что же будет дальше и с какими ещё ужасами столкнутся наши дети!» — Как такое возможно? — спросил Джеймс. — Есть способы. — раздражённо сказал Волан-де-Морт, понимая, что такого он допустить точно не может. Он вновь отпил молока и фыркнул, замечая странно-вопршающий взгляд директора Хогвартса.       Не заметным взмахом руки, он создаёт из очередной бумажки кружку, наполняя её какао и так же не заметно левитирует к директору, который с благодарным кивком принимает напиток. После первого же глотка, Риддл удостаивается осуждающего взгляда директора. Том ухмыляется, понимая что так не понравилось Альбусу – он не добавил в напиток сахар.       Горестно вздохнув, Директор сам левитирует из кухни сахар, перед этим тихо спросив разрешение у не читающего сейчас Артура. — Гарри Поттер, — прошептало лицо. Гарри попытался отступить назад, но ноги его не слушались. — Видишь, чем я стал? — спросило лицо. — Всего лишь тенью, химерой!.. — А кто в этом виноват? — злобно фыркнул Джеймс, стараясь не смотреть на прожигающего его взглядом Тёмного Лорда. — Я обретаю форму, только вселяясь в чужое тело... Всегда находятся те, кто готов впустить меня в свой мозг и свое сердце... Кровь единорога сделала меня сильнее... Ты видел, как мой верный Квиррелл пил ее в лесу... И как только я завладею эликсиром жизни, я смогу создать себе свое собственное тело... Итак, почему бы тебе не отдать мне камень, который ты прячешь в кармане? — Как бы тебе сказать.. Может потому что ваши цели противоположны? — продолжал издеваться над книжным уже-не-Риддлом Джеймс.       Значит, он все знает. Гарри внезапно ощутил, что к нему вернулись силы, и, спотыкаясь, попятился назад — Не будь глупцом, — прорычало лицо. — Лучше присоединяйся ко мне и спаси свою жизнь... или ты кончишь так же, как и твои родители... Они умерли, моля меня о пощаде... — Да пошел ты, уродец змеемордый! — не выдержал Джеймс. — Поттер, я тут если что! — почти прошипел Марволо — Ой, Том, завали! Мне уже как-то всё равно. — Джеймс уже был очень зол. — Это мой ребёнок и ты, ну или твой злобный дух, как тебе будет приятнее, пытаешься его прикончить! — ЛЖЕЦ! — неожиданно для самого себя крикнул Гарри.       Квиррелл приближался к нему — он шел спиной вперед, чтобы Волан-де-Морт мог видеть Гарри. На белом лице появилась улыбка. — Как трогательно, — прошипело оно. — Что ж, я всегда ценил храбрость... Ты прав, мальчик, твои родители были храбрыми людьми... Сначала я убил твоего отца, хотя он отважно сражался... А твоей матери совсем не надо было умирать... но она старалась защитить тебя... А теперь отдай мне камень, чтобы не получилось, что она умерла зря! — Не отдавай его, иначе я точно умерла зря. — хмуро сказала Лили, пытаясь взглянуть в мигающие красным глаза Риддла. Тот, хоть и выглядел разъярённым, но бывшая Эванс всегда чувствовала от людей больше, чем те показывают. — «Он.. Зол скорее на себя? Подавлен? Ох, в жизни не ожидала, что почувствую нечто такое от.. От него или ему подобных!» — НИКОГДА! — Гарри метнулся по направлению к двери. — ПОЙМАЙ ЕГО! — завопил Волан-де-Морт. Через мгновение Гарри ощутил на своем запястье руку Квиррелла. — Квиррелл внезапно колдовать разучился? — спросил Билл. — И потом, вот так хватать ребенка, от которого ты уже один раз огреб – крайне неразумно.       Его лоб — как раз в том месте, где был шрам, — пронзила острая боль. Ему показалось, что голова его сейчас разлетится надвое. Гарри закричал, пытаясь вырваться, и, к его удивлению, ему это удалось. Боль стала слабее. Гарри поспешно обернулся, чтобы понять, куда делся Квиррелл.       Профессор корчился от боли, глядя на свои пальцы, прямо на глазах покрывавшиеся красными волдырями. — Круто... Я тоже так хочу! — Высказался Сириус, надеясь хоть немного ослабить напряжение в комнате. — Много хочешь Блэк. — не слышно прошептал Северус. — Схвати.. Поймай же! ПОЙМАЙ ЕГО! — снова завопил Волан-де-Морт.       Квиррелл кинулся на Гарри и сбил его с ног. Гарри не успел опомниться, как Квиррелл уже оказался на нем Руки профессора держали его за горло. Боль в голове была такой сильной, что Гарри почти ослеп. Тем не менее он отчетливо слышал, как Квиррелл завыл от боли. — Повелитель, я не могу держать его — мои руки, мои руки!       Квиррелл выпустил шею Гарри и с ужасом уставился на свои ладони. Гарри, к которому начало возвращаться зрение, заметил, что они покраснели и выглядят сильно обожженными. Казалось, что с них слезла кожа. — Тогда убей его, глупец, и покончим с этим! — хрипло выкрикнул Волан-де-Морт. Квиррелл поднял руку, собираясь наложить на Гарри смертельное заклятие, но Гарри инстинктивно рванулся вперед и ударил Квиррелла по лицу, метя в глаза.. — А-А-А-А!       Квиррелл свалился с него. Все его лицо тоже покрылось ожогами. И Гарри внезапно понял. Каждый раз, дотрагиваясь до него, Квиррелл испытывал жуткую боль. Так что у Гарри был единственный шанс. Он не должен был выпускать Квиррелла из рук, чтобы тот от боли позабыл обо всем на свете и не смог наложить проклятие.       Гарри вскочил на ноги и вцепился профессору в руку. Квиррелл заверещал и попытался стряхнуть его с себя. Но и сам Гарри, только коснувшись Квиррелла, ощутил, как острая боль пронзила голову. Он снова почти ослеп. Но он слышал дикие крики Квиррелла, слышал голос Волан-де-Морта, вопившего: «УБЕЙ! УБЕЙ ЕГО!»       А потом пришли другие голоса, выкрикивавшие его имя. Но возможно, они ему только почудились. Гарри ощутил, как Квиррелл выкручивается из его захвата. Он понял, что все кончено, и провалился в темноту. Он летел все ниже, и ниже, и ниже... — Он умер? — с надеждой произнесла она. Это бы означало, что от её сына отстанут! Девушка одной рукой схватилась за волосы, а другой сжала одежду мужа с ужасом, от мыслей, — «Как он будет себя чувствовать, после совершённого?! Мой малыш..» — Вряд ли, девочка моя.. — с сожалением Директор покачал головой и кинув взгляд на сидящего не далеко бывшего ученика, вновь отпил из кружки, повторив перед этим — Вряд-ли..

***

      Гарри уловил, что над ним блеснуло что-то золотое. Снитч, конечно же, это был снитч! Гарри попытался поймать его, но казалось, что руки налились свинцом. Он моргнул. Это был не снитч. Это были очки. Как странно... Он снова моргнул. Из тумана выплыло улыбающееся лицо Альбуса Дамблдора. — Добрый день, Гарри, — произнес Дамблдор.       Гарри уставился на него. И тут он все вспомнил. — Сэр! — произнес Гарри слабым голосом, тщетно пытаясь подняться. — Камень! Это был Квиррелл! Камень у него! Сэр, торопитесь... — Успокойся, мой дорогой мальчик, ты немного отстал от времени. — Голос Дамблдора был приветлив и спокоен. — Камень не у Квиррелла. — Это мы поняли, можно больше информации? — Но тогда у кого? — Гарри раздирало беспокойство. — Сэр, я... — Гарри, пожалуйста, тихо, — попросил Дамблдор— Иначе мадам Помфри выставит меня отсюда.       Гарри тяжело вздохнул и огляделся. Он только сейчас понял, что, судя по всему, находится в больничном крыле. Он лежал на кровати, а столик, стоявший рядом с ним, был завален сладостями. Казалось, что кто-то специально для Гарри скупил по меньшей мере полмагазина. — Это напоминает алтарь. — Буркнул про себя Римус, надеясь что никто его не услышит, но промелькнувшая тень улыбки на лице Снейпа говорила как о том что его всё же услышали, так и о том, что с ним были согласны, пусть и не вольно. — Знаки внимания от твоих друзей и поклонников, — пояснил Дамблдор, поймав взгляд Гарри. — То, что произошло в подземелье между тобой и Квирреллом — это строжайший секрет, и потому нет ничего удивительного в том, что его знает вся школа. — Ну, это стандартная процедура. Только у нас ещё куча бумажек нужно подписать, что бы у закона было право расстрелять тебя в любой момент по твоему разрешению, подписанному в добровольно-принудительном порядке.. — Не в правилах Артёма обсуждать свою страну в нейтрально-плохом ключе, но подобное действительно слишком уж частая практика.       На него посмотрели с непониманием, видимо он как-то не заметно для себя перешёл на русский. — «Ну и отлично, что не поняли.» — Кстати, я полагаю, что именно твои друзья, Фред и Джордж Уизли, попытались передать тебе в подарок сиденье от унитаза. Не сомневаюсь, они полагали, что тебя это развлечет. Однако мадам Помфри сочла это несколько негигиеничным и конфисковала сиденье. — А обещали Джинни.. — буркнули себе под нос, старшие братья Уизли. — Я давно здесь? — перебил его Гарри. Он не мог сосредоточиться ни на чем, кроме случившегося. — Три дня. Мистер Рональд Уизли и Мисс Гермиона Грэйнджер будут весьма счастливы, что ты наконец пришел в себя. Они были крайне обеспокоены твоим состоянием. — Видимо с ними все в полном порядке. — Но, сэр, а как же камень... — «Гриффиндор - это диагноз, очагом поражения является мозг, неизличимо, иногда смертельно» — транслируя эти слова прямо в голову к Римусу, Северус не знал, зачем вообще так поступает, но увидев как тот весело фыркнул и одабрительно кивнул, еле успел сдержать ухмылку. — Я вижу, что он волнует тебя больше всего остального. —Улыбка сползла с лица Дамблдора. — Что ж, поговорим о камне. Профессору Квирреллу не удалось отобрать его у тебя. Я появился как раз вовремя, чтобы помешать ему это сделать. — Лучше поздно, чем никогда.. Хотя должен признать, что ты и без меня неплохо справлялся. — Неплохо?.. Неплохо?! Директор, да я Вас сейчас так прокляну, что до конца своих дней без бороды и лысым проходите!       Прийдя в ужас от себя безбородого, ещё и лысого, Альбус попытался успокоить уже точно отошедшую от зелья девушку. — Лили, девочка моя, успокойся пожалуйста.. — Вы были там?! — воскликнул Гарри. — Вы получили сову, которую послала Гермиона? — Должно быть, мы разминулись в воздухе. Как только я прибыл в Лондон, сразу стало очевидно, что я должен находиться как раз в том месте, которое я покинул. Я прибыл вовремя и успел стащить с тебя Квиррелла... — Значит, это были вы, — произнес Гарри, вспомнив последнее, что он слышал перед тем, как потерять сознание. Значит, ему ничего не почудилось.. — Я боялся, что опоздал, — признался Дамблдор. —Да, вы чуть не опоздали, — согласился Гарри. – Я еще немного, и он бы вырвал у меня камень... — Ха, прямолинейненько! — Высказался Сириус — Да что ж тебя не отпускает эта каменюка! — Взорвался Марволо, сам не понимая почему у него возникла такая реакция. — Я боялся не за камень, — мягко поправил его Дамблдор, — а за тебя. Схватка отняла у тебя все силы, и ты едва не погиб. В какой-то момент я даже подумал, что это произошло. А что касается камня, то он был уничтожен. — То есть вы сначала приложили фигову тучу усилий для охраны, а потом просто уничтожили. — сказал Артём. — Классная мысль, может это надо было сделать с самого начала, что бы грёбаные дети не лезли защищать ту самую каменюку, на которую, как оказалось, вам совершенно плевать?! — Уничтожен? — недоверчиво переспросил Гарри. — Но ваш друг, Николас Фламель... — О, так ты знаешь о Николасе? — судя по голосу Дамблдор был очень доволен этим обстоятельством. — Девочки мои, пожалуйста, не пытайтесь сжечь меня взглядом.. Гореть - очень больно. — Видя что взгляды Лили и Молли стали ещё яростнее, директор предпочёл замолчать — Ты все разузнал, не так ли? Что ж, мы с Николасом немного поболтали и решили, что так будет лучше. — Но это означает, что он и его жена умрут, не так ли? — продолжал недоумевать Гарри. — У них имеются достаточные запасы эликсира для того, чтобы привести свои дела в порядок А затем — да, затем они умрут. — Давно пора, они и так задержались на этом свете сильно дольше положенного. — Поробурчав это, Артём заметил, как дёрнулся Риддл.       Дамблдор улыбнулся, видя непонимание на лице Гарри. — Такому молодому человеку как ты, это кажется невероятным. Но для Николаса и Пернеллы умереть значит лечь в постель и заснуть после очень долгого дня. Для высокоорганизованного разума смерть – это очередное приключение. К тому же камень – не такая уж прекрасная вещь. Представь себе: Он может дать столько денег и столько лет жизни, сколько ты захочешь! То есть две вещи, которые в первую очередь выберет любой человек. Но беда в том, что люди, как правило, выбирают то, что для них является наихудшим. — «С какой стати "не умирать" – наихудшее решение?!»       Воцарилась тишина. Гарри лежал, глядя в потолок и не зная, что сказать. Дамблдор что-то мурлыкал себе под нос и рассеянно улыбался. — Сэр! — наконец окликнул его Гарри. — Я тут подумал... Сэр... даже если камень уничтожен, Волан... Я хотел сказать, Вы-Знаете-Кто... — Называй его Волан-де-Мортом, Гарри. Всегда называй вещи своими именами. Страх перед именем усиливает страх перед тем, кто его носит. — То затыкают его с этим, то наоборот просят говорить именно так.. Определитесь уже. — Да, сэр. — Гарри поспешно кивнул, ему не терпелось услышать ответ. — Я хотел спросить: ведь теперь Волан-де-Морт будет искать другой способ вернуть себе силы, правда? Я имею в виду, ведь он не исчез навсегда? — Нет, Гарри, — согласился Дамблдор. — Он все еще где-то здесь, возможно, ищет новое тело, в которое мог бы вселиться... Так как он не является живым существом в полном смысле этого слова, его нельзя убить. — Любое существо, которое подходит под определение "относительно-живое" можно лишить статуса живого. — не согласился Артём — Главное найти способ. — Он бросил Квиррелла умирать — ведь он безжалостен не только к врагам, но и к союзникам. Однако ты не должен огорчаться, Гарри, пусть ты всего лишь на какое-то время отдалил его приход к власти. Но в следующий раз найдется кто-то другой, кто будет готов сразиться с ним. — Кто же ещё? Даже интересно. – даже несмотря на то, что наша борьба против него кажется заранее проигранной. А если его возвращение будет отодвигаться все дальше и дальше, возможно, он никогда не будет властвовать.       Гарри попробовал кивнуть и поморщился от боли. — Сэр, есть еще кое-что, что я хотел бы узнать, если вы мне расскажете, — тихо, но настойчиво произнес он. — Я бы хотел знать всю правду... — Правду… — вздохнул Дамблдор. — Правда — это прекраснейшая, но одновременно и опаснейшая вещь. А потому к ней надо подходить с превеликой осторожностью. Однако я отвечу на твои вопросы — если, конечно, у меня не будет достаточно веской причины для того, чтобы промолчать. Если я не смогу ответить, прошу меня простить: я промолчу, потому что ложь недопустима. — Хорошо. — Гарри прикрыл глаза. — Волан-де-Морт сказал, что убил мою мать просто потому, что она пыталась не дать ему убить меня. Но я не могу понять, зачем ему вообще понадобилось убивать меня? — Понятия не имею. — Сказал Риддл и на удивлённые лица возмущённо поднял брови. — Я, между прочим, действительно без понятия. Он же полукровка, а не маглорождённый, в конце-то концов! Ещё и ребёнок.. Нет, вы не подумайте, знаю что у меня и психи в подчинении встречаются, но детей, тем более полукровных, смысла убивать просто нет!       На сей раз Дамблдор вздохнул куда глубже. — Увы, Гарри, на этот вопрос я не могу ответить. По крайней мере сегодня и сейчас. Однажды ты узнаешь... а пока забудь об этом. Когда ты будешь старше... — Я на тебя это повешу, не переживай, мой мальчик, — хмыкнула Лили, пронзительно смотря на директора. — «Да ладно?! Я пытался объяснить ей, что директор не белый и пушистый почти пять лет! Это если не считать периода "анонимного" подбрасывания записок после нашей ссоры!» — ...Я постараюсь тебе всё объяснить. Понимаю – наверное, это звучит неприятно. Тогда когда ты будешь готов, ты все узнаешь.       Гарри понял, что настаивать бесполезно. —А почему Квиррелл не мог прикоснуться ко мне? — Твоя мать умерла, пытаясь спасти тебя. Если на свете есть что-то, чего Волан-де-Морт не в силах понять, — это любовь. — Это ещё почему, Альбус?! Я может любил.. в юности. — Возмутился Марволо, потому что уж точно не директору судить о его эмоциональном диапазоне — Сомневаюсь, Том, очень сомневаюсь. — «Интересно, с какого раза до него дойдёт, что я терпеть не могу когда меня называют Том?» — Глянув краем глаза на улыбающегося старика, Риддл наконец понял — «Да он же специально!»       Он не мог осознать, что любовь -такая сильная любовь, которую испытывала к тебе твоя мать — оставляет свой след. Это не шрам, этот след вообще невидим... Если тебя так крепко любят, то даже когда любящий тебя человек умирает, ты все равно остаешься под его защитой. Твоя защита кроется в твоей коже. Именно поэтому Квиррелл, полный ненависти, жадности и амбиций, разделивший свою душу с Волан-де-Мортом, не смог прикоснуться к тебе. Прикосновение к человеку, отмеченному таким сильным и добрым чувством, как любовь, вызывало у него нестерпимую боль.       Дамблдор замолчал и начал с интересом изучать сидевшую на подоконнике птичку. А Гарри, улучив момент, тайком вытер навернувшиеся на глаза слезы. — А мантия-невидимка,—спросил он, когда к нему вернулся дар речи. — Вы знаете, кто мне ее прислал? — Когда-то твой отец оставил ее мне. — На кой ляд мне это делать?! Это семейная реликвия! В руки только родственникам! Не в обиду Вам, Альбус, но тут Вы явно врёте. — А недавно я подумал, что, возможно, она тебе понравится. — Глаза Дамблдора засияли. — Полезная вещь... Твой отец в основном использовал ее для того, чтобы тайком пробираться на кухню в поисках еды. Это было, когда он учился в Хогвартсе. — И еще кое-что,—никак не мог успокоиться Гарри. — Давай, — приободрил его Дамблдор, словно почувствовав, что Гарри боится его разозлить. — Квиррелл сказал, что Снейп... — Профессор Снейп, Гарри, — поправил его Дамблдор. — Да, верно, Квиррелл сказал, что он меня ненавидит, потому что он ненавидел моего отца. Это правда? — Да, они испытывали друг к другу сильную неприязнь, — признал Дамблдор после секундного раздумья. — Примерно как ты и мистер Малфой. А затем твой отец сделал кое-что, чего Снегг так и не смог ему простить. — Что? — выдохнул Гарри. — Он спас ему жизнь. — Не надо мальчишке засорять голову, Альбус! Это чистой воды бредятина! — воскликнул Северус, а Лили, зная что не получит от друга никаких разъяснений, повернула голову к нервному мужу. Замечая, что в целом все Марадёры выглядят несколько сконфужеными.       Заметив взгляд подруги, Сириус и Римус сжались ещё больше, а Джеймс покачал головой не желая сейчас ничего объяснять.       Яростный взгляд на директора тоже ничего не дал, тот сочувственно улыбнулся и пожал плечами — Не только моя тайна, девочка моя. Вернее даже не так. Я вообще к этой тайне косвенно отношусь, только как директор. — Что?.. — Гарри не верил своим ушам. — Да-а-а... — мечтательно протянул Дамблдор. — Меня всегда забавляло то, какими странными путями порой следуют человеческие мысли. Профессор Снейп не мог смириться с тем, что остался в долгу перед твоим отцом... Я думаю, что именно поэтому он приложил столько усилий к тому, чтобы спасти тебя. Профессор Снейп верил, что таким образом он вернет долг твоему отцу. И спокойно сможет продолжать ненавидеть память о нем... — Альбус, если ты действительно в это веришь, то ты полнейший безумец. — Высказался Северус        Гарри попытался понять услышанное, но у него сразу разболелась голова. — И, сэр, — осмелился он. — Еще один вопрос... — Всего один? — улыбнулся Дамблдор. — Как мне удалось достать камень из зеркала? — А! — воскликнул Дамблдор. — Я рад, что ты задал этот вопрос. Это была одна из моих самых гениальных идей. Видишь ли, я сделал так, что только тот, кто хочет найти камень — найти, а не использовать, — сможет это сделать. А все прочие могли увидеть в зеркале, как они превращают металл в золото и пьют эликсир жизни, но не боле того. Иногда мой мозг удивляет меня самого... — Именно по этому, мне совершенно не понятно, зачем были все остальные препятствия. Это не имеет никакого смысла. — А теперь достаточно вопросов. Я предлагаю тебе заняться этими сладостями. О! Драже на любой вкус «Берти Боттс»! В юности мне не повезло: я съел конфету со вкусом рвоты. И боюсь, что с тех пор я несколько утратил к ним интерес. Но вот эта конфетка кажется мне вполне безобидной, как ты считаешь? Дамблдор улыбнулся и закинул в рот золотисто-коричневую карамельку. И тут же поперхнулся. — Не повезло! — выдавил он. — Вкус ушной серы, не самый приятный на свете, ты не находишь? — «Так тебе и надо, старый дурак»

***

      Мадам Помфри, хозяйка больничного крыла, была очень приятной, но весьма строгой женщиной. — Ну пожалуйста, всего на пять минут, — умоляющим тоном произнес Гарри. — Это исключено. — Кто к нему так рвется? — Но ведь вы пустили ко мне профессора Дамблдора... — Разумеется, но это совсем другое дело, ведь профессор Дамблдор — директор школы. А сейчас тебе нужен отдых. — Я и так отдыхаю, правда, — не сдавался Гарри. — Я ведь лежу и все такое... — О, ну хорошо! — смилостивилась мадам Помфри. — Но ровно пять минут. — Она открыла дверь, впуская в палату Рона и Гермиону. — Мм.. Ясно. Надо было сразу догадаться.       Молли и Артур наконец свободно выдохнули, убедившись, что их сын спокойно может приходить к другу, а значит как минимум он в норме. — Гарри! — завопила Гермиона, кидаясь к нему.       Гарри показалось, что сейчас она снова заключит его в объятия, и обрадовался, когда она этого не сделала. Голова его по-прежнему раскалывалась, и от объятий ему стало бы только хуже. — О, Гарри, мы были уверены, что ты... — Гермиона осеклась, не произнося слово «умрешь». — Дамблдор был так обеспокоен... — Вся школа говорит о том, что случилось, — сообщил Рон. — А что там произошло на самом деле?       Это был один из тех редких случаев, когда правда оказывается куда более странной и волнующей, чем самые нелепые слухи. Гарри рассказал им все — про Квиррелла и зеркало, про Волан-де-Морта и камень. Рон и Гермиона были очень хорошими слушателями. Они изумленно открывали рты как раз тогда, когда Гарри от них этого ждал. — «И это называется "хорошие слушатели"?.. Кто же тогда плохие?»       А когда он рассказал им о том, что пряталось под тюрбаном Квиррелла, Гермиона громко вскрикнула. — Значит, камня больше нет? — спросил Рон, когда Гарри замолк — Значит, Фламель умрет? — Я тоже задал этот вопрос, — кивнул Гарри. — А Дамблдор сказал... сейчас вспомню... Он сказал, что для высокоорганизованного разума смерть — это очередное приключение. — Я всегда говорил, что он сумасшедший, — с обожанием в голосе откликнулся Рон. Дамблдор был его кумиром. Рон готов был восхищаться всем, что связано с профессором, даже крайней степенью его сумасшествия. — А с вами что было после того, как мы расстались? — в свою очередь поинтересовался Гарри. — Ну, я вернулась назад, привела в порядок Рона — это оказалось непросто. — Гермиона закатила глаза. — А потом мы поспешили туда, где спят совы. Но на выходе из школы столкнулись с Дамблдором. Он уже все знал, представляешь? Он просто спросил: — Гарри пошел за ним, да? — и полетел на третий этаж, к люку. — Ты думаешь, он специально так все подстроил? Может, он хотел, чтобы именно ты это сделал? – задумчиво спросил Рон. — Раз это он прислал тебе мантию-невидимку и все такое... — Ну, знаете! — взорвалась Гермиона. — Если это он... Я хочу сказать, это ужасно, ведь тебя могли убить... — Да нет, все было правильно, — после паузы ответил Гарри. — Он странный человек Дамблдор. Я думаю, что он просто хотел дать мне шанс. И что он, в общем, знает обо всем, что здесь происходит. Так что Дамблдор был в курсе того, что мы задумали. Однако вместо того чтобы остановить нас, он меня кое-чему научил, подготовил меня к тому, что должно было случиться. Не думаю, что я случайно нашел зеркало Еиналеж, — это он подталкивал меня к тому, чтобы я его нашел, и сам объяснил мне, как оно действует. Мне даже кажется, это он решал, есть ли у меня право встретиться один на один с Волан-де-Мортом. И я доказал, что готов к этому... — Нет, Дамблдор действительно псих! — гордо воскликнул Рон. — Слушай, Гарри, тебе тут не следует залеживаться — завтра будет банкет по случаю окончания учебного года. Конечно, особенно праздновать нам нечего — разумеется, соревнование между факультетами выиграл Слизерин, да и в квиддиче мы не преуспели. В последней игре, которую ты пропустил, нас начисто разнесли ребята из Когтеврана — как паровым катком раскатали. — Ничего удивительного, без ловца-то!       Но еда на банкете будет вкусной, это я тебе обещаю... В этот момент в комнату ворвалась мадам Помфри. — Вы уже пятнадцать минут тут сидите, — строго заявила она. — А теперь — марш отсюда! Той ночью Гарри не снились кошмары, поэтому утром он почувствовал себя значительно лучше. — Я хотел бы пойти на банкет, — сказал он мадам Помфри, когда та раскладывала на столике рядом с кроватью Гарри его сладости, которые уже с трудом там помещались. — Я могу пойти, правда? — Профессор Дамблдор говорит, что я должна Вас отпустить. — Судя по тону, мадам Помфри не одобряла решение Дамблдора. Похоже, она считала, что банкеты очень опасны для здоровья, и потому просьба Дамблдора неразумна. — Да, к вам пришел еще один посетитель. — О, прекрасно! — воскликнул Гарри. — Кто это? — В ту же секунду, словно услышав слова Гарри, в дверь протиснулся Хагрид. Оказываясь в помещении, великан всегда казался непозволительно большим. Он кое-как примостился рядом с Гарри, покосился на него и вдруг разрыдался. — Это... все... моя... чертова... вина! — выдавил он сквозь слезы, закрывая лицо руками. — Это ж я сказал этому чудовищу, как Пушка усыпить! — Хорошо хоть сам признал — отметил Марволо, Северус согласно кивнул, даже Римус как-то отстранённо согласился, не смотря на осуждение в глазах друзей. — Я сам! Ты же умереть мог! И все из-за какого-то яйца драконьего! В жизни больше пить не буду! — Будет, ещё как будет. Как в школе начал, так и продолжит. Зависимость у него от тварюшек опасных и от алкоголя       Меня вообще надо гнать отсюда и к маглам, чтоб я с ними жил! — Бедные магглы — вздохнул Артур и получил осуждающий подзатыльник от жены, даже не смотря на то, что та, в данном случае, явно согласна с ним. Молли была ужасно зла на лесничего       Гарри был потрясен видом плачущего великана. Хагрид в буквальном смысле сотрясался от рыданий, а по его лицу катились огромные слезы, скрываясь в густой бороде. — Хагрид, успокойся, он бы все равно узнал, — произнес Гарри, пытаясь утешить Хагрида. — Ведь мы же говорим о Волан-де-Морте. Даже не выведай он все у тебя, он бы нашел другой способ выяснить, как нейтрализовать Пушка. — Но тебя ж убить могли! — простонал Хагрид. — И это... Гарри... не произноси ты его имя, ради всего святого! — ВОЛАН-ДЕ-МОРТ! — во весь голос прокричал Гарри. Хагрид был так поражен, что даже перестал плакать. — Я встречался с ним, я видел его лицо, и потому я буду называть его по имени. И хватит плакать, Хагрид, выше нос. Мы спасли камень. Теперь камня больше нет, и он не сможет его использовать. Ты лучше съешь шоколадку, у меня их тут сотни... Хагрид шмыгнул носом и вытер его рукавом. — Ты мне тут напомнил кое о чем... э-э... подарок у меня для тебя есть. — Надеюсь, это не бутерброд с мясом горностая? — обеспокоенно спросил Гарри.       И тут Хагрид наконец-то улыбнулся, хотя улыбка получилась еле заметной. — Не. — Великан мотнул головой. — Дамблдор мне вчера специально выходной дал, чтоб я все сделал. Ему, если по правде, уволить меня надо было, а он.. Короче, вот, держи. — Такого болтающего товарища надо держать поближе.       То, что Хагрид вытащил из кармана, было похоже на книгу в красивом кожаном переплете. Гарри с интересом раскрыл ее. Книга оказалась альбомом для фотографий. С каждой страницы ему улыбались и махали руками его родители. — Я вчера весь день сов посылал ко всем, с кем твои родители в школе дружили... да и после нее тоже, — пояснил Хагрид. — Чтоб фотографий прислали, потому как нету тебя ни одной... Ну что, нравится тебе? — Гарри не смог ничего ответить, но Хагрид понял его и без слов. — Как это мило.. Я злюсь на него, но это действительно очень мило с его стороны — сказала Лили.       Гарри пришел на банкет, когда зал уже был полон. Он хотел сначала зайти в Общую гостиную Гриффиндора, чтобы прийти на банкет вместе со всеми, но мадам Помфри сломала его планы, настояв на последнем осмотре. Поэтому когда Гарри вошел в Большой зал, все факультеты уже были там.       Поскольку соревнование между факультетами в седьмой раз подряд выиграл Слизерин, то зал был оформлен в зелено-серебряной цветовой гамме. На стене за преподавательским столом висело огромное знамя Слизерина, на котором была изображена змея.       Стоило Гарри войти в дверь, как в зале наступила полная тишина, а в следующую секунду все одновременно заговорили. Гарри, не поднимая головы, быстро подошел к своему столу и сел между Роном и Герми-оной. Он пытался делать вид что не замечает направленных на него взглядов всех собравшихся. Многая даже встали со своих мест, чтобы получше его видеть К счастью, буквально через несколько секунд в зале появился Дамблдор. Все расселись по местам, и разговоры стихли. — Итак, еще один год позади! — радостно воскликнул Дамблдор. — Но перед тем как мы начнем наш фантастический пир, я немного побеспокою вас старческим брюзжанием и пустой болтовней. Итак, позади остался отличный учебный год! Я надеюсь, ваши головы немного потяжелели по сравнению с тем, какими они были в начале года. Впрочем, впереди у вас все лето для того, чтобы привести свои головы в порядок и полностью опустошить их до начала следующего семестра. — Дамблдор обвел всех присутствующих взглядом своих лучистых глаз. — И к сентябрю там опять останется кучи дохлых мух — сказал Артём. — А сейчас, как я понимаю, мы должны определить, кто выиграл соревнование между факультетами. Начнем с конца. Четвертое место занял факультет Гриф-финдор – триста двенадцать очков. — «Если бы кто-то не отнимал несправедливо очки-было бы лучше.» — Подумал Сириус прожигая Снейпа взглядом. — Третье – Пуффендуй, у них триста пятьдесят два очка. На втором месте Когтевран – четыреста двадцать шесть очков. А на первом Слизерин — четыреста семьдесят два очка. — Стол, за которым сидели слизеринцы, взорвался громкими криками и аплодисментами.       В мыслях бывшие Слизеринцы ликовали вместе с ними, но уже понимали, что сейчас Директор выкинет какую-нибудь полянку, что бы вознести свой любимый факультет на пьедестал.       Гарри видел, как Малфой победно стучит по столу золотым кубком. И тут же отвел глаза: ему не понравилось это зрелище. — Отвратительное поведение. Куда только его родители смотрят! Радость, это понятно, но стучать посудой по столу.. Ему пол года что-ли? — Да, да, вы прекрасно потрудились, — произнес Дамблдор, обращаясь к сидевшим за столом Слизерина. — Однако мы не учли последних событий - Зал затих за столом Малфоя улыбались уже не так радостно. Дамблдор громко хмыкнул. — Итак, — продолжил он. — В связи с тем, что в свете последних событий некоторые ученики заработали некоторое количество очков... Подождите, подождите... Ага... Дамблдор задумался — или сделал вид, что задумался. — Начнем с мистера Рональда Уизли...       Рон побагровел и стал похож на обгоревшую на солнце редиску. — ...за лучшую игру в шахматы в истории Хогвартса я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. — Директор, вы с ума сошли! — вскричала Молли — Поощрять такое поведение?! — Я всего лишь восстанавливаю справедливость.       Крики, поднявшиеся за столом, где сидел Гарри, наверное, долетели до заколдованного потолка. По крайней мере звезды на потолке задрожали. Гарри отчетливо слышал, как Перси, обращаясь к другим старостам, безостановочно выкрикивает: — Это мой брат! Мой младший брат! Он выиграл в заколдованные шахматы МакГонагалл!       Наконец снова наступила тишина. — триДалее... мисс Гермиона Грэйнджер, — произнес Дамблдор. — За умение использовать холодную логику перед лицом пламени я присуждаю факультету Гриффиндор пятьдесят очков. — «Ладно, она заслужила.» — подумал Снейп       Гермиона закрыла лицо руками. Гарри не сомневался, что она расплакалась. За их столом творилось что-то невообразимое — за одну минуту факультет заработал сто очков. — И наконец, мистер Гарри Поттер, — объявил Дамблдор, и в зале воцарилась абсолютная тишина. — За железную выдержку и фантастическую храбрость я присуждаю факультету Гриффиндор шестьдесят очков. — «Про фантастическую тупость забыли, фантастическое безрассудство, фантастическая безмозглость и фантастическое умение судить всех по первому впечатлению тут тоже подходят.»       Поднявшийся шум оглушил Гарри. Все, кто умел считать и одновременно хрипло вопить, уже поняли, что у Гриффиндора теперь четыреста семьдесят два очка. То есть столько же, сколько и у Слизерина Они почти выиграли соревнование между факультетами. Если бы Дамблдор дал Гарри еще одно очко... Дамблдор поднял руку. Зал начал затихать. — Храбрость бывает разной. — Дамблдор по-прежнему улыбался. — Надо быть достаточно отважным, чтобы противостоять врагу. Но не меньше отваги требуется для того, чтобы противостоять друзьям! И за это я присуждаю десять очков мистеру Невиллу Долгопупсу.       Если бы кто-то стоял за дверями Большого зала, он бы подумал, что здесь произошел взрыв, — настолько бурно отреагировали на слова директора за столом Гриффиндора. Гарри, Рон и Гермиона вскочили и зааплодировали Невиллу, подбадривая его громкими криками. Невилл, весь белый от изумления, исчез под кинувшимися обнимать его школьниками. До этого он ни разу не принес факультету ни одного очка. Гарри, продолжая аплодировать, ткнул Рона под ребра и кивком указал на Малфоя. Вид у него был такой обескураженный и испуганный, словно Гермиона наложила на него заклятие, полностью парализовавшее его тело. — Таким образом, — громко прокричал Дамблдор, пытаясь заглушить аплодисменты, которые только усилились оттого, что факультеты Когтевран и Пуффендуй тоже возликовали по поводу поражения Слизерина. — Таким образом, нам надо сменить декорации.       Он хлопнул в ладоши, и свисавшее со стены зелено-серебряное знамя стало ало-золотым, а огромная змея исчезла, и вместо нее появился гигантский лев Гриффиндора. Снейп протянул руку профессору МакГонагалл и начал трясти ее с вымученной улыбкой. Гарри на мгновение встретился с ним взглядом и сразу почувствовал, что отношение профессора к нему ни на йоту не изменилось. — Он не сделал ничего такого, что бы мнение о его безалаберности поменялось.       Но сейчас Гарри это не беспокоило. Главным было то, что в следующем учебном году он будет чувствовать себя куда лучше, чем в конце этого. Он будет чувствовать себя так же хорошо, как чувствовал, пока не подвел своих друзей. Это был лучший вечер в жизни Гарри. Он был Даже лучше, чем те вечера, когда он выигрывал в квиддич, встречал Рождество и сражался с горным троллем. И он знал, что этот вечер он никогда не забудет. Никогда в жизни.       У Гарри как-то вылетело из головы, что впереди его ждало объявление результатов экзаменов. Но оказалось, что ему и не стоило беспокоиться. К его огромному удивлению, они с Роном получили хорошие отметки — ну а Гермиона, разумеется, стала лучшей ученицей. Даже Невилл умудрился кое-как сдать экзамены: его хорошая оценка за травологию компенсировала невероятно плохую оценку за зельеварение.       Гарри с Роном надеялись, что Гойл — который был настолько же туп, насколько и злобен — будет отчислен. Но и он каким-то образом умудрился сдать экзамены. Это было обидно, но, как справедливо заметил Рон, нельзя получить сразу все. Буквально через несколько минут после объявления результатов экзаменов все шкафы опустели, чемоданы были упакованы, а жабу Невилла поймали в тот момент, когда она пыталась улизнуть сквозь дырку в стене туалета. Всем ученикам вручили предупреждения о том, что они не должны прибегать к волшебству на каникулах. — А я-то надеялся, что они хоть раз забудут раздать нам эти бумажки, — грустно заметил Фред Уизли.       Хагрид проводил их к берегу озера и переправ вил на лодках на ту сторону. Ученики залезли в поезд, болтая и смеясь.       За окном дикая природа сменялась ухоженными полями и аккуратными домиками. Они дружно поедали конфеты, проезжая мимо го родов маглов, а потом не менее дружно сняли с себя мантии и надели пиджаки и куртки. И наконец поезд подошел к платформе номер девять и три четверти вокзала «Кинге Кросс». Им понадобилось немало времени для того, чтобы покинуть платформу. Перед выходом с нее стоял старый мудрый смотритель, выпуская их по двое и по трое, чтобы они не привлекли внимание маглов. Если бы из сплошной стены вдруг появилась толпа школьников с огромными чемоданами, маглы бы точно переполошились. — Ты должен приехать и пожить у нас этим летом, — сказал Рон, пока они стояли в очереди. — И ты, Гермиона, тоже. Я пошлю вам сову. — А с нами ты это обсудить не хочешь? — спросила Молли. — Мама, а разве ты будешь против? — Улыбнулся Билл — Спасибо, — с благодарностью откликнулся Гарри. — Рад, что этим летом меня ждет что-то приятное. Они возвращались в мир маглов в ужасной суматохе и толчее. — Пока, Гарри! — раздалось несколько голосов. — До встречи, Поттер! — прокричали еще несколько человек — Ты по-прежнему знаменит и популярен, — ухмыльнулся Рон. — Но не там, куда я еду, это точно, — заверил его Гарри. Он, Рон и Гермиона вместе прошли через стену. — Вот он, мам, смотри! — Это был голос Джинни Уизли, младшей сестры Рона, но показывала она вовсе не на брата. — Гарри Поттер! — пропищала Джинни. — Смотри, мам! Я его вижу. — Фанатка.       Молли с улыбкой посмотрела на дочь, которую качала на руках. — Потише, Джинни, — одернула ее мать. — Не надо показывать пальцем, это некрасиво. Миссис Уизли улыбнулась им. — Нелегкий выдался год? — В общем, да, — признался Гарри. — Большое вам спасибо за свитер и сладости, миссис Уизли. — О, не стоит благодарности, мой дорогой, — откликнулась она. — Ну, ты готов?       Голос принадлежал дяде Вернону — такому же усатому как год назад, такому же багроволицему с такой же яростью взирающему на племянника. Дядя был явно возмущен его наглостью. Подумать только — стоять среди обычных людей с огромной совой в клетке! За дядей виднелись тетя Петунья и Дадли, с ужасом глядевший на двоюродного брата. — Вы, должно быть, родственники Гарри! — воскликнула миссис Уизли. — В каком-то смысле, — прорычал дядя Вернон. — Поторопись, мальчик, я не собираюсь ждать тебя целый день. Дядя Вернон отошел в сторону, а Гарри повернулся к Рону и Гермионе. — До встречи, — улыбнулся он. — Надеюсь, что у тебя... что у тебя будут веселые каникулы... — неуверенно выдавила Гермиона, явно пораженная нелюбезностью дяди Вернона. — О, не сомневайтесь! — воскликнул Гарри. Рон и Гермиона с удивлением заметили, что он широко ухмыляется: «Мои родственники ведь не знают, что на каникулах нам запрещено прибегать к волшебству. А значит, этим летом я хорошенько повеселюсь с Дадли...» — «Какой умный и добрый мальчик» — Усмехнулись бывшие Слизеринцы, часто использующее тот же приём что бы защитить себя       Лили тяжело вздохнула, она уже знала, что это был единственный способ Гарри обезопасить себя