Люби меня

"я завяжу своё сердце на бант, вдруг оно тебе подойдёт."

Мужчина почувствовал, как микроавтобус двинулся с места и устало выдохнул. Он сидел на последней полоске сидений и, как ни странно, делил её с Шастуном. Самые удобные места для таких высоких, как они, находились только сзади. Арс не знал, как к этому относится Антон, но сам он уже привык к такому раскладу. Это уже вошло в их привычку: если переезд не занимает очень много времени, то они едут вместе на четырёх сидениях. — Стас, нам долго вообще ехать до отеля? — Первым голос подаёт Позов. — Минут двадцать, точно не больше. Уже скоро, — Мужчина усмехается и переводит взгляд в окно. — Я тоже устал сегодня. Но я пиздец как рад, что мы закончили гастроли. Мы сделали это, парни. Серьёзно, по такому поводу надо напиться. — Оо, это отличная идея! Тут есть обалденный бар в центре города. Только шмотки закинем и поедем, да? — Серёжа повернул голову на остальную команду и начали переглядываться, часто кивая. — Во сколько самолёт-то, алкоголики? — Шастун усмехается, уже зная, как проведёт этот вечер. — Шаст, он днём, мы успеем протрезветь сто раз до него, — Оксана отворачивает голову и смотрит на вид, который открывается из машины. — Ну, тут сам Бог велел нажраться, — тот саркастично пожимает плечами и слышит смешки. Попов несколько раз проследил за движениями Антона, но, стараясь не вызывать много подозрений, чаще отворачивался к окну. Большую часть разговора он пропустил мимо ушей, ведь напиваться он сегодня не собирался уж точно. Одной из причин была сильная усталость после последнего концерта и желание просто уткнуться носом в подушку, ведь до этого они не спали почти целую ночь. Но, разумеется, главной причиной было это блондинистое чудо. Он не смог бы ещё раз напиться с ним в одной компании. Не после того, как.. — Арс, — голубоглазый чувствует, как его толкают в плечо, — ты с нами? Он заставил себя поднять взгляд на Антона и позволил себе почувствовать весь позитив и энергетику, которую тот излучал. Несколько секунд он прокручивал в голове свой ответ, не отрывая взгляд с рук Шастуна. — Не, не сегодня. Заселимся и я сразу на боковую. Я охуеть как устал за эти гастроли. В салоне повисло неловкое молчание и были слышны только куски разговора Димы с его женой по телефону. Все вспомнили сегодняшний последний концерт, который прошёл очень даже удачно, но мог бы и сорваться, если бы не Антон. После молчания вновь начались разговоры, но уже без участия его соседа. Теперь тот просто втыкал в телефон, а Арсений перелистнул очередную песню в наушниках. Как бы он ни хотел забыть сегодняшний день, он просто не мог. Попов абсолютно всегда волновался перед концертами, но так сильно - впервые. Он едва ли не словил паническую атаку, но рядом оказался Антон. Антон, который, кажется, стал для него героем в ту минуту. Голубоглазый закрывает глаза и вспоминает. Он стоит рядом с выходом на сцену и прижимает ладони к лицу, пытаясь спрятаться от собственных мыслей. Ребята ещё были в гримёрке, поэтому ему было не страшно за то, что кто-то увидит его в таком состоянии. Сколько бы концертов он не отыграл, для него каждый раз как в первый. Он не мог справиться с мыслью о том, что может залажать. Тело колотилось так, словно он у него был ужасный жар и его лихорадило, но на деле все симптомы шли из головы. И если ему и нужно лечение, то только психологическое. — Арс? Мужчина чуть не подпрыгивает на месте от испуга. Он отнимает ладони от лица и видит перед собой слегка обеспокоенного Антона, который видит его в таком состоянии далеко не в первый раз, поэтому не удивляется слишком сильно. — Блять, просто уйди отсюда, пожалуйста, — Попов пытается руками отпихнуть Антона подальше и заставить его уйти, но даже они потеряли всякую силу. Всё что он мог, так это просто поддаться навстречу блондину и оказаться заключённым в его крепкие объятия. Несколько секунд его тело сопротивлялось и он даже пытался вырваться, но сдался. — Слушай меня. Сейчас ты успокаиваешься, мы идём в гримёрку к парням и ждём выхода на сцену. Потом мы выходим туда, охеренно играем концерт и едем в отель отдыхать. Слышишь, Арс? — Шастун наклоняется к уху товарища и говорит это не сильно громко, но второй всё равно отчётливо слышит каждое слово. — Не хочу.. Я не хочу туда выходить.. — Язык заплетается и из-за дрожи сложно произносить предложения цельными словосочетаниями. — Тише. Спокойно. Всё будет хорошо. Я же с тобой. Мы с тобой. Хоть раз наша программа была неудачной? Не помню такого, — Мужчина чувствует, как Попов прижимается к нему чуть ближе и его руки сжимают рубашку на спине младшего. Антон выдохнул, когда ничего не услышал в ответ. Он прекрасно знал, что слова мало помогут в данной ситуации. Да и в принципе он не особо знал, что обычно помогает в таких ситуациях, поэтому продолжал крепко обнимать своего товарища и гладить ладонями его спину. Шастун аккуратно водил руками, делая круговые движения. Он потерял счёт времени и следил только за дыханием Попова. Со временем оно с безумно быстрого стало замедляться и в конечном итоге нормализовалось. Но Антон не мог просто взять и отпихнуть от себя голубоглазого, нет. Он ждал до того момента, пока Арсений сам не отошёл от него на шаг и уставшим взглядом окинул с головы до ног. — Прости, — Арс мотает головой и поспешно уходит к гримёрке, оставляя Антона одного. Второй ничего не успел сказать, просто остался стоять на месте, продолжая ловить запах Попова в воздухе. Сейчас же, когда они спокойно ехали в автобусе, Арсений вдруг понял, что с того момента они даже не перекинулись словами. Он старался избегать младшего и, как показала практика, у него очень неплохо получалось. Однако, спутавшиеся мысли совсем не давали покоя, поэтому Попов вынул один наушник из уха и похлопал Шаста по плечу, чтобы тот обратил на него внимание. На удивлённый взгляд коллеги голубоглазый лишь поджимает губы. — Спасибо за сегодня, — мужчина слабо улыбается, ведь он уверен, что его собеседник знает, как сложно ему даются эти слова. — Вообще без проблем. Всегда обращайся. Ты даже напугал меня немного, — Антон ухмыляется и утыкается обратно в телефон, что заставляет Арсения вяло вздохнуть. — С Ирой? — Попов кивает в сторону телефона. Шастун сначала даже не слышит вопроса. — Ага. Я просто рассказал ей про сегодняшнее выступление и сказал время прилёта, — мужчина ещё несколько секунд стучит пальцами по клавиатуре, но в конце концов убирает телефон в карман толстовки и переводит взгляд на коллегу. Арсений ловит этот взгляд на секунду и, улыбнувшись ему, отворачивается в сторону. Он попытался уснуть за время дороги несколько раз, но из этого ничего не вышло. Все мысли были скомканы после концерта и метались вокруг. Теперь его творческое воображение сложно было назвать таковым. Его максимум сейчас - это поддержать разговор улыбкой или тихим смешком. Когда машина остановилась, Антон кивнул, тем самым пропуская Арсения вперёд. Тот без какого-либо желания поднялся на ноги и вышел на улицу, забирая сумку с вещами из багажного отделения. На улице было чуть холоднее, чем планировалось, поэтому голубоглазый застегнул куртку до упора и съёжился. — Заселите меня по паспорту, я покурю, — Шастун начинает рыться в карманах и находит там пачку сигарет с зажигалкой внутри. "Так практичнее." Стас кивнул Шастуну и направился ко входу в отель, вся команда последовала за ним. "Я останусь с тобой", - хотел сказать Попов, но эти слова остались лишь в его мыслях. Было бы странно, если бы он - некурящий, остался покурить с Шастуном на пару. Хотя ради него он начал бы курить вновь. Тёплый воздух ударил в их лица, когда они зашли в отель. Он выглядел чуть приличней предыдущего и ресепшен уже говорил об этом. Однако, всей группе людей было абсолютно плевать на внешний вид их номеров и прочее. Сейчас они хотели только напиться и уснуть хоть под утро. — Арсений, ваш паспорт, — девушка за стойкой мило улыбается, читая фамилию с монитора рядом. — Конечно, секунду, — мужчина некоторое время роется по карманам и в конечном счёте находит паспорт в своём кошельке. — Ваш номер 1103. Приятного вечера, — она возвращает ему паспорт вместе с картой от номера. — Спасибо, вам того же, — Попов стреляет глазами как в старые добрые и не может не заметить того, как легко девушка смущается. Он лишь самодовольно хмыкнул и направился в сторону лифта. Почему-то его глаза работают со всеми девушками, но не с мужчиной, внимание которого Арсению совсем бы не помешало. На телефон начали приходить сообщения из Вконтакте, где все говорили в каких номерах они живут. Голубоглазый зарегистрировался первым, поэтому Антона на ресепшене он так и не увидел, а на лифте ехал один. "Стас: 1105" "Оксана: 1106" "Поз: 1110" "Антон: 1111" Дальше Арсений даже не стал читать номера комнат и просто закрыл телефон, рассматривая пустой коридор. Путём несложных вычислений он нашёл комнату Позова и Шастуна. Комнаты этих двоих находились друг напротив друга. "Запомнил", - пронеслось в голове у старшего. Дверь издала нелепый звук и Попов уже с порога начал рассматривать свой номер. Всё было даже лучше, чем он ожидал. Щёлкнув по выключателю, он осветил комнату тусклым светом и бросил свою сумку на стол. Идеальная тишина нарушилась голосами из коридора. Узнать эти голоса не составляло труда - ребята все вместе вышли из лифта и сейчас спешили к номерам, чтобы оставить там свои вещи. Арсений более чем на сто процентов был уверен, что сегодня он никуда не пойдёт. Он примет горячий душ, выпьет что-нибудь из бара и уснёт до самого утра. Именно поэтому он открыл свою сумку и достал из неё нужные для душа и сна вещи. Зубная щётка и паста, шампунь и дезодорант, нижнее белье и одежда. Он зашёл в душевую кабину и закрыл её, наслаждаясь тишиной. Через секунду в его макушку ударила прохладная вода и он сменил её на более тёплую. Попов и так замёрз после улицы, так что простудиться по возвращению домой было бы не очень хорошим концом гастролей. Однако, когда вода стала чуть ли не горячей, Арсений осознал, что его руки дрожат не от холода. — Он не помнит, — мужчина произносит это шёпотом и его голова склоняется набок. — Он действительно ничего не помнит. Попов не узнаёт сам себя уже на протяжении месяца. Он начал вести себя не так, как вёл раньше. Всё изменилось словно по щелчку пальцев, ведь если раньше он мог спокойно сосуществовать с Шастуном в одном коллективе, то сейчас ему требуется прилагать немало усилий, чтобы не сказать чего-то лишнего или выйти из своего образа забавного, но в то же время серьёзного женатого мужчины. Но даже факт семьи не помогал ему избавиться от лишних мыслей. Лишними ли они вообще были? Ведь Антон - это единственный человек, благодаря которому Арсений в принципе смеётся каждый день и улыбается восходу солнца. Он для старшего как антидепрессант, за который так легко цепляться, ведь тот всегда рядом, когда нужно. Даже перед концертом блондин выручил его, при этом не изменив своё отношение в плохую сторону. Арсений закрыл глаза и подставил лицо под прохладную воду. В голове появился образ Шастуна. В очередной раз он вспоминает эту яркую улыбку и тёплый взгляд. Как только Попов почувствовал это к блондину, ему показалось, будто бы он впервые серьёзно и глубоко влюбился. Даже несмотря на возраст он убивается по младшему так, словно они в девятом классе перед выпускным. Для этой симпатии не было никаких преград. Его не могли остановить ни семья, ни возраст, ни факт того, что остальные бы приняли этот факт отрицательно. Вряд ли кто-то из парней поддержал бы его выбор, а уж тем более сам Антон. Казалось, вся вселенная против голубоглазого сейчас. Но, как ни странно, его это не останавливает. Чувства продолжают расти с каждым днём всё сильнее. И чем сильнее они становятся, тем больнее Попову. Мужчина потянулся за шампунем и выдавил его себе на руку, позже нанося на волосы. Почему он не помнит? Или делает вид, что не помнит? Однако.. В ту ночь он был так сильно пьян, что вряд ли помнит хоть что-то из того клуба. Он смыл шампунь со своих волос и, качнувшись, прислонился спиной к холодной плитке. Зато он сам всё помнит. Это был вечер после очередного концерта. Серёжа сказал, что пойдёт в клуб. И все поддержали его идею, не обращая внимания на плотный график и бессонные ночи. Всем хотелось оттянуться как следует, отдохнуть после такой загруженной недели. Матвиенко сказал адрес незамысловатого клуба, который находился на приличном расстоянии от их отеля, поэтому ехали они уже "навеселе". Успев подхватить в местном алкомаркете бутылку виски, они загрузились в такси и дружно отправились на место. Насколько Попов мог помнить, уже перед входом в клуб он был немного пьян и время от времени цеплялся за руку Шастуна, чтобы не упасть. Тот не сильно отличался от своего товарища и постоянно глупо хихикал со всего происходящего. Они забыли обо всём вокруг, ведь завтра их ждал только долгий переезд и никаких концертов. — Закажи мне чего-нибудь покрепче, Арс, — Антон хлопает голубоглазого по плечу и заваливается на диванчик вместе со всеми, занимая почётное место для Арсения рядом с собой. — Будет сделано, — тот быстро кивает и, ухмыляясь, идёт к барной стойке. Позже он присоединился ко всем за стол и протянул предмету своих воздыханий "что-то очень крепкое". Антон спокойно выпил шот и немного сморщился, но уже через несколько секунд на его лице вновь засияла улыбка и он включился в шутки компании. Попов не отличался и тоже переключился на общий юмор. Они делились разными историями и продолжали закидываться разным алкоголем, отчего им становилось ещё веселее и спокойнее. Когда на часах пробило два часа ночи, старший наконец опомнился. Он совсем не помнил, сколько выпил, поэтому голова уже немного кружилась. Но он списывал всё на жуткое веселье. Когда мужчина вернулся из уборной, за столиком он заметил только Шастуна и никого больше. Переведя взгляд на танцпол, он спокойно выдохнул: все весело танцевали под громкую музыку и отрывались, а значит - все хорошо. — Арс, иди уже сюда. Знаешь, как мне скучно? Я не хочу с ними танцевааать.. — Антон хватает Попова за край футболки и валит рядом с собой. Чертовски близко. — Наверное, тебе пора перестать пить, Ромео, — мужчина тихо смеётся, позволяя себе задержать взгляд на чужих глазах подольше. Тот явно выпил чуть больше, чем сам Арсений. — Ромео? — Антон усмехается. — А где же моя Джульетта, а? Знаешь, как сложно жить в гастролях без своей Джульетты, — Антон запрокидывает голову назад и вздыхает. Старший смог разглядеть на его лице улыбку, пусть и слегка не такую, как хотелось бы. Тот явно вспоминал Иру. И не просто вспоминал, а раздевал её в своей голове. Действуй. — Знаю, — он пододвигается ближе к Антону и кладёт одну ладонь ему на колено, — знаю даже лучше, чем ты, — Попов шепчет эти слова, наклонившись к уху младшего. Он сдаётся. Алкоголь в крови отгоняет страх быть отверженным, поэтому Арсений позволил себе зайти чуть дальше и слегка прикусить мочку уха собеседника, пока рука поднималась чуть выше. Их столик находился на балконе и люди с танцпола даже при желании не увидели бы то, чем Арс тут занимается. Проблема была только в том, что в любую секунду по лестнице мог подняться кто угодно из их компании. Однако, ничего из этого не помешало голубоглазому подняться рукой ещё выше и слегка сжать промежность Шастуна. — Арс, блять.. — Дыхание немного сбилось и Антону сложно давались какие-либо слова. Мозг был затуманен до предела, и он совсем забыл о том, что они просто друзья. Уже больше двух недель никто не прикасался к нему там, где сейчас прикасается Попов. Может, действительно проще будет отпустить все мысли и дать ему добро? — Мне остановиться? — Арсений несколько раз поглаживающими движениями проходится ладонью по джинсам коллеги и ловит его затуманенный взгляд на себе. Остановись. — Нет, не.. — Он чувствует, как рука Попова расстёгивает пуговицу на ширинке джинс и так же легко расправляется с молнией. — Бля, не здесь, Арс. Пошли в туалет, а? Арсений принимает его позицию, ведь даже через пьяный разум понимает, что оказаться застуканными с Шастом без штанов было бы как минимум неловко. Он быстро возвращает его джинсы в исходное положение и тянет блондина за руку на себя, ухмыляясь. Даже с застёгнутыми штанами сложно было не заметить стояк, который появился за такое короткое время. Пить в одной компании - полезно для души. По лестнице они спускались очень аккуратно. И на то было две причины: во-первых, они были до ужаса пьяны и не хотелось бы навернуться прямо в клубе, а во-вторых они не сильно хотели, чтобы их друзья видели, как они оба в одно время заходят в мужской туалет. Как только дверь захлопнулась и музыка стала тише, разум Арсения немного прояснился. Они с Шастуном пришли в уборную и у второго встал, а Арс просто хочет его уже на протяжении месяца. Именно на нетрезвую голову всё стало куда проще. В уборной было слишком тусклое освещение, из-за чего разум был задурманен ещё больше. Казалось бы, куда уже больше? Но на секунду старший словил на себе взгляд блондина и уже не мог сдерживать себя больше - его губы коснулись чужих губ и нежный поцелуй начал превращаться в более грязный. Попов чувствовал на себе щетину младшего и он наконец вспомнил, зачем же всё таки затащил его в эту комнату. Пока губы были заняты, мужчина как бы невзначай коснулся ладонью ширинки коллеги и вновь расстегнул её, но в этот раз джинсы упали ниже колена и перед ним открылась новая возможность. Пусть и он и не мог видеть нижнее белье, он был рад, что наконец смог поцеловать Антона. Хоть и в таком состоянии. Тёплая рука голубоглазого скользнула под ткань нижнего белья и он почувствовал, как Шастун напрягся. Но напрягся явно в лучшую сторону. Начиная плавными движениями водить ладонью по члену, Арсений усмехнулся, когда его партнёр отстранился от поцелуя и запрокинул голову к стене, закрывая глаза. Получив своеобразное "одобрение" на свои действия, Попов высвободил орган Шастуна из нижнего белья и начал водить по нему ещё быстрее, что через некоторое время вызвало у младшего приятный стон. Они находились в клубе, поэтому вряд ли бы кто-то их услышал, но голубоглазый всё равно время от времени старался закрывать тому рот поцелуем. Ему нравилось оставлять поцелуи на шее Антона, чуть покусывая. Была бы его воля, он бы оставил там несколько засосов или сильных укусов, чтобы с утра Антон точно вспомнил их создателя. Но он не помнит. Арсений выключает воду и накидывает на свою голову заранее подготовленное полотенце, открывая дверь душевой кабины. Он протирает своё тело, при этом разглядывая себя в зеркало. Понятное дело, усталость давала о себе знать, и синяки под глазами были явно не последствием неудачного света в ванной комнате. Немного подсушив волосы феном, мужчина улёгся на кровать. До этого он успел достать себе маленькую баночку пива из холодильника, поэтому сейчас ему оставалось только включить телевизор и перед сном насладиться какой-нибудь глупой и незамысловатой ерундой. Какая-то неведомая сила подсказала ему проверить инстаграм, что он и сделал. Конечно, он не пожалел об этом, ведь там в историях увидел улыбающуюся мордашку Антона. Он был только рад за то, что сейчас ребята отрываются и отдыхают, пусть и без него. После той ночи вряд ли он решится в ближайшее время пойти в клуб на пару с Шастуном.

***

Арсений разлепил глаза, когда на часах было около трёх часов ночи. Он очень удивился, когда обнаружил, что телевизор так и остался включенным, а свет по всей комнате горел. Видимо, усталость слишком одолела его, раз он уснул и даже не заметил этого. Нормальный человек бы выключил свет и продолжил спокойно спать, но это не про Попова. Ему было важно знать, вернулась ли их команда из клуба или нет, поэтому он вышел в интернет и проверил своих друзей на статус "онлайн". Он спокойно выдохнул, когда не нашёл там всех ребят, а только несколько знакомых. Но, кажется, что-то внутри Арсения упало в пятки, когда он увидел Антона "онлайн" в 2:47 ночи. Почему он не спит? Или же они только что вернулись? Почему тогда он один в сети? "Ну че вы, вернулись уже?" 2:48 Голубоглазый готов был стукнуть себя по лбу за это. Почему в два часа ночи он... "Да, может ещё полчаса назад, всё норм" 2:49 "Чего ты не спишь тогда? Самолёт рано" 2:49 "Да бля, вообще не спится. А ты чего тут сидишь?" 2:50 "Вообще ни в одном глазу. И таблетки с собой не брал никакие" 2:50 "У меня есть чай успокоительный на травках, зайди. 1111" 2:51 Арсений отложил телефон куда-то в сторону и, словно ошпаренный кипятком, поднялся на ноги. Разумеется, он пойдёт к нему. И сейчас вообще не имеет значения то, сколько на часах времени и почему Шастун не помнит о том, как ему дрочили в туалете клуба. Откинув все задние мысли, Попов надевает отельные тапочки и, закинув в карман карту от номера, тихо его покидает. На этаже стояла полная тишина, поэтому шагать он старался медленно и размеренно. Когда он остановился напротив двери Антона, он в последний раз тяжело выдохнул. Пусть они будут просто лучшими друзьями, кем угодно. Но только рядом. Шастун не заставил себя долго ждать, поэтому уже через несколько секунд после короткого стука, дверь распахнулась. Перед глазами голубоглазого открылся вид на более менее домашнего коллегу. Слегка взъерошенные волосы, мятая серая футболка и уставший(пьяноватый) взгляд. Без лишних слов Антон пропустил его внутрь номера и тихо закрыл за ним дверь. Не пройдя даже нескольких метров, Попов случайно споткнулся об дверцу открытого шкафа. Он лишь схватился за ногу и беззвучно засмеялся, в то время как Антон не смог сдержать смеха и прикрыл эту сраную дверцу. — Палец хоть на месте? — Шастун всё ещё продолжает издавать тихие смешки, в то время как Арсений чувствует себя лузером. — Пошёл в жопу, — Арс слабо бьёт его кулаком в плечо, на что получает дружеский хлопок по спине. — Кстати, зря ты с нами не поехал. Было пиздец как весело, особенно когда бармен пытался подкатить к Оксане. Надо было видеть её лицо, — Антон нарушает неловкое молчание, которое между ними возникло. — Зато я отоспался и хорошенько отмылся после этих бешеных дней. Вообще времени ни на что не было, жуть, — Попов мотает головой, занимая место на кресле. — Двухместная кровать, серьёзно? — в этот раз смешки пытается сдержать старший. — Не, ну ты издеваешься? Ты меня видел? Мне мало одноместной, — Шастун начинает высыпать в чашку немного зелёного чая, предварительно включив чайник. — Ну тогда была не была, — за долю секунды Арсений перемещается с кресла на кровать Шастуна и укрывается одеялом. Он чувствует его запах даже на белой простыни, с которой тот поднялся меньше пяти минут назад. — Неужели тебе холодно? Белоснежка блять, — Антон усмехается, поворачиваясь корпусом к Попову. — Попрошу! Я куда лучше Белоснежки, сладкий, — за последнее слово старшему хочется дать себе по лицу лопатой или же просто уткнуться в подушку, ведь именно для него оно звучит так двусмысленно. — Какого хрена эта Белоснежка не спит ночами, м? — Блондин вновь отворачивается к кружке с чаем и наполняет её кипятком. — День был сложный, в голове каша, — Арс понимает, что это Антон и он точно не осудит его за ночные разговоры, которые происходят уже не в первый раз. — Думаю, я словил паничку перед концертом сегодня. А у меня их очень давно не было, так что знаешь.. Первый звоночек к тому, что едет крыша. Арсений несколько секунд потирает лицо ладонями, чтобы вернуть свой весёлый и боевой настрой. Он чувствует, как кровать рядом с ним прогибается под весом Антона и тот стягивает одеяло с тела Попова. — Не дёргайся, ради бога, — Руки Антона аккуратно ложатся на плечи Арса и второй вздрагивает, ведь ожидал он совсем не этого. Плавные движения младшего заставляют его расслабляться и напрягаться ещё сильнее одновременно. Он чувствует себя слишком неловко от той мысли, что сейчас плечи ему разминает его же симпатия. — Хватит, я не могу.. — Арсений пытается вырваться из тяжёлой хватки и ему ничего не удаётся. — Арс, просто расслабься. Ты заебался, это нормально, — руки младшего продолжают бродить по его плечам, но уже с большей силой. — Но это не значит, что тебе пора в дурку. Гастроли были правда сложные, твоя нервная система не выдерживала на последних выступлениях, я сам видел. Сейчас приедем домой, в Питер, всё станет на свои места. Шастун готов был увидеть розовый снег за окном, ведь только сейчас мышцы Попова начали расслабляться и тот даже закрыл глаза, как показало отражение в зеркале. — Эта блядская сцена не стоит твоих нервов, окей? Ты просто должен получать кайф от этого, — хватка Антона слабеет и старший чувствует, как руки постепенно отодвигаются от его кожи. Это заставляет чувствовать некую пустоту и желание вернуть всё так, как было. — Я кайфую, правда. Просто страшно выходить туда, вот и всё, — он разводит руками и наконец разворачивается к блондину, внимательно его рассматривая. — Всё закончилось. Следующие концерты как минимум через месяц, можешь расслабить булки, — он усмехается, но Арсений чувствует удар тупым предметом в районе желудка. — Мне было хорошо на этих гастролях. Правда круто, — в комнате вновь появляется глупая тишина. — Ты ведь ненавидишь это слово, не? — Шастун слабо улыбается, после чего поднимается с кровати. — Вообще без разницы уже, поверь, — Мужчина мотает головой и провожает взглядом коллегу. — Куда ты намылился? — Покурить. Лучше тут сиди, там ахуеть как холодно, — Антон покидает комнату в одной лишь футболке, но дверь до конца не закрывает. — То есть у тебя есть балкон? Балкон, двухместная кровать.. Хорошо устроился, Шаст, — несмотря на дикое нежелание идти в холод, Попов находит в себе силы подняться на ноги и тихими шагами выходит к Антону на балкон. Он в принципе и не ожидал увидеть что-то кроме ярких огней вдали и машин, которые можно было сосчитать по пальцам. — Холодно же, блять. И ты в тканевых тапочках, серьёзно? — Шастун откладывает зажигалку на стул рядом и прислоняется к перилам, продолжая укоризненным взглядом рассматривать Арсения. — Слушай, давай поговорим. Не думаю, что у нас будет ещё спокойная обстановка, как сегодня, — Арсений скрещивает руки на груди и становится рядом с блондином. — Про клуб? — Эти слова вылетают из его уст с такой лёгкостью, что Арсений даже перестаёт дышать на несколько секунд. Не говори ему. Не надо. Не делай этого. — Я.. Заткнись. — Думаю, что я.. Закрой свой рот. — Я влюблён в тебя, — Арсений чувствует, как его сердце делает сальто и падает с балкона одиннадцатого этажа. Попов успел заметить, как дрогнула рука у Шастуна, перед тем как тот сделал очередную затяжку и выдохнул дым. Молчание. Всё, что услышал в ответ Попов. Голубоглазый почувствовал себя так же, как вечером в душе. Его руки дрожали явно не от холода, а глаза почему-то защипало. Он на секунду закрыл ладонями лицо, но потом точно так же быстро их убрал. — Шаст.. Скажи, блять, хоть что-нибудь. Меня даже не волнует, как ты вспомнил про клуб. Просто скажи мне, что я не круглый идиот, который распинается перед тобой, как пятиклассник, — Арсений делает шаг навстречу коллеге, но на лице того эмоции всё такие же: нейтральные. — Что ты хочешь услышать от меня? Арс, я не люблю тебя так, как ты любишь меня. Это всё, что я могу тебе сказать, — он выкидывает непотушенную сигарету и наконец в свете луны замечает, как у старшего блестят глаза. — Я понимаю твои чувства. Но у тебя семья, у меня Ира. Даже интрижка на стороне будет лишней, поверь мне. Это пройдёт, — Шастун берёт за руку дрожащего Попова и немного сжимает её, после чего заключает в объятия. — Это не пройдёт, — тихо произносит Арс в плечо Шастуна и всхлипывает. Он вообще не уверен, что младший хоть раз видел его слезы. — Всё проходит. Просто забудь это, ладно? Клуб, сегодняшнюю ночь. Оно само пропадёт из твоей головы, обещаю, — Антон позволяет себе провести ладонью по спине Арсения, но тот вырывается из объятий и делает несколько шагов в сторону двери. — Выспись хорошенько, ладно? Поговорим завтра. — Не хочу больше об этом разговаривать. Просто.. Только рядом с тобой я перестаю волноваться. Моё сердце - твоё. Спокойной ночи. На ватных ногах Попов покинул номер Антона и, как только собственная дверь захлопнулась, тот сполз по стене. Он примет это, обязательно примет. Но это будет не сегодня. И не утром. И не через неделю. И даже не через месяц. Ведь избегать Антона куда проще, чем стоять перед фактом невзаимной любви лицом к лицу.

***

— Доброе утро, парни, — Арсений заходит в их микроавтобус последним, однако это никого не смущает, ведь он опоздал всего на несколько минут. — Кому как. Ты хоть выспался, мразь. А у меня голова до сих пор по швам трещит, — Серёжа прикладывает ладонь ко лбу и демонстративно стонет. — Потому что пить меньше надо было, делов-то, — Шастун говорит это немного искаженным голосом, из-за чего все начинают хихикать, — Арс, зарубимся в танки до аэропорта? — Блондин поворачивает взгляд на Попова, который только что занял место рядом. Непринуждённая обстановка заставила голубоглазого забыть про вчерашний разговор и отпустить ту истерику, в которой он бился почти до утра. Несколько секунд он непонимающе разглядывал Шастуна, но потом на его лице засияла улыбка. Всё по-старому. Ничего не стало хуже. — Ты ещё спрашиваешь? Пф, я тебя раскатаю на раз-два. "Иногда легче отпустить, чем держать."