Raven

      Рейвен Рейес была умной, творческой, хладнокровной и по-настоящему находчивой. Странно, что Распределяющая шляпа отправила её на Когтевран. Казалось, таким, как она, самое место в Слизерине — там ценили амбиции, расчёт и умение выживать, но раз шляпа решила именно так, значит, причины у неё были. Всегда были.       В ту ночь Рейвен не спалось.       Мысли жужжали в голове, как перегруженные провода, и единственным способом сбросить напряжение была прогулка. Хогвартс ночью дышал иначе: коридоры тянулись бесконечными тенями, факелы потрескивали, а портреты притворялись спящими, хотя Рейвен слишком хорошо знала, что они наблюдают. Решение её проблемы лежало в кармане пижамных штанов, успокаивая своим весом. Она забралась на широкий каменный подоконник, распахнула окно и вдохнула холодный ночной воздух.       Ночной Хогвартс был чем-то по-настоящему прекрасным. Когда сидишь на подоконнике, куришь и смотришь на звёзды, кажется, что замок исчезает, и остаётся только небо и тишина. Звёзды над Хогвартсом были ярче, чем где бы то ни было, будто магия поднимала их ближе. Рейвен затянулась и усмехнулась.       — Гениально, — пробормотала она себе под нос. — Самый безопасный замок в мире, а я сижу тут и нарушаю с десяток правил.       — Всего с десяток? — раздался голос из темноты.       Она даже не вздрогнула, лишь медленно повернула голову. В тени арки стоял кто-то ещё, опираясь о стену, явно давно заметив её. Рейвен прищурилась, выдыхая дым в холодный воздух.       — Значит, ты либо староста, либо такой же идиот, как я, — спокойно сказала она. — И я очень надеюсь на второе.       — Добро пожаловать в клуб, — незнакомец усмехнулся.       Но в тот момент к ней неожиданно присоединился ночной гость. Сам Сириус Орион Блэк.       Рейвен сразу поморщилась. Она его недолюбливала. Слишком громкий, слишком самоуверенный, слишком легко играл чувствами. Он разводил девушек, и ладно бы тех, кто сам шёл на это с открытыми глазами. Ей было не жалко легкодоступных, но невинных — это уже было слишком.       Он остановился рядом, не вторгаясь в её пространство. Лунный свет падал на его лицо, подчёркивая усталость в глазах, которую днём он тщательно прятал за ухмылками и бравадой.       — Не ожидал здесь кого-то увидеть, — тихо сказал он, без обычной насмешки.       — Взаимно, — отозвалась Рейвен, не глядя на него. — Особенно тебя.       Она не была пай-девочкой. И по головке её никто никогда не гладил — ни за острый язык, ни за привычку лезть туда, куда не просят. Она слишком рано научилась быть жёсткой, потому что иначе в этом мире не выживают. Но этой ночью… Этой ночью она не хотела быть одна. Рейвен молча сдвинулась чуть в сторону, освобождая место на подоконнике. Он сел рядом, глядя на звёзды, так же молча, как и она. Некоторое время они просто дышали холодным воздухом, слушая, как где-то далеко скрипит старый замок и как ночь укрывает Хогвартс тишиной.       — Иногда, — наконец сказал он, — одиночество хуже наказания.       Рейвен усмехнулась, но на этот раз без яда.       — Иногда, — согласилась она, — оно просто честнее.       Всю ночь они разговаривали. О своих проблемах, страхах, о том, о чём обычно молчат при дневном свете. Курили одну сигарету на двоих, передавая её без слов, будто это было чем-то само собой разумеющимся. Так часто бывает, что незнакомцу сказать проще, чем близкому. Близкие знают тебя слишком хорошо, а значит могут ранить точнее. А здесь, на подоконнике ночного Хогвартса, между ними не было ни ожиданий, ни обязательств. Только тишина и честность.       В ту ночь они изливали друг другу души.       И не только в ту. С тех пор они часто приходили к тому самому окну. Без повода и без причины. Просто так. Говорили ни о чём — о глупостях, о смешных случаях, о том, как раздражают уроки и люди. Иногда молчали, и это молчание было не неловким, а нужным. Постепенно Рейвен поняла, что Сириус Орион Блэк — не самый плохой человек. А он, в свою очередь, осознал, что она не такая уж сука, какой старалась казаться.       Они сближались медленно, почти незаметно. Просто шаг за шагом — через разговоры, взгляды и ночи, проведённые рядом. Со временем Рейвен узнала правду. Блэк не «разводил» девушек. Он проверял их. Большинство видели в нём лишь красивое лицо, фамилию и богатого аристократа. Им был нужен образ, не человек. И когда он это понимал, он уходил первым.       А Рейвен…              Она не смотрела на него так.       Она не смотрела на внешность.       Она смотрела в его душу.       И, возможно, именно это пугало его больше всего.