Мой антагонист

Легкие порывы ветра уносили зелёные листья раскидистых, высоких деревьев вдаль, прогоняя их мимо библиотеки, мимо глубокого, синего озера, мимо розового сада, с огромными кустами, мимо небольшого столика, уставленного тарелочками с тортиками, пирожеными, эклерами, ломтиками шоколада и прочими редкими и очень вкусными сладостями. Наверное ни один человек в здравом уме просто-напросто не смог бы съесть столько сладкого, но наша принцесса не из робкого десятка, и столько сладостей абсолютная норма для неё. Атанасия сидела на изящном стулике и за обе щеки уплетала новый шоколадный, с белой глазурью, тортик, мило и счастливо улыбаясь, напротив сидящему мужчине. Сейчас ей десять и она не боится быть убитой этим мужчиной, императором и по совместительству её отцом, но когда она, в свои пять лет, только встретила его, она боялась рядом с ним дышать и говорить лишнего, ей было страшно, даже когда он смотрел на неё, как она ест и поэтому, несколько недель она привыкала к внезапному вниманию прикованому к своей скромной и не заметной персоне, со стороны отца, который все эти пять лет не то что не обращал внимания, он её знать не знал, пока она не пришла к его дворцу и засмотрелась на золотые статуи, рядом с которым он её и застал. Сейчас же... Она без страха сидела и ела перед ним, плавала по озеру на красивой длинной лодке, даже после того как чуть не утонула, прыгала к нему в объятия после несколькодневной разлуки, рисовала его лысым, приходила будить его, касаясь маленькой ладошкой широкой, рельефной груди, просила поиграть с ней в игрушки, с интересом смотрела на то как он заполняет бумаги и одновременно отвечает на её, по его мнению, глупые вопросы. Вот и сейчас, о чём то задумавшись она устремила свой взор к небу, а потом без задней мысли, выдала то что не ожидал услышать никто. — Папочка, а кто такой антагонист? — она с нескрываемым интересом смотрела на него и всем видом показывала что жаждет услышать ответ. — Антагонист? — переспросил он, будто не расслышал, — Феликс. — он посмотрел на него, без слов приказывая ответить на вопрос его милой дочери. — Кхм, антагонист - это отрицательный персонаж в книгах. — он сделал задумчивую мину. — То есть злодей? — она приложила пальчик к щеке. — Что-то вроде того. — А это может быть человек чьи мотивы никому неизвестны, и всё что он делает для блага, люди принимают за жестокость? — она не была дурочкой, но откуда десятилетняя девчонка может знать это, ориентируясь только на сказках, а определения в книгах она так и не нашла. — Думаю да. — Ясненько. — она отвернула голову и продолжила доедать свой тортик. — М, а у каждой принцессы есть принц? — Конечно же, на то она и принцесса. — он весело улыбнулся ей, даже не понимая к чему клонит эта белокурая бестия с такими невинными топазовыми глазками. — Хм, значит и у меня есть принц? — А у вас есть кто-то на примете? — может он попытался заставить её смутиться. — Да. — И кто же? — Папочка. Только он намного лучше, а потому принца у меня нет. — она снова задумалась, прикидывая лишится ли она головы, если выдаст свою мысль. — Тогда кто он? — Антагонист. Похоже его действительно перекосило. — Почему же? — Феликс подумал что она отозвалась о Его Величестве в плохом ключе. — Намерения папочки неизвестны, а мысли не чтимы, всё что он делает во благо, люди иногда воспринимают не так как надо. — однако всё оказалось не так. — Ох вот вы о чём... — Если папочка не против, то вместо принца у меня главным героем будет антагонист. — её глазки горели. — Если ты так хочешь, то пускай. Вот оно. Заветные слова, дающие ей власть. — А раз ни у кого нет антагониста - папочки, то ты будешь только моим. — она спрыгнула со стула и подбежала к Клоду, бросаясь в объятия, — Ты же не против? — она знала, он не против, просто ей нужен его ответ. — Нет, не против. — совсем не прикрытый тёплый взгляд топазовых, холодных глаз и мягкая улыбка, лучше всякого разрешения.

***

Танец, что Атанасия без остановки зубрила и повторяла, почти провалился, как и её дебют, но Клод, просчитавший всё наперёд, всё время ловил её и поднимал, ловко и умело беря за талию и поднимая ввысь. Почему-то именно сейчас, когда она стояла с ним у стены, когда слова благодарности просто потоком вылились из неё, она вспомнила этот момент. И как бы невзначай, она повернулась к нему. — Спасибо тебе огромное, мой антагонист. — она мягко и снисходительно улыбнулась. — Не за что, моя принцесса. — это было несвойственно ему, слова нежности не вязались с его образом жизни и обычно грубым характером, но сейчас он сам хотел улыбнуться ей и сделать теплее, как она сделала это для него, пожертвовав своими возможностями, всё же, сколько знатных людей к ней не сватались, её ответ был неизменным отказом. Из всех мужчин что ей предлагались, она выбрала того кого нельзя было выбирать. Она попросту отказалась от любого внимания, если оно было не от Его Величевства Клода Дэй Эльчео Обелия, то можно забыть о своих несбыточных мечтах что принцесса даже посмотрит в их сторону, а если они не самоубийцы, то в миг исчезнут или её папочка-антагонист, лишит головы каждого кто прикоснётся к прекрасной принцессе и его обожаемой дочурке Атанасии Дэй Эльчео Обелии.