Мы все больны, живем в обнимку с болью, реальностью глаза пусты..
21 февраля 2020 г., 20:54
В нашем мире очень сложно жить если ты и твоя вторая половина ещё не встретились. Ты живёшь и ожидаешь новых надписей на своих руках. Ты вчитываешься в каждое слово, что говорит твоя родственная душа о тебе. Ты ждёшь этой надписи всю свою жизнь, но некоторые получают вовсе не то, чего ждут.
Кто-то учится со своим соулмейтом, а кто-то живёт на другом конце мира. Кто-то общается с ним, а кто-то упустил его на станции. Кто-то знаком всю жизнь, но не догадывается, а кто-то даже не задумывается о поисках. Но есть и такие волшебники, которые знакомы всю жизнь, но ненавидят друг друга.
В большинстве случае, последние варианты имеют место быть в школах, в месте где полно детей и подростков. В самых эмоционально напряженных местах мира. Ты можешь быть красоткой школы, а судьба свяжет тебя с изгоем. Можешь быть отличником, а судьба свяжет тебя с сорви-головой. Ты можешь любить его, а он - недолюбливать, а то и ненавидеть всей душой.
И Гермиона Грейнджер часто спрашивает себя, почему эти надписи так жестоки.
***
1 курс Маленькая девочка с восхищением смотрит на волшебный потолок в Большом зале. Он столь прекрасен как и звёздное небо летом. Столько звёзд Гермиона не видела никогда. Сегодня тот день когда она прибыла в Хогвартс — школу магии и волшебства! Какой же удивлённой была малышка-Грейнджер узнав, что она — волшебница! Маленькая ведьма! Столько магов под одной крышей, множество знаний и потенциальных друзей! В очереди на встречу с Отборочной Шляпой она была пятой. Потёртая, кожанная и залатанная шляпа только-только открыла свои тёмные глаза. Она было открыла рот и запела на весь зал. Девочка охнула. Наверно, тысячу лет назад, в иные времена, Была я молода, недавно сшита, Здесь правили волшебники — четыре колдуна, Их имена и ныне знамениты. И первый — Годрик Гриффиндор, отчаянный храбрец, Хозяин дикой северной равнины, Кандида Когтевран, ума и чести образец, Волшебница из солнечной долины, Малютка Пенни Пуффендуй была их всех добрей, Её взрастила сонная лощина. И не было коварней, хитроумней и сильней Владыки топей — Салли Слизерина. У них была идея, план, мечта, в конце концов Без всякого подвоха и злодейства Собрать со всей Британии талантливых юнцов, Способных к колдовству и чародейству. И воспитать учеников на свой особый лад — Своей закваски, своего помола, Вот так был создан Хогвартс тысячу лет тому назад, Так начиналась хогвартская школа. И каждый тщательно себе студентов отбирал Не по заслугам, росту и фигуре, А по душевным свойствам и разумности начал, Которые ценил в людской натуре. Набрал отважных Гриффиндор, не трусивших в беде, Для Когтевран — умнейшие пристрастие, Для Пенелопы Пуффендуй — упорные в труде, Для Слизерина — жадные до власти. Всё шло прекрасно, только стал их всех вопрос терзать, Покоя не давать авторитетам — Вот мы умрём, и что ж — кому тогда распределять Учеников по нашим факультетам? Но с буйной головы меня сорвал тут Гриффиндор, Настал мой час, и я в игру вступила. «Доверим ей, — сказал он, — наши взгляды на отбор, Ей не страшны ни время, ни могила!» Четыре Основателя процесс произвели, Я толком ничего не ощутила, Всего два взмаха палочкой, и вот в меня вошли Их разум и магическая сила. Теперь, дружок, хочу, чтоб глубже ты меня надел, Я всё увижу, мне не ошибиться, Насколько ты трудолюбив, хитёр, умён и смел, И я отвечу, где тебе учиться! (момент из книги) — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она. — Начнем. Аббот, Ханна! Девочка с белыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже ее глаза. А через мгновение… — ПУФФЕНДУЙ! — громко крикнула Шляпа. Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место. Гарри заметил, что крутившийся у стола Толстый Проповедник приветливо помахал ей рукой. — Боунс, Сьюзен! — ПУФФЕНДУЙ! — снова закричала Шляпа, и Сьюзен поспешно засеменила к своему столу, сев рядом с Ханной. — Бут, Терри! — КОГТЕВРАН! — Уизли, Рон! — ГРИФФИНДОР! — Шляпа долго не думала, но по видимому, рыжих волос и душевных качеств ей хватило что бы отправить его на Гриффиндор. Конечно, он ведь Уизли, а все Уизли гриффиндорцы. — Поттер, Гарри! Шляпа думала, что-то шептал парню, а потом крикнула: — ГРИФФИНДОР! — Грейнджер, Гермиона! — сказала седоволосая женщина и Гермиона на секунду выпала в осадок. Вот она, её очередь! Девочка быстренько побежала к стулу и с замиранием сердца стала ждать: — Ага. — произнёс тихий голос. — Может не Слизерин? — тихо прошептала волшебница зная об плохой и тёмной истории факультета. — Ты уверена? Знаешь ли, ты можешь стать великой, у тебя есть все задатки, я это вижу, а Слизерин поможет тебе достичь величия, это несомненно… Когтевран? Факультет мудрых и известных магов! Так что — не хочешь? Вижу в тебе что-то такое. Явно не для Когтеврана. Что ж, тогда… ГРИФФИНДОР! Девочка подскочила со своего места и побежала за стол своего факультета. Её приняли аплодисментами, а на её лице расцвела улыбка. Но, как бы прискорбно не было, радость быстро ушла: запястье воспалилось и стало больно жечь. Гермиона сдёрнула рукав мантии и увидела пару фраз выведенных кривым почерком: «Что с её волосами? А зубы? И вообще она странная какая-то, магглорождённая, наверное. Далёкая от всего.» Почему так больно?***
2 курс (момент из книги)…Рон их догнал по пути в замок К удивлению Гарри, профессор МакГонагалл не посчитала присутствие Рона лишним. — Пойдем и ты с нами, Уизли. Шедшие поодаль ученики шумно высказывали недовольство отменой матча, многие были явно обеспокоены. Рон и Гарри поднялись по мраморной лестнице вслед за профессором. На сей раз она повела их не в кабинет, а в больничное крыло. — Вас это очень расстроит, — произнесла профессор МакГонагалл непривычно мягким тоном, когда они подошли к двери больницы. — Было еще одно нападение… Двойное нападение. У Гарри внутри все похолодело. Профессор МакГонагалл толкнула дверь, и они вошли. Мадам Помфри склонилась над девушкой с пятого курса — той самой ученицей из Когтеврана, у которой они с Роном под Рождество так неудачно пытались выяснить дорогу в гостиную Слизерина. А на соседней кровати… — Гермиона! — охнул Рон. Гермиона лежала необычно тихая, глаза ее были открыты и словно остекленели. Грейнджер очнулась в больничной палате, что наверняка находилась в Лазарете. Руки и ноги не желали слушаться. Голова гудела, а в горле будто бы перекати поле прошло. Что произошло? — Точно! — Гермиона подскочила на белых простынях и в её голове пролетели воспоминания вчерашнего дня. Или уже не вчерашнего? Пенелопа, шум, зеркальце и Василиск. — Справились ли парни? Буду надеяться, что да. — Гермиона откинулась обратно на подушку. Как только конечности отошли от оцепенения и размялись Грейнджер почувствовала столь знакомую боль и жжение в районе запястья, что на автопилоте закатала рукав ночнушки и узрела новые надписи: «Так ей и надо! Мелкая зазнайка, вздумала себе, что может поучать нас! Она заслужила.» Жестоко и зло. Как всегда. Он никогда не беспокоится о ней и слова хорошего не сказал, а она, дура такая, видимо влюбилась в него. Если догадки верны, то её рыжее солнце — её личный кошмар. И от этого так больно.***
3 курс «Как только вы вошли в мой класс, я уже знала, что Вы не обладаете способностью к прорицанию. Вы такая юная, но сердце ваше неспособно на любовь. Душа сухая, как страницы учебника, к которым Вы привязаны навсегда.» — Ни капли я не сухая! И душа моя не сухая! — Гермиона громко возмущалась Джини сидя в гостиной родного факультета. — Герм, ты у нас самая жаркая и сильно-возмущающаяся душа в мире! Ты ни капли не сухая, а тем более очень даже милая и хорошая девчонка. — ответила Джинни потрепав подругу за плече и приобняв. — Эта шарлатанка сказала, что моё сердце не способно любить! — А разве она не права? Ты ведь только своего кота и книги любишь. Не повезло тому парню. — Фред задорно усмехнулся и зло сверкнул глазами. Пусть она сначала отдаст те батончики, что отобрала у них. — Ай! — Гермиона вскрикнула. — Опять! Ты как? Нормально? — Джинни поднялась со своего места и быстро дёрнула руку подруги. — Второй курс, а пропейлер в заднице работает быстрее чем мозги у Грейнджер. — съязвил Фред. — О. Мой. Бог! — Джинни вскрикнула как ненормальная. — Почему ты не сказал раньше?! — Что там? Узнали имя несчастного? Грейнджер зажмурилась и тихо проскулила. Джинни мягко растирала ладонь подруги и пыталась хоть как-то помочь. Но Гермиона не успокаивалась и ещё больше зажмурилась, до белых кругов перед глазами. Слова Фреда сделали лишь больнее и хуже. — Да, пошёл ты! — Гермиона буквально рыкнула и потянула Джинни наверх, в комнату. На её руке чётко было выделено: «А разве она не права? Ты ведь только своего кота и книги любишь. Не повезло тому парню.» 4 курс — Кошмар какой-то! Такими темпами мы одни останемся без девчонок. — Рон моментально заткнулся, Снейп не любит разговоров на его уроках. — Ну и ещё Невилл. Парни посмеялись. — А по моему Невиллу и самому хорошо. — ответил Гарри, усмехнувшись. — Между прочим, Невилл уже кое с кем встречается. — влезла Гермиона отвлекаясь от задания. — У меня началась депрессия. — ответил Рон возвращаясь к пергаменту. Фред оглянулся и подкинул брату листок: «Действуй, пока всех хорошеньких не разобрали» Рон отставил листок и обратился к Фреду: — А ты с кем пойдёшь? Фред бросил в Анджелину Джонсон листочек и изобразив бальные движения, произнёс: — Пойдёшь. На бал. Со мной? — Фред улыбнулся и девушка ответила согласием. В груди у Гермионы кольнуло. Девчонки засмеялись. — Гермиона? — начал Рон — Ты ведь девчонка? — Как ты догадался? — скептически и с явной обидой ответила Грейнджер. — Пойдёшь с нами? — Рон попытался изобразить движения, какими Фред обворожил Анджелину, но получил лишь ещё один подзатыльник от Снейпа. — Нет, серьезно. Одно дело когда парень приходит без пары, а девчонка. Это ужасно. — Я приду не одна. Если хочешь знать, меня уже пригласили на бал! — воскликнула девушка. — Да кто тебя пригласить-то мог? Зря отказываешься, Грейнджер! — Фред бестактно влез в чужой разговор. Он ухмыльнулся смотря прямо в карие глаза, но в туже секунду дёрнулся. Её глаза были опустошенными. Нельзя сказать, что они полностью пусты, конечно, в них плясала злоба, обида и лёгкая неприязнь. Но того блеска с которым Грейнджер ранее смотрела на него, не было. — Да пошёл ты, Фредерик Уизли! — тихо шикнула Гермиона и понесла сдавать свою работу. Парень скривился, ладонь зажглась пламенем и сильно заболела. Уизли отодвинул рукав рубашки: «Да пошёл ты, Фредерик Уизли!» В середине похололо и Фред застыл. Это наказание такое или шутка?***
5 курс — Это так классно. Правила нарушать! — Гермиона засмеялась и закружилась с Джинни на мосте. Рыжая засмеялась. — Грейнджер, ты ли это? — Фред улыбнулся. Улыбнулся. Не усмехнулся, а улыбнулся. — Не уж то в тебе живёт настоящая бунтарка? — Возможно. — Гермиона загадочно улыбнулась. Сердце Фреда пустило удар. Когда Грейнджер из надоедливой зазнайки успела превратиться в миленькую нарушительницу правопорядка? Наверное именно тогда, когда до его рыжей головы дошло, почему те искры пропали из её взгляда. Фред дёрнулся. Опять. Третий раз за последние пять минут. Парень зыркнул в сторону Гермионы и Джинни, что говорили около камина. По видимому они обсуждали его, ведь фразы стали слишком часто загораться. Да, парень смирился с тем, что именно Грейнджер — его Судьба. Это не было легко, но было единственным логичным ключом. «Он не любит меня. Он ненавидит меня.» Опять стало больно. Почему она так думает? Хотя, Фред уже знал почему. Вспоминая все мысли и слова, что он говорил в её сторону, что хотел сказать и полностью понимал её мысли. «Люблю ли я? Раньше любила. Но столько боли мне даже Рон не смог причинить.» — Ай! — Фред вскочил с места, а за ним и Джордж. И Гермиона. — Что случилось? Чего подпрыгиваешь, до инфаркта так меня доведёшь. — Джордж причитал и причитал, пока не увидел причину, по которой встал брат. — О боже. — Что? Что случилось? — Джинни ради приличия спросила, ведь прекрасно знала, чего Фреду не сидится. — Правда? — тихо спросил Фред. — Что правда? Дред? — Джордж не понимал. — Да. — ответила Гермиона и опустила взгляд в пол. — Мне жаль. — казалось Фред впрервые, по-настоящему задумался обо всём. — Не верю.***
6 курс Фред и Джордж были, казалось, самыми счастливыми людьми в мире. Помещение, что теперь было гордо именуемо их магазином, было полностью забито. Столько детей, подростков, взрослых! Там детишки смотрят на Обморочные Орешки, а вон там на Патентовые Чары. А вон толпа девчонок окружила стенд с любовными Зельями. — Милая сестрёнка, мы думали у тебя всё нормально с этим. Рон очень жаловался на твоих ухажёров. — озорно сказал Джордж и потрепал Джинни по голове. — Рон — дурак. Не слушайте его. — Джинни улыбнулась. — Гермиона. — Фред. Оба будто бы не замечали двух своих друзей, смотрели лишь друг другу в глаза. После той стычки в гостиной они не говорили — Фред сбежал, а у неё были свои заботы. Джордж и Джинни тактично отошли в сторону, попутно обговаривая новости. — Могу ли я обнять тебя? Гермиона ничего не сказала и лишь потянулась к нему, глотая слёзы. — Ты ненавидишь меня! Я ненавижу тебя! — Гермиона проговорила ему это куда-то в мантию. В пурпурную мантию, что так нелепо смотрелась с рыжими волосами. Но ничего, он — Уизли, ему можно. — Не правда, Грейнджер. Я скучал по тебе. — Не ври! Ты говорил столько плохих вещей, Фред. — Это было когда-то, совсем давно. — В прошлом году — это давно? — Гермиона подняла на него свои тёмные глаза. — Главное то, что я не ненавижу тебя. Пускай это не любовь, но симпатией назвать можно. Что скажешь, Грейнджер? — Сотрём наши надписи? Они вгоняют меня в депрессию. — Конечно. Обещаю, я больше никогда не причиню тебе боль. — Допустим, я тебе поверила. — он хмыкнул, она улыбнулась. Перед тем, как полностью стереть со своих рук и кожи те надписи, они вновь осмотрели их. «Придурок» «Синий чулок» «Шут гороховый» «Заучка чёртова» «Раньше любила» «Ненавижу» «Столько боли мне даже Рон не смог причинить» «Милая нарушительница порядка» «Люблю я его, Джинни» «Симпатией назвать можно» «Сотрём наши надписи?» «Конечно»
Примечания:
Моя новая работа, что скажете? Вроде не плохо. Финал оставляю открытым, додумывайте сами. Хотите стекла? Убейте Фреда. Хотите флафф? Придумайте им совместное будущее. Моя работа сделана, спасибо.
Пы. Сы: надписи они собирались стереть поцелуем. Гы)
