Не жалею ни о чем

      Мия осталась совершенно одна в этом огромном мире, заливаясь слезами. Они текли по ее щекам, и она просто перестала обращать на них внимания, словно они были смыслом ее жизни. Все происходящее казалось кошмарным сном наяву. Глубоко внутри ее душа металась в отчаянии, и кричала во всю, отбивая кулаками по стенам сознания, что Макса больше нет… Ее душа рыдала, истекала кровью и разрывалась, требуя почувствовать его родную душу. Ей было больно… почти физически больно.       Она ощущала, как сердце кричит и извивается от боли. Мия не знала, как это остановить… В голове продолжалась крутиться сумятица, а в сердце — щемящая боль. Ей хотелось броситься и бежать, сломя голову, не сворачивая до тех пор, пока она не упадет, обессилев, чтобы вытеснить всю горечь потери. Глухая боль, зародившаяся в ее сердце, распространилась по всему телу. Ее страдание было настолько невыносимо, что внутри не оставалось места ни для чего больше — боль заполнила собой все.       Сидя в гостиной, она повернула голову, надеясь увидеть Макса, но рядом была лишь звенящая тишина. На негнущихся ногах она отправилась в комнату и, переполненная чувством утраты по любимому человеку, легла на кровать, вздрагивая от ледяного холода, сковавшего ее сердце и душу. Она вспоминала все, что у них было, все моменты, которые они провели вместе… Она понимала, что Макс никогда больше не будет обнимать ее по ночам, никогда не позвонит и не скажет, как сильно любит, не утешит ее и не развеселит, когда ей станет грустно, что никогда не увидит их ребенка. Она лежала на огромной широкой кровати и оплакивала невосполнимую потерю.       Мия проплакала весь следующий час, все думая о Максе. Ее глаза и лицо припухли от слез. Утомленная ими, она немного задремала. Проснувшись через час, она машинально откинула руку назад, провела ею по пустой подушке и одеялу и отчетливо поняла, что Макса все-таки нет. Этот кошмар не приснился ей. Мия перевернулась на другой бок и тихо заплакала. Если бы любимый был сейчас рядом, она бы уткнулась носиком в его широкую грудь, кутаясь в надежных крепких объятиях, переполненных нежностью. Но его рядом нет… Нет мило сопящего рядом Макса, хотя подушка все еще пахнет его духами. Мия зарылась носом в подушку и сделала глубокий вдох, заполняя легкие его запахом. В тот момент на нее нахлынули чувства тоски и потери, ей стало бесконечно одиноко. Единственное, что радовало ее, — ребенок Макса. Его частичка души, которая будет рядом и не перестанет напоминать, что в ее жизни был когда-то любимый мужчина.       Мия думала о том, как из стольких миллиардов людей в мире один только Макс стал для нее таким родным и любимым человеком, который был рядом с ней, которого она хотела называть «мой единственный»? К сожалению, она не знала ответ на этот вопрос. Но в ее жизни уже не впервые наступил такой момент, когда она просто поняла это.       Когда Мия начинала встречаться с Максом, она не могла поверить своему счастью. Он был для нее идеальным во всем. Умен, красив, обаятелен, сильный духом, он как будто все на свете знал и умел. Она считала его самым лучшим, для нее он был хорош во всем. Мия смотрел на него так, как никогда не смотрела на других мужчин. Любая мысль о нем заставляла ее улыбаться. Макс был первой и единственной любовью в ее жизни. Она не видела в нем недостатков, но, к сожалению, теперь его не стало. И хоть его уже нет, она все еще любит его… Это было очень странное чувство… Любить того, кого нет, и чувствовать опустошенность.       Мия, утопающая в невеселых мыслях и слезах, обернулась как раз в тот момент, когда в дверях спальни появился встревоженный Макс. Он был одет только в рубашку и брюки, держа свой пиджак в руках. Он выглядел немного уставшим и нереально красивым. Макс… Он жив… Мия тупо пялилась на него, пытаясь понять, был ли он на самом деле здесь…       Его лицо выражало полнейшее недоумение, Макс не понимал, почему Мия лежит на кровати и заливается слезами. Она была сломлена, горькие слезы наполнили ее васильковые глаза. Он бросил пиджак на кресло как раз в тот момент, чтобы успеть поймать любимую в свои объятия, которая обняла его за шею и крепко прижалась к его груди.       — Я думала, что никогда больше не увижу тебя, — прошептала Мия сдавленным, просевшим от слез голосом и зарыдала.       — Мия, я здесь, — испуганно ответил Макс. — Что случилось? Почему ты плачешь?       — Я умерла сегодня тысячу раз, — вновь прошептала она, не слыша его слов.       Ей не было важно, что он говорит, на данный момент ей было важно только то, что он был рядом, обнимал ее. Он был жив. Она чувствовала его каждой клеточкой вздрагивающего от слез тела. Она задохнулась и зарыдала еще сильнее, не в силах сдерживать слезы, которые и так лились нескончаемым потоком из глаз. Макс нахмурился, а затем, спустя мгновение, еще крепче сжал Мию в своих объятиях.       — Ох, Макс, — шептала она, навзрыд плача у него на груди, тесно прижимаясь к нему, а он просто держал ее в своих объятьях, слегка покачивая и утешая. — Где ты был? Что случилось? — начала заикаться Мия, бессильно опустив голову ему на грудь.       — Любимая, — пробормотал Макс. Он притянул ее еще ближе к себе и поцеловал в макушку. — Я здесь. Я в порядке. Но целую вечность добирался из Нью-Йорка. Скажи мне, что случилось, почему ты плачешь?       — Макс, ты пропал. По новостям сообщили, что твой самолет упал… Почему ты не связался со мной? — выпалила она и тут же опять зарыдала. — Ты заставил меня так волноваться!       — Шшш, — произнес он и, прижав ее к себе, уткнулся носом в ее волосы, глубоко вдыхая аромат. Мия подняла заплаканное лицо ему навстречу, и он поцеловал ее. — Ох, любимая, сейчас-то я уже здесь, — пробормотал Макс.       — Почему ты не позвонил?       — Села батарея в телефоне. К тому же в аэропорту ужасная суета из-за произошедшего, — спокойно сказал он, а потом ухмыльнулся. — Что за «торжественный» прием, Мия? Ты так сильно скучала по мне?       — Чуть-чуть… — прошептала Мия в ответ, ощущая, как ком встал в горле, мешая говорить.       — Заметно, — ответил Макс и нежным прикосновением стер ее слезы с лица, которые все никак не переставали литься из глаз.       — Я думала… думала…. — задыхаясь, начала она.       — Знаю. Тише, любимая… Я здесь… Мне жаль, — пробормотал он и вновь поцеловал ее в макушку.       Мия провела руками по груди Макса, по его рукам, опуская их на поясницу, чувствуя лишь тепло, жизнь, чувственного, любимого мужчину под своими пальцами, убеждая саму себя тем, что он стоит здесь, перед ней, рядом с ней. Он вернулся.       Макс пристально посмотрел на нее.       — Я в порядке, маленькая. Я рядом и никуда не уйду, — пробормотал он, чувствуя, что она судорожно цепляется за него так, как утопающий цепляется за спасательный круг. — Я просто опоздал на рейс и вылетел на два часа позже, я хотел позвонить, но было слишком рано, а потом телефон почти разрядился, поэтому я отключил его, чтобы хоть как-то сохранить батарею и по прилете вызвать такси.       — Ох, Макс! Не смей поступать так со мной еще раз! Ты понял? — чуть прикрикнула она на него и тут же ударила кулачком в стальную грудь.       — Да, любимая, — он вытер большим пальцем ее скатившиеся слезы и вновь обнял.       Мия начала расслабляться, опустив голову на его грудь. Его запах был смешан с уличным, он немного вспотел, но все же он пах Максом… самым желанным ароматом во всем мире. И как только Мия обняла его, обвивая поясницу руками, то поняла, что в эту самую секунду нет более счастливой женщины в мире, чем она. Слезы вновь начали скользить по ее щекам… слезы благодарности. Она была благодарна судьбе за то, что та не отняла у нее Макса.       — Эй, детка, прекращай плакать, — прошептал он, но ее слезы все еще не останавливались.       Приподняв пальцами подбородок Мии, Макс немного отклонил ее голову назад. Затем посмотрел на Мию сверху вниз и нежно пригладил ее волосы. Она взяла его лицо в ладони и провела пальчиками по глазам, скулам, губам. Он осторожно перехватил ее ладошку и нежно поцеловал каждый пальчик. Мия впитывала в себя каждую его черточку, каждое движение, каждый жест, в то время как облегчение проносилось сквозь нее, оставляя в теле лишь усталость, исчерпанность и абсолютное ликование. Макс здесь… действительно здесь. А ведь она могла его потерять, если бы он не опоздал на рейс. Она не хотела даже думать об этом. Мия содрогнулась от этой мысли… Макс притянул ее к себе и крепко обнял.       — Замерзла, маленькая? — спросил он ласково. Она отрицательно покачала головой.       — Я думала, что потеряла тебя, — прошептала Мия.       — Малышка, понадобилось бы куда больше, чем опоздать на рейс, чтобы удержать меня подальше от тебя, — хмыкнул Макс и лучезарно улыбнулся.       Они стояли и обнимались, воссоединяясь, влюбленные друг в друга… Буквально купались в безграничной любви. Сейчас они были погружены в нее полностью.       — Знаешь, Мия Уайт, ты даже заплаканная чертовски прекрасна, — Макс наклонился и нежно поцеловал ее. — И твои губы такие мягкие… — он поцеловал ее еще раз, углубляя поцелуй, — моя сладкая детка…       Он был одновременно нежным и сильным. Его губы жадно целовали ее, и она затрепетала, непроизвольно выгнулась, еще сильнее вжимаясь в него.       — Я думала, что потеряла тебя, — пробормотала она в который раз, все еще задыхаясь, ослепленная его поцелуем. — Как хорошо, Макс, что ты опоздал на рейс. Не представляю, что было бы со мной, если бы тебя не стало.       — Не думай об этом, маленькая. Лучше расскажи, что за сюрприз ты мне приготовила? Я просто заинтригован.       Мия нервно кивнула, покраснев и забеспокоившись, поскольку не была точно уверена в реакции Макса. Для себя она давно решила, что ей нужен этот маленький, крошечный родной комочек, который сейчас живет у нее под сердцем. Она знала, что никогда бы не смогла убить того, кто растет внутри нее. Она боялась, что с ребенком будет не нужна любимому, а может он думает, что им еще рано иметь детей. Если Максу, вдруг, не нужен будет малыш, то она воспитает его одна, но никогда не пойдет на аборт. Она тут же выбросила такие страшные мысли из головы и удивилась, как они вообще могли зародиться в ее мозгу. Мия точно знала, что Макс никогда не бросит своего ребенка, потому что очень любит детей.       — Макс, я… — неуверенно начала Мия. — Я беременна, — тихо, почти неслышно прошептала она, выдохнув, и заглянула в глаза Макса, а затем потупила взгляд, ожидая его реакции.       — Скажи это еще раз… Скажи это вслух и громко, милая, — мягко приказал он, его взгляд пылал, когда она подняла глаза.       — Я беременна, Макс. Две недели уже, — проговорила Мия сбившимся голосом, который показался ей слишком громким.       Он резко выдохнул и, внезапно подхватив ее на руки, начал кружить. Макс смеялся молодо и беззаботно, излучая свое радостное настроение. Она ухватилась руками за его предплечья, ощущая напряженную пульсацию мышц под своими пальцами, и подхватила заразительный смех, чувствуя себя молоденькой девчонкой, полностью сраженной своим прекрасным мужчиной. Макс опустил Мию на пол и настойчиво поцеловал. Его ладони прижимались к ее щекам, а язык ласкал требовательно, убедительно, возбуждающе.       — О, Мия, это же прекрасно, — прошептал Макс, прерывая поцелуй, и ликование, послышавшееся в его голосе, заставило ее колени подогнуться. — Я стану отцом! Не могу поверить, что я стану отцом.       Его радость была неподдельной: глаза сияли, мальчишеская улыбка отражалась на любимом лице. Мию тут же накрыло чувство облегчения, когда Макс укутал ее в горячие, надежные объятия, словно в теплый плед. В душе зародилась радость, ведь Мия так боялась получить не ту реакцию, ей очень хотелось заручиться поддержкой и помощью со стороны любимого. Теперь она не сомневалась, что Макс любит ее и их еще не родившегося ребенка. Она обнимала и смаковала вкус этого восхитительного мужчины, которого, думала, никогда больше не увидит вновь.       — Так значит, вредина моя, когда я молил тебя рассказать мне про сюрприз, ты просто со мной играла? — то ли спросил, то ли утверждал Макс. — Нарочно молчала, чтобы я ломал голову?       Она кивнула, отчаянно пытаясь оценить его реакцию. Он смотрел на Мию немного ошеломленно, но потом, прищурив глаза, иронично усмехнулся.       — Ах ты, интриганка… — наигранно и зловеще прошептал он.       Мия усмехнулась ему в ответ легкой полуулыбкой и вновь пожала плечами, прикусывая нижнюю губу и опуская взгляд в пол, невинно хлопая длинными ресничками.       — Ох, не пытайся быть со мной милой, Мия, — он пробежался рукой по ее волосам, а затем лишь покачал головой. — Не могу поверить, что ты не сказала мне про ребенка сразу, как только узнала. Я имел право знать, это и мой малыш тоже, — выражение его лица изменилось, серые глаза игриво блеснули, а губы изогнулись в похотливой улыбке. — Полагаю, я заслуживаю некого возмездия, правда, мисс Уайт? — тихо произнес он.       Мия почувствовала, как дрожь пробежала по ее телу. «Что он задумал? Про какое возмездие говорит?» — подумала Мия. Она знала, что он играет с ней и, тем не менее, осторожно отступила на один шаг назад. Он лишь ухмыльнулся, глядя на ее движения.       — Это игра в угадайку, милая? — прошептал он. — Так давай поиграем, — его глаза вспыхнули знакомой искрой игривости. — Как ты думаешь, о чем я сейчас думаю? — Мия отрицательно покачала головой из стороны в сторону, давая понять, что не знает. — Не знаешь?.. Я хочу отшлепать тебя по твоей округлой попке за эту шалость.       Внутри Мии все затянулось в тугой узел, видя его демонический возбужденный взгляд серых глаз. Она сделала еще один шаг назад, а затем развернулась и побежала, но все было тщетно. Макс схватил Мию и легким движением, пока она визжала от восторга, удивления и шока, перекинул через плечо и уверенно направился к постели.       — Макс! — взвизгнула она, обхватив его за поясницу.       Поддавшись сиюминутному порыву, она шлепнула его по заду. Макс шлепнул ее в ответ, а затем опустил на белоснежные простыни, вдавливая ее хрупкое тело в матрас. Его тяжесть тела ничуть не смущала Мию, она была рада ощущать его. Сейчас самое главное было то, что он вернулся, он был в безопасности, и он — ее. Она была счастлива. Он протянул ее к себе и сказал:       — Я очень скучал по тебе.       — Я тоже, — ответила Мия и погладила ладошкой его по щеке, проводя пальчиками по губам и скулам.       И они слились в нежном поцелуе. Голова у нее закружилась, и весь мир пробежал перед глазами. Мия была счастлива и безмятежна, сердце учащенно билось, захватывало дух от нежности к Максу. Она порхала, как ангел, в его объятиях. Ее руки и ноги были холодными от волнения, она вся дрожала. Мия очень соскучилась по Максу, по его телу, по его запаху, по его рукам, по его улыбке. Она разглядывала его и не отводила глаз, ей было страшно подумать о том, что она закроет глаза, и он опять испарится, что его не будет в ее жизни. Мия крепко зажмурилась, а затем открыла глаза — Макс не исчез, это был не сон. Вот он тот милый и нежный, которого она так долго ждала, которого так безгранично любила, которого так боялась потерять.       Легкий летний ветерок, врываясь в комнату через открытое окно, развевал белокурые волосы Мии. Макс обнял ее за плечи и, чуть касаясь ее прекрасных волос, прошептал на ушко:       — Я люблю тебя…       Он ласково обнял ее за талию и прижал к своему литому телу, перекатываясь на бок. Глаза Макс горели необыкновенной любовью… Черная, чуть расстегнутая рубашка, его запах и духи сводили Мию с ума… Она, не отрывая взгляда, смотрела в его глаза. Сейчас она была готова даже прыгнуть с высоты вниз, лишь бы доставить удовольствие своему мужчине.       — Я тоже люблю тебя… — также тихо ответила она.       Макс медленно начал ласкать ее ушко, играя языком с сережкой. Мия крепко обхватила его за спину, впиваясь ногтями в ткань рубашки, а затем судорожно стала расстегивать пуговицы. Ее рука поплыла вниз, она опустила ладонь ниже его ремня, нежно надавила, затем провела вверх-вниз, чувствуя через ткань брюк под своими пальчиками его возбужденную плоть. Она и сама пылала от страсти к своему мужчине. Долгое эмоциональное напряжение требовало разрядки.       Макс тоже не останавливался, его это невозможно возбуждало. Сладкий запах Мии, прикосновение ее рук и алых губ усиливали его возбуждение. Он приник губами к влажной от слез щеке любимой. Поначалу Макс хотел просто успокоить и утешить Мию, но вдруг понял, что не может остановиться. Его поцелуи становились все более продолжительными, горячими, страстными. Рыдания Мии стихли. Подняв голову, она почти безумными глазами посмотрела на Макса. Руки сами потянулись вверх и обвили его шею, и она нежно притянула его к себе. Их губы слились в долгом поцелуе. Языки переплелись и начали неистовую пляску. Они еще плотнее прижались друг к дружке, наслаждаясь мягкостью и нежностью прикосновений.       Воздуха не хватало, и Мия неохотно отрывалась от влажных губ Макса. Она обессилено лежала на подушке, ее длинные густые волосы рассыпались пышным веером. Она почти задыхалась от страсти. Макс, неторопливыми поцелуями, спустился к ее нежной шее, замерев губами на тонкой бьющейся жилке, руки его скользили по ее разгоряченной коже. Его нежные пальцы были на шее, лопатках, пояснице, попе… Его движения были умелыми, нежными и ласковыми. Легким движением, он поднял ее, словно пушинку, и усадил к себе на колени, не переставая целовать.       Откинув голову, Мия нежно стонала, запустив руки в мягкие шелковистые волосы Макса. Бретелька ее платья соскользнула с левого плеча. Макс тут же переключил все внимание на него и стал ласкать кожу. Приспустив с любимой платье и оттянув волосы Мии назад, Макс дотронулся до ее груди и стал ласкать, спускаясь к еще плоскому животику. То ли кусая друг друга, то ли лаская, они нетерпеливо, рывками разделись. Скомканная одежда, скомканная прелюдия… Легкий холодок пробежал по коже, но он вовсе не остужал пыл, а только усиливал его.       — Спасибо за маленькое чудо, любимая, — прошептал нежно Макс и еще раз коснулся губами ее обнаженного живота. — Это самый потрясающий сюрприз, который я когда-либо получал.       Его еле слышный голос продолжал что-то нашептывать на ухо, а в это же время руки касались нежной груди, медленно скользили по бархатистой коже, исследуя каждую клеточку. Пальцы нашли затвердевший сосочек и осторожно начали теребить его. Вновь по телу Мии прокатилась волна приятного успокаивающего тепла. Медленно поднявшись по животику, между грудями, по ключицам и шее языком, Макс продолжал целовать ее в губы. Мия была будто в огне. Ее тело горело желанием принадлежать ему и только ему…       Макс взял на руки любимую и снова уложил на постель, не переставая целовать. Не в силах сдержать вырывающуюся нежность и ласку, его руки продолжали страстно ласкать изнывающее тело. Его мускулистый торс притягивал Мию словно магнитом. В ответ на его ласки она поцеловала его шею, не обходя вниманием крепкие плечи и широкую грудь, ощущая напряжение каждого бугорка под своими пальцами. Влюбленные в исступлении целовали друг другу каждый сантиметр кожи, не пропускаю ничего. Его поцелуи доставляли ей огромное удовольствие, и она закусывала губы в предвкушении еще большего наслаждения.       Мия почти неощутимо царапала Макса ноготками, его это очень возбуждало. Он шептал ей, словно во сне, милые слова. Его руки не выпускали ее из плена нежности и страсти. Когда губы и руки Мии касались его кубиков на животе, мышцы резко сокращались, Макс дрожал от разгорающегося удовольствия. В этот момент вулкан страсти питал жаром их возбужденные ласками тела… Он сжал бедра любимой, приподняв их, положил ей ладонь на живот и плавно вошел в нее. Когда его плоть, горячая и твердая, вошла в ее податливое тело, Мия громко застонала, изогнулась и впилась ногтями ему в плечи.       — Моя, — хрипло проговорил он в этот момент.       Макс, прикрыв глаза, наслаждался глубиной горячего, плотно сжимающего его плоть лона. Мия часто задышала, чтобы еще больше расслабиться. Прежде, чем начать движение, он на мгновение замер, давая ей возможность привыкнуть к себе, почувствовать. Макс был такой огромный. Ощущение граничило с болью, но это невероятно возбуждало. Его властная рука заставила Мию повернуть голову к нему, влажный поцелуй оставил след на ее щеке и мягкие нежные губы накрыли ее рот. Он продолжал медленно двигаться внутри тела любимой и его движения продолжались еще и еще. Он двигался в неторопливом ритме, который никак не соответствовал бешеному стуку его сердца.       Макс не собирался останавливаться, он балансировал на грани эйфории и яростной страсти. Он хотел бы ускориться, но не хотел торопиться, поэтому просто наслаждался глухими сладкими стонами Мии, которая все больше припадала к его груди. Он так быстро выучил все, что ей нравилось, что это ее даже пугало. Он не упускал ничего и внимательно изучал ее малейшую реакцию на его ласки. После первой же ночи любви он знал ее тело лучше ее самой.       Макс ласково зарывался рукой в волосы Мии, целовал ее, а другой рукой прижимал поясницу, чтобы погружаться в ее тело в привычном размеренном ритме. Она была влажная, мягкая и нежная внутри и готова только для него. И он все не спешил, наблюдая, как глубоко проникает его плоть, как вздрагивает Мия от его толчков и стонет каждый раз, двигая бедрами ему навстречу.       — Моя девочка… — нежно шептал он, проводя ладонью от шеи по всему телу, выдохнув в ее ухо слова, прерывающиеся неровным дыханием.       Его пальцы остановились на ее бутоне страсти, затем медленно задвигались, заставляя ее тело двигаться вперед-назад под его ласками. Мия вскрикнула, затрепетав от восторга. Макс что-то прошептал ей и обнял крепче.       — Я хотел тебя с первой минуты, как только увидел, — негромко промолвил он. — Боже, как я завидовал Ван Арту! — Его правая рука ласкала ее грудь, бедра. — Я искал тебя целых четыре года, будь они прокляты! И теперь ты моя, Мия. Моя… и останешься моей, я никому тебя не отдам.       Такие слова любая нормальная девушка была бы счастлива услышать из уст возлюбленного, но Мия просто нежно стонала и двигалась в один такт с Максом, буквально сгорала от желания, когда он произносил эти фразы. То, что Макс говорил, возбуждало ее еще больше, поскольку каждое слово вызывало у нее трепет.       Опираясь на одно колено, Макс брал любимую медленно, плавно выходя и вновь толкаясь вперед, подстраиваясь под ритм и чувствуя, как ее тело выгибается с каждым толчком, когда он погружается в него все глубже, как она сладко стонет, выгибаясь словно кошечка. Мия чуть ли не плакала, моля его ускориться.       — Ма-акс, прошу… — шептала она, сгорая от страсти.       Но Макс не спешил, упиваясь своими ощущениями, дразнил и пробуждал в душе Мии еще большую страсть и желание. Острые ногти впились в его крепкую грудь, и Макс застонал, приподнимая нежные бедра любимой.       — Моя дикая кошечка выпустила свои коготки? — прошептал Макс в губы Мии.       Она же лишь усмехнулась на его замечания и подалась бедрами навстречу, желая заполучить его всего. Макс потерял голову от исступления и задал новый ритм, задыхаясь от удовольствия. Сначала он двигался медленно, погружаясь в нее до самого основания, затем резкими толчками, заставляя Мию вскрикивать от удовольствия. Макс вновь поднял ее бедра, держась за тонкую талию руками, слегка качнул на себя упругое хрупкое тело любимой, потом резко вышел, а затем также резко вошел в манящую влажность, вырывая дикие стоны из сладких губ Мии. Затем опять повторил, еще и еще, быстро наращивая темп.       Мия старалась не терять голову, чтобы не царапать Макса и не оставлять следов на его восхитительном теле. Но он был просто великолепен, и она не могла сдерживать себя, впиваясь в его кожу ноготочками. Ей ни с кем и никогда не было так хорошо, как с ним. Любимая насаживалась на него, а Макс придерживал ее за бедра, чтобы Мия не соскочила, до того яростными и быстрыми были его толчки. Макс двигался все быстрее, пока, наконец, и сам не застонал от удовольствия. Стоны становились громче, и вот уже бешеная скачка несла их к долгожданной развязке, которую жаждали оба, но в то же время старались оттянуть кульминацию. Наслаждаясь друг другом, влюбленные потерялись во времени.       Во время резких толчков Мия чувствовала, как напрягаются мышцы на теле Макса, и от этого, казалось, что она еще больше сходит с ума. С каждым его движением стоны становились все громче и громче. Сминая ее нежную грудь большими ладонями, играя умелыми пальцами с горошинками сосков и продолжая неистово входить в ее возбужденную плоть, Макс тяжело дышал, уткнувшись в шею Мии. Страсть… Жадные в ласке, выбившиеся из сил Мия и Макс… Напрочь сбитое дыхание, переходящее в крик. Сквозь стиснутые зубы Макса вырвался не то рык, не то стон…       — Люблю… — он вошел в нее до упора. — До одури люблю… — и ещё один безжалостный толчок, от которого Мия просто растворилась, комкая под собой простыни.       Именно эти слова и стали для нее последней каплей. Поцелуй… Короткая пауза… Мия прикрыла глаза, подняла руки и пальцами вцепилась в волосы Макса, слушая, как бешено колотится сердце любимого. Мия уже совершенно не могла сдерживаться. Громкие шлепки их соприкасающихся тел оглушали. Она потеряла нить с реальностью, растворилась в острых ощущениях. Жар несколькими волнами прокатился по всему ее телу, она застонала, закатила глаза и, выгнувшись, схватилась за простыни пальцами, комкая их. И в тот же миг почувствовала, как сильнейший оргазм сотрясает ее тело. Стон сорвался на крик, когда все тело Мии словно пробило электрическим током, скручивая мышцы, и волна экстаза обрушилась, накрывая с головой, не давая даже вздохнуть полной грудью.       Макс, прикрыв глаза, прижимал к себе вздрагивающую любимую, встречая ее затуманенный, как и у него, страстью взгляд и прижался к губам, проглатывая ее стон. Не в силах справиться с ощущениями, которые накрыли Мию с головой, она прикусила его нижнюю губу, отчего Макс протяжно застонал, глубоко вошел в ее расслабленное тело еще несколько раз и обессиленный рухнул.       — С ума можно сойти, — тяжело дыша, прохрипел Макс где-то около уха Мии. — Не думал, что такое бывает… — Его голос в эту минуту больше походил на голос заядлого курильщика, но это звучало так сексуально, что Мия невольно засмеялась.       — Какое «такое»? — таким же хриплым, но очень тихим голосом спросила она, также тяжело дыша, словно после бегового марафона.       — Что? — переспросил Макс, самодовольно улыбаясь ей в шею.       — Какое «такое»? — с трудом разлепив губы, прошептала Мия еще раз только чуть громче.       — Такое, — повторил он и плавно вышел из нее.       Мия издала слабый стон, когда Макс покинул ее тело, а он откинулся на кровать и потянул ее за собой. Она легла к нему лицом, положив голову на грудь. Макс рукой притянул ее за талию ближе к себе. Их руки сплелись в нежных объятиях, и они обнимались, сливаясь воедино и урча от удовольствия. Мия лежала в теплых объятиях, насыщенная страстью и почти бездыханная от переполнявшей ее любви. Макс доставил ей ни с чем несравнимое наслаждение. Это было видно по тому, как он целовал ее, как ласкал, по словам, тронувшим ее до глубины души. И Мия отвечала ему тем же. Сердце бешено колотилось, мешая дышать, перед глазами плыли радужные круги, руки не слушались и тряслись, как у последнего пропойцы в минуты похмелья. Их тела были покрыты липким потом, но влюбленные не замечали этого.       Макс держал Мию в крепких объятиях, а она время от времени вздрагивала и доверчиво прижималась к нему. Он нежно ласкал пальцамм ее по спине, целовал в макушку головы, которая покоилась на его груди. Мия слышала ровное биение сердца Макса и лежала, не шевелясь, наслаждаясь нахлынувшей на нее нежностью. Она жадно ласкала его сильное тело, как будто за весь последний час так и не смогла насладиться близостью Макса, а только сильнее разбудила в себе желание. Проведя ладонью по мускулистой груди, Мия поцеловала любимого в шею. Она была так счастлива, что казалось, за спиной у нее выросли крылья.       Макс пристально посмотрел на Мию, и она начала задыхаться от нехватки кислорода. Она посмотрела на него в ответ и попыталась угадать, что скрывается за этим непроницаемым взглядом серых глаз, и вдруг поняла, что это не имеет значения. Важно только то, что они будут вместе. Точно так же она чувствовала себя пять лет назад, лежа впервые в его объятиях. И как ни странно за это время его взгляд нисколько не изменился. Изменились только они. Научились любить, ценить, беречь то, что им дорого.