Биография Никрула: Убийство в классной комнате

Со страстью мы распахнули двери спальни и, целуясь, направились к кровати. Я вёл его вперёд, от чего и опрокинул на кровать. Оказавшись подо мной, Нагиса остановился. — Это точно правильно? — спросил он. — Что? Поцелуи? — уточнил я, но, не дав ему продолжить, поцеловал с языком. Он пытался что-то произнести, но мой язычок взял вверх. Он выдохнул и расслабился, а я принялся его раздевать. Обняв талию Нагисы-куна, я начал водить руками по его оголённой спине, постепенно поднимаясь выше и выше, что его одежда освободила прекрасные сосочки. От одного их вида мои губы свернулись трубочкой и направились в атаку. — Ай! Не кусайся... Пожалуйста... — нежно произнёс он. Проведя кончиком языка по ареолу окрепшего соска, я поднял взгляд, дабы узреть его милую неловкость и стеснение. — Если ты против... — начал я, ослабив хватку. Нагиса посмотрел мне в глаза, а затем отвёл взгляд. — Больше нет, чем да... — тихо прошептал он. Отстранившись, я слегка улыбнулся и медленно стал расстёгивать его одежду сверху-вниз, а когда прикоснулся к его члену, пока расстёгивал штаны, то Нагиса резко схватил мою руку, остановив. В ответ на такой дерзкий ход я ответил своим. Выгнувшись кошечкой, я направил свои губы к его шее, а руку оставил сжатой внизу. От каждого моего поцелуя или прикосновения язычка Нагиса резко постанывал от щекотки. Удовольствие длилось недолго — медленно переведя руку к лицу Нагиса-куна, я провёл ладонью по щеке и вцепился зубами в ушко. Он оттолкнул меня, но я лишь облизал губы и продолжил освобождать его от лишней ткани. Вскоре он лежал передо мной в одних трусиках, из которых пытался освободиться скованный зверь. — А как же ты? — спросил Нагиса со скрещенными руками на груди. — В этот раз всё достанется тебе... — похотливым тоном произнёс я и встал с кровати, оставшись напротив него. Он приподнялся на локти и увидел мои протянутые к нему руки ладонью вверх. Приняв предложение, он оказался передо мной. В тот же момент я опустился на колени так, что я сидел на пятках, поджав колени. — Никрул-семпай... — только успел произнести он. Его член уже лежал у меня в руке, а головка сочилась, словно извергающийся вулкан. Оголив кончик своего языка, я слегка коснулся головки. Сок был горяч и склизок. От этого Нагиса больше вжался к ободку кровати. Настроившись на агрессивные действия, я поднял взгляд на его лицо, провёл ладонью правой руки путь от пола до сладкой накачанной попки, резко вцепился кончиками пальцев и, задержав дыхание, одним движением продвинул член Нагисы в ротик. У него был достаточно большим, чтобы войти так глубоко, как только можно. Я ощущал гортанью границу его головки и то, как слегка горький сок скатывался мне в желудок. Нагиса дёрнулся от неожиданности, но моя рука не дала освободить заключённого в моём горле. Слегка водя языком из стороны в сторону, я стал слегка воротить головой, что член стал биться об щёки, слегка задевая зубы. — Семп… — его лицо слегка нахмурилось от боли. Остановившись, я вытащил пленённого и постучал себе по лицу, что капельки сока дико сексуально лёгли на нём. От этого Нагиса опустил взгляд, и реакция не заставила долго ждать, — член стал крепче прежнего. Воспользовавшись этим, я снова задержал дыхание и пронзил свой ротик. Сперва член больно упёрся в гортань, но я немного повернул голову, от чего язык был полностью прижат, а места хватило для глубокого петтинга. Свободной рукой я провёл по яичкам Нагисы-куна и, максимально вытащив свой язык, стал игриво поддёргивать их кончиком. От этого ноги Нагисы уже не могли держать его и подкосились, что он уже сидел на кровати, а его яички вышли из досягаемости моего язычка. Освободившейся правой рукой я взялся за его член и некими кивками принялся за сосание. Сначала это были медленные и глубокие движения, во время которых пальцами левой рукой я зажимал себе горло, что увеличивало трение и удовольствие. Вдруг Нагиса, что сидел, облокачиваясь руками об кровать и сжимая ими простыни, обнял меня за голову, прижавшись туловищем. Словно кукловод, он ускорил мой темп, что сок уже сочился не только по горлу, но и по всему рту, а некоторый и вовсе высвобождался вместе со слюнкой. — Я… Я… — повторил Нагиса, попытавшись меня предупредить, но и без этого я всё понимал. Его уже ослабший член окреп в последний момент, а мой язычок почувствовал, как от основания до головки подступило нечто горящее. Первая волна спермы высвободилась мне в ротик, а затем и в стенки гортани. Она была слегка горьковатой, но, смешавшись со слизью, обрела приевшийся вкус, и я проглотил. Нагиса не спешил меня освобождать от объятий. Он просто сидел, держа свой член во мне. Вскоре, когда из того вышли оставшиеся соки, Нагиса освободил меня и плюхнулся на кровать. — А ты молодец… — тихо сказал я, ляг рядом.