Что делать, если влюбился в музыканта?

Утро было трудным, потому что после вчерашней новости я долго не мог уснуть. Когда Моргенштерн сообщил мне о том, что я еду с ним на «вечерний Ургант», мои нервы встали дыбом. Мозг заполонило волнение. Не то, чтобы я был зол или не рад, просто за считанные дни моя жизнь поменялась до такой степени, что меня покажут на телеке, хотя прошедшие 3 с лишним года стараний меня не приводили ни к чему. Я вышел из сна только в 12 часов утра, когда мне позвонили. Я машинально ответил на звонок и поднёс телефон к уху, мои глаза всё ещё закрыты. — Славик, доброе утро. Ты сейчас где?  — А?.. Да, утро… Оно доброе… Ммм… Ты кто?  Басистый голос громко посмеялся. — Ты обкуренный или только проснулся?  Мозг пытался проснуться, начиная бить тревогу от того, что я несу. Я помолчал в трубку какое-то время. — Обкуренный?  — Видимо. Ты живой ещё?  — Я не могу быть неживым, мне ещё нужно столько всего… — затем я начал приходить в себя, вспоминая, кто я и где нахожусь. — Ты всегда такой по утрам? — сказал Алишер, чей голос я уже чётко разобрал. Я вдруг подскочил, посмотрев на часы. — Чёрт, уже 12!  — Да, Славик, пора вставать.  — Прости! Я с утра всегда хрень какую-то несу. Я сейчас, 5 минут и буду готов.  Морген посмеялся. — Я заметил. Можешь не торопиться, когда соберёшься, напиши.   Я отложил телефон. — ТВОЮ МАТЬ, ЗА ЧТО? — щёки покраснели, было безумно неловко за своё поведение.

***

Я сидел в машине Алишера, и в этот раз молчание сильно давило, что мешало думать и совершенно опускало руки. Тем для разговора не было. Придумать их несложно, но вот только с каждой секундой становится всё неудобнее, и поэтому ничего в голову не лезет. — Скажи, куда ты хочешь попасть сейчас? — наконец-то тишина нарушилась. «Я очень сильно хочу под тёплое одеялко!» чуть не сказал я, но сдержался. — В каком смысле?  — Не знаю. Ну просто какое-то место, которое ты хочешь увидеть или посмотреть.   — Ммм… — молчание опять стало мешать дышать, поэтому я спохватился и сказал первое, что попало на ум. — Может… Океанариум?  Морген негромко посмеялся. — Хорошо.   — А к чему это было?  — Ты какой-то напряжённый, хочу свозить тебя куда-нибудь, — Алишер улыбнулся и посмотрел на меня, читая мысли. Хоть несильное смущение и осталось, но это меня зацепило и я тоже улыбнулся, а потом отвёл взгляд.

***

— Мы серьёзно приехали в океанариум? — я вышел из машины и улыбнулся, эта идея начала мне нравится. — А ты думал, я шучу? — на самом деле, да. Я так и думал. Высокое, огромное по площади здание голубого цвета снаружи выглядело как достопримечательность, с которой можно фоткаться и выставлять на аватар в соцсети, а мы ещё даже не зашли внутрь. Посередине лицевой стороны здания стоит огромная стеклянная дверь в фиолетовом ободке, рядом ещё несколько дверей меньших размеров. Небольшие окна часто разбросаны по стене с самого входа и дальше, а в них, если приглядеться, можно увидеть самых разных морских тварей. Я восхищённо охнул, не отводя взгляда от здания, но, услышав сбоку от себя радостную усмешку, обернулся. — Ты тут бывал уже? — спросил я. — Да, разок было, где-то года 2 назад. Но тогда тут не так всё вылизано было, — Морген положил руки в карманы и пошёл ко входу. Я последовал за ним. — Это же точно очень дорого! — сказал я. — Фигня, я оплачу.  — Может, я?..  — Нет, я хочу. Пользуйся, пока дают, Славик, — снова стало неловко, и это уже начало меня злить, потому что за меня в который раз платит не кто-то там, а Алишер Моргенштерн.

***

— Потрясающе! — как маленький ребёнок снова восклицаю я, потому что ещё никогда не видел настолько огромные аквариумы. Ты поднимаешь голову, а прямо над тобой плавают, наверное, тысячи различных обитателей воды. Мои скрытые обычно эмоции уже было не сдержать, да и не хотелось особо. Образ бесчувственного и спокойного Славы полетел к чёрту. Для Алишера уже не было секретом, что я умею визжать, как четырнадцатилетняя девочка, и радуюсь всему происходящему. На это он только смеётся и улыбается. Никогда бы не подумал, что такой безбашенный Моргенштерн может быть довольно милым и добрым с таким обычным парнем, как я. — Не хочешь мороженое? — спросил Алишер, перед этим подойдя ко мне. — Хочу. — сказал с улыбкой я.

***

Обойдя весь океанариум 2 раза Алишер захотел сходить в «очень классное место» по его словам, за дополнительную сумму, но мне не сказал, что это. Нас проводили к небольшой тёмной двери, которая открылась, как лифт. Зайдя в небольшую комнату с лавочкой, я не понял, что сейчас должно произойти, но когда двери закрылись и мы поехали вниз, я начал догадываться. Через мгновение глазу показалась ярко-голубая вода, которая была прямо за стеклом, и морские обитатели были так близко, что, казалось, их можно потрогать. Складывалось впечатление, что мы одни на сотни метров глубины. Я был потрясён, это зрелище поражало сильнее всего, что я видел за последние два часа. Я повернулся на Моргенштерна с открытым ртом, а тот сидел на скамье и улыбался, глядя на меня. — Как круто! — воскликнул я, прислоняясь к стеклу. — Есть такое, — сказал он спокойным голосом. Я просто обожаю этот тихий, низкий, немного хриплый и такой успокаивающий голос, которым он говорит нечасто, но только в нужные моменты. Внезапно лифт остановился, что немного тряхнуло меня, но я удержался на месте. Поняв, что так и было задумано, я сел на скамейку, наслаждаясь видом. — Расскажи о себе.  Я нахмурил брови. — В каком смысле?  — Я хочу узнать о тебе. Мы ещё долго будем вместе работать и тусить, поэтому нам лучше узнать друг друга.  — Ты со всеми так делаешь? — спросил я на полном серьёзе, потому что слова, которые я должен был произнести в ответ, казались для меня личными и близкими, я не хотел, чтобы это было пустым рассказом для него. Он посмотрел в стекло удивлённым взглядом, но потом усмехнулся, помотал головой и опустил взгляд. Этот жест показался странным, потому я немного помолчал. Вроде бы в том, чтобы рассказать о себе, нет ничего такого, но мне не хочется, потому что я сильно отличаюсь от Алишера, да и от всех остальных в моём возрасте. — Ты уверен, что хочешь услышать что-то от меня?  Алишер посмотрел непонятливым взглядом. — Славик, блять, ну если я попросил.  — Ладно, — я встал и повернулся к нему лицом. — Я - Слава, мне 20. Моя мечта быть рэппером и битмейкером, но я совсем не подхожу под всё это. Я не курю, не пью, не кидаю наркоту, чёрт, я даже матом не ругаюсь! Я боюсь щекотки, а ещё у меня аллергия на пыль и цветения. Всю свою жизнь я жил за счёт поддержки родителей и бабушки с дедом, и сейчас я не могу представить, что я уже прошёл примерно четверть жизни, потому что чувствую себя ребёнком, как физически, так и морально. Я люблю смотреть аниме и плакать во время романтических сцен в фильмах, а ещё мой телефон усеян играми. Я терпеть не могу большие компании людей, которые считают меня никем. Это всё, что я хотел сказать, а теперь ты можешь смело обозвать меня жалким, — закончил я на последнем выдохе, затем сел и снова начал смотреть на лазурную воду и проплывающих мимо рыб, которые так успокаивали. — Теперь тебе лучше, так? — и действительно, после этого вся неловкость ушла. Именно это меня так беспокоило, именно это я боялся сказать. — А ты не будешь?  — А ты и так всё знаешь, ты же смотришь мои интервью и многое другое.  — С чего ты взял?  — Увидел историю твоих просмотров на ютубе, — он улыбнулся и посмотрел мне в глаза. — Совершенно случайно! Улыбка сошла с лица и я залился краской, медленно прикрыв лицо руками. Моргенштерн только посмеялся. — Как?  — Ты через комп заходил на аккаунт, а я потом просто интереса ради посмотрел, — хитрая улыбка смущала ещё сильнее. Я собирался умереть от стыда, но время нахождения под водой подошло к концу очень вовремя.

***

Машина ехала к офисному зданию, в котором находилась наша студия. — Это было правда круто, спасибо тебе.  — И тебе спасибо, — сказал Алишер. Всё смущение ушло, и молчать опять было в кайф. Но, к сожалению, в тишине мы сидели недолго, потому что Мерин подъехал к месту назначения и мы поторопились выйти из машины и прибыть в комнату звукозаписи. Уже начинало темнеть, поэтому надо было срочно начинать эфир. Скинув куртки, мы начали готовится к трансляции.

***

В этот раз наши взгляды часто падали друг на друга, в основном специально. Например, если он сказал что-то глупое, я поворачивался и смотрел на него, улыбаясь. Это немного смущало. Так же было и со всем остальным, но мне всё время казалось, что это выглядит странно, хотя ничего подобного в этом нет. Каждый раз, когда Алишер приближался ко мне, опираясь о кресло, нагибался и смотрел в компьютер, по телу проходила маленькая молния, и ток от неё доходил до самых ушей, заставляя их немного краснеть, особенно когда он прикасался к моим плечам или рукам, что я, конечно же, скрывал, улыбаясь как прежде, но ещё несколько минут чувствуя смущение. Это чувство меня насторожило. Порой проскакивали какие-либо тихие шутки, разговоры, которые созданы только для нас двоих, которые слышим только мы. Иногда мы говорим что-то странное, что связано с нами, и этого никто не понимал, только я, Алишер и Саня. Мы вообще любим повеселиться. Во время работы на лице музыканта часто возникает улыбка, не проявляющая себя в обычной жизни, что я заметил только сейчас. Например, когда он придумывает текст, брови немного сдвинуты, видна задумчивость, эта странная улыбка, выражающая нетерпение и ожидание результата, выражение лица, которое показывает удовольствие и кайф от работы. Я перестал скрывать улыбку в ответ на поддержку и комплименты. Обычно только поддакивал, улыбаясь, а потом смеялся. Это явно открыло меня с другой стороны как для моих приятелей, так и для зрителей.

***

Алишер с шумом плюхнулся на стул. — Всё, снято нахуй!  — Я так устал! — выдохнул я из последних сил и лёг на кресле. — Ещё трек отправить надо и прибраться тут, — сказал Саша, по прозвищу «гандон».* Алишер поднялся и обратился ко мне. — Отправь это всё по телеге.  Сделал я это за несколько минут, а потом начал помогать Алишеру с уборкой. Я выкидывал банку из-под оливок, когда случайно зацепился рукавом худи за серёжку Моргенштерна, несущего бокал с недопитым вином. — А-ай блять… — протянул он хрипло куда-то в стену. — Подожди… — я осторожно отцепил рукав от серьги и начал осматривать ухо, а потом посмотрел в глаза музыканта. — Прости, пожалуйста!  — Ничего, — Алишер потёр ухо. — Ради тебя можно и руки лишиться, — такое сравнение меня насмешило.

***

Уже в машине мы разговорились снова. Разговор был ни о чём, просто шутки и болтовня о будущих планах. — Хочу квартиру тут купить, — сказал я после разговора про тур, в который мы, кстати, уже скоро поедем. — Оставаться будешь в Москве? — спросил с совсем небольшим удивлением Алишер. — Да. Мне тут нравится, легче развиваться. И, я надеюсь, что мы продолжим общаться, записывать треки и видео и всё такое…  — Будто я тебя кому-то отдам! Будет такой гений делать каким-то там лохам биты, ну конечно! — Морген говорил это с улыбкой, которая появлялась и у меня. — С квартирой помогу, кину тебе несколько вариантов сегодня, потом поедешь, посмотришь.  Я удивлённо обрадовался, улыбнувшись достаточно ярко, чтобы это казалось необычным. — Спасибо большое.