Накопившееся

      Они пообещали быть честными друг с другом.       Это было шутливо и на публике, все тогда посмеялись, кто-то даже вспомнил про то, что некоторые монстры не могут лгать. И совершенная слизь, будучи призванной, относилась к этой категории. Хотя все прекрасно понимали, что Римуру может обойти это правило, если уж очень сильно понадобится. Но потом, позже, Вельдора прямо сказал о том, что его слова серьёзны. С тем самым видом, от которого Римуру вздрагивал.       Просто в тот же вечер на главной улице закатили очередной пир, но загруженный своими мыслями и делами юный Владыка решил разобраться с парой докучающих бумажек. И именно этот момент выбрал дракон.       Серьёзный взгляд и хищная, пускай и расслабления, походка. Инстинкт монстра тут же начинает бить тревогу, несмотря на Коридор душ. Нет, скорее именно из-за него он и нервничает. Потому что Вельдора Темпест даже не скрывает от него своей серьёзности, выставляя это напоказ тому, с кем связан душой. Обходит добротный стол, не разрывая зрительного контакта, в полном молчании, что так на него не похоже, кончиками пальцев касается лакированого дерева. — Был ли ты серьёзен в своих словах? — прямо, чётко, не ходя вокруг да около, дракон сразу же в лоб задал вопрос. Рука мягко опускается на подлокотник кресла, а сам мужчина говорит тихо, чуть наклонившись к нему. Картина сюрреалистична для тех, кто привык видеть Штормового дракона в повседневной жизни. Задорного и весёлого, как будто подросток, а не существо, прожившее около вечности. Но кому, как не правителю страны монстров знать, что эта самая страна бережно и ревниво таит в себе множество секретов. — Конечно, Вельдора, т-ты чего? — в голосе слышится лёгкая паника. Блондин щурится, изучает взглядом, серьёзным-серьёзным. Неимоверное желание отвернуться тут же охватывает Владыку Демонов. Потому что он не обманывается. Несмотря на всё творящееся вокруг, Римуру никогда не давал себе забыть. Что Дьябло — демон, охочий до боя и чужих душ. Он восхищён его силой, его верность непоколебима. И что его силу нужно держать в крепкой руке. Этот меч должен быть ведомым, иначе крови, пролившейся на землю, будет больше, чем океан. Что Бенимару — наследник деревни огров. Монстр, что живёт боями. Они как древний источник пышут в его венах, сплетаясь в гнев. Киноварный Король умел себя контролировать, но сила его была в его неистовстве и ярости. Что дриады — смотрительницы леса. И то, что они посчитают для леса угрозой, будет подвержено суду. Каре, беспощадной и сокрушительной. Сколько трупов хранит в себе земля? Чьи кости были растащены неразумными монстрами. Много. Достаточно много, чтобы лес и до появления запечатанного в нём дракона обходили стороной. И что Вельдора, Штормовой дракон Вельдора Темпест — одно из старейших существ в этом мире, повидавших почти всю его историю и слывшим самым неистовым и буйным из своего вида. — Отлично. — мужчина выпрямляется и поворачивается к окну. Он кажется до безобразия довольным. Им не нужны пакты и разные подтверждения, потому что понимают, порушенное доверие нельзя будет восстановить.       «В конце концов, чаще всего проблемы заключаются в том, что два индивида не могут честно поговорить друг с другом», попытался приободрить себя Римуру. Но Сиэль не была бы собой, если бы не порушила его надежды.  — Так же, стоит заметить, что, если бы не некоторые порывы правды, можно было бы избежать конфликтных ситуаций. - Заботливый механический голос втоптал все попытки на самоуспокоение. — Но только тэт-а-тэт. — поправляет себя монстр, чем привлекает внимание Штормового Короля. То кажется немного удивлённым. — Не смотри на меня так. Уши есть даже у стен и при должном упорстве, телепатию тоже можно подслушать. — усталый вздох срывается с бледных губ. В золотистых глазах отражается непомерная усталость и Вельдора сам вспоминает, что в сумме, Миками Сатору, вообще-то пятьдесят с копейками, смехотворная молодость. А в этом мире и подавно меньше, и двух полных десятков скорее всего не наберётся. Дитятко.       Ночь и пир в самом разгаре. Танцы, песни и тени, гуляющие по стенам домов. Мигрирующие монстры удачно попали под наездников и стали прекрасной трапезой. «Точно. Монстры едят монстров», невесело подумал Римуру. Выживает самый приспособленный. — Пойду я. А то если Шион меня тут найдёт, мне от неё вовек не отделаться. — мягко усмехнулся переродившийся. И только пискнуть успевает, как оказывается зажат между боком и рукой. — Вельдора! — возмущённо восклицает Темпест и возмущённо барахтается. Своенравный то ли друг, то ли названный брат, как обычно творит только ему понятные мысли. — У меня мысль получше есть. — задорно блеснув хитрым и выразительными глазёнками, дракон двинулся к выходу из кабинета. — Я сам могу дойти! — возмущённо воскликнула драгоценная ноша, но им обоим понятно, что только для вида. Потому что Римуру понимал, почему его не пускают. Ему сбежать много усилий не надо. Есть тень, есть телепорт и ещё пару полезных в быту примочек. Но для этого он должен быть один и без тактильного контакта. Пока его несут как мешок картофеля, никуда он не денется.       А направился дракон к пещере, где был запечатан около трехсот лет. Питая удивительные чувства ностальгии и дискомфорта, Штормовой дракон в самой глубине, именно в том месте, где он был заключён, устроил себе личный уголок. Находясь на невообразимо глубоком уровне, его нельзя найти из-за магических искажений, что переполняют пещеру и по сей день. Чисто из непробиваемого характера и желания повеселиться, он утаскивал пару раз Римуру сюда, взяв с него слово, что сюда никого не приведут (на самом деле его поставили перед фактом, пугающе прищурив глаза). — И что же у тебя за идея такая? — кисло спрашивает Владыка Демонов, вернувшись в свой обтекаемый облик слизи. Сиэль молчала по-партизански, а на вопрос тут же весело отрапортовала о праве хранить молчание. «Вы сговорились!», он хотел воскликнуть это в голос, но тот самый прищур и самодовольная улыбочка не внушали ничего хорошего. — Оооо, не беспокойся, ничего страшного не случится. — вопреки своим словам, дракон нехорошо улыбается и прижимает крепче к себе. — Вельдора Темпест! — только истерично срывается у слизи. Особенно, когда в магическое восприятие попадают массивные железные двери. — Вельдора! — Ой, да успокойся ты. Я же тебя не в незнакомое место несу. Вопреки всем своим ожиданиям, в личном уголке дракона было достаточно тихо и комфортно. Повсюду были разбросаны подушки разных размеров, а на холодных камнях лежали шкуры, которые уже перестали источать неприятный запах. Настоящее драконье гнездо, только вместо золота стопочки с мангой, к удивлению перерожденца, во взгляд попались пару фэнтезийных книжек. — Ну и зачем? — уперев руки в бока, Создатель Хаоса нетерпеливо озирался по сторонам. В отличие от прошлого раза, тут всё выглядело более обжито и приспособлено к жизни. Он даже вновь принял облик человека и прошёлся немного. Любопытство вытеснило желание смыться в закат как можно быстрее. — Знаешь, я очень злюсь, когда мне врут. — неожиданно начинает блондин. Взяв одну из книжечек, он открыл её и пробежался взглядом по страницам. — Поэтому скажи честно, ты устал? Пожалуй, любого вопроса Римуру ожидал, но не такого точно. Опустив взгляд, слайм чуть повернул голову. Озеро. Так вот как оно выглядело. Кажется таким глубоким. Подойдя к нему, Темпест увидел своё отражение. Светло-голубые локоны струились по плечам и спине, золотистые глаза, бледная кожа. В водной глади отражалась милая девушка в угольно-чёрной одежде. — Я… А ведь он умер. И его судьба тоже, оставив после себя этот облик, ворох коротких деньков, да то, что отягощало её душу. «Будь со мной честным» — Да. Я устал. — повернувшись, Владыка Демонов пошёл в сторону дракона. Медленно, слегка покачиваясь. Как будто обессиленный. Тот уже устроился на большой подушке и казалось, что он погружён в сюжет. Отложив чтиво в сторону, Вельдора протянул руки вперёд. — Дитятко. — нотки заботы и иронии проскользнули в голосе мужчины, когда обманчиво-хрупкая фигурка упала в объятия и мелко задрожала. — Скольких я сожрал, скольких обрёк…- аккуратные ладошки вцепились в черный плащ на спине. — Стоили все эти смерти того? Эти войны, эти демоны. Эти жертвы. Вельдора. То, что я делаю, правильно ли это? То, чего я хочу или…- уткнувшись в крепкое плечо, Римуру жалел, что не может рыдать, он был бы рад пролить хотя бы пару слезинок. Но он монстр. Даже больше, он Владыка Демонов, Создатель Хаоса. Дракон ничего не говорил, просто крепче прижимал это юное недоразумение, на плечи которого свалилась еле посильная ноша и неимоверная сила. И слушал-слушал-слушал. Потому что помнил, какого это, когда ты только появляешься и на тебя возлагают большие надежды. И какое же удивление бывает, когда эти надежды не исполняются. Вельзадо и Вельгринд, ныне больше заинтересованные в Вельгайе, посчитали свой педагогический провал не таким уж и значительным, оставив его жить таким, какой он получился.       Ситуация Римуру Темпеста была похожа. Но надежды, он, надрываясь, а иногда и нет, выполнял. Да и прессингу со стороны не сильно подавался. Только вот сам себя он тоже не плохо критиковал и осадок от этого оставался немалый. Поэтому тихая истерика то набирала оборот, то почти сходила на нет. Как и скачкообразная жизнь в этом мире, так и слова перерождённого то взлетали чуть ли не в крике, то были едва слышимы. — Мне… Даже… Защита…- прерывисто бормотали в сгиб шеи. Не имея благословления защиты, сложно, так как он сам её дарит. Он достаточно могущественен для этого, чтобы не быть защищаемым, а стать защитником. Судорожный выдох, худые плечи опускаются и тело как будто размякает, вот-вот превратясь опять в слайма. — Точка эмоционального напряжение достигнута, пожалуйста, прошу успокойтесь! – Заботливый Манас тут же активизировался, когда грань была достигнута. «Сиэль-сенсей, сделай так, чтобы все, кто имеет связь с Римуру, не узнали, что сейчас произойдёт» ощущая как руки мягко переходят со спины на грудь, дракон прикрыл глаза, сцепляя на чужой пояснице руки в замок. До попадания в этот мир, Миками Сатору был не особо выделяющимся человеком, но глупым не был. Прошерстив его воспоминания и выявив всё самое интересное, Вельдора не смог пройти мимо поверхностных знаний о психологии. И даже такому любителю как он не понадобилась много времени, чтобы увидеть эту эмоциональную бомбу замедленного действия. Казалось, что перерожденец успокоился, излив все свои тяготы. Но кулак резко врезался в грудную клетку. Не имея ни грамма силы, он был лишь сигналом начала припадка.       Ответственность за чужие жизни, война, эволюция, не просто идущая, летевшая на звуковом ускорение, интриги, принятия безвозвратных решений, откат времени не считается приемлемым и всерешающим, войны. Это подтачивает разум, укрепляет его, но это не значит, что всё это не накапливается болью.       Руки впиваются в плечи и хорошо, что на них нет ногтей, звуки, высокий крик, вперемешку с рёвом и смехом. Пожалуй, для полноты картины, действительно, не хватает только слёз. Ладони и кулаки осыпают мужчину не значащими ударами, золотистые глаза сверкают одновременно и страхом, и бешенством. Напряжённое, дрожащее, периодически особенно ощутимо потряхивающееся, пару раз почти вырвавшееся из кольца рук тело подавалось желаниям измученного разума.       Пока тело действительно бессильно не обмякло, как будто вся жизнь и энергия покинули его. — И стоило оно этого? — непривычно хриплый голос течёт почти безжизненно. Также смотрят и невозможно красивые глаза, устало и без яркого огня. — Ну, сейчас я могу быть уверен, что всё, что ты сказал кристально-чистая правда. — хрипловато смеётся дракон, подтягивая к себе скатившуюся тушку и откидываясь назад. Мягкие подушки любезно принимают хозяина гнезда и его гостя. Римуру даже позволяет себе подмять парочку под себя, для большего комфорта. — Мне не требуется сон, так же, как и тебе, не так ли? Но это не значит, что мы не можем спать. — переворачиваясь на бок Темпеста смотрят друг на друга. Создатель Хаоса только кивает и закрывает глаза. — А… Другие? — в полудрёме спрашивает король страны монстров. — Им полезно пообходится без своего незабвенного. — в тон ему отвечает штормовой владыка. Он специально оставил письмо на рабочем столе, так что пускай поищут, понервничают, подумают. В конце концов, они тоже имеют право на передышку.