Совиное Пламя

      — Мелочь, я знаю, что ты с самого начала положила глаз на акулий потрох, — усмехнулся Занзас и грозно сверкнул алыми глазами в сторону открывшего рот Скуало. Не иначе как тот подумал, что его сдают в аренду на целый день. — Поэтому… С Днём Рождения! — и передал ей вытянутый сверток, который венчал розовый бантик.       Акира взяла сверток и с любопытством принялась разрывать шуршащую бумагу. В нее оказалась завернута забавная игрушечная серебристая акула в форме Варии, к одному из плавников которой был приделан легкий металлический меч.       — О! Это же… АКУЛА! У меня теперь есть своя личная варийская акулка! — широко улыбнулась Кира, с искренним восторгом вертя игрушку явно ручной работы.       — ВРООООЙ! Чёртов босс, это что за хрень?! — возопил Скуало, глядя на скалящегося конкурента, которого упоенно тискала чертяка. При этом поглядывая хитрющим взглядом на него, конечно.       — Завались! — рыкнул Занзас, но как-то беззлобно. Он бы под страхом смерти не признался, но сейчас его до жути умиляла мелочь, которой явно понравился его шуточный подарок. Так-то он подготовил кое-что более традиционное: цветы, шоколад и что-то из драгоценностей (выбирал гейский мусор). Но как-то патлатый снова его выбесил, и босс Варии вспомнил, что тот приглянулся когда-то мелочи. Ну, собственно, из этого и родилась игрушечная акула, сшитая вручную. Заказ в лучшей мастерской вышел настолько тайным, что Занзас бы с удовольствием посмотрел в лицо старика, который разнюхал бы, что именно он окутал такой секретностью. Хотя, конечно, Девятому лучше не знать, вряд ли он такое переживет.        Кира, прижимая к груди плюшевую акулу, подошла к вальяжно сидевшему в кресле боссу Варии, крепко обняла, и, подняв сияющие от восторга глаза, в которых танцевали ярко-желтые искорки, пробиваясь сквозь иллюзию тумана, осторожно поцеловала в израненную щеку. Заслужил.       — Спасибо, Занзас.       — ВРООООЙ! Чертяка, ты что себе позволяешь?! А ну, иди сюда и эту глупую хрень отдай!       — Сам ты глупая хрень, а это — подарок! — возразила Кира и показала язык Скуало. Этого нежная душа мечника не стерпела, и, громко выругавшись, он погнался за ней, размахивая мечом. — Отдай, кому я сказал!       Стоило бы остановить этих двоих, пока они все не разгромили, но Занзас просто подпер рукой голову, меланхолично наблюдая за этими идиотами. И пытался понять, что это за странное такое чувство возникло, когда мелочь так искренне обрадовалась его подарку… И когда её мягкие губы коснулись его щеки?