Мой человек

Я не спешу открывать глаза. Этот голос легко узнаваем. Мне хотелось встретиться с ним снова, но я так боялась этого подсознательно. Где-то глубоко внутри меня, я не готова услышать ответы на свои вопросы. Потому, что боюсь, эти ответы вновь утащат меня в круговорот сомнений и внутренней борьбы. — Найти тебя было нелегко, — Хавьер садиться на расстоянии от меня. — Я рад, что мне удалось. Не знаю, что сказать. Представляя себе эту встречу, такое бывало, я видела себя в роли инициатора. Была уверенна, что появлюсь, внезапно, вовсе оружия. У меня будет преимущество и душевное спокойствие. Сейчас я в растерянности начать диалог или просто слушать. — Я надеялся, что ты сама найдёшь меня, — казалось Хавьер читает мои мысли. — Ждал этого каждый день. В каждом телефонном звонке надеялся услышать твой голос. В каждом оклике на улице, повернувшись, надеялся увидеть тебя. — Мне хотелось это сделать, — наконец отвечаю я. — Я уезжаю, Марисса. Мы уезжаем. Хочется оставить прошлое позади. Я не могу уехать, не поговорив с тобой. Тем более после всего, что я узнал. Во мне просыпаются эмоции, страх уходит в подполье. Он присутствует, но больше не играет решающей роли. Как быть: броситься на Хавьера с кулаками, начать диалог, просто слушать его? Прогнать — даже не рассматривается. В третий раз я не совершу одну и ту же ошибку. — Понимаю, что мои извинения ничего не изменят. Они ничего не решают. Они тебе не помогут. Они нужны, прежде всего, мне. — Ты проделал весь путь ради извинений? — Я проделал его ради объяснений. Оправдываться нет смысла. Как говорится — причины внутри нас самих, снаружи только оправдания. — Не понимаю, что именно ты хочешь объяснить, но я готова тебя выслушать. Выбор был сделан. Вердикт — выслушать. Твёрдо решила, чтобы Хавьер сейчас не сказал, я дослушаю до конца. Без упрёков и без криков. Если удастся. — Когда я увидел видео, сразу поверил. Неприятно и стыдно признаться, что даже на секунду во мне не зародились сомнения. Знаешь почему? Потому, что хотел верить! В глубине подсознания, меня всегда терзали сомнения. Я не мог поверить, что ты досталась мне. Не мог осознать, принять, тот факт, что я достоин тебя. Что смог чего-то достичь и добиться. В настоящем осознаю, что наши отношения лишь микрочастица этого внутреннего конфликта. Ты всегда молчала о том, почему вы расстались с Пабло. Пабло всегда отшучивался. Типичная защитная реакция. Призрак Пабло всегда стоял между нами. Осознавала ты это или нет, всегда было так! Большая часть твоих воспоминаний, счастливых воспоминаний, была связанна с Пабло. Большая часть моих сомнений тоже была связанна с Пабло, к сожалению. Я видел, как он смотрел на тебя при встрече. Замечал, как ты, неосознанно, анализировала его поступки. К несчастью, не сумел признаться вслух, что сомневаюсь в твоей любви. Что сомневался в своей любви. Сейчас, оглядываясь назад, не могу вспомнить, чтобы ты говорила «люблю». Не пойми меня неправильно, ни в коем случае не виню тебя. Во мне росли сомнения, каждый день, с того момента, как ты сказала «да». Я чувствовал, что ты не готова к этому, что это не то, что ты хочешь. Скорее всего и сам я был не готов. Ты была навязчивой мечтой, моей целью с подросткового возраста. Возможно я бредил тобой слишком долго. Я добился этого! Как я мог признаться себе, что моя мечта оказалась провальной? Как я мог сказать, что не чувствую той эйфории, которую ожидал?! Столько времени я был охвачен идеей заполучить тебя, что, когда это случилось не мог позволить себе думать, что возможно любви и нет. Смотря запись, подумал, что ты сделала это специально. Просто не знала, как сказать мне, что всё закончено и выбрала такой способ, от безысходности. А может ты разочаровалась в жизни и это твой способ забыться. Не знаю, понимаю, что это глупо и бессмысленно. Тогда казалось логичным. Скажи что-нибудь, Марисса! Хавьер говорил быстро, словно боялся, что его остановят до того, как он выскажет всё. Самое странное и пугающее, что я понимаю Хавьера. Каждое сказанное им слово находит отголосок в моём сознании. Не могу его простить в силу душевной боли и обиды за отца. Больше ничего не имеет значение. Мы оба оказались узниками игр разума. В моменты, когда надо было слушать сердце, когда стоило прыгать без оглядки в омут чувств, мы слушали голос разума. Фальшивые друзья — голоса из подсознания, сеющие сомнение. Так устроен современный мир, так устроен человек. Мы боимся своих эмоций и чувств. Ищем логику и выгоду в поступках. А стоило бы искать себя. Искать причину. Разобраться в себе. — Не молчи, — Хавьер отвёл свой взгляд, устремив его на воду. Он нервничал, водил ладошками по щекам вверх и вниз. Подождал пару секунд и вновь посмотрел на меня. — Пожалуйста. Говори всё что угодно: проклинай, кричи, только не молчи. — Зачем? При чём тут отец? — Совсем не при чём, — было заметно, что мой вопрос ранил Хавьера. — Мне жить с этим проклятием всю оставшуюся жизнь. Так получилось, не специально. Судьба сыграла злую шутку. Мы все игрушки в руках судьбы, ты сама часто это повторяла. Я был зол на тебя. Не за твой поступок, а за то, что опозорила меня перед семьёй. Запись изначально получил не я, а Серхио. Могу понять почему мама так поступила. Она не знала о моих сомнениях, думала, я могу утаить эту запись. Или вовсе закрыть глаза на твой поступок. Запись не предназначалась твоему отцу, она предназначалась тебе. У меня не хватило смелости поговорить с тобой. Я отправил тебе запись и записку с ней. Но в порыве гнева, попросил управляющего отправить письмо Андраде, не называя твоего имени. Видимо, он отправил письмо на адрес твоего отца. Позже мама и Серхио настояли, чтобы я лично с тобой поговорил. Тогда и случился разговор в особняке. Я не могла представить эту ситуацию в своих самых запутанных мыслях. Весь этот кошмар — нелепое стечение обстоятельств. Минуя нас, судьба вершит дела, воистину. В моих бедах действительно виновата только я. Если бы я не боялась, если бы я старалась. Так много «если бы», так мало от этого прока. Сейчас тот момент, когда мне надо что-то сказать Хавьеру. А сказать нечего. Обвинять его бессмысленно, обвинять себя тоже. Я боролась со своим воображением. Должа признать, что вернулась в начало — простить Инес, я не в силах. — Инес? Что с ней? — Мама сбежала, ты, наверное, знаешь. Серхио занялся её поисками. Признаться, я надеюсь, что он её не найдёт. Никогда. Чтобы не случилось, она моя мать. Не смотря на все её поступки, я не желаю ей зла. Не могу желать. Пусть постоянный страх, будет её наказанием. Хочу сказать тебе спасибо, осознано или нет, ты защитила меня в глазах Серхио. Хавьер поднимается на ноги. По всей видимости он собирается уходить. Мне вспомнилась фраза — можно простить человеку всё при одном условии: если ты его не любишь. Наверное, это так, как бы абсурдно это не звучало. Но Хавьеру не нужно моё прощение. Ему важно отыскать прощение внутри себя. Так же, как и мне! Так же, как и мне. Стало легче после разговора с ним. В том плане, что многое стало понятно. Есть ещё одна вещь, которую я хочу знать. Вы наверняка догадались, что речь идёт о Пабло. Как бы мне не хотелось, я этого не сделаю. Не спрошу. — Я твой должник, Марисса, — Хавьер начинает медленно удаляться в направлении своей машины, — и мне хотелось сделать что-то для тебя. Есть ещё кто-то, кто хотел тебя увидеть, — он остановился и повернулся ко мне. — Логично предположить, что мы больше не увидимся. Постарайся быть счастливой, пожалуйста. Одно сегодня стоит двух завтра, помни об этом. Наблюдаю, как Хавьер подходит к машине. Открывает пассажирскую дверь. Протягивает руку, предлагая опору. Моё сердце разгоняется, звучит громче. Мысли сплетаются, через секунду полностью исчезая. В этой тишине, слышу стук сердца громче и громче. Мысли и эмоции возвращаются ко мне, по мере приближения Хавьера и Пабло. Вскакиваю. Замечаю, что они идут медленно. Очень медленно. Вероятно, Пабло шаги даются с трудом. Поравнявшись со мной, Пабло отпускает руку Хавьера. Делает кивок головой. Хавьер реагирует на жест и удаляется обратно к машине.  — Привет, — произносит Пабло. Он улыбается. Его голос звучит спокойно. Так давно я не слышала этот голос. Не могу не заметить взгляд Пабло. Его глазам возвращается их привычный цвет. Пока они ещё не безупречно голубого цвета, но в них уже заметны искры. Вполне возможно, что я выгляжу сейчас, как полная дура. Без разницы. Неважно. Улыбаюсь и не могу отвести взгляд. — Хавьер мне всё рассказал, — всё тем же спокойным голосом продолжает Пабло. — Он говорит, что поведал мне всё, но думаю он утаил некоторые детали. Хавьер уверяет, что я обязан тебе жизнью. Но я и сам это знаю. Слов не хватит, чтобы выразить мою благодарность. Может, ты думаешь, что я не понимаю, что говорю. Оставим скромность, Марисса. Ты знаешь наверняка, я в свою очередь догадываюсь, что пришла в особняк ты не из-за меня. Твоей целью была месть. Я не осуждаю, не имею на это права. Где-то даже понимаю тебя. Но ты отказалась от своей цели в пользу моей жизни. Поверь мне, это говорит мне о многом. Я скажу тебе кое-что; за последние месяцы, я переосмыслил буквально всё. Поначалу мне казалось, я ненавижу определённых людей. Ненавижу всей душой, яростно, неистово, всеми фибрами души. Со временем приходило осознание, что на самом деле я ненавижу себя. За то, что оказался слабее, глупее, нерешительнее чем те люди. Я научился разделять ситуации где нужно слушать разум, где сердце, а где и вовсе отдаться воле случая. Ведь всё, что у меня есть это «сейчас». Только настоящее. Прошлого уже не вернуть, и тем более не изменить. Будущего ещё нет, оно пока не наступило. Как показывает мой личный опыт, нельзя быть уверенным, что будущее в принципе наступит. — Вы с Хавьером наладили отношения? — спрашиваю я. Волнует ли меня это на самом деле? Да! Почему? Не знаю! Просто кажется, что это было бы полезно для них двоих. Так же это вопрос уменьшает мои шансы на вопросы со стороны Пабло. — Мы просто перестали их портить, — Пабло чуть поморщился. Мне показалось, что причиной этому боль. Обыкновенная физическая боль, скорее всего, он не до конца оправился. — Как бы странно это не звучало. Знаешь, я так же, как и он не хочу, чтобы отец нашёл Инес. Мы все знаем, что он сделает, когда найдёт её. Я не хочу всю оставшуюся жизнь, винить себя, что мой отец «переступил черту». Пока я был в больнице, отец держался, оставался сильным. Когда для меня наступил реабилитационный период, меня перевезли за границу, отец «сломался». Его здоровье сильно пошатнулось. Спорный вопрос кому из нас больше нужна была помощь в тот момент. Хавьер показал себя с хорошей стороны. Сложно судить - виной всему чувство вины, или что-то другое. Факт остаётся фактом. Сейчас отец чувствует себя намного лучше. Хавьер ведь сказал тебе, что они с Маленой уезжают? Пабло сделал паузу и посмотрел на меня. Думаю, он ждал моей реакции на сказанное. Пытался «прочитать» мои эмоции. Зря, это факт меня никак не задевает. Уже не задевает. В ответ я просто киваю головой. — Отец снова займёт руководящий пост, ему намного лучше. Когда я полностью оправлюсь, пост займу я. Это, если честно, неважно. По крайней мере точно не стоит того, чтобы тратить этот момент на обсуждение. Откровенно говоря, хоть всё, что говорит Пабло имеет для меня значение. Слушаю его невнимательно. С настойчивой периодичностью, мою голову посещает вопрос: «Могли ли быть «мы»? Клянусь Вам, это как наваждение. Мог бы он остаться «моим человеком»? Могла ли я стать таким человеком для него? Как глупо я, скорее всего, смотрюсь со стороны. Бегающий взгляд, заламываю пальцы, невпопад открываю рот, но не задаю вопроса.  — Я приехал сказать «спасибо», отлично понимая, что этого недостаточно. Мне пора ехать, — Пабло сделал жест рукой. Хавьер вышел из машины и медленно, на сколько это возможно, направился в нашу сторону. — Действительно время ехать. Пабло приложил усилия и сделал шаг ко мне на встречу. Аккуратно поцеловал меня в щёку. Медленно развернулся к Хавьеру. Заметив это Хавьер ускорил шаг. Решимость. То чего мне не хватало долгое время, лёгкой дрожью пронзило моё тело. — Пабло! — окликаю я. — Почему? — Почему, что? — он останавливается. Хавьер тоже. — Почему ты не остановил меня тогда? Когда я уходила. Почему не стал спорить? Почему не задавал вопросов? — По той же причине, по которой ты отпускаешь меня сейчас. Спорить с неизбежностью бесполезно. Всему своё время. Как я и говорил, у нас есть только сейчас. Мы сами должны решит, когда наступает правильный момент. Быть к нему готовы! Для того, кто умеет хорошо использовать свою жизнь, она не коротка. Отдавать время событиям, для которых ещё не наступило время, или время которых уже прошло, значит забирать у себя радость настоящего. Хавьер подошёл к Пабло. Опираясь на Хавьера, Пабло продолжил свой путь к машине. Отойдя на достаточное расстояние Хавьер что-то спросил у Пабло, в ответ Пабло лишь кивнул. Меня посетила мысль, что всё встало на свои места. В данный момент у меня есть всё, что мне нужно. Хавьер помогает Пабло сесть в машину. Садится в машину сам. Автомобиль отъезжает. Поворачиваюсь к морю. Стало совсем прохладно. Солнце всё ближе к воде. По моему телу пробегают мурашки, с большой вероятностью от холода. Для себя я предпочитаю думать, что это радость от предвкушения нового этапа моей жизни. Прошлое больше не держит меня. Будущее открыто к любым моим начинаниям. Приятное спокойствие медленно окутывает. Знаете ли Вы, что человек устроен так, что, когда что-то зажигает его душу, всё становится возможным? Я не вспомню, кто именно это сказал. Сейчас это наиболее точно описывает моё состояние. День подходит к концу. Солнце продолжает «тонуть», забирая с собой все события сегодняшнего дня. Предоставляя мне возможность начать свою историю с чистого листа. Этой возможностью, без сомнения, стоит воспользоваться.