Любовь сильнее магии

Учебный год закончился незаметно. Дети перестали бояться Кассиопею и уже не обходили её стороной. Близнецы не обращали на неё внимания, как будто не было того вечера в рождественские каникулы. Нотт лез к Кассиопее, за что частенько получал по шее. Учителям никто не говорил, потому что гриффиндорцы были рады, что слизеринцу попадает, а слизеринцы, потому что стыдились того, что Нотта бьёт девчонка. И только с Седриком у неё остались хорошие отношения. Они так и проводили вечера вместе, отрабатывали заклинания и летали на мётлах. Летом, вместе с семьёй Тонксов, Кассиопея часто путешествовала. Этим летом из тюрьмы сбежал её отец. Кассиопея знала об этом. В этом году в Хогвартс поступило много первокурсников. — К сожалению, проффесор Локоне уволился, поэтому в этом году Защиту от темных искусств будет вести новый учитель. Познакомьтесь: проффесор Люпин, — сказал директор Дамблдор. Из-за учительского стола встал высокий мужчина средних лет. Он был бледный, а его лицо покрывало множество шрамов. — Как-то странно он на тебя смотрит, Блэк, — сказал на ухо какой-то знакомый голос. Кассиопея обернулась. Рядом с ней сидели Фред и Джордж. — Как будто вы на меня так не смотрели, — сказала Кассиопея. За лето почти все однокурсники Кассиопеи выросли и их голоса стали более грубыми. Близнецы не стали исключением. Теперь они были на целую голову выше Кассиопеи. *** Уроки начались на следующий день. Кассиопея отвыкла от такого расписания и хотела спать. Она сидела на задней парте, положив голову на парту, и ждала когда начнётся ЗОТИ. К ней кто-то подошёл. Она подняла голову. Перед ней стоял Нотт. — Что, Блэк, папочка сбежал из тюрьмы? Сомневаюсь, что он сделал это ради того, что бы повидаться с любимой дочкой. Кассиопея встала из-за парты. За лето слизеринец стал выше. Теперь она едва доходила до его подбородка, поэтому смотрела снизу вверх. — О, Нотт, он сбежал, что бы убить одного очень противного слизеринца, который всё время лезет к его дочке. — Да брось, Блэк. Твой папочка и не помнит тебя. Он оставил твою мать и тебя. Не думаю, что у него проснулись отцовские чувства спустя одиннадцать лет. Да, зачем ему нужна какая-то шлюшка, которая воспитывалась в магловском семье. Кассиопея хотела врезать ему, но он схватил её за запястье. — Отпусти! Мне больно! — зашипела девушка. Все в классе начали оборачиваться. — Попробуй вырваться, но если не получится, то я очень расстроюсь. Кассиопея плюнула ему в лицо. Слюна попала на щеку. Слизеринец скривил лицо, вытер его и сказал: — А это ты зря! — шлепок и Кассиопея чувствует ужасную боль на щеке. Она схватилась за горящую кожу холодной рукой. — Эй, ты что творишь, подонок? — к ним начали подбегать гриффиндорские парни. Среди них были и близнецы. Они явно были настроены на драку. Дверь в класс распахнулась и в кабинет вошёл профессор Люпин. — Расселись по местам, — сказал он. Все сели за парты. Кассиопея так и закрывала покрасневшую щёку рукой. — Меня зовут проффесор Люпин. Я ваш новый учитель по Защите от темных искусств. Этот предмет очень важный, особенно в наше время, когда над школой летают тысячи дементоров. Я думал, что они не наподут на детей, но я ошибался. Для начала, какие самые простые заклинания Защиты вы знаете? — Репелло магнетум, — сказала девочка, сидящая впереди — Отлично! А если вы хотите не только отразить, но и направить заклинание противника против него. Какое заклинание вы будите использовать? В классе повисла тишина. — Как я понимаю вы его не… — Рефлекто, — послышалось с задних парт. Все обернулись. Там сидела Кассиопея с красной щекой. — Правильно. Если честно, я поражён. Его изучают только в конце пятого курса. Откуда вы его знаете? — спросил проффесор. Кассиопея пожала плечами. — Плюс десять баллов Гриффиндору. Спасибо, мисс.? — Кассиопея… Кассиопея Блэк, — тихо, почти не слышно сказала гриффиндорка, но чуткий слух оборотня всё уловил. Блэк. Вот почему её лицо было таким знакомым. Это дочь Роксаны и Сириуса. Он был её крёстным. Он… — Спасибо, мисс Блэк. Весь урок он рассказывал про заклинание Рефлекто, то и дело оборачиваясь на Кассиопею. Когда закончился урок все быстро выбежали из класса. Только Кассиопея медленно собирала свои учебники в рюкзак. Он подошёл к ней. — Кассиопея, верно? — Да. — Тебе кто-то говорил, что ты очень похожа на маму? — Да… Стоп, вы знали мою маму? — Плохо, но я знал Сириуса. Мы были лучшими друзьями. Мы были настолько близки, что он даже сделал меня крёстным своей единственной дочери. — Вы…? — Да, Кассиопея, я твой крёстный. Повисла тишина. — Что у тебя с щекой? — спросил мужчина после минуты молчания. — Ничего. Я… я просто ударилась. Мне… Нужно идти на уроки… До свидания. Кассиопея схватила рюкзак и выбежала из класса. Она не могла переварить ту информацию, которую только что получила. А Люпин за сегодня увидел уже второго ребёнка своих друзей. Кассиопея сидела на уроках, но не слушала слов учителей. Вечером она хотела сходить к Люпину и спросить об отце. Но внезапно планы изменились. Когда она доставала учебники, из её рюкзака выпала записка. " Блэк, на астрономической башне, сегодня в одиннадцать. Уизли» " Зачем я им нужна?» — подумала Кассиопея, но решила, что пойдёт. С Люпином она поговорит в следующий раз. Вечером она одела жёлтую кофточку, которую ей подарила тетя Андромеда и синие джинсовые шорты, как обычно поверх черных тонких лосин и пошла на назначенную встречу. Она пришла первой и стала смотреть на звёзды. Она так увлеклась, что не услышала позади себя шаги. — Что, Блэк, звёздами любуешься? — послышался знакомый голос. Она резким движением развернулась. Вместо близнецов перед ней стоял ненавистный слизеринец. Вместе с ним было ещё двое. — Что… Что ты здесь делаешь? — спросила она, чуть отступая назад. Она упёрлась спиной в перегородку. Гриффиндорка чувствовала, как сердце начинает стучать сильнее от страха. — А что, ждала кого-то другого? — смеясь, сказал он. Его дружки подхватили смех. — Я знал, что ты не придёшь, если будешь знать, что это я тебя позвал, поэтому и позвал от лица этих мерзких Уизли. — Не смей говорить так! — А то что? Плюнешь в меня? У тебя это хорошо выходит. Смотрите-ка, смелая Блэк трясётся как осиновый лист во время осеннего ветра! — А сам то! Каждый станет смелым, когда ты против девушки да ещё и со своими друзьями! — А ты не хочешь задаться вопросом почему я тебя позвал? — Как раз задавалась им. — Дело вот в чём. Ты меня оскорбила при всех и теперь я жду извинений. — Жди и дальше! Я перед тобой извиняться не собираюсь! И вообще я пошла! — она пошла к выходу, но он оттолкнул её назад так, что она стукнулась об стену головой. — А тебя никто не отпускал. И вообще, я жду не словесных извинений, — он подошёл к ней ближе и запустил свою руку ей под кофту. — Ты совсем офонарел! — она дернулась, но к ней подбежали слизеринцы и прижали руки к стене. — Вы… Что вы делаете?! Отпустите меня! — Брось, Блэк. Я не сделаю тебе больно… Наверное! Глаза Кассиопеи расширились и она начала вырываться, но ей это не удавалось. Она начала кричать, но не могла. Они произнесли какое-то заклинание и её крики стали не слышны. — Может обездвижить её? — спросил один, когда Нотт начал залезать ей под лифчик. — Нет. Люблю когда жертва вырывается, — с этими словами он спустился вниз и начал расстёгивать пуговицу на шортах. Из глаз Кассиопеи побежали слёзы. — Видишь, что бывает с теми, кто переходит дорогу Уолбергу Нотту. Тебе следовало быть осторожнее. Он поднял кофту Блэк и закинул её ей за голову, так что кофта осталась только на руках. Кассиопея подняла голову, поджав губы и закрыв глаза. — Стоит ли ей снять лифчик? — спросил игриво Нотт и его друзья одобрительно закивали. Девушка же отрицательно покачала головой. — Ты стесняешься, малышка Блэк? Может мне попросить своих парней отвернуться? Только они редко слушают меня, — он провёл тыльной стороной пальцев по её животу. — Думаю сегодня с неё хватит. Ладно, парни, отпустите её. А ты, Блэк, запомни, что в следующий раз я сделаю то, что хотел сделать сегодня. Они ушли, а Кассиопея осталась сидеть на полу. Она плакала. Плакала, но без голоса. *** Близнецы возвращались в башню довольные, потому что в очередной раз смогли поиздеваться над Филчем безнаказанно. С помощью карты Мародеров они шли по коридору, о котором не знал никто, кроме них. Потом они услышали голоса. — Думаю, что нужно было сделать дело до конца, — говорил один. — Да. Почему ты отпустил её? — сказал другой, более писклявый голос. — Потому что так было нужно. И больше не спрашивайте меня об этом. — Хорошо. Блэк надолго запомнит этот вечер. Блэк!!! Эти придурки говорили о Блэк! Близнецы переглянулись. Когда голоса перестали быть слышны, близнецы достали карту и, произнеся «обещаю, что замышляю только шалость», нашли на карте точку Кассиопеи Блэк. Она находилась на астрономической башне абсолютно неподвижно. Что было мочи, Уизли побежали туда. Тихо поднявшись на башню, они увидели Кассиопею, которая сидела на полу и плакала. — Блэк… — тихонько сказал Фред. — Блэк. Что они с тобой сделали? — Неужели они… — Джордж замялся. Кассиопея посмотрела на них и покачала головой. Её мокрые от слёз глаза блестели от света луны. — Фух, — выдохнул Фред. Они одновременно подошли к ней и положили руки на плечи. — Не бойся, мы отомстим. Мы обязательно отомстим. Никто не смеет обижать нашу мисс Созвездие, — успокаивал её Джордж. — Только скажи, что они сделали. Кассиопея показала, что она не может говорить, и Джордж снял заклинание. Она молча подошла к ним и обняла сразу обоих. Они почувствовали, как тело Кассиопеи постепенно тяжелеет. Девушка уснула. Фред поднял её на руки.