Замок

В общем, когда-то давно у Ильи была кошка (вернее, кошка была дворовой, но в потенциальные хозяева выбрала себе почему-то именно Илью). Холеная, наглая, пушистая. Шлялась вечно сама по себе, на руки давалась только в хорошем расположении духа и любила только Курякина, непонятно за какие заслуги. Кошка носила гордую кличку Мурка и была любимицей всего двора. Кто колбасой ее подкармливал, кто молочка в блюдце нальет, кто жаренной рыбкой угостит. Обаянию Мурки были подвластны от мала до велика. Любили и подкармливали ее все, но любила кошка почему-то конкретно одного Илью. Смотрела на него своими синими глазами, мурчала и терлась головой о ноги так, что потом все брюки в черной шерсти были. Она ему мышей таскала, по утрам громко мяукала у окна Курякина, иногда кусалась, иногда отчаянно требовала ласки. Наблюдая за Соло Илья пришел к выводу, что его американская напарница до жути напоминает ту самую Мурку. Очаровывает всех и вся, флиртует, ластиться, чуть ли не мурлычет, лишь бы внимание на нее обратили. А люди и без этого смотрят, мужчины ей вслед оборачиваются вечно, женщины смотрят кто восхищенно, кто с завистью. Жозефина себе на уме, гуляет где вздумается и поступает ровно так, как взбредет ей в голову — ну чисто кошка! Плюс ко всему, такая же наглая и такая же холеная. Только вот в друзья-хозяева она выбирает себе Габи и Илью, а не ЦРУ. Непонятно по какому принципу, но что твориться в голове взбалмошной американки разберет разве что сам дьявол. — Ну и как тебе? — Соло застегивает на шее Теллер жемчужное ожерелье. — Очень гармонично смотрится с твоим цветом кожи. Габриэлла только головой качает: — Я даже знаю ту несчастную, у которой ты это украла, — Жозефина только плечами пожимает и шутливо все отрицает. Габи же так и не снимает украшение. — Мы могли бы купить подобное. — Но так не интересно. И в этом пожалуй вся Соло. Илья продолжает неодобрительно сверлить напарниц взглядом. И когда они только спеться успели? * — Пробуй, — готовит она восхитительно. Мелькает идиотская мысль, что будущему мужу американки несказанно повезет. А потом одергивает себя, ну какой там муж? Жозефина не создана для брака, слишком… слишком для нее. Она флиртует, улыбается, цепляет, но ее максимум одна или две ночи в компании понравившегося мужчины (редко, очень редко женщины), но никак не более. Соло пододвигает к Илье тарелку с очередным кулинарным шедевром. Иногда Курякин думает, что… это сродни мышке, что Мурка таскала для него. Она хвалилась, хвасталась, угощала. На, человек, посмотри что я тебе принесла! И так же Соло. Посмотри, попробуй, похвали! Ведь тебе же нравится? — Очень вкусно. И американка буквально сияет после этих слов. Илья позволяет себе еле заметную улыбку в ответ. * Кис-кис. Мужчины ее любят. Тянуться к ней. Жозефина же играет. Захочет поцелует, если надоест то, пошлет. Она делает это слишком легко. Так почему же так неприятно наблюдать за тем, как очередной щеголь на задании приобнимает Соло за талию и угощает шампанским? Слово, два, три… звонкая пощечина и игривое оскорбление в придачу. — Точно, как кошка, — тихо произносит Курякин на русском. — А она тебя с замком сравнивает, — произносит Габи. Она материализуется словно из ниоткуда. Насмешливо изучает реакцию Курякина. И до Ильи почему-то непростительно долго доходит эта глупая фраза. — Говорит, что половину кода уже подобрала. Теллер вновь исчезает в толпе. Что как минимум не честно. Но почему становится… приятно от мысли, что Соло тоже о нем думает и проводит дурацкие аналогии. Пускай даже и с замком.