Обсидиан

      К началу мая ежедневный распорядок дня Котори выровнялся и превратился в рутину, быстро ставшую привычной. Котори старалась следить за своей успеваемостью, по-прежнему не слишком впечатляющей, чтобы та хотя бы не пробила дно; посещала клуб и старательно избегала личностей, которые действовали ей на нервы. Одна из таких личностей, к сожалению, разделяла с ней жилую площадь. И всё же Котори приложила все возможные усилия, чтобы свести контакты с отцом к минимуму. Всегда следила за тем, чтобы в холодильнике была еда, а в квартире — чистота. Так она уберегала себя от лишних упрёков со стороны Такеши.       Иногда они перекидывались дежурными фразами вроде «как школа — хорошо» и «как работа — стабильно», в остальном Котори большую часть времени проводила, запершись в своей комнате. Даже игру на гитаре в последнее время Хасе отрабатывала только в те часы, когда отца не было дома, потому что однажды в выходной день, находясь в особо скверном настроении, Такеши сорвался на неё с требованиями «прекратить это бездумное бренчание», потому что у него «голова уже от этого раскалывается». Котори молча повиновалась, убрала инструмент и ушла петлять токийскими дворами в компании плеера и наушников. Погода порадовала солнцем, так что прогулка, можно сказать, удалась.       Спортивного зала Котори избегала со всей тщательностью, а Асука больше не просила её к ней заходит. Наверное, чувствовала, что если хотя бы заикнётся об этом — активирует бомбу моментального действия. Инстинкт самосохранения Касаги ещё не утратила. Подруги стабильно пересекались на школьном крыльце после клубов, порой по несколько минут дожидаясь друг друга. На всякий случай Котори всегда отходила в сторону, подальше от школьного входа, чтобы в случае чего не столкнуться с кем-то из баскетбольной команды. Её до невозможного раздражал такой расклад, но она предпочитала выбирать меньшее из двух зол — разговаривать со всё тем же Ханамией ей претило куда больше.       Между тем, слегка разнообразить привычный распорядок дня спешила золотая неделя, которую Котори надеялась провести в основном на улицах Токио — дай бог погода позволит — или дома у Асуки. Касаги-сан всегда была рада принять у себя Хасе, как родную. Однако вариант уединения с Асукой отлетел довольно быстро.       — Кото-чан, — призналась Касаги на одной из перемен в конце недели, — у меня на первые дни выходных есть планы.       Котори вздохнула. На самом деле она предчувствовала нечто подобное. Асука понеслась оправдываться дальше:       — Ты же знаешь, что ближе к концу мая у баскетбольной команды начнутся отборочные соревнования на Зимний кубок. Так вот, я всё ещё не совсем разбираюсь в некоторых вещах, да и надо бы систему понять… В общем, золотая неделя — самое удобное время, чтобы во всём тщательно покопаться! Понимаешь?       Как удивительно на этом милом личике перемешивались вина, нетерпение и энтузиазм! Котори усмехнулась и спросила:       — Ты же что-то не договариваешь, я права?       — Фурухаши-кун пообещал мне помочь.       Так вот оно что. Котори отвернулась, потёрла пальцами переносицу.       — Асука, когда ты уже успокоишься, а?       — Что ты имеешь в виду? — в голосе Касаги появились едва различимые стальные нотки. Их можно было и не заметить, но не в случае Котори, знавшей Асуку более десяти лет. Хасе осознала, что очень неаккуратно задела подругу за живое.       — Я о том, — пояснила Котори, смягчившись, — что работа менеджера требует какой-никакой сосредоточенности и серьёзного подхода. Не то чтобы я сильно пекусь о нашей команде, но всё-таки раз ты являешься её частью, их успех и от тебя в некоторой степени зависит. А тебе этот клуб нужен только, — Котори наклонилась ближе к Асуке и понизила тон голоса, — из-за очередного любовного интереса. Я всё могу понять, но ты далековато заходишь, тебе не кажется?       — Не кажется, — отрезала Асука, сердито откинувшись на спинку стула. — Кото-чан, почему ты считаешь, что твои увлечения можно воспринимать всерьёз, а мои — нет?       — Я так не считаю! Просто…       — Просто перестань уже меня переубеждать, — заявила Асука, гордо вскинув подбородок. — Дело не только в парне, ясно? Я… действительно хочу попробовать свои силы.       Несколько секунд Котори не находила слов, чтобы ответить. Внутри неё развернулось противоречие. С одной стороны, Асука выглядела вполне серьёзной, так что, возможно, переживать было не о чем. С другой — не пыталась ли Касаги таким образом саму себя убедить, что причина крылась не только в её непредсказуемых чувствах? Но если и пыталась, имела ли Котори право её останавливать?       — Хорошо, — наконец сдалась Хасе. — Больше я не буду тебя отговаривать. И… прости. Я буду только рада, если ты преуспеешь.       Похоже, этих слов было достаточно — Асука преобразилась моментально, вернувшись в своё привычное приподнятое настроение и режим милой школьницы. Котори готова была признать, что и через сотню лет не перестанет любить искреннюю улыбку этой до ужаса сложной, но родной девчонки.       — Спасибо, — Асука просияла и снова вернулась к содержимому бенто. — Не переживай, Кото-чан, мы с тобой тоже обязательно встретимся и не один раз! Обещаю.       — Хорошо-хорошо, — согласилась Хасе и поторопила: — Ешь давай, а то до начала урока не успеешь.       Так и решили, что несколько дней мини-каникул Котори придётся провести наедине с собой. Конечно, будет здорово, если отец решит где-то перекантоваться и она останется одна в квартире. Но случится чудо или нет, Хасе в любом случае сможет подстроиться под ситуацию. В конце концов, такой образ жизни ей далеко не в новинку.       Однако ей и правда неожиданно повезло. Первый день золотой недели выпал на воскресенье. Без зазрения совести Котори проспала до полудня, а когда проснулась, отца дома не оказалось. Хасе медленно прошлась по пустой квартире, словно хотела убедиться, что он не материализуется из стены, и расслабленно опустилась на стул на кухне. Посверлила пару секунд взглядом пространство перед собой и наскоро сотворила себе нечто, напоминающее завтрак. Пусть компания Асуки и отпала, дела складывались вполне неплохо. Для Котори это шанс побыть наедине с собой и музыкой, а также отдохнуть абсолютно от всех и вся.       Заварив себе большую кружку ароматного чая, Хасе пристроилась на полу в своей комнате и расчехлила гитару. Но не прошло и двадцати минут, как раздался звонок телефона. Котори замешкалась. Потом вздохнула и взяла мобильник в руки. На экране высветился незнакомый номер. Котори нахмурилась.       — Да? — осторожно произнесла она.       — Привет, Хасе-сан. Это Такара.       Едва отдавая себе отчёт, Котори с облегчением выдохнула и расслабленно опустилась на кровать. Она уже успела забыть, что совсем недавно их «музыкальная троица» обменялась номерами. Разве что Котори забыла их подписать.       — Привет, Та… Андо-сан.       — Не отвлекаю?       — Нет, всё в порядке. Что-то случилось?       — Хотела предложить прогуляться, если ты свободна.       Котори не сразу нашлась, что ответить. Планов как таковых не было, но она ведь успела настроиться провести этот день наедине с собой… С другой стороны, Такара сама предлагала ей встретиться, и Котори не хотелось упускать эту возможность. Рядом с Андо ей с каждым днём становилось всё комфортнее, и Хасе понятие не имела, что же именно в Такаре так располагало к себе. То ли её аура спокойствия и непринуждённое общение с окружающими, то ли внимательность к людям и умение подмечать то, как чувствует себя человек рядом. То ли этот неуёмный энтузиазм. По лицу и речи Такары трудно было что-то понять, но, присмотревшись, можно было многое различить по глазам. Например, когда она занималась любимым делом и рассуждала о чём-то важном.       Наверное, Котори привлекало всё в совокупности.       — Планов нет, так что я не против, — Хасе бросила взгляд за окно, подметив про себя, что на улице солнечно.       — Супер, — отозвалась Такара и добавила: — Тебе удобно будет встретиться у школы? Минут через сорок.       — Да, — не раздумывая, выдала Котори.       — Хорошо, тогда скоро увидимся, — в голосе Такары Хасе почудилась улыбка.       Таким образом, всё решилось буквально за несколько минут. Ехать было не слишком долго, но чтобы особо не торопиться на пути от дома до станции и от станции до школы, Котори приступила к сборам, не откладывая. Погода стояла ясная, но ветренная, поэтому Хасе накинула лёгкую рубашку поверх футболки. Подхватив со стола плеер, она протянула провод от наушников под футболкой и вышла из квартиры. В назначенном месте Котори была как раз вовремя. «И хорошо, что не стала тянуть, а то бы точно опоздала», — подумала она, бросая взгляд на часы.       Такара, заметив Котори ещё издалека, помахала ей, высоко подняв руку. Котори хотела сделать то же самое в ответ, но неловко задержала руку в воздухе, озадаченно нахмурившись. Рядом с Андо шла незнакомая Хасе девушка. Ростом она была чуть выше Такары и носила пшеничные волосы до плеч.       — Привет, Хасе-сан, — как ни в чём не бывало, поздоровалась Такара. Котори попыталась найти на её лице хоть какие-то намёки на объяснение происходящего, но безуспешно. — Давно ждёшь?       — Нет, — Котори сжала пальцами край рубашки. — Я только пришла.       К ней приблизилась спутница Андо.       — Так ты Хасе Котори, да? Очень рада с тобой встретиться, я Шоджи Кику, приятно познакомиться! — сероглазая незнакомка чуть ли не в самом деле светилась от воодушевления, чем озадачила Котори на порядок больше, чем пару минут назад. — Такара-чан мне сказала, что ты тоже гитаристка. Я после выходных присоединюсь к музыкальному клубу, здорово, правда? Только я ни на чём не играю, зато петь умею.       — А, да… здорово. Приятно познакомиться, Шоджи-сан, — Котори бросила тревожный взгляд на Андо, протягивая невидимые руки к спасательному кругу, и Такара мгновенно распознала сигнал.       — Давайте пойдём, — просто сказала она, поворачивая в нужную сторону.       — Куда? — Котори быстро пристроилась по правую руку от Такары, теряя понимание происходящего. Хасе думала, что Андо позвала её погулять вдвоём, а теперь, мало того, что пришла со своей подругой, вела её не пойми куда. Котори была не из тех людей, что любили неопределённость и неожиданные сюрпризы, поэтому ситуация пока не особо радовала.       Андо снова безошибочно уловила её настроение. Глядя на Котори, она улыбнулась краешком губ, отчего Хасе смущённо отвела глаза, и успокоила:       — В магазин музыкального оборудования. До него от нашей школы идти прогулочным шагом минут двадцать. У меня тюнер сломался, надо новый купить. Может, и ты себе что-нибудь присмотришь.       — У меня есть всё необходимое, — буркнула Котори, сверля взглядом серую твердь асфальта под ногами.       Внезапно материализовавшаяся по другой бок от Котори Шоджи спросила:       — Хасе-сан, а давно ты играешь? Почему ты решила заняться музыкой?       Вообще, Кику выглядела весьма доброжелательно, но Котори отталкивал тот факт, насколько сильно манера общения Шоджи с первых же слов выдавала в ней не в меру активного человека. К таким людям Хасе не могла привыкнуть сразу. Возникало ощущение, что они одним своим присутствием нарушали все её личные границы. Можно сказать, что такой в некотором смысле была и Асука, но Котори знала её ещё до начальной школы. За столько лет она привыкла ко всем закидонам Касаги, хотя и по сей день не переставала время от времени им противиться.       — Я играла лет с десяти примерно, — Котори нервно потёрла ладони друг о друга. — Потом… бросила на два с чем-то года.       Второй вопрос она намеренно проигнорировала, и Кику действительно не обратила на это никакого внимания. Однако тут же сунула любопытный нос в то, что было напрямую с ним связано.       — Почему бросила? — невинно хлопнула глазами Шоджи. Хасе поджала губы.       — Надоело.       Котори приготовилась к вопросу по типу «Тогда зачем снова начала?», но Такара перехватила инициативу в свои руки.       — Думаю, теперь у нас достаточно человек в коллективе. Можем начать думать о номере к культурному фестивалю.       — Культурному… что?! — взвилась Котори. Она не ослышалась? Такара хочет, чтобы они выступили?       — Ой, правда! — Кику, что неудивительно, радостно хлопнула в ладоши.       — Не переживай, Хасе-сан. Если ты не захочешь — никто не будет тебя заставлять. До культурного фестиваля ты успеешь сотни раз это обдумать.       «Тут и думать нечего», — мысленно огрызнулась Котори, однако тон Такары всё же внушал доверие. В конце концов и без Котори у группы оставались гитара, скрипка и голос — разве этого было не более, чем достаточно? Хасе знала, что Кенджи, несмотря на свою дёрганность, от выступления не откажется, потому что дело со сценой уже имел и был вполне себе закалённым бойцом. Так что она никого не подставит. Но почему нутро подсказывало ей, что и просто соскочить с этого ей не дадут?.. От подобной мысли нахлынуло резкое чувство тревоги. Нет, она, конечно, хотела найти клуб по душе, но не в ущерб своей зоне комфорта.       Оставшееся время пути Котори молчала. Болтливую Кику Такара взяла на себя, и Хасе могла бы решить, что о её присутствии забыли, если не ловила на себе то и дело беглый взгляд Андо. У магазина Шоджи неожиданно для Котори повернулась к ним и сказала:       — Спасибо за компанию, с вами было весело. И, Хасе-сан, я безумно рада знакомству. Увидимся в клубе! — она широко улыбнулась, от чего на левой щеке нарисовалась ямочка, и резво умчалась дальше вдоль ряда торговых помещений. Котори только и успела бросить ей вдогонку еле слышное «Пока».       Такара кивнула головой, предлагая Котори пойти дальше.       — Извини, что не предупредила. Я встретила Шоджи-чан, когда шла тебе навстречу, оказалось, нам по пути.       — А, да ничего страшного, — отмахнулась Котори, почувствовав укол вины за то, что снова раздула из мухи слона.       — Правда? — Такара хитро ухмыльнулась. — Ты там смотрела на меня, как на предателя.       — Неправда! — ощетинилась Хасе. — Просто это было неожиданно. Вы одноклассницы?       — Да. Шоджи-чан классная, но иногда чересчур энергичная. Ты к ней привыкнешь.       — Похоже, мне просто придётся это сделать. Раз уж она теперь тоже в клубе.       Такара успокоила:       — Не переживай, она не станет тебе докучать. Ну или, во всяком случае, большую часть времени.       Котори показательно закатила глаза. Уголки губ Андо дрогнули. Смутившись, Котори попыталась заполнить возникшую между ними паузу.       — А что, — она прочистила горло, — есть уже какие-то планы? На фестиваль.       Такара ответила не сразу.       — Да, есть. Я обдумала пару идей, но мы ещё обсудим их в полном составе. Не переживай, если ты не захочешь участвовать, никто не станет тебя заставлять.       Котори промолчала. Такара в её глазах выглядела слишком простой и понимающей, что было ужасно непривычно. За всю жизнь Хасе мало кто относился к ней так терпеливо и уважительно, поэтому сейчас Котори неосознанно ждала подвоха. Ей хотелось избежать потенциального предательства, но в то же время она чувствовала необходимость доказать, что чего-то стоит. Если бы только у неё были силы действительно это сделать! Но Котори, сколько себя помнила, пасовала перед малейшими трудностями.       — О чём думаешь? — окликнула Андо.       — А?.. Да я так… ни о чём. Немного ушла в себя.       Такара не стала допытываться.       — Хасе-сан, если не секрет, чем ты занималась в средней школе? Состояла в каком-нибудь клубе?       — Ну, я была в женской баскетбольной команде.       — Так ты у нас, выходит, спортсменка?       — Не совсем, — Котори вздохнула и пояснила: — В моём классе была одна увлечённая девочка. Её энтузиазма хватало на десятерых. В школе не было женской баскетбольной команды, поэтому та девочка решила собрать свою, и я очень захотела ей помочь. Поэтому присоединилась.       Хасе замолчала. Андо тоже ничего не говорила, ожидая продолжения. Только вот Котори не была уверена, что готова снова погрузиться в ту историю. Поэтому она лишь пожала плечами, передавая Такаре инициативу. Та поинтересовалась:       — Ваша команда больше не общается?       Котори покачала головой.       — Ничего не получилось, мы очень быстро распались. Даже привыкнуть друг к другу не успели.       Такара понимающе кивнула.       — Выходит, гитара со школой никак не связана?       У Хасе ёкнуло сердце.       — Нет, — призналась она. — Это была идея мамы, так что я занималась с преподавателем.       Котори напряглась, ожидая, что теперь Такара точно спросит про отношения с матерью. Возможно, Хасе даже готова была всё рассказать. Она слишком давно ни с кем не обсуждала эту тему, и внезапно для себя поняла, что вовсе не пережила произошедшее. Ей хотелось поговорить. Но все вокруг — Нобуко, отец, Касаги-сан и даже Асука — по-своему избегали упоминаний о матери Котори. Нобуко делала вид, что в этом нет ничего такого, отец злился, Касаги-сан опасалась ранить Хасе, а Асука… она просто не знала, как поддержать. Котори не винила подругу, ведь на её месте, наверное, тоже совершенно растерялась бы.       Однако Такара больше ничего не спросила.       — Мы пришли, — вскоре объявила она и открыла дверь магазинчика, пропуская Котори вперёд.       Хасе не сдержала восторженный вздох. Она уже бывала в подобных магазинах, но очень давно. Оказавшись вновь среди разнообразия инструментов и музыкального оборудования, Котори поймала себя на мысли о том, как же здорово быть частью этого мира. В такие мгновения действительно казалось: гитара никогда не была ошибкой.       — Рада, что тебе нравится, — заметила Такара.       — А, да, — Котори пожала плечами. — Тут мило.       Андо поинтересовалась:       — Тебе что-нибудь нужно? Может, тоже тюнер? Я видела, ты на слух настраиваешь, но всё равно пригодится.       Котори задумалась. Она и правда вполне справлялась сама, но раньше у неё был свой тюнер. Мама подарила его сразу вместе с гитарой. Только вот недавно Хасе перерыла всю квартиру и не смогла его найти. Похоже, тюнер канул в лету. Покупать что-то для гитары Котори не хотела чисто из соображений собственной безопасности: если отец заметит — моментально взбесится. Однако такую небольшую покупку она, пожалуй, смогла бы от него скрыть.       — Ладно, — сдалась она, — я возьму. Если не слишком дорого.       — На этот счёт не переживай. Я себе тоже самый простой выбираю.       Прежде, чем сделать покупки, они ещё немного походили, рассматривая оборудование и принадлежности, пока Котори не решила, что пора оторваться. Того гляди потянет на грех — и Хасе лишнего прихватит.       — Так, а, — неуверенно протянула Котори, когда они вышли на улицу, — почему именно гитара?       — Я уж думала не спросишь, — Такара поудобнее перехватила сумку и охотно заговорила: — Мой папа музыкант. Когда мы с братом были маленькие, папа постоянно играл для нас. И мне очень нравилось. Так сильно, что однажды я без спроса схватила его гитару. Не удержала её в руках, уронила и поцарапала. Отец был очень зол, накричал на меня, они тогда с мамой сильно поругались… Но не в этом суть. Он извинился позже, показал мне, как держать, куда ставить пальцы. После этого я загорелась желанием играть. Папа учил меня, пока жил с нами. Потом они с мамой развелись, и мне пришлось справляться самой. Мама очень надеялась, что я скоро брошу, загрузила нас с Таро уроками французского, — она его преподаёт — но я не сдалась. В конце концов, мама смирилась, хотя до сих не упускает случая упомянуть, насколько это бесполезное занятие. Мол, лучше бы больше языки учила, посмотри вон, как отец со своей музыкой на гроши живёт. Весёлая история, правда?       Котори ошарашенно уставилась на Такару. Хасе поразило то, насколько схожим оказалось их прошлое. Отчасти и настоящее. Конечно, главная разница была в том, что Такара сразу поняла свой интерес и боролась за него, а Котори бросила, прогнувшись под связанной с ним травмой.       — Ты чего? — Андо остановилась. — Не смотри так, всё не настолько ужасно. И с папой мы периодически встречаемся.       — Прости, — Котори опустила глаза, — просто… Моя мама отдала меня на гитару. Сейчас мы с отцом живём вдвоём.       Несколько секунд Такара молчала. Кивнула с понимаем, и неспеша пошла дальше. Хасе едва различимо улыбнулась и почувствовала, как с плеч свалился огромный камень. Быть даже самую малость откровенной, когда тебя понимают, оказалась до невозможного приятно.       Вопреки обещаниям, Асука так и не нашла время для Котори. Хасе не сильно расстроилась, потому что предполагала, что пришлось бы всю прогулку выслушивать, как Касаги восхваляет своего Фурухаши. Увлечение Асуки баскетболистом длилось дольше многих предыдущих, и Котори начала подозревать: простым «перегорела» эта история не закончится. В первую же встречу после золотой недели, Асука целый день болтала только о нём. Котори слушала, по большей части молча, кивала и еле заметно вздыхала. День казался невыносимым.       Когда Котори пришла в клуб, Такара моментально заметила её состояние.       — Хасе-сан, всё в порядке?       — Да. Устала немного, — отговорилась Котори, чересчур медленно расчехляя гитару. Только бы кто-нибудь пришёл и перевёл внимание Андо на себя. К счастью, стоило ей об этом подумать, кто-то постучался в кабинет.       — Касаги-сан, привет. Проходи.       Или всё же к несчастью. Котори резко подскочила и обернулась.       — Андо-сан! А где все остальные?       — Когда, — выдавила Котори, — вы успели познакомиться?       — Так мы косвенно знакомы. Через тебя, — Такара лукаво ухмыльнулась.       — Да. Я вот решила зайти и лично поздороваться, — прощебетала Асука. — А вы что, так и не набрали народу?       Такара села на парту.       — Набрали. Нас уже четверо. Хочешь присоединиться?       Котори послала Андо негодующий взгляд, но та продолжала смотреть на Асуку.       — Нет, что ты, — отмахнулась Касаги, — я же в баскетбольном клубе, Кото-чан не рассказывала? Скоро стану полноценным менеджером.       — Что ж, поздравляю.       Котори вытащила гитару, прицепила тюнер. Едва касаясь, провела пальцами по струнам. Она не знала, что тревожило её больше: само присутствие Асуки здесь или это очередное упоминание её статуса недо-менеджера. Класс, в котором занимался музыкальный клуб, был для Хасе островком спокойствия, где можно было ненадолго отпустить проблемы. Асука же неизменно несла с собой хаос.       — Кото-чан, ну ты слушаешь?       — А? — Хасе нахмурилась, потревоженная требовательным окликом.       — Я говорю, зайдёшь за мной, если закончишь раньше?       Котори обомлела.       — Ты что, издеваешься? — она бегло покосилась на Такару, наблюдавшую с интересом. Нет, она не хотела ссориться с Асукой перед Андо, показывать свою неуравновешенную сторону. Ни в коем случае. — Асука, пожалуйста, давай не будем. Пересечёмся перед школой, как обычно.       — Да, но… — начала было спорить Касаги, но её прервала влетевшая в аудиторию Шоджи.       — Уф! Простите, мы опоздали! — за собой она тащила оторопевшего Имай. — Встретились вот в коридоре. Ух ты, у нас новенькая?       — Нет-нет, — покачала головой Асука. — Я уже ухожу. А вам приятного вечера!       Хасе хотелось закричать.       — Какая милая, — прокомментировала Кику, когда дверь закрылась за Касаги. — Это твоя подружка, Такара-чан?       — Нет, это подруга Хасе-сан.       — О, давно дружите? Вы даже на первый взгляд такие разные.       Котори еле сдержалась, чтобы не закатить глаза.       — С детства дружим. Может, начнём уже?       После недолгой разминки, Андо предложила:       — Давайте попробуем импровизацию. Я начну, Хасе-сан и Имай-сан подключатся, как смогут. Шоджи-чан, ты тоже прислушайся к тому, что у нас выйдет, и напой какой-нибудь мотив. Согласны?       Кику восторженно сложила ладони.       — Отличное упражнение!       Имай кивнул. Котори сильнее вцепилась в инструмент. Ей хотелось сказать: «Не умею я импровизировать», — но все слова застряли в горле. Андо ждать не стала, заиграла неспешно и мелодично. Пару минут прислушиваясь к её ритму, Кенджи присоединился со скрипкой, и почти сразу подключилась Кику. Котори, как ни пыталась, не смогла заставить себя вклиниться: казалось, что её гитара здесь будет лишней, да и что если Хасе всё только запорет?       Когда Такара закончила, спрашивать ничего не стала. На удивление и Шоджи не полезла: вероятно, не обратила внимание. После импровизации, они каждый отыграли простые композиции на своих инструментах — Хасе так и не смогла расслабиться, оттого всё у неё получалось криво, косо, и настроение падало всё ниже. Тем не менее, Андо по-прежнему не сказала ей ни слова.       Кику спела. Петь у неё получалось действительно хорошо: голос у девушки был восхитительный.       — Что ж, — протянула Такара, — чтобы у нас был какой-то общий план проведения наших занятий, давайте начнём думать над какой-то совместной композицией. А там посмотрим, сгодится она на культурный фестиваль или стоит присмотреться к чему-то другому.       — Ты предлагаешь нам самим написать музыку и песню? — уточнила Котори.       — А почему бы нет? Музыка — это творчество. Конечно, каверы тоже здорово, но когда у тебя получается создать нечто оригинальное, индивидуальное, ощущения совершенно иные. Непередаваемые.       — Тогда, — робко вклинился Имай, — нам нужна какая-то основа. Чтобы мы подстроились друг под друга.       — Пока обойдёмся без этого. Пусть каждый подумает над тем, что может предложить. А дальше уже выберем что-то одно и начнём работать над общей композицией, — пояснила Такара.       Возразить было нечего.       Хоть и решили, что предложить свою идею каждый должен к следующей учебной неделе, обсуждать варианты начали в тот же день. В итоге, играть больше ничего не стали и разойтись решили пораньше.       — Хасе-сан, ты не могла бы задержаться на пару минут?       Котори напряжённо застыла у выхода.       — Что-то не так?       Кажется, вот сейчас Андо должна была, подобно порядочному руководителю отчитать её за отсутствие концентрации и постоянные ошибки. Однако Такара спросила совершенно о другом:       — У вас с Касаги-сан напряжённые отношения?       Котори отвела взгляд.       — С чего ты взяла?       — Мне показалось, что её визит выбил тебя из колеи.       Котори опустилась на стул, не решаясь ни пресечь дальнейшее обсуждение, ни поддаться откровениям. С одной стороны, Такаре хотелось доверять всё больше и больше, но с другой — Хасе слишком привыкла держать проблемы при себе или делить их с Асукой, которая никогда не уделяла тому должного внимания. В общем-то, никто никогда не интересовался состоянием Котори. «Всё будет хорошо». «Пройдёт». «Со временем станет всё равно». Те фразы превратились в её образ мыслей. И теперь, когда появился кто-то настолько внимательный, сложно было поверить, что то было искренне, без задней мысли.       Котори зашла издалека:       — Сколько ты знаешь о нашей баскетбольной команде?       — Да просто знаю, что они есть, — озадаченно ответила Такара. — Капитан у них Ханамия Макото. Он ещё в студсовете состоит, входит в дисциплинарный комитет, кажется.       — Ага, — Хасе обхватила себя за плечи. — В нём-то и вся проблема. Ханамия… не очень хороший человек. Не сказать, что у меня есть прямые тому доказательства, но уверена, что если ты сходишь на пару матчей, обязательно поймёшь, о чём я говорю. Понятие честной игры ему совершенно незнакомо.       Андо подпёрла рукой щёку.       — Думаю, я понимаю, о чём ты. Таро — он ведь лидер дисциплинарного комитета — упоминал о нём когда-то, сказал, Ханамия производит впечатление «скользкого типа». Хотя я его лично не знаю.       Котори кивнула.       — В средней школе он навредил одному человеку. И теперь я боюсь, что под ударом окажется Асука.       Такара медлила с ответом, отчего Хасе стало неуютно.       — Андо-сан, не делай так.       — Как?       — Ты так смотришь… Лучше просто скажи, что думаешь.       — Ну хорошо, тогда слушай: ты не отвечаешь за свою подругу. Вот что я думаю.       Котори вспыхнула.       — Знаю, но!.. Асука наивная. Она видит только то, что хочет видеть, а те парни наверняка этим пользуются. Кто откроет ей глаза, если не я?       — Твоя проблема, — Такара бесцеремонно ткнула пальцем в сторону Котори, — в том и заключается, что ты берёшь на себя чужую ответственность. Контролировать сразу и свою жизнь, и чужую нельзя. Даже свою едва ли получается, я права?       Котори насупилась.       — Пойми, Хасе-сан, я не пытаюсь тебя обидеть. Ты сама решай, как поступать дальше, но спасая того, кто этого не хочет, ты погубишь себя.       Такара встала, взяла чехол. Хасе по-прежнему не находила слов, чтобы возразить или ответить. Вместе они вышли из класса, и Андо заперла его на ключ.       — До завтра, Хасе-сан, — попрощалась она и ободряюще коснулась плеча Котори.       Оставшись в одиночестве, Котори поняла, что не выдержит сейчас даже пяти минут в компании Асуки. Поэтому, отправив Касаги короткую смс-ку, она пошла домой одна. Асука позвонила уже через десять минут. На секунду Хасе подумала и вовсе не брать трубку, но всё же сдалась и нажала «принять».       — Кото-чан! Что-то случилось?       На заднем фоне слышались голоса парней.       — Всё в порядке, Асука. Я устала и решила уйти пораньше.       — Это не честно, — возмутилась Касаги, — ты обещала зайти.       — Прекрати перевирать ситуацию, — прошипела Хасе, — ты прекрасно знаешь, что я не хочу заходить в спортивный зал, когда там ваш клуб. И если ты ещё раз воспользуешься присутствием других людей, пытаясь выбить из меня согласие, клянусь — я неделю не буду с тобой разговаривать.       Касаги смягчилась.       — Ну ладно-ладно, не сердись. Прости меня. Я больше не буду.       — Угу.       — Я правда надеялась, что со временем ты оттаешь.       — Ладно.       — Так всё же…       — Нет!       В сердцах Котори сбросила вызов, но тут же получила входящий обратно.       — Это было последний раз, Кото-чан, обещаю! — выпалила Асука, не дав ей вставить ни слова. — Больше никакого баскетбола.       — Хорошо, — Хасе устала потёрла переносицу. Не было никаких гарантий, что Асука сдержит слово, но пока Котори было достаточно и того, что подруга признала вину.       — Я рада, что мы всё решили. Ладно, я побегу, а то меня уже зовут. Пока, Кото-чан!       — Ага, до скорого, — едва успела пробубнить Котори, как зазвучали короткие гудки.       С Асукой было сложно, но Хасе к этому давно привыкла. Она могла бы похвастаться, что знает характер Касаги от и до, потому все её закидоны были для Котори совершенно обыденной составляющей дня, хоть и за годы не перестали вызывать раздражение. Бороться с ними смысла не было, да и терять дружбу Асуки не хотелось. Для Котори их дружба была самым стабильным и наиболее предсказуемым элементом в жизни, от которого Хасе не готова была отказаться. Даже если её доведут до белого каления и нервного срыва. Больше друзей у неё не было. Разве что Такара.       «Ну уж нет!» — одёрнула себя Хасе. Привыкать к новым людям совершенно не вариант. С Такарой они знакомы чуть больше месяца и неизвестно, как закончится их недолгая дружба, если то, чем являются их отношения, вообще можно так назвать. Очень скоро Андо, вероятно, поймёт, насколько Котори безнадёжна. И больно будет только одной Хасе.       Пользуясь отсутствием отца дома, Котори пару раз отыграла упражнения на гитаре, стараясь вернуть концентрацию мыслям и твёрдость рукам. Вышло откровенно плохо. Похоже, стоило взять небольшую передышку. Возможно, пропустить завтра встречу клуба…       Примерно через час звякнуло уведомление, и на экране телефона высветилось: «Кото-чан, спускайся скорее!» Котори распахнула окно и устало предупредила:       — Асука, если это касается Фурухаши, я остаюсь дома.       — Он тут не при чём, — обиженно пропыхтела Касаги. — Пожалуйста, иди сюда. Я всё тебе объясню.       Хасе понимала, что легко не отделается. Нарочито медленно она переобулась и спустилась по лестнице. На улице встревоженная Асука схватила её за руки.       — Мне нужна твоя помощь, Кото-чан.       Мороз прошёлся по коже Хасе.       — Что-то серьёзное?       Асука энергично кивнула.       — У нас скоро игра. Помоги мне подготовиться.       — Вау, — хмыкнула Котори, высвобождаясь из хватки Касаги, — а я-то решила, ты продержишься немного дольше.