Sweet dreams are made of this

Бейкер сидел в большом кожаном кресле, внимательно вглядываясь во тьму ночи, которая тянула к нему свои скользкие щупальца из панорамных окон. Мысленно он раз за разом возвращался в тот момент, когда увидел ее, лежащую в распростертой позе на грязном полу, среди бесчисленного количества гильз, кусков арматуры, веревок и чего-то, что отдаленно напоминало стул. Бледные ноги девушки были «изрисованы» многочисленными пятнами от багрово-черных до иссиня-серых. Словно холст Моне… Охрана хотела ворваться всей толпой, чтобы прочесать каждый миллиметр заброшенного здания, но резкий выпад руки босса их остановил. Ходж понимал, что тут никого нет. Возможно, даже ее. Звенящая тишина атмосферы поглощала все вокруг: шаги, звуки шоссе за зданием, лай чертовой псины брата. Но мужчина надеялся в этом бездушном вакууме услышать хотя бы один слабый вздох Кэтрин. Медленно приближаясь к сломанному, словно старая ненужная кукла, телу, он прислушивался. Один вздох. Дай мне надежду. Один… Опустившись перед Кэтрин на колени, Бейкер заботливо прикрыл обнаженные бедра и грудь, чтобы скрыть от посторонних взглядов оскверненную невинную девушку. Кожа была обжигающе-ледяная… Вдруг послышался стук в дверь, а следом вошел Доминик. — Мистер Бейкер, я принес кое-что, — он слегка замялся на пороге, не уверенный, что его присутствие вообще было замечено. В этот раз точно… Ходж резко повернулся и придвинулся к столу, готовый в очередной раз открыть злосчастный желтый конверт. Как по команде, помощник быстро подошел и положил перед ним свою добычу и отошел, словно опасаясь, что принесенный пакет может взорваться. Длинными пальцами хозяин клуба осторожно прошелся вдоль клеевой линии, открывая доступ к содержимому. Он достал несколько снимков и резко облегченно выдохнул, увидев изображенного на них мертвого мужчину. Несомненно. Он и должен был стать последним… Оушен лежал на какой-то заброшенной стройке. Дорогой серый костюм был изрезан в лохмотья от многочисленных ножевых ранений, мелкие куски ткани стояли колом, пропитавшись кровью. Запястья были связаны за спиной. Веревка погрузилась в конечности так глубоко, что еще немного и можно было бы разглядеть кости. Пытался вырываться… Следующий снимок. Запечатленное лицо с застывшей гримасой ужаса, под глазами, криво, явно пальцем, были нарисованы кровавые дорожки, извращенно напоминающие слезы. Рот и подбородок в порезах. Радужки потускнели, но во взгляде все еще можно было различить предсмертную мольбу о помощи. Усмехнувшись этому, Ходж перелистнул и посмотрел на новый снимок. От паха к животу растеклось огромное черное пятно. Оно словно поглощало любой свет и становилось истинной пропастью в Ад. — Это…- пытался спросить что-то Бейкер, неспособный оторвать от фотографии взгляд. — Да. Она… — Доминик заколебался, чувствуя очередную порцию подступающей к горлу горечи желчи. Парень видел место преступления вживую, он же и сделал снимки. А сейчас, зная, что картина произошедшего вечность будет преследовать его во снах, боялся говорить об этом. — Я скоро получу отчет из полиции, но с уверенностью могу сказать, что его… — помощник резко закашлял, — Крысы… Ходж незаметно сглотнул и положил снимки лицевой стороной вниз. — Думаю, при этом он еще был жив, — задумчиво произнес Бейкер, убрав мерзкие фотографии в конверт и брезгливо от себя отодвинув. — Не сомневаюсь, — поморщился Доминик. Нервно зачесав волосы пятерней назад, он спросил то, что его беспокоило: — Как думаете, теперь она успокоится? Мы же дали ей достаточно времени и возможностей… Ходж поднял на помощника льдисто-голубые глаза. Он сам задавался этим вопросом. И, несмотря на то, что каждый раз он готовился увидеть на снимках Хилл, которая доигралась во мстителя, его пугала ледяная жестокость и излишне-творческий подход к каждой из жертв. Повешенная на елке, словно Рождественский шар, Наоми, съеденный дворнягами Питер, который был весь исколот транквилизаторами, замороженный в глади катка бывший парень, Том, застреленный после того, как изнасиловал собственную дочь, Томпсон, и теперь Оушен… — Это мы узнаем, когда она придет за нами… — холодно произнес Бейкер и откинулся на спинку кресла, задумчиво наблюдая за тем, как мерзкие черные щупальца продолжают тянуться к нему. Он уже чувствовал их холод на своей шее. — Остается только ждать.