Любовь - это слабость

***

      Моё состояние сегодня не совсем подходило под то, чтобы уютно свернуться под тёплым одеялом и хорошенько отоспаться. В моей голове, которая и так разрывалась от жуткой боли, роились различные мысли.       Интересно, как реагирует влюблённый подросток на человека, который сводит её с ума, давая ложные надежды?       Правильный ответ: она лежит с температурой под 38 и ревет уже который час, прикрывая ладонью рот, дабы её не услышали. Но это не помогает, и она звонит своей близкой подруге и изливает ей душу. А потом она, пытаясь заснуть, задаёт себе лишь один вопрос: как можно было влюбиться по уши всего за неделю в свою сестру? При этом она ревёт до изнеможения, всё же пытаясь остановиться, но это не в её силах.       Повернувшись к тумбочке и взглянув на будильник, который показывал 17:09, я поняла, что всё же смогла проспать чуть больше трёх часов. Совсем не помню, как я оказалась в своей комнате, но точно знаю, что разговаривала с Лексой. Это было безумно грубо. Я правда не знаю, что на меня нашло тогда, но, видимо, обида сыграла своё. Я ещё помню, как, протянув руку Лексе, пыталась сказать хоть что-то, но всё было тщетно.       Мне всё же пришлось постараться над собой и попытаться вытеснить из своей головы мысли о своей сестре. На несколько минут я даже почувствовала себя немного лучше, пока не переступила порог своей спальни и не столкнулась с Лексой снова. — Ты как? — откашлялась Лекса, отводя взгляд. — Просто бомбезно себя чувствую, — вставила я, всхлипнув. — По тебе не скажешь, — не дав мне наконец закончить этот бессмысленный диалог, она прервала, оглядев меня полностью. — У тебя насморк? — Что? — на миг я перестала всхлипывать, пытаясь понять при чём тут какой-то насморк.       В доме было безумно тихо, что заставило меня невольно занервничать. Обычно в это время родители уже возвращались. Да и папа смотрит по понедельникам матч его любимой команды, стараясь не пропустить ни минуты, а Миссис Индра расставляет кухонные приборы и готовую еду на обеденный стол, а Лекса… Она только-только приходит домой (навряд ли со школы). Все мои проблемы отодвинулись на второй план, когда я узнала, что родители уехали на дачу, где их сосед по дому снёс своей машиной забор, который стоил немалых денег. И как только можно было умудриться такое учудить?       Но стоило мне только чуть-чуть отвлечься, как я тут же осознавала, что я самая несчастная девушка с разбитым сердцем. А если серьёзно, то я вспомнила об этом, когда моя рука почувствовала теплое прикосновение.       Было бы сейчас неплохо отказаться от ножа в сердце, когда я и так еле стою на ногах, в добавок ещё и с высокой температурой. Я чувствовала себя такой разбитой или даже как ребёнок, который утверждал, что влюбиться можно и за один день, а после отмахивался, что это всего лишь симпатия. Но что-то явно не сходилось. Об этом я подумаю немного позже, а сейчас мне срочно необходимо заскочить на кухню.       Мятный чай с лимоном Лекса готовила восхитительно. Не успела я спуститься по лестнице на первый этаж, как почувствовала лёгкий сладкий аромат. Моя сестра, естественно, последовала за мной, боясь оставить на секундочку (так я думала сначала). В этом не было ничего удивительного, ведь скорее всего родители, узнав, что я заболела, скомандовали Лексе не отходить от меня и как можно лучше приглядывать за мной. — Ты обязательно должна выпить чего-то горячего, — сказала Лекса, прислонившись плечом к арке, которая отделяла кухню и гостиную. — А после… — Куда уходишь? — поспешила перебить её я, делая глоток горячего чая. — Ты плакала? — заметила Лекса, не спеша отвечать на поставленный вопрос.       Я слишком устала, чтобы возразить ей или соврать, поэтому, подняв свои заплаканные и красные глаза на неё, я лишь выдавила: — Ответь на мой вопрос. — С чего ты взяла, что я куда-то собралась? Неужели у меня это на лбу написано? — Ты ходишь в уличной одежде, в левой руке у тебя ключи, скорее всего от твоего байка, — заметила я, корча лицо от слишком горячего чая. — А ещё нервно поглядываешь на телефон, как будто ждешь важное сообщение. — Мне нужно отъехать ненадолго. Я надеюсь, ты сможешь посидеть одна часика два? — сказала она, совсем не пытаясь уклониться от правды.       Конечно смогу, Лекса. У меня всего лишь температура почти под сорок, жуткий озноб, но всё правда в порядке. Можешь даже не переживать о том, что наши родители настрого сказали тебе присматривать за мной и не отходить ни на шаг. Конечно, я справлюсь. Можешь шляться хоть целую ночь, пока твоя сестра тихо помирает в своей комнате, не зная, какие таблетки ей необходимо принимать, потому что только тебе родители дали список препаратов и сказали как и когда их использовать. Я бы могла спросить у тебя, но боюсь, что с моим то состоянием я даже не смогу встать с кровати. Можешь даже провести ночь со своей девушкой… — Можешь идти.       Это всё, что в итоге сказала перед тем, как поспешить в ванную комнату. Я закрылась в туалете с мобильным телефоном. Съехав на пол, я подтянула колени к подбородку, прислушиваясь к учащённому биению сердца и изо всех сил стараясь не закричать. Прикрыв рот ладонью, я прислушалась и поняла, что она ушла: входная дверь с грохотом захлопнулась. Единственное, что сейчас хотелось, истерически рыдать. — Найла, ты где? — я честно не знала, что меня сподвигло позвонить именно ей, но я была уверена, что она в одном месте с Лексой. — Собираюсь в клуб байкеров, а что? — спросила Найла.       Я посмотрела на время: — Заедешь за мной?       Увидев свое отражение в зеркале, я поняла, что совсем плохо выгляжу для данного места. Но у меня был ещё целый час, чтобы хоть как-то привести себя в порядок, отыскать подходящую одежду, свою косметичку и быть готовой к приходу Найлы.

***

      Найла на такси приехала быстрее, чем я думала. Авто затормозило прямо перед воротами нашего дома. Найла открыла заднюю дверь: — Кларк, быстрее! Мы опаздываем!       Я молча забралась в такси. Я совсем не знала и даже не задумывалась о том, что я буду делать, когда приеду в это чёртово байкерское логово. Но очень надеюсь на то, что я не упаду в обморок или не облюю это заведение. — Бьюкенен-стрит, — сказала Найла шофёру. — Я выгляжу ужасно, да? — спросила я. — Конечно нет, Кларк. Ты выглядишь восхитительно, но красная помада бы не помешала.       Не знаю, сказала она мне это ради приличия или правда так думала, но лично я была совсем не в восторге от своей одежды: длинное белое летнее платье с пышными кружевными рукавами. Прикид Найлы кардинально отличался от моего: чёрная футболка, свободные джинсы ядовито-красного цвета и белая кожаная куртка (звучит странно, но смотрелось на ней это безумно впечатляюще). — А что тебя так заинтересовало это место? — после короткой, но мучительной паузы она продолжила. — Неужели подцепила какого-то байкера? — Если бы. Я ещё не бывала в этом клубе, а сегодня захотелось отвлечься от школьных проблем, но на примете того, кто мог бы знать хорошо городские клубы была только лишь ты, Найла. И всё же как мне повезло с тобой, подруга. — Как мило с твоей стороны. Мы кстати почти приехали, — и после этого короткого предложения я чуть не задохнулась от настигшего меня в ту же секунду волнения. — Есть ли какие-то определенные правила, как стоит себя вести тут? — Не сказала бы, Кларк. Но старайся не напиваться как не в себя, а тем более подходить к девушкам, которые выглядят как сучки. Ничего хорошего из этого не выйдет, уверяю тебя. Ну и просто веселись.       Прошло лишь минут пять с тех пор, как наш диалог с Найлой прекратился, и водитель затормозил. Найла лишь передала ему несколько купюр, сказав на последок, что сдачи не нужно. — Это оно? — спросила я, выйдя на тротуар.       Водитель высадил нас на соседней улице. Вокруг шумели машины, а толпы людей шли по тротуарам, спеша домой. Кафе и закусочные были забиты, хоть время было довольно позднее, а на остановках стояли двухэтажные круизные автобусы. — За этим поворотом начинает улица Бьюкенен, где и расположен клуб, — она указала на узкую улочку, где стояло достаточное количество байков различной расцветки. — Но нам нужно на другую сторону улицы.       Последовав за Найлой и перейдя на другую сторону маленькой улочки, я заметила, что городская суета тут же улетучилась. Здесь на улице, которая на первый взгляд казалась страшной и плохо освещённой, царили тишина и спокойствие.       Некоторое время мы шли по темной дороге, после повернули направо и вышли на более светлый участок, везде сворачивая направо. У меня появилось чувство, что мы ходим по кругу, но таблички на домах сменялись, и было точно понятно, что это не одна и та же улочка.       Пройдя к последнему дому, Найла остановилась. — Мы пришли!       Это был простой, старый дом. Если бы не очередь, выстроенная у дверей подростками, то я бы вполне могла подумать, что это тихий жилой домик. Желающих попасть внутрь было очень много и вели они себя довольно тихо, несмотря на довольно вызывающую внешность. Скорее всего из-за того, что служба безопасности была очень строга к подросткам-хулиганам. Я и моя подруга Найла вместе с остальными посетителями ожидали своей очереди. — С этим не пропущу, — охранник отрицательно покачал головой, глядя на юношу в кожаной куртке. — И почему же? — парень держал в руках бутылку пива. — У вас слишком дорогие напитки. — Либо оставляй тут, либо проваливай.       Прикид, кстати, был довольно ничего для данного заведения: ярко-красные волосы, торчащие в разные стороны, пирсинг на ушах и губах и ядовито-жёлтые глаза, явно линзы. — Ладно, держи, — парень ухмыльнулся, протянув руку с неоткрытым напитком охраннику.       Он быстро прошёл в клуб. Настала наша очередь с Найлой. Долго ждать не пришлось. Охранник одобрительно покачал головой и пропустил.       Внутри всё выглядело слегка размытым и загадочным из-за искусственного дыма, исходящего из маленького оборудования, стоявшего в уголке арки. Над и даже на танцполе мельтешили синие, зелёные, красные вспышки прожекторов. Из клубов дыма возникали силуэты людей, длинные девичьи локоны разлетались во все стороны при резких движениях. В глубине зала находилась барная стойка, обставленная различными бокалами и выпивкой. Был также и большой и хорошо освещенный бассейн, но в нём почему-то никто не плавал. — Вон там барная стойка, коктейли — отпад, — Найла показала ладонью на левую часть зала. — А там танцпол и удобные диванчики, которые так любит твоя сестра.       Диванчики? Так она приходит сюда лишь из-за удобных диванчиков? А я представляла любимое место сводной сестры иначе. Думала, что вон тот барный стул — её любимое место, к которому прилагалась бесплатная выпивка и стройные девочки. Кажется, я конкретно ошиблась.       Пока я оглядывалась по сторонам, пытаясь найти удобное место, куда можно пристроиться, моя подруга успела исчезнуть в толпе танцующих людей. Не найдя ничего лучше обычного бара, я медленно обошла танцпол. Разглядывая девушек в облегающих платьях и туфлях на шпильках, я заметила, что моя одежда совсем не подходит для данного заведения, хотя для себя я сейчас выглядела довольно вызывающе в полупрозрачном платье, учитывая мой повседневный стиль. — Кларк с распущенными волосами и с красной помадой! Так ещё и без очков! Ты ли это? — передо мной появилась Октавия. Ей приходилось чуть ли не кричать, дабы быть услышанной. — Просто… — начала я, но Октавия меня перебила. — Ты пришла сюда с Лексой? — спросила она, улыбнувшись мне. — Она кстати неподалеку. Сидит на тех диванчиках.       Я глубоко вздохнула, чтобы хоть чуть-чуть успокоиться. Одно упоминание о ней заставляло моё сердце бешено биться. До сих пор не могу понять, как оно всё ещё не выпрыгнуло и не убежало куда угодно, лишь бы подальше от меня. Я вроде даже на секунду успокоилась, но лишь до того момента, пока не вспомнила, что мы с ней целовались — и страшно смутилась. Благо Октавия этого не заметила, двигаясь под такт музыки и улыбаясь. — Не хочешь выпить? — спросила она и просияла, когда я утвердительно кивнула. — Тогда вперёд!       Мы подошли к барной стойке, удобно пристроившись на барных стульях. Октавия заказала два небольших коктейля, сказав, что это за её счёт. Тогда я на миг забыла, что еле держусь на ногах и о том, что совсем неподалёку находится моя сестра, которая в любой момент можешь заметить меня, а мне этого совершенно не хотелось. Всё было спокойно, мы с Октавией разговорились, смеясь над каждой вставленной в какой-либо рассказ шуткой. Но ведь ничего не бывает идеально. — Замечательная музыка, не правда ли? — рядом радостно прозвучал голос молодого человека.       Обернувшись, я увидела того самого парня, которого не хотели пускать в клуб. Я лишь промолчала, удобно усевшись на барный стул. Парень танцевал рядом, не отрывая взгляда от нас, а затем и вовсе подсел поближе, заказывая три алкогольных коктейля. Рядом продолжали скакать подростки взад-вперед. А на тех самых диванчиках страстно целовалась парочка, совсем никого не замечая. — Я тебя здесь впервые вижу, — продолжал парень, обратившись ко мне. — Новенькая?       На его вопросы я лишь промычала что-то непонятное в ответ, надеясь, что он всё же соизволит уйти. Но конечно, обычно такие люди в клубах не отстают так просто, пока не получат своего. Мне не хотелось заводить разъяснительную беседу о том, что дама не желает с ним разговаривать. И нет, не потому что моя стеснительность мешала мне заговорить с незнакомыми людьми, а потому что данный тип выглядел уж очень вызывающе, хоть и в клубе, а по глазам можно было прочитать: «Я затрахаю тебя до потери сознания». Октавия отвлеклась на девушку, пробирающуюся к ней в толпе танцующих. Она лишь подмигнула парню, надеясь, что тот последует за ней следом, но тот явно не спешил. Она скрылась в толпе, дав знак, что сейчас вернется. — По-моему, диджей сегодня отжигает по полной!       Как же! Как же ты взбесил меня, приятель. Нет, ну правда. У меня что, на лбу написано «Доебитесь до меня»? Я пришла сюда вовсе не потому что мне скучно или я ищу острых ощущений, а потому что… Потому что… Честно, я и сама не знала зачем я сюда пришла. Я даже была уже не уверена в том, что Лекса тут. А вдруг она уже дома и ищет меня, обзванивая знакомых и больницы? А я сижу здесь с жуткой головной болью и высокой температурой, разговаривая с каким-то придурком, который явно хочет меня споить и затащить в постель. — Да отвали же ты от меня! Разве не видишь, что я не за этим сюда пришла! Да и моя подруга тоже дала тебе хорошо понять, что в компании парней мы не нуждаемся, — огрызнулась я, вставая из-за барной стойки. — Да что ты себе позволяешь?! Какого хера ты повышаешь на меня голос, сучка! — взмахнул рукой парень, случайно задевая танцующую девушку и толкая меня назад. — Придурок! — закричала я, больно ударяясь плечом о небольшую колонну. — Да как ты смеешь поднимать руку на девушку!       Кричи — не кричи, а в этом шумном помещении всё равно никто не услышит, так я думала сначала. Правда, даже несмотря на то, что в клубе стоял дикий шум и играла громкая музыка, на нас всё же оглянулись подростки, тыкая пальцами в нашу сторону и о чём-то шушукаясь. Да, зрелище не из лучших, но это буду не я, если не докажу, что этот тип не прав и обязательно должен извиниться. Ждать Найлу тоже было плохим решением, потому что я понимала, что она уже кого-то подцепила и хлестает коктейли с новым другом как не в себя. Поэтому я решительно сделала шаг, пытаясь влиться в танцующую толпу, но мою руку больно сжали, потянув обратно. — Куда собралась? — тот самый юноша тут же оказался рядом, ударив меня по щеке. Будь я какой-то хрупкой девушкой, непременно упала бы на пол, захлебываясь в собственных слезах. Однако я лишь пошатнулась, стараясь удержаться на ногах. От жгучей боли тут же начали слезиться глаза, а ноги совершенно не хотели держать меня. В воздухе сверкнуло что-то блестящее, похожее на необычный браслет. Юноша тут же упал и скорчился от сильной боли. Сзади послышалось злобное рычание, а парень тут же был прижат к бетонной колонне. — Сколько тебе ещё повторять, чтобы ты тут не появлялся?       Юноша с красными волосами посмеялся, переводя взгляд на девушку, удерживающую его за воротник куртки. — Да чего ты, Лекса? Мы ведь друзья.       Лекса? Мне послышалось или этот придурок произнёс это имя? Нет, я явно отчётливо слышала имя своей сестры. Я пыталась хоть как-то подглядеть что же за человек решил вступиться за меня, но, увы, мне удалось лишь разглядеть чёртову спину. Зато я знала, что это был явно не парень, а девушка (так мне казалось со стороны). — Я настолько заебалась с тобой разговаривать и выяснять отношения. Предупреждаю в последний раз, если я ещё раз увижу тебя здесь, то ты лишишься своего достоинства, и никакой папочка тебе уже не поможет. — Да понял я, понял.       Парень с красными волосами покинул танцпол. Вид у него был довольно растерянный, видимо, предупреждение не на шутку напугало его. Хотя, не думаю, что его правда лишили бы достоинства: у него его и так не было. Я задумалась, а не подойти ли к этому юноше и не показать язык в знак того, что он всё же проиграл, опозорившись перед толпой народа, но не успела, потому что из-за колоны появилась девушка, прожигая меня своим гневным взглядом. Это означало, что мне пиздец, я научилась распознавать это выражение лица. — Что ты тут делаешь?! — закричала Лекса, хватая меня за руку. — Час назад ты еле стояла на ногах с температурой под сорок, а сейчас развлекаешься в клубе? Да что на тебя нашло, Кларк?       Она выглядела просто восхитительно! Кудрявые локоны спадали на её небрежно накинутую кожаную куртку, с которой прекрасно сочетались облегающие чёрные джинсы и такие же чёрные гриндерсы. — Не твое дело. Я могу сама не только постоять за себя, но и позаботиться о себе, — взволнованно взмахнула рукой я, прикладывая холодную ладонь к красной от удара щеке. — Больно? — встревожилась Лекса, протянув ладонь к моему лицу, осматривая красное пятно. — Не хило он тебя. — Что ж, благодарна тебе за помощь, но я, пожалуй, продолжу развлекаться.       Я успела лишь развернуться и сделать маленький шажок в сторону танцующих ребят, как меня снова крепко схватили за руку, утягивая куда-то назад. Я озадаченно оглянулась. В помещении стояла неимоверная жара, мокрая от пота одежда противно липла к горячему телу. — Мы едем домой и без каких-либо возражений. — Почему та девушка так пялится на нас? — пропустив мимо ушей её слова, явно наполненные злостью, спросила я, указывая на девушку, которая недовольно уставилась в нашу сторону.       Она была до ужаса знакомой. Меня конкретно жмыхнуло, когда я поняла, что эта та самая девушка, которую я застала в кабинете целующейся со своей сестрой. Бе, то ещё жуткое зрелище… А сейчас она смотрела на меня так, будто я какой-то враг народа, и она прикончит одним лишь взглядом при первой возможности. Мне даже стало как-то не по себе. — Пошли, — Лекса лишь на миг оглянулась на девушку, после чего крепче схватила меня за руку и начала продвигаться сквозь толпу к выходу из здания.

***

— Серьёзно? — спросила я, наблюдая за действиями Лексы.       Она безуспешно пыталась поймать такси. Куда людям так срочно понадобилось ночью? А некоторые водители будто нарочно не замечали нас, проезжая мимо.       После нескольких попыток поймать машину, Лекса лишь психанула, когда её обдало грязными брызгами из лужи от недавно прошедшего дождя, и развернулась ко мне с недовольным выражением лица. — Пошли, — она направилась в сторону стоявших в линию байков.       Подойдя к нужному, Лекса взяла в руки шлем, вручая его мне. А после вновь, как двадцать минут назад в клубе, осмотрела меня с головы до ног, снимая с себя кожаную куртку и протягивая её мне. — Неподходящий прикид ты выбрала для такого места, — Лекса проскользнула на своё сиденье, смотря на меня. — Вот почему этот тип решил докопаться именно к тебе. — Как это застегнуть? — О боже, — она встала со своего байка, подходя ближе ко мне и осторожно принимаясь за застёжку шлема.       Со стороны это могло смотреться очень даже мило, но на деле, когда человек, который тебе нравится до безумия, находится настолько близко, что ты даже чувствуешь тепло его тела, не говоря уже и о запахе, становится страшно и волнительно стоять рядом.       Справившись с последней проблемой, я последовала за Лексой, удобнее усаживаясь позади неё. — Может всё же будешь держаться руками за меня, или хочешь вдобавок получить сотрясение мозга? — обратилась она ко мне, и, не дожидаясь моей реакции, схватила мои руки, скрепив их на своей талии. Я лишь прижалась ближе, сильнее сдавливая её в своих объятиях, пока есть возможность. — Держись крепче.       Она завела мотор, и байк помчался по ночным улицам. Воздух не дарил такого долгожданного чувства прохлады. Казалось, будто сейчас совсем не первый месяц осени, а стояла августовская жара. Возможно, эффект жаропонижающего перестал действовать, и температура снова поднялась до предела. На очередном светофоре зажегся зелёный свет, и по главной дороге города помчался поток машин. Сил совсем не было даже просто разлепить глаза, чтоб полюбоваться ночным городом, поэтому, уложив голову на плечо Лексы, я лишь услышала: «Всё в порядке?», а после, кажется, провалилась в глубокий сон, всё так же крепко держась за талию сестры.       Когда же я наконец хоть чуть-чуть смогла прийти в себя, мы подъезжали к дому. В окнах дома не горел свет: признак того, что родителей всё ещё не приехали. Когда мы подъехали к воротам, я поняла, насколько же громко играла музыка в том клубе. В ушах не переставало звенеть. — Ты с ума сошла, Кларк? Какого чёрта ты творишь? Ты не в своей Франции. Это Шотландия, тут уровень преступности почти превосходит лондонский. — Зато ты бы была рада, если бы эти преступники меня поймали и увезли куда подальше от этого дома, да? — я указала на тихую улочку, в которой находился наш дом. — Ушла бы твоя самая большая проблема. — Сейчас же, чёрт возьми, перестань шутить и заходи в дом! Ты стоишь почти голая и с высокой температурой! — её глаза цвета изумруда так и горели от злости.       Ничего не ответив, я поплелась к дому, Лекса пошла следом. Я вытащила из кармана платья ключ и распахнула дверь. — Тебе необходимо выпить лекарство и лечь спать, чтобы завтра постараться встать и пойти в школу. Хотя бы просто показаться родителям, что с тобой всё отлично, потому что я не намерена нести за тебя ответственность и получать пиздюлей за просто так. — Можешь не волноваться, — я протиснулась мимо Лексы, пытаясь скрыться от жуткого взгляда. Она лишь последовала за мной, поднимаясь по лестнице. — Да в чём дело? Почему ты так смотришь на меня? — Я обязана проследить за тобой до самой комнаты, чтобы ты не сбежала, поняла? — Ты так добра ко мне, сестричка, — я театрально прижала руку к груди, растроганно вздохнув, и исчезла за дверью своей комнаты.       Как я и ожидала, ручка двери опустилась чуть ниже, а на пороге моей спальни появилась Лекса, и я полностью растерялась. Поэтому, стараясь не так сильно пялиться на неё, я подошла к своему столу, одним движением руки сдвинув в сторону всё лишнее.       Лекса направилась прямиком к моей кровати. Я всё ещё не могла понять, что она от меня хочет. Поэтому, повернувшись к ней и скрестив руки на груди, я стала бесстыдно пялится в ответ, ожидая её дальнейших действий. — Может отдашь мою куртку? — так вот к чему весь этот цирк со взглядами. Она просто ждала свою куртку. — Ты не могла просто попросить это, а не пялиться на протяжении трёх минут. Я не телепат, чтобы понимать, что ты меня хочешь.       Какое-то время в комнате царило молчание. Лекса присела на край кровати и продолжала глядеть на меня, всё так же чего-то ожидая. На секунду она всё же замешкалась, но после спросила: — Не хочешь рассказать, что ты делала на первом уроке в совершенно другом кабинете? — А… это так важно для тебя? — Я откинула влажные волосы со лба, присев на стул. — Может ты расскажешь, что делала в том кабинете? Причём… не одна.       Последние слова мне дались очень тяжело, но я всё же смогла произнести их. Хорошо, что она начала этот разговор. Я бы никогда не решилась после того, что случилось между нами, и то, что я успела наговорить ей перед тем, как отключиться. Но по её взгляду было понятно, что она явно не желает рассказывать подробности.       Чтобы хоть как-то отвлечься от давящего молчания, я подошла к слегка приоткрытому окну, увидев на подоконнике стакан с остывшем какао и ту самую таблетку, которую я должна была выпить три часа назад. Лекса. Её оставила именно Лекса, надеясь, что я замечу это и пойму, что это необходимо её выпить перед тем, как лечь спать. Ладно какие-то таблетки, но больше меня расстроило то, что я должна отдать её куртку, которая, почему-то мне так была необходима сейчас. Стоило ли мне вырвать эту вещь из её рук и быстренько спрятать в надёжное место?       Моё обдумывание плана о завоевании куртки прервала Лекса одной фразой, будто больно и отрезвляюще влепляя пощёчину. Её голос изменился, став совсем слабым. Она больше не поднимала свой пронзительный взгляд на меня, а уставилась куда-то в пол, наклонив голову. — Кларк, давай останемся друзьями?       Давай останемся друзьями…