Связанные.

      К месту я добежала за считанные секунды, но заворачивать все же пришлось. Как я и ожидала, сегодняшний монстр загнал в тупик девчушку, намереваясь поскорее ею полакомиться. Но теперь переживать не о чем! Почему? Потому, что я здесь!!!       С пинка влетев в этот чёрный сгусток, я оттолкнула его, отвлекая тем самым внимание. Хватаю девушку за талию (оу, я джентльмень-пельмень), говорю, что теперь она будет в безопасности, и также, как сегодня днём, п**дую галопом из того переулка.       Долго погони ждать не пришлось. Совершенно неаккуратно таща за собой уже отключенную девушку, я прыгаю на крыши, где лунный свет освещает пространство, и продолжаю бежать. Не понятно, куда. Просто бегу. Браво, Эла, твой план по спасению точно такой же надёжный, как швейцарские часы!!!       Выругавшись, я побежала по направлению к центру столицы, где, похоже, были патрульные, так как оттуда веял свет. Заброшу это тело куда-нибудь и пойду по лесочкам. В кустики с этими монстриками резвиться. Надеюсь, моего лица она не видела, а если видела — не запомнила, чтобы потом заяву не накатала, мол, её бросили ещё и таскали, как мешок картошки.       Прыжок на следующую крышу у меня получился не очень удачно: бошка чудика поставила мне подножку, из-за чего я запнулась, об кончик шифера, потеряла девушку, закинув её на середину верха дома, где она морской звездочкой пускала слюни, не очень мило улыбаясь. Сверху на неё упала моя тушка, сделав попутно кабедон. А потом присоединилось и третье лицо, видимо, хотя большего — тройничок. Изнасилование на крыше улицы X, дом Вудмана, бл*ть. Жёстко и со всей душой.       — Агрррррааа!!! — послышался щелчок прям рядом с моим ухом — эта п*здюлина хотела сделать мне милый кусь за голову, но я не я и жопа не моя: жопой спихнув эту мымру, схватила вновь девушку, ускоряя свои торпеды.       Пук.       — Ахвахвхавх! — истерический смех пробрал меня на седьмой крыше, когда я от перенапряжения пустила газа, попав при этом своей смертельной атакой прям в пасть чувырлика.       — Уууургруууу… — чел завыл, сжимаясь в комочек. На подмогу ему подоспели его сородичи, появившиеся почти со всех сторон, также освобождая мне путь вперёд — к центру. Ха-ха, лохи! Мамочка в деле!       Подбегая всё ближе к центру, до меня дошло, почему всё это время там было так светло. И это не из-за того, как я думала раньше, что там что-то на подобии патруля или чего-то подобного. Там был праздник. Мать его, праздник! И я, блять — сранная ночная бабочка — бегу вместе с огромной толпой своих новоиспеченных друзьяшек, с которыми никак мы не можем найти общий язык, прям на скопление людей! Какие ещё, нах*й, фестивали, когда у вас на носу через несколько недель грандиознее мероприятие будет?!       — Акнология, родненькая моя Крёстная феечка, спаси меня, сука, от этого!!! — я взмолилась к небу, ожидая увидеть там драгоценную шкуру чокнутого ящера, но ничего, кроме звёздной пыли и ночного неба, мне не увиделось.       И когда я уже было отчаялась, глотая слёзки — подмога пришла. Кольцо вновь засветилось, а над ним появилась пентаграмма с уже другим, ещё более заковерканным названием, похлеще первого. И было одно очень интересное «Но»:       «P.S. |Стена пут| — стена лакримы. Как только произойдёт активация заклинания, монстров тут же засосёт в кольцо и переправит мне. Активируется через 1 минуту.»       Лакрима? Косметика что ли? Акнология, ангел, почему ты мне не объяснил действия кольца?!       Над пентаграммкой появились циферки в виде таймера, где кольцу осталось 58 секунд до активации заклинания. В голове всплыл план, который я тут же принялась осуществлять.       Таймер всё тикал и тикал, циферки уменьшались, а моя цель была уже прямо перед носом. И, когда оставалось каких-то 5 секундочек до начала фейерверка — именно так представляла себе всю эту кашу, которая должна будет поглотить монстров — я окрикнула с крыши, которая была прямо рядом с центральной улицей, на которой и происходил весь праздничный кавардак, мужчину. В его руках, как только повернулся, оказалась тушка отключенной девушки, видимо, знакомой, потому что он удивился и крикнул её имя, как только та достигла его рук. И в эту же последнюю до активации секунду, разворачиваясь прямо к огромной туче преследователей, я кричу:       — Стена пут! — из кольца вылетел золотой шарик, в мгновение став прозрачно-золотой стеной, застилавшей, как барьер, так главную улицу, где были люди.

***

      «Сенсация! Новые вести «КрокусПовествует!» Во время празднования произошёл невероятный инцидент. Каждому в столице не секрет, что по ночам запрещён выход на улицу, если нет поблизости шума толпы или яркого света. Черные существа с устрашающими пустыми глазами-дырами — трипаматы — орудуют по ночам, но боятся большого скопления людей и ярко освещенных мест. В связи с этим было решено Советом не пропускать, как и ранее, праздник, а сделать его с наиболее подходящими условиями, дабы не пригласить незваных гостей. Хоть скоплений они и боятся, но победить их кучкой не удастся, так как магия против них бессильна, что делает их неуязвимыми. Так мы считали до сегодняшней ночи!       Во время самого разгара веселья в эпицентре улицы, на которой и проходило торжество, появился человек. По словам очевидцев, которые находились наиболее близко к этому месту, маг спас девушку, передав её одному из свидетелей. Ко всему прочему жертва оказалась репортёром из соседнего города, приехавшей в отпуск на ВМИ.       После чего, со всей страстью и криками о великой помощи, силуэт выпустил магию, громко закричав заклинание: «Стена пут!». Это было завораживающее зрелище! Превосходно! В ту же секунду вылетело свечение, а толпа разъяренных тварей, которая была слишком громадной для яркого места, испарилась. Кто же этот таинственный герой?» — дочитав последнюю строчку, Фрош протянул на стол дрожащими лапками прям перед моим носом газету, которая прилетела сегодня в открытое окно к старушке, побеспокоив весь дом.       Туманным взглядом я рассматривала прилагающую к повествованию фотографию, сделанную во время демонстрации сил кольца: ярко украшенная и сияющая улица столицы Фиора, где-то удивлённые и испуганные лица людей, крыша, на которой виднеется только мой силуэт, не показывая чётких очертаний моего тела, из-за чего только и гадай: кто же тут изображён; прозрачно-золотая стена передо мной и чувырлики, раскрывающие свои громадные пасти. Эпично, ничего не сказать.       Руки пустились в волосы, тормоша ещё больше запутанные пряди, которые не были ни расчёсаны, ни вымыты после бессонной ночки. Мозг не понимал как реагировать: то ему хотелось выть от досады, то радоваться геройскому поступку и начинать фанатеть от самой себя, то хотел гордится такому ахринительному моменту, в котором меня запечатлели. Фрош уже вот во всю веселился, дрожа от восторга, так как ему было известно, что это за герой. Лектор цыкал, но чувство восхищения показывала атмосфера вокруг него: возле него летали звёздочки и струился свет.       — Вот так и знала, что в прессе врут! — перечитывая одну и ту же строчку, помимо которой я выведала информацию об этих чучелах, где говорилось о каких-то страстях и великой помощи. Ничего подобного! Я высказывала огромную любовь к преследователям, поливая их в тот момент матами и желая большой удачи, так как Акнология сказал, что их переправит к нему. Кстати, магия же на них не действует. Каким Макаром он собрался их победить? В порядке ли он?       — Хотя, стоп, о ком это ты волнуешься, Эл. Он же как-никак ящерица… — Фрош переспросил, что я только что бурчала себе под нос, но раскрывать этого было нельзя никому, поэтому с усталой натянутой лыбой я отмахнулась, сказав, что уже плохо соображаю, поэтому посплю.       — Эла, ты такая крутая! — крикнул мне искид вслед.       — Согласен, — с румянцем, закрыв глаза и скрестив свои лапки, Лектор, делая вид серьёзного челика, согласился с другом.       Хе-хе, ну, что ж за милашки.       — Спасибо, — улыбнувшись, я вышла из комнаты старушки, к которой и прилетела газета, и направилась к себе, пытаясь найти покой и перестать думать о всякой ереси из газет. Меня же не спалили.       — Ух, прекрасная моя постелька, я так по тебе соскучилась, — с умиротворённым личиком, только что из душа, я закуталась подальше в одеялко, дабы меня больше не беспокоили всякие дыроглазые чувырлики. И для убедительности даже одеяло под себя подгнула, чтобы уж наверняка. — Прекрасно, а теперь отдыхац.       В полудрёме я услышала голос Акнологии:       — Дело ещё не окончено.       А на утро меня ждал сюрприз.