Доигрался

      Когда Хэ Сюань увидел на пороге Ши Уду, первое, что он хотел сделать — въебать этой самой дверью ему по лицу. Ну просто какой нормальный и адекватный человек придёт в 2 часа ночи? Хотя, кто вообще назовёт Ши Уду нормальным и адекватным? Ну, а потом он заметил на руках этого урода пьяного в хламидомонаду Ши Цинсюаня. Доигрался хер на скрипке, больно музыку любил. Не то, что бы он не ожидал чего-то подобного. Цинсюань вряд ли бы добрался до дома сам. Самым удивительным было то, что Ши Уду принёс его домой, к Хэ Сюаню, а не к себе, дабы утром устроить цирковое представление. Нужно будет потом сказать Цинсюаню, что у того брат сломался. Походу, тот больше не собирается ебать им мозги по поводу отношений. Хотя, возможно, это из-за недавно произошедшей ситуации. Когда Хэ Сюань рассказал, что же случилось, Хуа Чэн ржал как конь минут десять, потом переспросил и снова расхохотался. Бедный подошедший Се Лянь, услышав дикие вопли умирающей гиены своего мужа, которые можно ошибочно принять за смех, попытался успокоить своего Сань Лана, но после ещё одного пересказа этой весёлой, как оказалось, истории, смеялись они уже оба. Два сапога — пара. Что тут ещё скажешь? А дело было так: Хэ Сюань и Ши Цинсюань сидели у себя дома, на диване, смотрели какой-то фильм, как вдруг зазвонил телефон младшего Ши. Тот, удивившись, поднял трубку, и вместо нормального приветствия и объяснения причины звонка, Ши Уду начал кричать что-то о том, что его брат не может определить, кто друг, а кто враг, да и вообще ему нужно вернуться к старшему брату, который, по крайней мере, может о нём позаботиться и защитить. Хэ Сюань забрал у него телефон и поставил звонок на громкую связь, дабы послушать, что же за ересь несёт этот ебалай. После этого прозвучала та самая фраза:       — Вы не будете вместе! Только через мой труп! — кричал Ши Уду. Хэ Сюань, будучи в очень хорошем настроении, ответил:       — С радостью. Какого цвета гроб ты хочешь? На той стороне замолчали, по-видимому, обдумывая, что сейчас произошло. У Цинсюаня округлились от удивления глаза, он мягко пихнул своего парня локтем и попросил его больше не говорить ничего подобного. Это же, как-никак, его старший брат. Хэ Сюань очень хотел бы видеть охуевающее лицо Ши Уду в этот момент. Да кто бы не хотел. И, если честно, он совсем не парился из-за произошедшего, так как прекрасно знал, что Ши Уду не воспримет фразу всерьёз. Но тот правда от них отстал. Ничего не писал Цинсюаню про это, лишь спрашивал о самочувствии брата и иногда звал на прогулку. В общем, не жизнь, а сказка. Думаю, вы спросите: почему же Хэ Сюань не оказался рядом с Цинсюанем, когда последний напился до состояния бревна? Всё просто — его задержали на работе, потому пришлось попросить Се Ляня и Хуа Чэна приглядеть за его парнем. Те были не против, что весьма удивительно. Хотя, удивляло больше то, что даже после того, как Хэ Сюань вернул Хуа Чэну долг, последний не перестал с ним общаться. Видимо, за все годы их общения привык к его вечно недовольной роже. Да и их парни хорошо дружили, ну как тут не общаться им самим? Отдав брата с явным недовольством, Ши Уду, не прощаясь, ушёл. Хэ Сюань закрыл за ним дверь и попробовал поставить на ноги Цинсюаня. Последний недовольно что-то пробурчал и уткнулся носом в плечо своего парня, прикрыв глаза и не желая от него отлипать. Не то, что бы Хэ Сюань не привык к подобным пьянкам-гулянкам, просто его весьма разозлил тот факт, что домой его привёл Ши Уду. Наверное, Хуа Чэн и Се Лянь подумали, что раз уж Цинсюаня забирает его брат, то всё под контролем. Потом ещё нужно будет это выяснить. А пока он достаточно сильно дёрнул младшего Ши за руку, заставляя выпрямиться. Вышеуказанный резко дёрнулся и едва не упал, открыв глаза и смотря прямо на своего парня. Конечно же, Хэ Сюань злится. Более того, осознание этого слегка отрезвило Цинсюаня. Тяжело вздохнув, Хэ Сюань просто закинул его на плечо и понёс в спальню. Кажется, его любящее веселье и пьянки сокровище вообще не поняло фразы: «не напивайся до состояния одноклеточного организма, иначе получишь пиздюлей». Скинув бормочущую себе под нос извинения тушу на кровать, Хэ Сюань мягко опустился напротив него, взглядом давая понять, что слушать его и уж тем более жалеть никто не собирается. Цинсюань опустил голову и чуть отодвинулся от него, готовясь выслушивать ругань, причём весьма заслуженную. Но, к его огромному удивлению, Хэ Сюань не произнёс ни слова, хватая Цинсюаня за запястья и прижимая к кровати. Единственное, что выдавало его злость — потемневшие глаза. Хотя, если судить то, как они выглядели на данный момент со стороны, то можно было бы подумать совсем о другом. Осознав свою участь, Цинсюань тяжело вздохнув и смирился. Он правда был не прав, правда нарушил обещание. Доигрался. Нет, он не считал Хэ Сюаня жестоким. Сам понимал, что не нужно играть с огнём. Особенно зная характер своего парня. Одежда была бесцеремонно скинута на пол, колено, втиснутое между бёдер Цинсюаня, весьма ощутимо давило на пах, заставляя сдавленно охать. Ещё раз обведя взглядом стройное тело под собой, Хэ Сюань, наконец, заговорил:       — Ты помнишь, что обещал мне? — его голос был обманчиво спокойным, что совсем не внушало доверия. Цинсюань снова начал извиняться. — Молчать. Сейчас говорю я. Младший Ши послушно заткнулся, смотря на своего парня. Всё же, доводить его до такого состояния — не самая хорошая затея. Хоть Хэ Сюань и видел, что Цинсюань очень внимательно его слушает и раскаивается, но это совсем не гарантировало, что подобная ситуация не повторится. Особенно зная характер этого любителя веселиться до утра. Он как-то небрежно сплюнул на свои пальцы, на пробу просовывая сразу два в младшего Ши. Тот охнул и завозился, тем самым сминая идеально выглаженные простыни под собой, но как такового дискомфорта не почувствовал. Ебались они буквально утром, так как встали раньше положенного, потому с растяжкой Хэ Сюань решил не церемониться. Раздвинув пальцы на манер ножниц и коснувшись простаты Цинсюаня, он вытащил из него пальцы и вытер их об всё ту же простынь. Младший Ши молча кусал губы, стараясь не издавать никаких звуков. Коснувшись головкой своего члена ануса Цинсюаня, он продолжил говорить:       — Я легко могу напомнить тебе то, что ты мне обещал. Даже процитировать, — Хэ Сюань перехватил его запястья одной рукой, продолжая прижимать их к кровати, а второй опустился до бедра. Затем подхватил чужую ногу под коленом и закинул себе на плечо, резко входя, — только вот есть ли смысл? Ты слушаешься меня? Нет, мои слова для тебя, кажется, пустой звук. Цинсюань сдавленно всхлипнул и перевёл взгляд на окно. На улице было максимально тихо, потому тяжёлое дыхание Хэ Сюаня он прекрасно слышал. А ещё догадывался, что у него сейчас такое же. Хэ Сюань резко начал двигаться, из-за чего младший Ши застонал и схватился за простынь, комкая её пальцами. Весьма обидно, так как именно он вчера усердно гладил её, дабы та выглядела максимально аккуратно. Задев простату членом, он остановился, глядя на растрёпанного Цинсюаня. Тот, вскрикнув, ещё крепче сжал в ладонях простыню и закусил губу, из которой тут же потекла кровь. Хэ Сюань наклонился и слизал её, но когда Цинсюань потянулся к нему за поцелуем, он резко выпрямился и продолжил втрахивать парня в кровать.       — Помедленнее… Хэ-сюн, пожалуйста… — практически умолял Цинсюань, но слушать его никто не стал. Даже наоборот, тот стиснул зубы и зарычал, закидывая и вторую ногу младшего Ши себе на плечо. Последний чуть ли не кричал. Удивительно то, что соседи ещё не начали стучать по батареям.       — Не помню, чтобы я разрешал тебе открывать свой рот, а уж тем более возмущаться. «Всё же, жить в квартире — не очень. Нужно будет обсудить это потом, » — подумал Хэ Сюань, не прекращая двигаться. Его рука легла на член Цинсюаня, из-за чего бёдра последнего дёрнулись. Быстро убрав руку, он навалился на него всем телом. Через пару минут Хэ Сюань кончил, и Цинсюань, почувствовав это, излился следом. Выйдя из парня, он повернулся, дабы найти то, чем вытереться (в душ идти было лень, сил практически не осталось). В это время младший Ши благополучно отрубился, не заботясь ни о чём. Быстро, но бережно, вытерев последнего влажными салфетками, что оказались в одном из ящиков тумбочки, Хэ Сюань уложил его поудобнее, а сам лёг позади него, обнимая за талию. Уснул он буквально через минуту. Возможно, наказывать Цинсюаня за непослушание иногда полезно. Осталось только проверить, насколько действенный этот способ. Ну, а времени у них проверить это — вполне достаточно. Как бы не возмущался Ши Уду.