Страна палящего солнца.

***

Следующий день прошёл гораздо быстрее, чем девушка могла предположить. И спокойнее, что очень сильно её радовало. Шикамару дал ей ещё один выходной, понимая, что ничем дельным помочь ему она всё равно не сможет, поэтому она решила его смело провести дома, позволяя себе почти не покидать мягкую и уютную кровать. Но дело было не только в том, что ей просто хотелось спать, чего в родной деревне она делала крайне мало. Дело было в мыслях. До этого она много размышляла о том, каким образом ей стоит вести диалог с брюнетом, который довольно сильно желает встретиться с Харуно. Она даже придумала несколько вариантов, усердно тренируя их произношение перед высоким зеркалом, но после всё же отбрасывала их куда-то далеко, потому что они ей совсем не устраивали. Фразы казались ей слишком вульгарными, не имеющими связи и похожими на детский лепет, который Саске терпеть не мог, пусть ради неё бы и потерпел. Но стоило куноичи сделать то, чего она не планировала совсем, как мысли полностью перетекли в другое русло. Сакура усердно, но тщетно пыталась разобрать тот приятный вечер, который она провела в компании Казекаге. Ей стоило больших трудов прятать своё лицо в подушку, чтобы её радостного визга не слышали соседи и не пришли жаловаться на неё. Понять, что же приводит её в такие эмоции, она пыталась очень долго, по её меркам. Точнее, девушка догадывалась о том, какие чувства испытывает, но какая-то внутренняя сторона в ней напрочь отказывалась от этого и твердила, что ей не нужно это, иначе невинное девичье сердце снова будет разбито. А, честно говоря, слёз у неё осталось не так много, как и сил, чтобы их проливать. Ей тяжело было считать свою судьбу чем-то нормальным и естественным, похожим на то, что бывает у других людей. Сакура знала, что неразделённая любовь является неопределенным символом всей её жизни, ибо как бы она не старалась, похоже, влюбиться в кого-то, как Наруто, у неё совсем не получалось. Поэтому сейчас кусок её души кричал, чтобы она остановилась, отрезала все пути, которые сама же начала прокладывать к сердцу красноволосого парня. Но разве можно это сделать, когда сердце, и даже мозг, говорят об обратном? Разрываться на части ей совсем не хотелось, а, значит, нужно было выбирать, и как можно быстрее. Собственно, за всеми размышлениями на эту тему и беспокойным, но крепким сном, прошёл целый день. Утром, когда девушка открыла свои глаза и сонно хлопала ресницами, до неё туго дошло осознание того, какой сегодня день. Она содрогнулась, сжалась в небольшой комочек, словно котёнок, и понадеялась, что это спасёт её от «свидания» с Учихой. Но невероятно сильное любопытство, которое очень часто заставляло Харуно попадать в неловкие ситуации, заставляло её встретиться с ним, чтобы узнать, как он отреагирует на её слова. Будет зол, воспримет всё адекватно или обрадуется, тут уж остаётся только проверить на опыте. Вскоре после того, как куноичи открыла глаза, она услышала стук в дверь, который был почти идентичным стуку Шикамару день назад. Сакура вяло стянула с себя одеяло, уголок которого был поднят и открывал вид на стройную ножку, и встала с кровати. Сейчас она подумала о том, что, если это снова пришёл в такую рань её напарник, она самолично задушит его первой попавшейся под руку вещью. — Темари? — она удивлённо посмотрела на свою новую подругу и поняла, что, всё-таки, яблоко от яблони не далеко падает. Она опустила свой взгляд по её руке и увидела полупрозрачный полиэтиленовый пакет с тяжёлым звенящим содержимым. — Я надеялась поговорить с тобой ещё вчера, но ты весь день пробыла дома, и этот идиот что-то начал мне указывать, чтобы я к тебе не шла, — тут блондинка показательно фыркнула и шагнула вперёд, намекая, что сегодня она точно останется тут, пока они не закончат такие важные дела. Или хотя бы начнут. — Тогда можем, — тут Сакура снова перевела глаза на торчащие горлышки бутылок из пакета, — поговорить, — и снова взглянула на собеседницу, — прямо сейчас. Я свободна, пока не случится очередная война. — А вот это мы сейчас обсудим, — ухмыльнулась Темари и закрыла за собой дверь. Их беседа обещает быть очень увлекательной.

***

В кабинете Казекаге стояла непривычная духота, которая давила на лёгкие правителя страны. Гаара сидел в своём мягком кресле, но оставаться долго, не двигаясь, на одном и том же месте было тяжело. Он бездумно подписывал очередные бумаги, даже не удосужившись прочитать их содержание, потому как желания это делать не хватало, чтобы заниматься этим должным образом. Голова отказывалась то ли от жары, то ли от мыслей о куноичи чужой деревни — пытаться думать о чём-то более важном, чего обычно никогда не наблюдалось за парнем. Естественно, такие необычные изменения в поведении были заметны окружающим. Каждый, кто приходил в резиденцию с отчётом или докладом о выполненной миссии, хвастался прогрессом в той или иной специальности деревни, например, медицина, видели, как Казекаге отречённо, но мечтательно наблюдал за плавным течением облаков, кивал в ответ, даже не слушая их слов, а потом рассеянно обращал внимания на шиноби, который звал его уже по имени, возвращая тем самым в диалог. Но все молчали, не желая обидеть его, и просто уходили, думали, что сегодня у него не простой день. Все, кроме его брата. — Гаара, что с тобой происходит? — слегка взволнованным голосом спросил Канкуро и подошёл к столу, выхватывая из-под носа парня очередной документ. Носитель красных волос и кандзи на лбу не понимающе взглянул на кукольника и догадался, что отвертеться от этого вопроса ему явно не получится. Он тяжело вздохнул и улыбнулся, зная, что выглядит как открытая книга для своих близких товарищей, которую прочитать проще простого. Гаара устало поставил руку локтем на стол и опустил голову на ладошку, проникая пальцами сквозь мягкие локоны. Для него было сложно говорить на такие темы, но он был уверен, что если расскажет Канкуро, то обязательно получит дельный совет. А ему он был жизненно необходим. — Неужели о Сакуре думаешь? — хмыкнул шатен и поднял брови вверх, чем достаточно сильно поднял настроение своему собеседнику. — Я видел, как вы позавчера мило прогуливались. И то, как мило ты на меня оставил кучу работы. — Зачем спрашиваешь, если итак всё знаешь? — Гаара тихо засмеялся и его улыбка стала ещё шире, а чёлка упала на лицо чуть сильнее. — Я не мог ей отказать в том, чтобы составить компанию на вечер. — Неужели дело действительно только в этом? — его брат ухмыльнулся, как хищник, а после упёрся руками в деревянную массивную столешницу, едва наклоняя голову. Его хитрый взгляд остановился на красной макушке. — Да, — осталось Казекаге только понять самому, соврал он сейчас или нет, а это очень сложно для его понимания. Но такой лисий блеск в глазах Канкуро ему совершенно не нравился. Вдруг кукольник резко принял вертикальное положение и скрестил руки на груди, постепенно делая шаги назад, в сторону двери. Он осторожно поправил свой капюшон, который чуть было не слетел с него, а после развернулся к другу спиной и прошёл вперёд. В его голове созрел очень хороший план, которому поспособствовал последний ответ на его вопрос. Канкуро посчитал, что, наконец, пора начинать действовать. — Раз так, — теперь в его голосе слышалось открытое ехидство, которое начало едва ли раздражать Гаару. — Тогда я буду ухаживать за Сакурой. В конце концов, она спасла мне жизнь, а ещё она очень симпатичная. В моём вкусе. На этих словах он быстро покинул кабинет Казекаге, оставляя своего брата наедине с мыслями и некоторым непреодолимым желанием, о последствиях которого стоило сильно задуматься.

***

— Кампай! В квартире куноичи деревни Листа было немного шумно и чересчур пахло алкоголем. Но при этом стены и мебель продолжали сохранять этот невозмутимый уют, от которого не хотелось уходить. Две девушки сидели среди множества бутылок, которые успели докупить чуть позже прихода блондинки, и весело обсуждая разные темы заплетающимися языками. Но, конечно же, основной их темой для разговоров являлись амурные дела и парни, окружающие их. — Все мужики — козлы! — уверенно прокричала Темари и решила не морочиться, разливая алкоголь по маленьким чашкам, а протянула своей подруге целую бутылку, как и себе, чтобы пить прямо из горла. — Гаара бесчувственный, без какого-либо сопереживания! Канкуро постоянно вставляет свои идиотские шуточки, когда они не нужны! А этот придурок Нара не замечает того, что находится у него прямо под носом! Я что, зря марафет этот навожу каждый день?! Сакура сидела, нахмурившись, и внимательно слушала каждое слово сестры Казекаге. Она уверенно кивала головой и соглашалась на всё, что та говорила. Пусть её голова уже практически не могла адекватно соображать о том, что происходит, и девушка не давала отчёта своим действиям, но всё равно считала, что пьяные бредни её собеседницы являются абсолютной правдой. И совсем не важно, что про себя она поменяла местами два имени и совсем немного даже обиделась на них от этого. Тут куноичи вспомнила, что совсем скоро должен состояться ужасный разговор с её бывшим напарником. Нет, она теперь не собиралась убегать от этого, но, однако, желания видеться с ним всё равно не наблюдалось. Харуно гадала о том, какая у него будет реакция. Точнее, поднимет ли он на неё руку, убьёт, как хотел сделать это несколько лет назад? Сможет ли она защитить себя в этом случае? Ведь не смотря на то, что она достаточно сильная, победить Саске в её случае будет просто невозможно. Она понимает, что не сможет тягаться с ним. — Ненавижу этого надменного Учиху! — девушка схватилась за свою бутылку покрепче и приложилась губами к горлышку, заставляя своё горло пылать от высокого градуса алкоголя. Она пила, сильно зажмурив глаза, мысленно понимая, как себя чувствует в такие моменты её бывшая учительница. — Хочет встретиться? Без проблем, ик! Я устрою ему приятный вечерок! — А с этого места подробнее, — вдруг Темари стала серьёзной и отставила своё саке в сторону. Она села на диване в позе лотоса и разместила ладони на коленях, пристально всматриваясь мутным взглядом в зелёные глаза куноичи, находящейся рядом с ней. — Этот самодовольный Саске Учиха собирается сегодня прибежать сюда в деревню, чтобы встретиться со мной. И он совершенно не знает о том, что я его разлюбила! — Сакура немного грустно улыбнулась и сделала ещё один глоток, чувствуя невероятное облегчение в районе груди. — Я не знаю, что ему говорить. Мне кажется, он будет не слишком рад такой новости, потому что он собирался со мной возрождать свой клан. Тут блондинка сжала губы в тонкую линию и приложила указательный и большой палец к подбородку, задумываясь над словами подруги. Эта ситуация, мягко говоря, ей не нравилась. За такой короткий срок они сильно сблизились друг с другом, хоть выпитые бутылки сильно помогли им в этом. Поэтому она не могла не переживать за Харуно, которая по внешнему виду, похоже, заранее себе начала копать могилу где-то за деревней. — Я могу пойти с тобой, — Темари произнесла это так, словно это было вовсе не предложение, а прямая констатация факта. Она вытянула руку вперёд и схватилась ею за кисть Сакуры, чувствуя, как от этого немного закружилась голова. — Спасибо, — Харуно сжала её руку в ответ и нежно улыбнулась, хоть со стороны это выглядело немного глупо. — Но я должна сама разобраться с этим. Ради своего будущего, ради того человека, которого я полюбила, но пытаюсь этого не признавать. Куноичи Скрытого Песка подняла брови в удивлении, а после ухмыльнулась и придвинулась к ней ещё ближе. Она небрежно склонилась над профилем ирьёнина и прищурилась, хитро рассматривая испуганное выражение лица собеседницы, до которой дошло то, что она сейчас сказала, даже не задумываясь. — А я всё думала, почему мой братец стал в последнее время себя так странно и необычно вести, — Темари снова взяла в свободную руку свою бутылку и залпом выпила всё её оставшееся содержимое. — Теперь ясно, откуда у всего этого ноги растут. Неужели ты действительно влюбилась в нашего доброго и милого Казекаге? Но ответить на этот вопрос Сакура не сумела. Она невольно покраснела, как только она вспомнила образ парня и тот вечер, когда неловко поцеловала его, пусть и по-детски в щёчку. Казалось, что из её ушей сейчас повалит пар. Блондинка на такую картину лишь расхохоталась и не удержала равновесие, падая с дивана прямиком на мягкий пушистый ковер серого цвета. Но вместо того, чтобы встать, она продолжила смеяться, закрыв рукой свои глаза. — Точно, влюбилась, — она немного успокоилась и попыталась встать, при этом роняя около четырёх бутылок на пол со звоном и сопровождением в виде матерных слов. — Почему ты не скажешь ему об этом? — Я не хочу признавать эту любовь. Я устала жить в вечном ожидании, что чудо вот-вот случится, что мне ответят взаимностью, будут проявлять должное внимание, а не заставят потерпеть ещё несколько лет, чтобы потом просто использовать меня ради рождения наследника, — Сакура говорила это низким голосом, ощущая внутри неприятное покалывание. Она знала, что не стоило ей срываться и говорить всё так грубо, но слова сами вырывались из её уст и контролировать это она не могла. Потому как, что у трезвого в голове, то у пьяного на языке. — Ты дура, — подойдя к подруге на ватных ногах, Темари отвесила ей несильный подзатыльник, а после отобрала у неё бутылку и, как прошлую, осушила её до самого дна. — Не смей сравнивать Гаару с этим недоношенным выскочкой из твоей команды. А теперь, — блондинка схватила собеседницу за локоть и с трудом заставила её подняться, — иди к нему и расскажи о своих чувствах. Иначе я заставлю сделать тебя это насильно! — Хорошо! Я же знаю, всё равно не будешь спокойна, пока я не сделаю это, — удручённо произнесла Сакура, открыла вишнёвое саке и сделала пару уверенных глотков, тем самым придавая себе больше решительности. — Жди меня здесь!

***

Девушка с розовыми волосами уверенно шла вдоль длинной улицы, которая напрямую вела к резиденции Казекаге. Естественно, ей казалось, что она шла ровно, в то время как её походке мог позавидовать любой пьяный мужчина, вышедший из бара. Сакура шаталась, еле перебирая своими тоненькими ножками, но была настроена дойти до нужного здания даже ценой целостности всей деревни. И ей было не важно, с каким заинтересованным любопытством, нелепым отвращением и, местами, злостью на неё смотрели местные жители. Ведь героиня войны совсем не оправдывала сейчас их ожиданий. Она двигалась медленно, часто пытаясь вернуть себе равновесие, которое так и наровило покинуть её. Общий фон Скрытого Песка был смазан, как в каком-то кино, поэтому дальше своих ног она почти ничего не могла разглядеть. Тошнота большим комом подходила к её горлу, и, когда сил терпеть совсем не осталось, Харуно скрылась в тёмном переулке между домами и позволила своему желудку быстро прочистить себя. Капельки холодного пота стекали по её лбу, пока она придерживалась рукой о стену. Вдруг кто-то неожиданно подхватил локоны её волос и стал придерживать их сзади на шее. Пытаясь сквозь своё слабое состояние распознать человека по чакре, в её голову, которая была сейчас заполнена лишь небольшой головной болью, пришла догадка о том, кто именно сейчас стоял сзади неё и помогал в этом не слишком приятном деле. Мысленно она молилась, чтобы была не права, но, пока она стояла согнувшись, она взглянула через свои ноги на ноги незнакомца и увидела длинный чёрный плащ. Прошло около минуты, и она вновь могла двигаться, чувствуя себя уже гораздо лучше. — Сакура, — она старалась не поднимать своих глаз от земли и увидела перед собой протянутую мужскую руку, которая зажимала в ладони небольшой синий носовой платок. Девушка слегка дрожащими руками приняла его и вытерла рот, чтобы наверняка избавиться от этого мерзкого ощущение, захватывающего её минутами ранее. — Саске, — она всё же заставила себя посмотреть на него и поняла, что совсем скоро у неё остановится сердце. Она совсем не так планировала их встречу, особенно не по дороге к Казекаге, чтобы признаться ему в любви. — Спасибо. — Ты пьяна, — брюнет усмехнулся, оглядывая её с ног до головы, полностью подтверждая для себя этот очевидный факт. Он начал к ней подходить, чтобы позволить себе впервые по-настоящему обнять её, почувствовать запах её волос, но она сделала быстрый шаг назад и упёрлась спиной в холодную глиняную стену. Саске остановился и резко снова стал холоден, словно был всё ещё тем двенадцатилетним мальчишкой, желающим убить своего старшего брата. — Ты стала меня бояться? — Не подходи, — Харуно знала, что теперь их разговор точно ни к чему хорошему не приведёт. У них был шанс поговорить в спокойной обстановке без лишнего напряжения, но он был упущен. Она видела, как во взгляд Учихи прожигал в ней большую дыру, и её тело начинало трястись по собственной воле. Увидев её дрожь, Саске встряхнул головой и пришёл в чувства. Он устало потёр переносицу и прикрыл глаза, размышляя о том, как лучше себя вести с куноичи. Не нужно было быть гением, чтобы понять, насколько сильно она его боится. Она в ужасе наблюдала за каждым его движением, и Саске был готов поставить всё, что у него есть на то, что она пытается внутри себя совладать с эмоциями и перестать дрожать, как невинная овечка перед грозным волком. — Прости, у тебя всё по глазам видно, — он расслабился и сделал очень короткий шаг вперёд, слабо улыбаясь. Сакура удивилась от того, как быстро он изменился в характере, и как старался сейчас быть более мягче по отношению к ней. — Я знаю, понимаю, что ты устала ждать меня. Но сможешь ли ты дать мне ещё один шанс? Учиха с большой осторожностью потянулся к её лицу своей рукой. Он смотрел прямо в её изумрудные глаза, проклиная себя внутри за то, что не замечал их внеземной красоты раньше. Корил себя, потому что был полным идиотом, запугивал её, постоянно грубил ей и хотел убить её. Ему не было прощения, он это знал, но она всё равно доверяла ему безоговорочно. И это давало ему надежду. Саске впервые за всю свою жизнь захотел прикоснуться к её мягкой коже своими пальцами, накрывая её щёку своей холодной ладонью. Но когда между его рукой и её лицом оставалось несколько сантиметров, в воздухе между ними появилась небольшая песчаная преграда. Сакура удивлённо ахнула, совсем не ожидая такого поворота событий, а её бывший напарник сжал челюсти и хмыкнул. Значит, она всё-таки разлюбила его. Брюнет до последнего надеялся, что у него есть ещё одна попытка начать всё с чистого листа, по-новому, закрывая глаза на своё отвратительное прошлое, которое измазало его старые листы чёрной краской. Но он не учёл того факта, что бумага в этом альбоме закончилась, и ему придётся довольствоваться тем, что есть сейчас. — Уходи, — песок пропал от её лица, и Харуно увидела, как к ним в этот переулок заходит знакомый ей силуэт. Гаара, как ей кажется, давно не выглядел таким злым, потому что, стоило ей почувствовать его мощь, исходящую от чакры, то кровь в жилах стала двигаться быстрее. — Уходи, пока я не стал помогать тебе в этом лично. — Я пришёл с миром в эту деревню. Мне нужно поговорить с Сакурой, — Учиха ненавистно посмотрел на Казекаге и сделал шаг ближе к девушке, но в этот раз с ним церемониться не стали, и песок с силой оттолкнул его от неё. — Не смей её трогать, — парень стал подходить к ним ещё ближе, позволяя увидеть жаркий и опасный огонь в его глазах. Гаара встал перед куноичи, закрывая её своей спиной, заставляя её в немом шоке наблюдать за происходящем. — Я дважды повторять не буду. Уходи отсюда подобру-поздорову. Саске фыркнул на такое поведение и плюнул на землю, после чего развернулся и исчез в темноте переулка, пропадая из их поля зрения. Он сразу решил, что больше постарается никогда не видеться с Харуно, иначе может сильно разозлиться и навредить ей. А ему, честно, этого совершенно не хотелось. Злость он сможет выплеснуть на своего лучшего друга со светлыми волосами, который будет потом непонимающим взглядом смотреть на Учиху и пытаться выяснить, что же такого произошло у него. Но пока что хотелось остаться одному где-нибудь под деревом и о многом подумать. — Казекаге-сама, — она выдохнула, когда брюнет ушёл и немного съехала по стене вниз, чувствуя облегчение. Но оно тут же пропало, когда она увидела на себе взгляд красноволосого шиноби, полный злобы и серьёзности. — Сакура, ты хоть понимаешь, что он мог с тобой сделать, а? — парень стоял к ней лицом и упёрся руками в ту же стену дома, тем самым отрезая девушке пути отступления. — В таком состоянии, что бы ты смогла сделать против него? А если бы я не успел? Скажи спасибо Канкуро, который проходил мимо и увидел, как ты заходишь сюда, а этот Учиха идёт вслед за тобой. Она смотрела на него испуганно, но понимала, что это всё не от ненависти к ней. Просто он действительно переживал за неё, а она стояла на месте и не знала, что ей делать, когда Саске собирался дотронуться до неё. Ведь если бы он это сделал, то, скорее всего, забрал бы её дальше с собой в путешествие, как она и мечтала раньше. И, правда, сделать бы она ничего не могла. Глаза начинали предательски слезиться, и она поспешила вытирать солёные капельки руками. — Я не собиралась с ним сейчас разговаривать, — она плакала и оправдывалась перед ним, как маленький ребёнок, и Гаара понял, что переборщил, позволяя всем эмоциям так открыто выйти наружу. — Я шла к тебе, чтобы признаться в своих чувствах. Но потом мне стало плохо от того, что мы выпили с Темари, и я зашла сюда, а потом.. — Подожди, — Казекаге вдруг услышал фразу, которая сильно его заинтересовала, но куноичи нервно продолжала что-то говорить без остановки. — Сакура, успокойся. Повтори, что ты сказала? — Мы с Темари решили выпить, а потом я шла по улице.. — она немного успокоилась и смотрела ему в грудь, которая сейчас слишком быстро поднималась и опускалась от волнения. — Нет, не это. Ты сказала, что шла ко мне, дабы признаться в своих чувствах, — парень аккуратно поднял пальцами её голову за подбородок, вынуждая таким образом её посмотреть ему в глаза. — Это правда? Ты любишь меня? Харуно снова покраснела, ощущая, как её лицо начинает гореть, но всё же смогла пересилить себя и своё тело, которое стало будто чужим и непослушным, и кивнула. Она увидела, как он невольно расслабился и улыбнулся, словно ждал этих слов больше всей своей жизни. Недолго думая, он наклонился к ней и поцеловал, ощущая приятный вкус чего-то очень сладкого в перемешку с алкоголем. Она заставляла его пьянеть, нуждаться в каждом новом глотке. Позволяла ему наслаждаться с упоением её сахарными губами. — Я думаю, мне придется обсудить с Хокаге кое-что очень важное в течение нескольких дней, — ухмыльнулся Гаара, как только они отстранились друг от друга на несколько сантиметров. — Какаши-сенсей бывает иногда слишком непреклонен, — она хихикнула и крепко обвила руками его шею, прижимаясь к нему всем телом. Его руки быстро легли ей на талию, и пальцы сжали между собой ткань её тонкого платья. — Ничего, я с этим разберусь, — парень прикрыл глаза, укладывая голову ей на плечо. Её тепло дарило ему надежду, что в его жизни теперь всё будет совсем иначе. Осталось только уговорить об одной важной детали Хокаге, который относился к девушке, как к своей родной дочери. Но с поддержкой Сакуры Гаара уверен, что обязательно справится с любой вещью.