Любовь беса и эльфа

      По утру, ещё только солнышко восходит, пошли на реку две девицы красные. Две девицы, да обе красавицы писанные. У одной были волосы чёрные, словно уголь, щеки румяные, будто лазурь, да глаза ярко-голубые, точно чище самого неба. Вторая, русая, солнцем поцелованная, да с глазами карими, будто кора дерева. Сели на поляну у речки, да плести венки из цветов полевых принялись. Плетут, да песни напевают хором. Вдруг, голубоглазка и говорит: — Слушай, Голуба, а знаешь ли ты историю о любви беса и эльфа лесного? — Ох, Заря, да какая любовь может быть то между сатаны прислугой и существом чистым и светлым? — А сейчас я тебе расскажу.       Было это утро, как сейчас. Ещё небо только начало от сна отходить да наряжаться в лазурь, вышла девушка как мы на реку, водицы набрать, да в дом принести. В утро то, бесы да черти поиграться над народом невинным решили. Стоят да глядят на девицу, а никто почему-то помешать ей не решается. Девица то была красавица общины. Все кавалеры бегали всё за ней. Бледная да хрупкая, волосы на солнце так и блестят ярче золота. Стоят бесы да решают, кто ж пойдёт да над девицей той издеваться будет. Вышел молодой бес, сильно похожий на человека, нежели на существо подземельное. Волосы его рыжие, глаза точно янтарь тёмный, кожа слегка смуглая, пальцы на концах чернееют, ногти длинные, рога как у барана, и хвост тонкий да чёрный, а на конце острый, как стрелы наконечник: «Дайте мне девицу солнца» — заговорил бес, а другие существа ада только было плечами пожали, да поскакали в лес, ближе к деревне, других людишек мучать. Повернулся красавец адский, да подкрадываться к жертве стал. Тихо переступал он шаг за шагом, но не успел подойти к девице, как рядом с ним стрела в землю вонзилась. Повернулась девица на место где стрела была, да увидела прислужника сатаны. С криком в деревню побежала, побросала коромысло да ведёрки, стараясь от страха подальше укрыться. Оскалился адский сын, вырвал со всей силы стрелу из земли, да сжал так, что только щепки посыпались. Повернулся он к лесу, да наверх взглянул, на древо. На ветке сосны сидела эльфийка молодая. Кожа чистая, нежная, белая, волосы цвета пшеницы, а глаза краше малахита. Сидит в платье белом, на голове венок нарциссовый, а в руках лук. Сидит и целиться прямо в голову монстру подземельному. Усмехнулся бес, оголяя клыки белоснежные: «Что же ты делаешь тут, цветок леса?» — спросил он у эльфа лесного, да не удержавшись в глаза малахитовые заглянул. Как взглянул, так и взгляда отвести более не смог. Так манили его малахитовые глаза, что отвернуться то и дело не получалось: «За девицей златовласой глядела, чтоб от вас, существ ада защитить. Я этого леса дух, путникам помогаю в пути, да за окружающим приглядываю, а что вы, бесы да черти на земле нашей позабыли, мне самой интересно» — наклонила она голову да улыбнулась осторожно. Улыбка ее была выразительной и яркой, да такой, что любое бы существо адское готово было уничтожить её с лица миловидного. Спрыгнула эльфийка с дерева так, что в двух шагах от прислужника дьявольского оказалась: «Ты иди к своему народу, не ходи на земли эти» — выпалила остроухая, блеснув глазами неземными, да глянув в глаза невольно врагу своему.

***